Страница 3 из 4
— Что я вам говорил? Сфера — вовсе не источник энергии, а смертоносное оружие, способное уничтожить любого врага…
Федор резонно предположил:
—Артем Леонидович, полномасштабная ядерная война, скорее всего, приведет к вымиранию человечества.
Круглов мрачно посмотрел на Колесова:
— Добиться победы в современной войне можно только став хитрым и коварным, держа за пазухой не камень, а новейшее грозное оружие!
Генерал ушел, а Екатерина, бросив вослед ему неодобрительный взгляд, произнесла:
— Генералы грезят о победоносных сражениях, а ученые тешат себя непомерным тщеславием. Я еще не разобралась, что опаснее.
Хит и Фокс глубокой ночью подкатили к зданию в одном из районов Москвы, где, по информации агентуры, проживал Колесов. Большой дом спал, стояла неестественная тишина, ни ветра, ни души, ни огонька в окнах. Квартира 95 находилась на шестом этаже. Припарковав машину недалеко от дома, спецназовцы, нахлобучив на голову кепки и повыше подняв воротники курток, обошли дом и, убедившись, что все чисто, приблизились к парадному входу. Фокс, отменный специалист по электронному оборудованию и хитроумным приборам, достал коробочку — считыватель электронного ключа. Через десять секунд дверь парадного с электронным замком была открыта. Они вошли.
В подъезде достаточно светло. Два загримированных спеца в париках, с накладными бровями и усами, не обращая особого внимания на видеокамеры, не спеша поднялись на лифте на шестой этаж. Подобравшись к двери квартиры 95, они вытащили пистолеты, надели на них глушители и прислушались. Все тихо. По заведенной практике говорить вслух не полагалось: общение агентов происходило жестами, мимикой и кивками. Фокс включил тепловизор. На маленьком экране желто-красным пятном высветился объект ликвидации внутри квартиры — тепловое излучение шло от одного человека. Фокс кивнул. Хит, скривив губы в усмешке, повозился отмычками в замке. Бесшумно открыв дверь, громилы вошли в квартиру.
Хит, подсвечивая фонариком в темноте и стараясь не шуметь, искал спальню. Фокс прикрывал партнера с тыла. Вот Хит заглянул в гостиную, затем в кабинет, ванную и наконец уперся в дверь спальни. Медленно повернув ручку, он открыл дверь… Глаза его округлились. Прямо в лоб ему целился из пистолета человек в бронежилете. И это был не Колесов. Послышался окрик:
— Stop, I’ll shoot!
Реакция Хита была моментальной: он выстрелил первым. Человек в бронежилете, прежде чем свалиться, успел выстрелить в ответ, ранив незваного гостя в правую руку. Хит, переложив оружие в левую руку, которой владел не хуже правой, шарахнулся из спальни. Американские агенты, ожидая нападения со всех сторон, стоя спиной к спине, торопливо попятились к выходу, но там их поджидал еще один агент русской спецслужбы. Завязалась перестрелка. Фокс яростно атаковал и, по-видимому, убил стрелка. Хит, понимая, что они с другом в ловушке, грамотно применил дымовую гранату. Под непроглядной завесой американцы эвакуировались из квартиры. Побежали они по лестнице не вниз, а вверх.
Оказавшись на крыше, Фокс осмотрел друга:
— Хит, пуля прошла навылет! — Наложив на руку жгут, чтобы остановить кровь, добавил: — Потом перевяжу, терпи!
— Фокс, это засада…
— Выберемся, Хит!
По пожарной лестнице они спустились вниз, но прежде чем спрыгнуть на землю, бросили две дымовые шашки. Маскирующие дымы им помогли. На земле их поджидали два агента, обрушивших шквал огня в никуда, настолько плотной была дымовая завеса. Метнув в стрелявших шоковую и световую гранаты, американцы, искусно маневрируя, под объемной завесой и непроглядной темнотой пробились-таки через огневой заслон…
В логове американской спецслужбы на Трубной площади Блейк хмуро смотрел на неудачников.
