Перейти к содержанию

Солдат Империи. Книга вторая. Восход

Автор:

4,8 10+ оценок читателей Рунета
Категория
Книги о войне
Издательство
Автор
Возрастное ограничение
18+
Обновлено
13.11.2026

Аннотация

За несколько лет без войны, я отвык от неё, но судьба свела меня с директорами военных заводов. Выиграв пари, поехал тестировать новое оружие в Сирию, где застрял на несколько месяцев, окунувшись в привычную среду убийств и крови. Вернувшись домой, случайно получил внеземной дар от девочки инопланетянки…

Читать «Солдат Империи. Книга вторая. Восход» — Анатолий Ханеня онлайн

Страница 4 из 10

– Мы же могли взять ещё одного – двоих.

– У нас груз, за который мы в ответе перед государством, а потери всегда неизбежны. И кого ты бы оставил там? Дебила техника? Раненого? Или этого старика?

– Никого, – ответил боец и шёпотом выругался матом.

– Э-э-э, – кричал техник и махал рукам.

– Нас забыли!

– Не ори, нас бросили, – сказал раненый,

– Что делать будем?

– Вернёмся к месту засады, поменяем колёса и попробуем уехать из этого весёлого местечка. Или уйдём в горы к курдам, в плен, – сказал я.

– Они сейчас вернутся за нами, – голосил техник.

– Орать перестань, дебил. Садись в машину и поехали.

– Я не поеду, я буду ждать здесь.

– Ждать не будем. Поехали майор.

– Откуда знаешь, что я майор?

– Староват ты для капитана, – ответил я.

– Садись за руль, там коробка автомат, рулить будешь, а я за штурмана.

– А этот?

– Он дебил и балласт, пусть тут подыхает, уговаривать его не буду, на руках не понесу и тебе не советую. Нам с тобой выжить надо и этих ублюдков наказать за предательство.

– Согласен, – сказал майор и, включив передачу, нажал на газ левой ногой.

– Смотри-ка, бежит, да быстро как! – сказал майор и сбавил скорость.

Техник запрыгнул в кузов и лёг на пол.

Через час мы меняли колёса, грузили оружие, гранаты, патроны, воду. Нашлось две канистры с бензином, кое-какая еда, аптечка, местная одежда в виде балахонов, радиостанции, пара биноклей.

– Ну что, в путь? – сказал майор, разглядывая трофейную карту при свете лампочки в салоне.

– Сзади свет фар, – произнёс техник.

– Быстро среагировали. Теперь путь в пустыню нам отрезан. Едем в горы к курдам.

– Посматривай назад, увидишь свет фар скажи. – сказал майор.

– Хорошо. – ответил техник.

– Топливо меньше пол бака, давай остановимся и зальём бензин, а то может случиться, что возможности не будет, – сказал я.

– Согласен. – ответил майор.

– Эй, малый, тебя как зовут?

– Миша.

– Сейчас тормознём и по-быстрому заправимся. Хорошо?

– Как скажите.

После заправки я взял в кузове моток медной проволоки, пассатижи и связал их так, как будто это была растяжка. Поставил канистры на дороге на расстоянии пяти метров друг от друга.

– Это зачем? – спросил Миша.

– Если погоня, то задержит их на пару минут, – ответил я.

Дорога пошла в горы, стало рассветать, мы уже надеялись, что оторвались, как Миша сказал,

– Три джипа за нами.

– Прибавь скорость, – сказал я и стал перелезать на заднее сидение, оттуда, через разбитое стекло, в кузов.

Сильно трясло, но мне удалось повернуть пулемёт на турели и дослать патрон в патронник. Дорога огибала ущелье и возвращалась на выступ, затем шла закрытая горой.

– На повороте тормозни. Так, чтобы была видна дорога в повороте, который проехали.

– Сделаем, – ответил майор.

