Перейти к содержанию

Солдат Империи. Книга вторая. Восход

Автор:

4,8 10+ оценок читателей Рунета
Категория
Книги о войне
Издательство
Автор
Возрастное ограничение
18+
Обновлено
13.11.2026

Аннотация

За несколько лет без войны, я отвык от неё, но судьба свела меня с директорами военных заводов. Выиграв пари, поехал тестировать новое оружие в Сирию, где застрял на несколько месяцев, окунувшись в привычную среду убийств и крови. Вернувшись домой, случайно получил внеземной дар от девочки инопланетянки…

Читать «Солдат Империи. Книга вторая. Восход» — Анатолий Ханеня онлайн

Страница 5 из 10

– Живу долго, видел много.

– Что делать будем? Нас, наверно, уже обложили.

– Попробуем отсидеться в засаде, на лёжке. Посмотрим, что и кто за нами, пропустим и примем решение, как дальше себя вести.

– А дальше ты идти не хочешь уже?

– Когда идёшь, плохо видишь и не знаешь, когда в засаду попадёшь. Другого варианта пока не вижу, да и тебе отлежаться нужно.

– Тогда выбирай место, где в берлогу заляжем.

– А ты по карте ничего не присмотрел?

– Есть вот тут несколько пещер.

– Проверят, к гадалке не ходи, и накроют.

– Тогда где спрячемся?

– Посмотрим попозже. Давай завтракать, буди Мишу.

Площадку нашли через час. Шли к ней по камням, чтобы не оставлять следов. Место ночёвки я почистил так, что следов не было. Поднялись по выступам на площадку размером три на пять, которая была закрыта кустами со всех сторон и с неё было видно русло реки.

– Не шуметь, говорить в ухо шёпотом, хоть речка и даёт фон, но всё же. Едим пищу без разогрева, без чая. Воду я набрал во фляжки. Лежим на балахонах, укрываемся балахонами.

– Сколько будем лежать? – спросил Миша.

– Сутки, не меньше, а если потребуется, то и больше, по обстоятельствам.

Наблюдали за руслом и окрестными горами по очереди, лёжа на животе. На вторые сутки Миша подполз ко мне, разбудил и прошептал,

– Местный с ишаком по руслу идёт, по виду пожилой, без оружия.

– Будь здесь, я посмотрю.

– Разведка, не иначе, – сказал тихо майор и передал мне бинокль.

– Точно. На живца нас хотят взять.

– Что делаем?

– Ждем и смотрим.

Местный крестьянин вёл ишака за узду и внимательно смотрел под ноги. Поравнявшись с местом, напротив нашей лёжки, он стал осматривать стенку скалы, на которой находились мы, поправил чалму и двинулся дальше, шепча какие-то слова. Через час появилась группа игиловцев*, которая шла за крестьянином. Их было двенадцать. Все хорошо вооружены и двигались как спецназовцы.

– Вот и гости, – прошептал майор.

– Тихо, пусть идут куда шли, – ответил я и показал Мише, чтобы вел себя как раньше – тихо и незаметно. Группа прошла мимо, мы выдохнули с облегчением. Через час появилась вторая группа, их было двадцать. Они так же были хорошо вооружены и везли на двух лошадях поклажу.

– Многовато за нами послали, – сказал я.

– Хорошо, что собак у них нет, – произнёс Миша шёпотом.

– Покусанного собакой в рай не пускают. Охотятся они без собак, а значит – нам повезло, – прошептал я.

– Ну что, подождём третий отряд? – прошептал майор.

Я кивнул головой и прошептал:

– Хорошо, что мы не ели, а то по запаху могли засечь.

Майор кивнул головой и подмигнул Мише.

– Если будет третий отряд, то он пойдёт по склонам или его не будет, – прошептал я.

Стемнело, мы поели, сходили в туалет и стали укладывать рюкзаки. Миша удивился лёгкости своего груза, но, чтобы уровнять вес, он получил от меня трофейную СВД и шесть магазинов с разгрузкой. Майор помог Мише разобраться с винтовкой, как целиться, как стрелять, прочие премудрости. Утром мы спустились с площадки и двинулись к пещерам, обозначенным на карте. Было около восьми утра, когда мы подошли к пещерам и, проведя проверку, вошли в одну из них.