Фокс оправдывался:
— В квартире устроили засаду. Колесова не было… Хит действовал отлично… Мы положили много народу… Благодаря Хиту выжили…
Блейк сощурился:
— Почему, прежде чем входить в квартиру, не оценили обстановку? Вы что, приехали на прогулку?
— Шеф, — пробасил Хит, — все мы оценили, просто русские нас переиграли…
— Ладно, — успокоился Блейк, — вы живы, и это главное… Выше нос! Повезет в следующий раз.
Пай, изображая скучающую одинокую девушку, прохаживалась по вестибюлю отеля «Рэдиссон Славянская». Парик, ярко накрашенные губы, темно-голубые контактные линзы, короткое облегающее платье и модная дамская сумочка действовали на мужчин, как хорошая наживка для рыбы. Агент дождалась, когда закончится вечерняя сессия симпозиума, посвященного радиационной безопасности, и участники — ученые из разных стран — разойдутся кто куда. Интересующий Пай объект, русский ученый с мировым именем из Курчатовского института, Никита Акимов, присев за стойку в лобби-баре, заказал виски. Он потягивал напиток, когда красивая молодая женщина, светловолосая, синеглазая, элегантная, уселась на соседний барный стул. Она заказала, и ей приготовили «Маргариту» — алкогольный коктейль на основе текилы. Отхлебнув глоток, она обратила внимание на мужчину рядом, неоднократно бросавшего на нее изучающие взгляды.
Улыбнувшись ему, она сказала по-английски:
— Привет. Вы тоже с конференции для представителей индустрии моды?
— Нет, — бархатистым глубоким голосом также по-английски ответил Акимов, — в соседнем зале проходит достаточно скучный симпозиум.
— И по какому поводу? — Дама ненароком приподняла рукой свои шелковистые волосы, оголив шею.
— О, избитая тема радиационной безопасности.
Пай, внимательно посмотрев на мужчину, просияла:
— Я слышала, что за безопасность необходимо платить, а за ее отсутствие расплачиваться…
— Да, быть начеку в таком деле, как радиация, лучший способ оградить себя от неприятностей.
Посмотрев на собеседника мягким и проникновенным взглядом, она улыбнулась и спросила:
— Как вас зовут?
— Никита. А вас?
Цепко держа зрительный контакт с мужчиной, она легко и непринужденно рассмеялась:
— Мэри. Я из Англии… Никита, вы такой мужественный, серьезный. В вашем обществе любая женщина почувствует полную безопасность.
— Ощущение полной безопасности обманчиво, — с придыханием сказал он. Наклонившись к ее уху, прошептал: — Вы очаровательны.
Она кокетливо проворковала:
— Я остановилась в этом отеле…
Следуя правилам флирта, опытная соблазнительница перевела долгий взгляд на проходящего вдалеке мужчину. Ее зрачки, как и положено в таком случае, расширились, но Никита воспринял это как признак сексуального возбуждения.
Она вновь взглянула на него и, накручивая прядку волос на палец, произнесла:
— В моем номере есть старый виски «Чивас Ригал». — Прикоснувшись к запястью ученого, добавила: — Хочу вас угостить…
Конечно, по натуре мужчина охотник, но в данной ситуации Никита, всегда теряющий разум при виде красивых женщин, явно не смекнул, что арсенал для соблазнения у Пай безграничен. Не она, а он трофей. Однозначно! Женщина соскользнула с барного стула и раскованной походкой «от бедра» соблазнительно проследовала на выход. Акимов двинулся следом.
В номере отношения развивались бурно. Прелюдия интима была короткой: по глотку виски и — страстный поцелуй, раздевание, тактильные ласки. Возбуждение привело пару в постель. Никита, получив фантастический секс, впал в эйфорию. Он лежал на кровати расслабленный, наслаждаясь интимной близостью, а она, сидя на нем, облизывала его указательный палец.
— Никита, ты уже разгадал секрет прилетевшего из космоса реактора?