Выехав на второй поворот, рядом с горой, машина остановилась. Я навёл пулемёт на дорогу через ущелье и приготовился стрелять. Внезапно появился первый джип, за ним второй и показался капот третьей машины. Я выстрелил в третью машину, целясь в двигатель, затем в первую, целясь по колёсам и кузову. С третьей машины открыли ответный огонь, очередь прошла по кузову слева, в метре от меня. Я навёл пулемёт на вторую машину и выпустил остаток ленты в центр грузовичка. Большая часть пуль прошла мимо, но несколько попало в пулемётчика и кузов, практически распоров его пополам.

– Поехали! – крикнул, что есть сил, я.

Машина накренилась, на правый борт, медленно двинулась за поворот, что бы гора прикрыла нас.

– Стоп! – крикнул я и спрыгнул из кузова на дорогу.

– Там их двадцать или чуть больше, положим их и в путь. Если нет, то они нас в покое не оставят и будут преследовать, пока не перебьют. И могут вызвать подкрепление. Что думаешь майор?

– Может попробуем оторваться на машине?

– Заднее колесо пробито, далеко не уедем, – ответил, – Запаску мы не скрутили с тех машин, игиловцы1 с нами не поделятся запасными частями. Как нога?

– Кровь через бинт сочится, надо перебинтовать, а так, вроде ничего, – ответил майор.

– Ты как, Миша?

– Не знаю, почему нас бросили? Я же не техник, я штурман, – жалобно промямлил он.

– Так было нужно для дела, – попытался успокоить его я.

Майор посмотрел на меня с укоризной, я подмигнул ему, чтобы он поддержал меня и успокоил Мишу. Тот промолчал и скрипнул зубами.

– Садись, проедем сколько сможем, перевяжешь меня. Если что, уйдём в горы, – сказал майор.

*****


Из спец аптечки я достал шприц, без иглы, в котором находился медицинский клей для заживления ран, порезов и прочего.

– Потерпи, будет больно, – сказал я и ввёл в рану половину клея из шприца.

– Поворачивайся, с другой стороны, введу лекарство.

Майор, скрипя зубами, повернулся и рукой смахнул пот со лба.

– Ум-м, – вырвалось у него.

– Всё уже, сейчас порошком присыплю и забинтую, – сказал и стал сыпать заживляющий порошок, чтобы рану подсушило и не текла кровь.

– Не туго?

– Нет, можно и потуже.

– Всё. Одевай штаны. Идём в горы.


Поднимались мы больше часа по тропе. Несли всё, что смогли взять. Когда остановились на привал внизу появились басмачи в количестве семнадцати человек. Хорошо, что за камнями сидим, а не на открытой площадке.

– Ну вот, а могли бы без хвоста идти, – сказал я, оторвавшись от бинокля.

– Две СВД, два пулемёта, гранатомёт и двенадцать автоматов.

– Наверно ты был прав, – негромко сказал майор.

– Надо было половину положить.

– Теперь поздняк метаться. Не шевелимся, пусть пройдут, а там посмотрим.

– Миша, говорим тихо, делаешь быстро всё, что скажу я или майор. Понял?

– А может они мимо пройдут и не заметят? – испугано произнёс Штурман.

– У них тоже имеются следопыты и бинокли есть, – не утешил его я.

«Хорошо, что я надел на окуляры фильтры темно зелёного цвета», – подумал я, – «А эти басурмане этого не сделали и поэтому бинокль бликует, а у меня нет». Группа игиловцев* двинулась по дороге, я их пересчитал и удивился. Не хватало четверых бойцов. «Значит по тропе пойдут», – подумал я и стал прикручивать глушитель, который снял до этого.

– К нам гости, четверо. Готовимся к бою. Пулемёт, снайперская винтовка, два автомата.

– Подпускаем на пятьдесят метров, валим их по-тихому, затем уходим. Всё ясно?

– Миша, ты не стреляешь, у тебя глушителя нет. Теперь ждём гостей и не высовываемся. Всё понятно?

– Да.