– Если бы был сквозной проход, то мы вышли бы в Курдистан, – сказал тихо майор.

– А здесь кто-то побывал до нас и совсем недавно, – ответил я.

– Откуда знаешь?

– Смотри, след мокрый, значит кто-то перешёл речку и входил сюда. В пещере влажно и след не высох – это раз, куча дерьма в углу без подтирки – это два и третье – веточку кто-то жевал и выплюнул.

– Глазастый ты. Идём в глубь, посмотрим, что там, может проход обнаружим через гору.

– Ч-ш-ш, – я присел и стал водить ладонью по полу пещеры. – Гильзы автоматные, много.

Майор достал световую палочку, сломал её, помахал и она стала светиться бледно синим светом.

– Думаю, до конца пещеры басмачи не пошли, проверили автоматными очередями. Магазина три выпустили не меньше. Идём дальше, посмотрим.

Мы шли минут сорок, пещера стала сужаться и потолок стал ниже, вдруг палочка потухла мы остановились в замешательстве.

– Что будем делать?

– Пусть глаза привыкнут к темноте.

– Смотрите, там свет, – сказал Миша громко.

– Тише ты, оболтус.

Лучик света проникал в пещеру, тоненькой струйкой, этот лучик был нашей надеждой. Сняв рюкзак, отдав его Мише, я поднял руку, чтобы не удариться головой, двинулся на свет. Пещера сузилась и мне пришлось передвигаться на коленках. Добравшись до источника света, я постучал по каменной стенке. Она оказалась из глины и при стуке отвалился приличный кусок, свет усилился, я ударил посильнее, образовалась брешь и яркий свет. Достав нож, стал ковырять глину расширяя проход на выход.

– Должны пролезть, пойду посмотрю, что с наружи. Дам сигнал на выход.

– Хорошо, – неожиданно ответил Миша.

Высунувшись по плечи, увидел, что выход на высоте примерно пяти метров, внизу был ливанский кедр, макушка которого была в метре от меня. Вернувшись во внутрь, я объяснил ситуацию, мы решили спускаться по волосяному аркану. Кедр рос на козьей тропе, которая спускалась к подножью горы. Далее была долина, которая упиралась в ущелье справа. Первым спустился майор, затем мы с Мишей на аркане спустили ему оружие и рюкзаки. Затем спустился Миша, потом я скинул вниз аркан, вылез ногами вперёд и, повиснув на краю обрыва на двух руках, затем на одной левой руке, спрыгнул на кедр. Зацепился за сук и прижался к стволу, съезжая по нему вниз. Меня придержал Миша и я коснулся земли.

Неся рюкзаки и оружие в руках спустились к подножью горы и укрылись в кустарнике. Где расположились и стали осматриваться, приводить себя в порядок. Руки у меня были в смоле, как и грудь, и рукава.

– Ну, что будем делать? – спросил Миша.

– Отдышимся, перекусим и пойдём в долину. Предварительно осмотревшись, – ответил я.

После обеда, с хорошим настроением, мы по очереди осматривали местность в бинокль.

– Смотри вон туда, – передал мне бинокль майор.

– Домик вижу. Точнее крышу. Вон басурманин козу ведёт на верёвке. Пока всё.

– Вряд ли он один там, где-то жена, дети должны быть. И не факт, что оружие не присутствует.

– Посмотрим, нам пока здесь не плохо, время есть. Жратва вот только заканчивается, а так вроде хорошо. Ждём и смотрим. Надо подняться к кедру. Оттуда вид лучше. Пойду посмотрю на местность, а вы тут тихо сидите.

Через час у меня затекла нога, которой я опирался на кедр. За это время я ничего особенного не увидел, кроме облака пыли, которое надвигалась в нашу сторону. «Интересно, что это? Машины, стадо коз?» Пыль приблизилась к дому и по инерции ещё продвинулась несколько метров и сформировало облако. Которое стало медленно оседать и через пять минут растворилось на земле. «Машина», – подумал я, – «Козы так быстро не двигаются». По козьей тропе двигался Миша, прижимаясь к скале.

– Что там?

– Ты бы без оружия не ходил. Машины подъехали к дому, вероятно кто-то чужой для хозяина дома.