Его брови поднялись, на лбу появились морщины, отражая эмоцию удивления, глаза широко открылись, он часто заморгал:
— Откуда… откуда ты знаешь?
— Ну, об этом многие судачат…
— Я не могу об этом говорить…
Она смачно облизнула его палец:
— Мне ты можешь рассказать…
Он сопротивлялся:
— Это тайна… Я не вправе…
— И все же… — она нагнулась и поцеловала его в губы, — я сгораю от нетерпения узнать подробности…
— Понимаешь, — он попытался уклониться от прямого ответа, — никто толком ничего не знает… Какая-то аномалия…
Она сузила глаза:
— Ты такой милый врунишка… Я тебе помогу…
В ее руках появился шприц с препаратом.
— Что это? Что ты собираешься делать? — заволновался Никита.
— Это? — Она взглянула на шприц: — Сыворотка правды… — и ловко вколола иглу ему в руку.
Комната поплыла, стены стали раздвигаться, предметы мебели приобрели уродливые очертания… Акимов почувствовал себя на небесах, появились ангелы, и самый красивый из них с лицом Мэри спросил:
— Хочешь поболтать?
— Еще как!
— Что за тайну ты хранишь? Доверься мне. Я помогу тебе раскрыть секрет. Ты и только ты станешь первооткрывателем… Деньги, уважение, почет сделают тебя особенным…
— Шар… шар из космоса… золотой… Я не могу об этом говорить… — Мужчина отчаянно сопротивлялся.
Пай разозлилась:
— Так дело не пойдет! Придется вколоть тебе еще одну дозу. Но выживешь ли ты, не ручаюсь...
Она всадила ему второй шприц с более сильным препаратом. Теперь Никита погрузился в ад. Со всех сторон к нему тянулись грешники, взывая: «Скажи, скажи!» Еретики, насильники и убийцы всех мастей предлагали: «Покайся, раскрой тайну, не лги…» Черт с лицом Мэри подвел Акимова к кипящему котлу:
— Что ты знаешь о золотом шаре?
Смирившись с участью, Никита прошептал:
— Мне нельзя об этом говорить… — Перед ним открылась бездна, и он шагнул в нее…
Глаза Акимова остекленели, губы приоткрылись, дыхание остановилось… Он умер. Недовольная собой Пай слезла с кровати, накинула халатик и, завязав поясок, нервно, чертыхаясь, заходила по комнате взад-вперед, потом порывисто схватила смартфон и позвонила:
— Виктор, возник черный смерч…
На том конце положили трубку.
Лаборанта Юру Чумакова, русоволосого симпатичного парня двадцати пяти лет, выписали из медсанчасти через два дня. Он появился в ангаре номер пять и, к удивлению коллег, выглядел абсолютно здоровым. Как всегда, скромный, тихий и серьезный, в синем халате с неизменной ручкой в нагрудном кармашке. Весь коллектив лаборатории зааплодировал ему как герою, а он, приветливо улыбаясь коллегам, пожимающим ему руку, отвечал, что чувствует себя хорошо, шутил о готовности к новым подвигам и как-то по-особому поглядывал на сферу, покоящуюся на своем месте в центре зала. Наконец народ разошелся по рабочим местам, а Юра, сев за свой стол, приступил анализировать магнитную восприимчивость объекта изучения. Вдруг он услышал мысли товарища за соседним столом: «Теперь перемножим два числа…» Коллега назвал шестизначные числа.
Юра, скромно улыбнувшись, выдал вслух ответ. Лаборант удивленно посмотрел на него, затем подсчитал на калькуляторе, снова глянул на соседа и как-то тревожно заметил:
— Все точно! Юра, с тобой все в порядке? — Увидев, что Чумаков кивнул, проинформировал: — Вот делаю расчет мощности реакции синтеза…
Юра, не поворачивая головы, сообщил:
— Можешь не считать, я и так знаю. Зависимость мощности от энергии инжектируемых ионов будет иметь максимум в точке сто пятьдесят килоэлектронвольт.
Теперь коллега, с любопытством посмотрев на друга, осторожно спросил:
— А каково полное энергосодержание плазмы в Даре?