Командир шёл вторым и что-то говорил по рации. Осталось метров тридцать, но я команду не давал, потому что шёл разговор. Игиловец* положил рацию в нагрудный карман, я скомандовал:

– Валим.

Майор стрелял в двоих последних, так как сидел немного сбоку и ему было удобнее, я – двоих первых. Четыре тела обмякли, как мешки, упав на тропу, криков не было.

– Собирайтесь, я сейчас.

И пошёл к трупам. Взял рацию, патроны к СВД, две гранаты. Четыре положил под трупы с выдернутой чекой, бинокль выкинул в сторону, как и остальное оружие, чтобы не досталось бандитам.

– Миша, помогай майору. Я первый, вы за мной.

– А нельзя побыстрей? – спросил Миша.

– Не торопись, у нас фора часа два, успеем хребет перевалить, пока басмачи по тропе поднимутся.

Перевалив хребет горы, мы остановились, я подполз обратно, чтобы посмотреть, что делается внизу. Захрипела рация и раздалась арабская речь, я стал ей манипулировать: включая, выключая, меняя волну, чтобы создалось впечатление, что плохая связь.

– Спрашивают, нет ли следов, – сказал майор.

– Ты на ихнем трёкаешь?

– Немного.

– На, поговори, при плохой связи, – передал я рацию майору.

Майор что-то говорил, манипулируя рацией, затем выключил и сказал,

– Ждут нас, у второй тропы.

– Хорошо, мы идём, только по верху. Как нога? Отдохнули? Тогда вперёд. Только аккуратно, под ноги смотрите, чтобы не пиздануться. Спускаться сложнее, чем подниматься.

– Подожди, Поводырь, – произнёс майор. – Смотри на карту, мы сейчас здесь, если спустимся вниз, то попадём в горную теснину. Будем двигаться по дну ущелья, то те, кто пойдут по гребню гор, будут нас контролировать огнём из оружия.

– Что предлагаешь?

– Попробуем пройти по гребню к той тропе, куда ушли тринадцать басмачей. Надеюсь, они не поднялись по тропе, мы с ними не столкнёмся.

– А если, они разделились, половина ушла узнать судьбу тех четырёх, которых мы положили, а вторая половина поднялась по тропе? Тогда нам придётся с ними воевать. Или они поднимутся по тропе, когда мы пройдём, у нас за спиной. Тогда что? Ты ранен, штурман не боец, я старый и уже не злой, как раньше.

– Но идти по ущелью глупо. Любой сопляк будет иметь преимущество стреляя сверху.

– Согласен. Так как поступим?

– Пока не знаю, – ответил майор и стал смотреть в карту.

– А меня вы не спрашиваете? – возмутился Миша.

– Говори, если есть что, – произнёс майор и добавил,

– На Поводыря не обижайся, он тебя как спеца не рассматривает, твоё мнение для него не интересно. Специфика такая.

– Говори. Для пользы дела надо выслушать всех участников этого пионерского похода. – хмуро произнёс я.

– А может попробуем по рации связаться со своими? – не смело сказал Миша.

– Мысль хорошая, только радиус действия рации ограничен тридцатью километрами, и по станции нас басмачи засекут.

– Теперь так. Есть несколько вариантов. Первый, уходим вниз и идём по ущелью, там, хотя бы вода и зелёнка прикроет. Второй вариант, идём по гребню и молимся, чтобы не столкнуться с духами или чтобы они нам в спину не зашли. Вариант третий, делимся, вы здесь, бьёте басурман, я иду к той тропе и там встречаю врагов. Вариант четвёртый, спускаемся обратно, валим встречных и уходим обратно к машинам. Есть вариант, что они оставили маяк на месте операции и тогда придёт подмога, большая подмога. Груз, который мы взяли, они будут искать и хорошо искать.

– Какой груз? – спросил Миша.

– Пять мешков конфет, – ответил я.

– Вариант пятый, спускаемся по второй тропе, опять же, валим встречных и уходим по дороге, до следующей тропы. Не шанс, что подкрепление не нагонит нас на машинах по дороге.