– Почему так думаешь?

– Хозяева не стали бы пылить. Всё, спускаемся. Как там майор?

– Когда уходил он спал.

– Больше так не делай. Надо было разбудить и предупредить, что ко мне идёшь.

– Да что тут такого?

– Здесь всё может стать таким, каким ты не ждёшь. Шевелись, не останавливайся на тропе, внизу поговорим.

Майор встретил нас направленной винтовкой и сонными глазами.

– Ты чего меня не разбудил? – хмуро произнёс он и зевнул.

– Не хотел будить. Думал пускай поспит, пока тихо, – пробурчал Миша.

– Там машина или машины подъехали, предполагаю, что по наши души. Вероятно, разведка басурманская, опрашивают местных, что кто видел.

– Возможно, – ответил майор и ещё раз зевнул.

– Что делать будем?

– Подождём, понаблюдаем, может проведём разведку, а пока тихо, слушаем и смотрим не выдавая себя.

– Отсюда особо не понаблюдаешь, – проворчал Миша.

– Хочешь в разведку сходить? Нет? Тогда сиди слушай и смотри туда, где возможно, что-то увидеть, – зло сказал майор.

Через пятнадцать минут раздался пистолетный выстрел, затем ещё и ещё, прозвучала автоматная очередь, другая и сразу несколько автоматов застрекотали. Стихло.

– Вот те, нате, хер в томате, – прошептал я.

– Что делаем?

– Ждём, если хозяев положили, в чём я не сомневаюсь, то могут появиться разозлённые родственники, горя желанием отомстить. Или отряд самообороны, у курдов это как кружок по интересам.

– Ч-ш-ш-и. Идёт кто-то, – прошептал я и лёг на живот, выставив ствол винтовки вперёд.

Мимо нас, быстрым шагом, прошёл отряд в десять человек, половина были бабы с автоматами и снайперскими винтовками. Минут через десять раздались выстрелы, завязался бой, который то затихал, то усиливался. Раздалась длинная очередь крупнокалиберного пулемёта и всё стихло.

– Ну вот, сейчас всё станет ясно, либо басмачи положили партизан, либо наоборот. Скорее всего бандиты победили.

– Почему так думаешь?

– У партизан не было пулемёта, а он стрелял последним, – ответил я.

– К бою. Кто-то идёт.

Мимо нас четверо пронесли двоих раненых, затем два бойца прикрывали отход своих. Через две минуты цепью шли игиловцы*, осматриваясь и пригибаясь. Сколько их было, непонятно, но то, что они преследовали курдов, к гадалке не ходи.

– Идём басмачам в тыл. Они сейчас нагонят курдов, помощь им не помешает, – сказал я.

– Зачем? Это их разборки, мы не при делах, – прошептал Миша.

– Затем, что мы поможем курдам, а они нам. Одним нам не выбраться. Вкурил, Штурман? – сказал я и добавил,

– Собираемся быстро, я головной, Миша за мной, ты, майор, замыкаешь.

Не успел я договорить, как появилась группа, из шести человек, они бежали по следу своих.

– Валим их, майор. Огонь.

Шесть басмачей поражённые в спину упали мгновенно, без криков и стонов.

– Рюкзаки не берём. Вперёд.

Через триста метров мы услышали стрельбу и поняли, что басмачи настигли курдов. Подойдя на тридцать метров, мы открыли огонь в спину игиловцев*, которые сгруппировались перед броском. Со стороны курдов огонь был редкий, по всему – экономили патроны. Когда стали падать сражённые нашими пулями в центре, по бокам повернулись в нашу сторону и открыли ответный огонь по нам. Слава Богу, что мимо и не долго, так как мы их перестреляли с майором очень быстро.

– Теперь уходим на лёжку за рюкзаками.

– А как же курды? Мы что, не будем с ними общаться? – сказал Миша.

– Они сами к нам придут.

На месте лёжки мы расположились так, чтобы контролировать ту сторону, с которой ждали гостей. Раздались автоматные очереди на месте боя, огонь был интенсивным, но не долгим. Вероятно, уничтожили тех, кто пошёл в обход слева или они добили курдов.

Через тридцать минут раздался крик:

– Эй! Кто здесь?