Чумаков, не задумываясь, спокойно ответил:
— Пятьдесят процентов.
Товарищ поразился:
— Ну ты даешь!
Весть о сверхспособностях Чумакова быстро облетела лабораторию. К нему стали подходить за консультациями коллеги и, получив ответы, уходили с мыслями, что обычный парень после удара молнии обрел дар ясновидения, научился читать чужие мысли и приобрел другие сверхъестественные способности. Вообще-то, давно известно: удар током у одних людей отшибает память напрочь, а у других создает сверхразум, так как в мозгу скрыты безграничные возможности для прогресса. Юра получил еще одну восприимчивость — чувствовать электромагнитное излучение сферы, даже не приближаясь к ней. Например, он так описывал состояние объекта:
— Сегодня возмущение электромагнитного поля нарастает… Интересно, с чем это связано? Длина волн ультрафиолетового излучения тоже изменилась…
Все подтверждалось, и изучение сферы производилось теперь без приборов. Опасаясь генетических мутаций, Федор Колесов посматривал на Юру с опаской, так как знал, что температура молний в пять раз выше, чем температура на поверхности Солнца. Левицкий, наоборот, был в восторге: Юра щедро снабжал его информацией для машинного обучения искусственного интеллекта, ведь суперкомпьютеру, как верил ученый, дано открыть секреты реактора.
Генералу Круглову охрана докладывала, что Чумаков, задерживаясь на работе, подолгу стоит у сферы, будто подпитывается энергией. Естественно, генерал приказал следить за Юрой круглосуточно. Однажды Круглову доложили, что Чумаков взял сферу в руки и в течение десяти минут смотрел на нее, не отрываясь. «Подозрительно», — решил генерал, но до поры до времени ничего не предпринимал.
Чумакова пригласили на рабочую группу в «аквариум». Майор Демин мягко спросил:
— Юра, вас видели с Даром в руке…
Наивный и честный лаборант растрогал всех своим ответом:
— После того как в меня ударила молния, мы с Даром породнились… Он больше не причинит мне вреда.
— Вы что-то почувствовали? — заинтригованно поинтересовалась Дроздова.
— Дар посылает мне какие-то сигналы, но я не понимаю, что это — просьбы, условные знаки, предупреждение или что-то другое.
Члены рабочей группы, решив, что у человека не все дома, оставили его в покое, сосредоточившись на текущих делах.
Ученые продолжали упорно работать над разгадкой подарка из космоса. Денис Левицкий, компьютерщик, в своей жизни достиг значительных успехов. Новые технологии, базирующиеся на машинном обучении и нейронных сетях, помогли ему решить несколько сложнейших физических задач и выбиться в ведущие специалисты информационных технологий в стране. Его ценили. И теперь, привлеченный к изучению внеземной сферы, он азартно погнался за исчезающей реальностью.
В суперкомпьютер он загрузил базы знаний из разных областей науки и техники, результаты экспериментов физико-технических институтов, устройство токамака-реактора, гипотезы обуздания термоядерного синтеза и реакции распада атомов. Кроме того, в «мозг» ИИ были вложены история находки сферы на Луне и происшествие с Юрой Чумаковым, у которого в результате удара током проявились суперспособности. Также был загружен его рассказ об «общении» со сферой после выздоровления. Дроздова прислала Левицкому дополнительную выборку данных для обучения машины. В итоге получилось много-много пазлов — миллионы фрагментов головоломки, — из которых искусственный интеллект должен сложить целостную картину изучаемого предмета — сферы диаметром десять сантиметров с плазмой внутри.
Плазма — это газ, состоящий из электронов и заряженных ионов, сжатый до колоссальных давлений. Благодаря этому идет непрерывная реакция термоядерного синтеза с получением энергии. По идее, оболочка шара должна давно расплавиться и испариться, но этого не происходит. Вещество в плазменном состоянии каким-то образом сохраняется в металлическом сосуде небольшого размера. Следовательно, плазму в сотни миллионов градусов удерживает какая-то сила. Возможно, магнитное поле. Сфера, по сути, превратилась в миниатюрное искусственное солнце, которое без вреда экологии выдает электромагнитную энергию.