– Так что выберем?

– Принимай решение, – ответил майор.

– Идём в ущелье. Там есть шанс проскочить до другой тропы или жилья. Отходную* бы поставить, – вздохнул я.

– Так поставь, – произнёс майор и стал снимать рюкзак,

– У меня их две, одну поставим, легче рюкзак будет.

– С удовольствием, – ответил я.

Мы были на дне ущелья, когда раздался взрыв.

– Хорошая штука, эта мина, старая, но надёжная, – сказал я и добавил,

– Прибавим, чтобы из зоны обстрела выйти, затем укроемся за каким-нибудь выступом и чего -нибудь съедим. Возражений нет?

– Нет, – ответил Миша и впервые за всё время улыбнулся.

Разогрев три банки говяжьих консервов, из расчёта, что если ли наши продукты попадут как трофей к басмачам, то свинину им есть западло. Съели, добытый мной, хлеб у бандитов с консервами, козий сыр оставили на потом. Заварили чай в кружках и немного расслабились за большим валуном возле небольшой протекающей речки, которая текла к горе, с которой мы спустились.

– Взгляну на погоню, – сказал я и, взяв бинокль, лёг рядом с валуном, чтобы быть незаметней.

– Вроде тихо пока, по тропе никто не спускается, движений нет. В себя после взрыва ещё не пришли.

– Или пошли в обход по вершине, – произнёс майор.

– Так. Перекладываем рюкзаки, распределяем по весу, отдыхаем сорок минут и в путь. Чтобы не попасться, как перепела в траве.

– Смотри, – произнёс майор и показал мне карту.

– Эти линии – тропы в горах. Мы здесь, басмачи были здесь, если у них есть проводник из местных, то они пойдут вот по этим тропам, чтобы зайти нам во фланг.

– Так что, отдыхать не будем? – спросил Миша.

– Будем. Отдохни, пока мы с майором покумекаем и тоже покемарим минут двадцать.

Двигались мы вдоль русла реки по камням. Шли не быстро, так как у Миши был самый тяжёлый рюкзак, он шёл впереди, выбирая дорогу, у майора ранена нога, я замыкал наш маленький отряд, периодически смотря в бинокль назад.

– Пятеро спускаются по тропе, – сказал я.

– Интересно, сколько погибли при взрыве, – спросил майор.

– Думаю немного. Может три, или четыре. Остальные могут идти в обход.

– Четверо.

– Или трое. Теперь, кто первый увидит, тот и будет иметь преимущество.

– Может встретим пятерых? – сказал майор.

– Нет, время потеряем, дадим фору тем, кто идёт в обход и можем нарваться на засаду.

– Да они и так идут быстрее нас, потому что налегке и привычные к ходьбе в горах, и раненых у них нет, – высказался Миша.

– Тише говори, – произнёс майор,

– Неизвестно кто в зелёнке шарится кроме нас и басмачей.

Смеркалось, когда мы остановились на ночёвку. Обложив спиртовку камнями, завесив с трёх сторон балахонами, мы стали готовить ужин, греть консервы и кипятить чай. Пока Миша занимался ужином, я перевязывал майора используя оставшиеся спец средства и бинт.

– Ну как?

– Хорошо, отдохнуть бы ещё и порядок.

– Ты ночью не дежуришь, отдыхай. Миша что с ужином?

– Чай закипит и порядок.

Обложив место стоянки волосяным арканом, вздохнул и сел между Мишей и майором.

– Не зря тащил, – сказал майор.

– Не зря, – ответил я.

– А я думал, что верёвка, чтобы спускаться со скалы, – произнёс Миша.

– Змея натыкается на ворсинки и обходит препятствие, – ответил майор.

– Тут змеи есть? – закрутил головой Миша.

– Как не быть, конечно, есть. Не бойся, через аркан не переползёт. Проверено.