– Что говорят, майор? Понимаешь?

– Да.

– Ответить сможешь?

– Да.

– Тогда отвечай: «Путники».

– Спрашивают: «Куда идём»?

– «Домой, на родину».

– «Где ваш дом»?

– Отвечай: «Россия».

– «Вы, нам помогли»?

– «Мы».

– «Почему»?

– «Даиш* убили мирных людей, нам это не нравится».

– «Выходите, не бойтесь, мы вам не сделаем плохо».

– «Пусть один из вас подойдёт к нам».

– Иду, без оружия.

– Оружие опустите, чтобы не возникло недопонимания.

Подошёл курд в разгрузке Вьетнамской войны с поднятыми наполовину руками.

– Салам, русские, – сказал он на ломанном русском.

– И тебе мир. Ты курд?

– Да, курд, учился Москва. Ветеринарной академии.

– В Люблино?

– Нет, Кузьминки. Ты откуда знаешь?

– Я из Москвы.

– Значит, ты земляк?

– Почти.

– Идёмте, там наш командир хочет с вами поговорить. Только оружие отдайте.

– Нет, оружие будет у нас.

– Хорошо. Идёмте.

Как только мы вышли из густого кустарника, нас тут же окружили вооружённые курды. Направив автоматы нам в грудь, заставили нас остановиться и отобрали у нас оружие.

– Не хорошо, земляк, обманывать, – сказал я и сжал губы от досады.

– Сам понимаешь, земляк, командир не любит, когда чужие с оружием около него.

– Понимаю.

Нас привели к месту последней стычки, где мы принимали участие в оказании помощи курдам. Несколько человек обыскивали трупы на предмет оружия и боеприпасов, среди них были женщины. Неожиданно один из бандитов ожил, вскочил и захватил женщину сзади за шею левой рукой, правой приставил к горлу нож. С правого предплечья у него текла кровь. «Вероятно кто-то из нас с майором промахнулся», – подумал я. Мы остановились от неожиданности, курды вскинули автоматы и, гомоня на своём, окружили заложницу и захватившего её.

– «Говорит, что убьёт, чтобы отпустили его».

– Земляк, скажи своим, чтобы отошли и опустили оружие, я решу эту проблему.

Курд что-то сказал на своём языке, но его не послушали, и не сдвинулись с места.

За спиной раздался резкий голос, и курды повиновались. Обернувшись, я увидел смуглого пожилого курда, чисто выбритый, нос с горбинкой, карие глаза, тонкие губы, которые он поджал. Ему было лет пятьдесят, может чуть больше.

– Делай что хотел, – сказал тот, который говорил на русском.

– А-а-а, – крикнул я и показал левой рукой за спину захватившего заложницу.

Тот, по инерции, повернул голову вправо, я выхватил из-за пояса за спиной «уракен», который при обыске не нашли и не отняли, метнул его в торчащее из-за заложницы правое плечо. Его откинуло от заложницы. Я быстро приблизился, схватил кисть правой руки и выбил нож, затем резко дёрнул его на себя и, сделав подсечку, повалил на спину. Повернул на живот и скрутил ему раненую руку, затем вторую и, быстро выхватив пластиковые наручники, связал его.

– Ты мастер, земляк, я даже не ожидал такого, – произнёс курд, протянул руку, – Исса.

– Поводырь, – протянул руку я и крепко пожал его руку.

– Что это за имя? Поводырь.

– Военное имя.

– Понятно. Идём, командир ждёт.

Оглянувшись, я не увидел того, кто отдал приказ своим бойцам. Курды стали бить ногами игиловца*, что-то крича на своём.

– Если они его убьют, то не узнаете, что они хотели от вас.

– Ты прав, – ответил Исса и что-то громко сказал на своём.

Курды перестали избивать захваченного мной басмача и куда-то его поволокли.

– Пусть кровь остановят, а то он умрёт от потери крови или болевого шока.

– Сделаем, – ответил Исса и показал нам куда нужно идти.

В пещере, куда нас завели, был полумрак, горели керосиновые лампы, освещая дорогу. Главарь сидел на коврах в углу и пристально смотрел на нас.

– Кто вы? Как оказались здесь? – перевёл Исса.