Суперкомпьютер работал на запредельных скоростях. Его нейронная сеть, воспроизводящая безграничные возможности мозга умнейших людей на планете, должна ответить на два вопроса. Первый: почему плазма не касается стенок сосуда? Второй: какое назначение сферы?
Левицкий наконец получил ответ. На его ноутбуке высветилось: «Недостаточно данных». Вздохнув, он не огорчился: поиск нового — это всегда потрясающее приключение и длительное странствие, потому что разгадка таится в дебрях неизведанного. Надо бы поспрашивать «собратьев по плену», запертых, как и он, на секретной базе. Их наверняка озарили новые идеи. Коллеги томились на базе уже пять дней, никого домой не отпускали, смартфоны отобрали, раз в день разрешали звонить родным по особому телефону якобы из долгой «командировки», хорошо еще, что предоставили комфортабельные номера в местной гостинице и вкусно кормили! «Безопасность…» — вздохнул он.
В столовой, в отдельном кабинете, во время обеда собралась рабочая группа за большим столом. Обычно прием пищи становился поводом для обмена мнениями. Рядом с тарелкой у Левицкого всегда стоял ноутбук, и каждое интересное замечание коллег автоматически записывалось и немедленно отправлялось в память суперкомпьютера, находящегося в подвальном зале Курчатовского центра. Самые крупные дата-центры позавидовали бы производительности этой машины.
Официант подавал холодные закуски, на первое суп из шампиньонов, на второе карпа, на десерт сладкие булочки. Чай и кофе по выбору.
— Коллеги, — сказал Демин, поедая грибной суп, — доктор Левицкий просит содействия в анализе данных с использованием искусственного интеллекта.
— Да, да, друзья! — встрепенулся Денис Левицкий. — Для обучения ИИ я применил большие выборки разнообразных данных. Глубокое обучение поможет машине найти способ их обработки. Ожидается, что компьютер самостоятельно извлечет нужную информацию и объявит результат, но…
Генерал Круглов, жадно уплетая восхитительный суп, с иронией спросил:
— Левицкий, вы отвечаете за объективный анализ машиной?
— Трудно сказать… — Денис недоуменно наморщил лоб. — Нейронные сети — это математическая модель. Полученное решение проверить невозможно. Мы, исследователи, такой подход прозвали «черный ящик». Но, поверьте, система умеет извлекать из входных данных правдивую информацию. Однако…
— То есть причины принятия решения будут неизвестны? — спросил Круглов, прекратив есть и мрачно взглянув на ученого.
Дроздова, неторопливо кушая суп, поддержала коллегу по «цеху»:
— Доктор Левицкий всегда верно формулирует задачу поиска. Полагаю, сейчас ему нужна помощь. Необходимо добавить в обучающие выборки свежие идеи.
Денис, прежде чем подкрепить фактами ее речь, жадно и чувственно посмотрел на Екатерину. Будучи неисправимым бабником, он умел очаровывать женщин. Первобытный инстинкт влечения пробудился, но компьютерщик, сумев обуздать себя, благодарно улыбнулся женщине, избавившей его от назойливых вопросов генерала. Он произнес:
— Это так. Мы сейчас в неофициальной обстановке… Давайте пофантазируем, поразмышляем, как может быть устроен объект Дар, ведь суперкомпьютер, к сожалению, не обладает абстрактным мышлением. Его «мозг» способен лишь обработать данные, которые мы вложили в память машины или которые он самостоятельно выудит из интернета.
Денис бросил на Екатерину многообещающий взгляд, но она его проигнорировала.
— Друзья, — Демин, оставив карпа, улыбнулся во весь рот, — проведем мозговой штурм. Федор, ты ближе всех к невероятным событиям в космосе, возможно, даже видел инопланетное существо… Поделись!