– Значит так, ночью по горам басмачи не пойдут, поэтому спим все, до трёх, затем завтрак, туалет и в путь. Сейчас двадцать тридцать, а кажется, что все одиннадцать тридцать.

Сработал будильник на руке, тихонько завибрировал и тихонько пикнул. Я отрыл глаза и тихонько выполз из-под балахона.

– Проснулся? – спросил майор.

– Тихо, мы не одни, – ответил я, майор взял в руки винтовку и приложил приклад к плечу, стал осматривать в прицел местность.

– Трое, крадутся к нам.

– Оружие?

– СВД, автомат и гранатомёт.

– Я – СВД и второго, ты – гранатомёт, – тихо сказал я.

– Принято. По твоей команде.

– Огонь, – сказал я и выстрелил в снайпера, затем в автоматчика, майор положил гранатомётчика.

– Быстро они нас обошли, тыл смотри, – сказал я и пошёл к духам, пригнувшись и держа винтовку наготове.

Собрав трофеи, одежду, я вернулся к месту ночёвки.

– Идут, прячутся, думают, что мы ещё спим, – тихо сказал майор.

– Мишу разбуди, – тяжело дыша от принесённой тяжести, сказал я,

– Только тихо.

Поменял магазин, взял гранатомёт и автомат с подствольным гранатомётом.

– Я слева, в зелёнке. Огонь по твой команде – цикада.

– Принято.

«Что-то медленно идут», – подумалось мне, усмехнулся, – «Мин боятся». Преследователи подошли метров на тридцать, спрятались. Затем медленно стали переходить от камня к камню, пригибаясь. «Цы-ть-цы-ть» – прозвучала команда и я выстрелил в пулемётчика, навёл на двух последних. «П-фу-ф-п-фу-ф» – и двое упали, майор убил первого и выстрелил, одновременно со мной, в последнего.

Выждав, вышел из зелёнки и направился к убитым, держа винтовку наготове. Добив контрольными выстрелами всех, я стал их осматривать и собирать трофеи.

– Смотри, что у одного нашёл, – показал я майору кожаный мешочек.

– Золото, монеты, камни.

– Бандиты, людей грабят. Долю зашлёшь?

– Подумаю, – ответил я и ухмыльнулся.

Мишу вырвало, когда мы после завтрака вышли нагруженными и проходили мимо трёх тел.

– Ничего, привыкнешь, – сказал я и добавил,

– Если успеешь.

Через пять часов остановились на привал: разогрели еду, попили чай, отдохнули часа полтора. Солнце начало нагревать землю, становилось жарко. Хорошо, что шли около воды, какая ни какая, прохлада.

– Как думаешь, оторвались? – спросил майор.

– Не на долго, нас сейчас ищут половина Сирии, Ирака и Курдистана. Миша, ты как? Устал?

– Устал. Но потерплю. Майор-то терпит, я хуже, что ли?

– Молодец. Ты главное думай, что после каждого приёма пищи рюкзак становится легче на килограмм и идти будет легче, – все усмехнулись.


Через шесть часов мы нашли укрытие и расположились на ночлег. Разогрели еду и до наступления темноты погасили огонь спиртовых таблеток.

– Всем спать, я дежурю последним, – сказал я и повернулся на правый бок.

– А он прав, рюкзак становится легче, только из-за усталости этого не ощущаешь, – сказал Миша майору.

– Если ты не заметил, то Поводырь – солдат с опытом. Вот только я думаю, что сейчас он не знает как мы из этой истории выпутаемся, – ответил майор.

– Так что, у нас шансов нет? – промямлил Миша.

– Шансы всегда есть, только у каждого свои. Ты первый дежуришь, меня разбудишь через три часа или если что произойдёт.

– Хорошо.

В начале четвёртого я открыл глаза и увидел майора, сидящего спиной ко мне.

– Ты чего не разбудил?

– Да не спится что-то.

– Меньше есть, меньше спать, много двигаться, так что ли?

– Откуда знаешь?