– Мы русские, делали топографическую разведку местности, на нас напали игиловцы*, его ранили в ногу. Мы вошли в пещеру с той стороны гор и вышли в лаз на этой стороне горы. Нам нужно вернуться к своим.

– Зачем вы делали разведку на нашей земле?

– Скажи ему, что мы делали разведку не на вашей земле, уходя от погони попали к вам.

– Для чего делали разведку?

– Чтобы если придётся воевать с игил*, знать местность.

– Он не верит тебе.

– Его право, другого ответа нет.

Вошёл курд и что-то стал говорить на ухо командиру, затем поклонился и тихо ушёл.

– Он не верит вам, вы что-то взяли у даиш* и они вас ищут, поэтому они пришли в нашу долину, убили наших людей.

– Может он знает, что мы взяли? – ответил я.

– Деньги, золото, ценности, – ответил на русском командир.

– Я догадывался, что ты понимаешь на русском языке.

– Так что вы взяли?

– И много мы взяли? – ответил вопросом на вопрос я.

– Много.

– Наши вещи. Посмотрите, если нам не верите.

Подошли четверо курдов и вытряхнули наши рюкзаки на земляной пол. Один курд поднял кожаный мешочек, открыв его, увидел содержимое и, ухмыльнувшись, подал его командиру.

– Ну вот, а ты говоришь, что ничего не взяли у даиш*.

– Не думаю, что из-за этих крошек они пришли к вам. Это я взял у одного из бандитов на той стороне гор, когда они нас преследовали.

– Как это было?

– Утром хотели нас на ночёвке по-тихому взять, а не получилось. Сначала положили вот с тем, – кивнув головой на майора,

– Тех, кто к нам в тыл вышел, троих. Потом тех, кто шёл по нашему следу, пятерых. У одного, когда собирал патроны и оружие, нашёл вот это, – опять я кивнул головой, но уже на ценности.

– Проверим.

– Проверяй, мы сказали, как было.

– Почему стали помогать нам?

– Мы, когда вылезли из лаза, спрятались в кустарнике, чтобы отдохнуть и осмотреться. В бинокль увидели крышу дома, затем облако пыли, затем выстрелы, потом, ваш отряд, который прошёл в сторону дома. Мы тогда ещё не знали кто есть кто. Когда ваши отступили, мы увидели даиш* и решили помочь, потому как в вашем отряде были женщины, раненые а, даиш* было больше. Вышли в тыл и помогли вашим, правда кто-то промахнулся в одного.

– И кто?

– Не важно уже, главное он жив и сможет дать показания.

– Он уже рассказал всё, что нам нужно. Теперь ждём разведку, чтобы подтвердить ваши и его слова.

– На ту сторону гор пойдёте?

– Пойдем.

– Майор, покажи по карте, где мы оружие убитых спрятали.

– Это хорошо, у нас его не много, пригодится. Вы, пока, погостите у нас, пока мы всё проверим, – проговорил командир курдов, собирая с ковра высыпанные ценности в мешочек.

Затем завязал его, сунул в складки одежды, при этом, смотря на мою реакцию. Я всегда относился к трофеям холодно, если это были не боеприпасы или пища при необходимости. Поэтому моё лицо ничего не выдало такого, чего ожидал командир. Нас отвели в другую пещеру, в которой был госпиталь и казарма, отделённая пологом из брезента, тщательно обыскали, накормили пловом и чаем.

– Помыться бы, – мечтательно произнёс я.

За спиной раздался голос Иссы:

– Идёмте, покажу куда будите в туалет ходить и где можно помыться. Бежать не советую, далеко не уйдёте. Вас будут охранять четыре человека, ну и, в общем, все наши люди.

– Нам не зачем бежать без оружия, еды и лекарств. Вот ему нужна медицинская помощь, – кивнул я на майора.

– Поможем, у нас есть хороший хирург, – ответил Исса и поманил рукой нас.

– Врач тоже говорит на русском, – сказал вернувшийся майор из-за импровизированной ширмы.

– Они у нас почти все учились, кто не мог оплатить обучение в Европе. Как нога?

– После обработки и перевязки лучше.

– Самое главное, лишь бы заражения не было, – ответил я и улёгся на отведённые нам места на двух ярусных кроватях.