Федор Колесов, положив на стол вилку и нож, задумчиво взглянул на коллег:
— Ну, по правде говоря, инопланетян в космосе я не встречал… Если, конечно, не причислять к ним американца Блейка… — Все посмеялись. — Но вот недавно прочитал роман «Хороший пришелец». Научная фантастика. Обитатели продвинутой цивилизации открыли эффект сверхпроводимости. Металл, из которого были сделаны их устройства, находился в сверхпроводящем состоянии даже при комнатной температуре, и ток в нем переносился без потерь… Течет себе непрерывно, а электрическое сопротивление чудесным образом исчезает…
Екатерина с интересом взглянула на Федора, даже, можно сказать, изумленно. Он поймал ее взгляд, почувствовал в нем притягательное очарование, даже влечение и некую связь. Между ним и женщиной явно проскочила искра божественности. Доктор физики вздрогнула и, видимо вспомнив, где находится, вернулась к теме обсуждения. Отведя от Федора взгляд, она как-то задумчиво произнесла:
— Идея классная… Давайте порассуждаем…
Дроздова говорила о физических явлениях, трудно понимаемых неспециалистами, но все, прекратив жевать, внимательно слушали. Если действительно материал, из которого сделан Дар находится в сверхпроводящем состоянии, то электрический ток циркулирует в оболочке без потерь, постоянно порождая магнитное поле. В соответствии с эффектом Мейснера оболочка выталкивает магнитное поле из сверхпроводящей фазы — вот вам и магнитная ловушка, которая удерживает плазму в заданном объеме и не дает разрушить стенки реактора.
Вдруг оживился генерал Круглов:
— А за счет чего происходит изменение электрического поля во времени? То самое поле, которое и создает магнитное? — Он победно окинул взглядом коллег и сам ответил на свой вопрос: — Генератор! А управляющий элемент чип. Если в чипе также нет электрического сопротивления, он хранит энергию бесконечно долго, работая сам по себе…
Не иначе как генерал сделал открытие. Все с удивлением поглядели на него, а Демин, который не очень-то разбирался в физике, попробовал резюмировать обсуждение:
— Устройство магнитной ловушки мы, кажется, воспроизвели… Ловушка не дает плазме контактировать с оболочкой…
Екатерина добавила:
— Хорошо бы еще узнать, из какого материала сделан Дар…
Левицкий, контролируя отправку оживленной дискуссии в память суперкомпьютера, предложил:
— Давайте вопрос о материале попросим прояснить Юру Чумакова.
Коллеги закивали. За десертом и кофе установилась тишина. Ожидали результатов работы суперкомпьютера. Через несколько минут Левицкий воскликнул:
— Есть! — И двинул ноутбук к сидящему рядом Демину.
По очереди специалисты молчаливо знакомились с вердиктом искусственного интеллекта. Надпись на экране ноутбука гласила: «Анализ всех доступных ресурсов выявил следующее. 1) Дар — термоядерный реактор с магнитным удержанием плазмы. Внутри происходит постоянная реакция синтеза. Амбиполярное удержание плазмы в окружающей активную зону сверхпроводящей оболочке Дара производится за счет мощного магнитного поля, созданного генератором магнитных полей. Управляет генератором микропроцессор высокой степени интеграции, выполненный на основе сверхпроводников. Микропроцессор способен самостоятельно принимать решения и производить квантовые вычисления. 2) После прибытия на Луну Дар должен был включиться в совместную работу с исполнительным механизмом».
Присутствующих сообщение повергло в немое изумление. Нет, конечно, коллективный разум людей, апеллируя абстрактными понятиями и рождая ассоциации, и без суперкомпьютера пришел к правильным выводам по «магнитной ловушке», но то, что сфера прислана работать совместно с «исполнительным механизмом» на Луне, взволновало настолько, что члены рабочей группы долго не могли ничего произнести.
Наконец высказался Колесов:
— Что же получается? Инопланетная цивилизация шлет зонды на Луну, потому что там находится некое устройство? Ерунда какая-то. Луну просветили вдоль и поперек. Никаких скрытых рукотворных объектов…
Генерал Круглов посетовал:
— Плохо искали, Колесов! А что касается искусственного интеллекта, господин Левицкий… — Круглов сузил глаза: — Жаль, нет возможности изучить причины выбора машиной данного решения.
Демин, повергнутый в смятение, размышлял вслух:
— А если на Луне спрятано некое смертоносное оружие?
Дроздова, заметив, что члены рабочей группы изрядно разгорячились, категорично высказалась:
— Коллеги, успокойтесь! Никакой трагедии нет. Возникла всего лишь очередная рабочая гипотеза. Придется ее подтвердить или опровергнуть…
Левицкий деликатно напомнил:
— Дар ни с того ни с сего наградил Юру сверхспособностями…
Екатерина Дроздова строго на него посмотрела и, как истинный ученый, произнесла:
— Мы получим безошибочные результаты, если углубимся в исследования и не будем паниковать раньше времени.
После обеда Левицкий подошел к Дроздовой:
— Екатерина Романовна, вы тонкий аналитик. Ваши идеи вдохновляют. Я бы хотел поподробнее кое о чем вас поспрашивать… В гостинице есть бар… Вечером мы могли бы встретиться…
— Денис Владимирович, — она досадливо его перебила, — не тратьте зря время. Вы не в моем вкусе.
Поздним вечером, находясь в своем номере гостиницы, Екатерина думала о Федоре. Отогнать навязчивые мысли не получалось. Интуитивно, на неосознанном уровне он ей понравился с первого взгляда. Колесов не любит суеты, уверен в себе, прекрасно держится, говорит редко, но по существу, харизматичный, спортивный. Любая женщина почувствует себя рядом с ним защищенной. Он сильный прирожденный лидер, красив, умен, умеет слушать и слышать, всегда лучится оптимизмом. Этот самодостаточный мужчина вскружил ей голову, взбудоражил ее женское воображение. Именно таковым она представляла своего будущего мужа, с которым легко идти по жизни, интересно общаться на интеллектуальные темы. Он яркая, творческая индивидуальность, всегда достигает того, чего хочет, образованный, стильный, совсем не высокомерный и, в конце концов, подходящий сексуальный партнер. Конечно, у него есть недостатки: расслабляется пивом и крепкими алкогольными напитками, не терпит критики, любит казарменный юмор, не желает или не умеет производить впечатление. Но это все поправимо, главное — он способен на настоящие, глубокие чувства. Она заметила, что, находясь рядом с ней, он всегда испытывает восторженные эмоции, и, значит, она ему небезразлична. У Екатерины возникло влечение, и ничего с этим поделать было невозможно.
В дверь номера Колесова постучали. Федор отложил книгу, встал, открыл дверь. На пороге стояла Дроздова.
— Екатерина Романовна? — удивился он.
— Федор Григорьевич, можно войти?
— Конечно!
Она, в домашнем платье и туфельках, вошла, прошлась по комнате и, опершись спиной о подоконник, предложила:
— Давай без официоза! Согласен?
— Да.
— Идея, которую ты сегодня высказал за обедом, тянет на открытие. Ученые умеют ставить правильные вопросы, но в поиске истины они зажаты в узком коридоре объективных предпосылок и обычно не пытаются выйти за границы возможного. Только непредвзятый человек видит реальную ценность абсурдной идеи. Как ты думаешь, мы сможем проникнуть в захватывающую тайну Дара?
Колесов восхищенно смотрел на женщину. Красивая фигура, одухотворенное лицо, русые волосы, голубые глаза, утонченность во всем… Ей не больше тридцати трех, но она уже доктор наук, ведущий специалист ядерной отрасли. Это смущало, но простенькое платьице и распущенные волосы делали ее молодой, очаровательной и соблазнительной. Парфюм, который шлейфом тянулся за ней, источал запах весны и цветов. Федору вдруг показалось, что он знает ее много лет, а теперь хочет узнать доподлинно.
— Я думаю, мы на правильном пути… — негромко произнес он.
Она подошла, коснулась его руки:
— Из всех мужчин, которых я встречала, ты самый невероятный… Бесстрашный, надежный, неугомонный…
Ее выражение лица говорило: «Я хочу быть с тобой», а его улыбка и горящие глаза отражали взаимную симпатию и счастье. Между двумя неординарными личностями ощущалось эмоциональное притяжение.
— Это похоже на безумие, — сказала она, — но я, кажется, влюбилась…
Екатерина, глядя ему в глаза, потянулась к губам Федора и поцеловала. Он, почувствовав прикосновение губ взволнованной женщины, расслабился, прикрыл глаза и полностью отдался моменту. Она, погрузив руки в волосы партнера, поглаживала их, не переставая целовать возлюбленного, и на каждое его движение отвечала взаимностью. Он, страстно лаская желанную женщину, шептал:
— Ты сводишь меня с ума…
Она — объект сильных и пылких желаний мужчины. Охватившая Федора страсть подарила первобытную чувственность, рождая приятные и незабываемые ощущения. В ответ на его ласки она прижалась к мужчине, прекрасно зная, что в эту минуту тот испытывает удовольствие и сильное сексуальное влечение. Она дразнит его, помогает его чувствам постепенно, но неминуемо раскрыться… Их души слились воедино, безумие охватило обоих, появились порыв и нетерпение… Раздев друг друга, они опустились на кровать…
Блейк, желая ускорить события, на закате дня собрал команду в конспиративной квартире на Трубной и объявил:
— По агентурным данным, доктор наук Берестецкий приглашался на обследование реактора с Луны. Мне он знаком по конференции в Нью-Йорке… Попытка его завербовать не увенчалась успехом. Живет c женой Розой уединенно в своем доме в получасе езды от Москвы. Всего один охранник.
Пай поинтересовалась:
— Чем он занимается?
Рид погуглил интернет и сообщил:
— Леопольд Борисович Берестецкий, теоретик тороидальной камеры с магнитными катушками токамак. Близок к решению проблемы стабильности плазмы. Возраст пятьдесят лет.
На экран монитора было выведено два фото — ученого и его жены.
— Он-то нам и нужен! — убежденно заявил Хит, глядя на полноватого, улыбчивого ученого.
Фокс спросил:
— Шон, какой план?
Блейк, пройдясь по комнате, остановился и обвел взглядом команду:
— Берестецкий без ума от жены, даже на конференции с ней ездит. Она что-то вроде его референта, а может быть, талисмана… Уверен, оба много знают… Похитим жену, и муж сразу выложит интересующую нас информацию.
— Что ж, — Хит рвался в бой, — времени мало. Нужны действенные методы.
Пай злобно оскалилась:
— Я беру женщину на себя.
Блейк согласился:
— Разумно. Хит и Фокс, будете на подхвате у Пай. Держите жену ученого на заброшенном заводе. Ее мужу я предложу встретиться… Думаю, он согласится сотрудничать и не решится звонить в полицию.
— А если нет? — спросил Фокс.
Подумав, Блейк объявил:
— Тогда выкрасть придется и его… — Шеф укоризненно посмотрел на помощницу: — Пай, дорогая, не уничтожай раньше времени ценный источник! Ликвидируем обоих, когда они сольют необходимые данные.
— Окей, — недовольно буркнула Пай.
Рано утром известный физик, полноватый и лысеющий Леопольд Борисович Берестецкий пил кофе.
— Розочка, — нежно сказал он жене, — сегодня предстоит важное совещание. На обед могу задержаться.
Жена Роза, практичная, сохранившая увядающую красоту женщина сорока пяти лет, неодобрительно покачала головой:
— Лева, на пустой желудок вдохновение не приходит, а мысли, как птицы, норовят улететь в неведомые дали… Буду ждать тебя к обеду. Между прочим, приготовлю твой любимый борщ.
— Розочка, ты мой ангел-хранитель… Что бы я без тебя делал? Постараюсь не опаздывать. — Он встал из-за стола, надел пиджак, подошел к жене и поцеловал ее в щечку: — Люблю тебя.
