Первоклашки

Дочь сбегала в прихожую за сменкой и вытрясла перед мамой содержимое мешка. На пол посыпались новые красивые туфельки… Но они были все по одной штуке… и все не Настины!!!

– Как же это так получилось? Ты что, свои туфли не знаешь?

– Нет, мама! Я, когда одевалась, Никитушка говорит: «Давай я тебе помогу!» Он мне ботиночки застегнул и туфельки положил в мешок. Он мне друг!

– Ладно, – вздохнула мама, – завтра пойдем пораньше и разыщем хозяек туфелек! А сейчас… Тыдыммм! Подарок!

С этими словами мама достала из-под диванной подушки шикарный блокнот, украшенный пайетками. В одну сторону рукой по ним проведёшь – он серебряный, а в другую – золотой!

– Мамочка, родная, в таком красивом блокноте и рисовать страшно!

– А ты, доченька, записывай в него все свои умные мысли.

– Уррра! Умные мысли! Точно. А то у меня мыслей много, я их не записываю, они и разлетаются все. Мамочка! Ты у меня самая лучшая! Самая добрая! А теперь давай ещё раз посчитаем мои смайлики…

***

В конференц-зале проходило общешкольное родительское собрание. Александра внимательно слушала выступление директора школы, красивого, интеллигентного мужчины. Рядом с ней сидела Даша, мама Никитушки Лёвкина.

– Никогда ни с кем не сравнивайте своего ребёнка, это приведет либо к повышенной гордости, либо к зависти и падению самооценки. Сравнивать можно только новые успехи вашего ребенка с его прежними достижениями, – учил молодых родителей директор школы.

– Я директора обожаю! Такой душка! Я сама училась в этой школе. Все старшеклассницы были в него влюблены…

– А ничего, что мы с тобой в одном классе учились?! Да, Юрий Андреевич – очень приятный человек. Интеллигентный… И детей любит. Дашка, дай послушать!

– И помните, что детские проблемы не проще взрослых. Конфликт с учителем или сверстником по эмоциональному напряжению и последствиям может оказаться более тяжелым, чем конфликт взрослого члена семьи с начальством на работе. Успех адаптации к школе во многом зависит от родителей, а учителя и наши психологи вам обязательно помогут.

В это время Дарья получила СМС от очередного друга (с мужем-то она давно рассталась) и стала, хихикая, читать их переписку Саше:

– «Ты где?» пишет. Где, где? В Караганде! «На собрании», – напечатала она ему ярко-зеленым длинным ногтем. – Пишет: «Ты на той неделе была!» Дурак ревнивый! Щас я тебе: «И что?» Нет, ты подумай, спрашивает: «На фига?» Щас… «То было классное собрание, а сейчас общешкольное!» Прикинь, фотку просит! Совсем с дуба рухнул…

Даша сфотографировала зал, где проходило собрание, отослала бойфренду снимки и получила следующее послание: «А это что за мужик?».

– «Это ваще-то директор школы! Болван тупоголовый!» – ответила девушка ревнивцу. – Нет, ты глянь, чё пишет: «Ты меня назвала тупоголовым болваном?» – Так, щас я ему… «Ну, не то, чтобы я правда так думала…»

– Даша, тише! На нас все смотрят! – шикнула на неё Александра.

– Ой, да кому надо! Слушай, Саш! Мне домой надо бежать! Я поскакала! А Элькина мать вон там сидит! В желтой кофте. Ну пока! Созвонимся!

Родительское собрание закончилось, и Саша стала искать глазами мать Эли. Наконец-то ей удалось протиснуться к молодой женщине в желтой кофте.

– Ой, извините, минуточку, подождите! Вы Ольга? Элина мама?

Девушка кивнула, с удивлением посмотрела на Сашу и с испугом спросила:

– Да…. Она что-то натворила?

– Нет, нет, что вы! Просто наши дочери дружат, а мы своей всегда разрешаем подружек в дом приводить. И даже оставляем ночевать.

Ольга торопилась поскорее уйти, но Саша пошла за ней к выходу.

– Вы только не подумайте ничего. У нас хорошая, спокойная семья. В квартире чисто. Много игрушек. У Насти своя комната. Можно Элечка будет к нам приходить? Я её и встречу, и назад домой приведу.

– Да я не против, – согласилась Ольга и достала из сумочки трезвонящий телефон.

Девушки остановились.

– Извините, это Эля, – посмотрев на экран, сказала Оля и ответила дочери, – да, доча!

– Мам, я суп подогревала, а с него пена полезла. Суп желтой коркой покрылся. Похожа на пластмассу, – громко отчиталась перед матерью Эля.

– Сколько ты его грела?

– Да недолго, около часа. А давай я его сфотографирую и тебе пошлю? Можно его есть или нет?

– Ничего не делай, через пять минут я буду дома! Слышишь? Ничего не делай!

Обеспокоенная Ольга прибавила шагу и попросила Сашу:

– Пойдемте побыстрей, пока они мне квартиру не спалили! Вы уж извините, я вся на нервах. Это собрание… Так некстати… Гаврики мои голодные сидят.

– Гаврики? У вас их двое?

– Двое! Да еще огромная дворняга Рекс! Меньшому, Юрасику, три.

– Ну вы даёте!

– Даааа… даю… Сама себе удивляюсь.

– Наверно муж хороший?

– Ага! Как только Юрочка родился, его как ветром сдуло!

– Оля, простите. Я не знала… – смущенно извинилась Саша.

– Да все нормально! Все уже пережила. А за Элю спасибо! А давайте на «ты»?

– Давайте! То есть давай! Меня Саша зовут!

– Меня Оля! А девочки пусть дружат. Лишь бы Элька в тягость вам не была. А то они как вместе соберутся – дым коромыслом!

– Да уж не без этого…. Ты знаешь, они так хорошо играют вместе… Есть у них еще подружка… Нюшка… Ха-ха-ха-ха… Подружка Нюшка!

И девушки, довольные знакомством, весело рассмеялись. Оказалось, что они и живут в соседних домах.

На следующий день Александра сходила к Масловым и осталась довольна знакомством с Нюшиным отцом, Власием, и его старой матерью. Старушка в некоторой степени страдала деменцией, но была бойкой, весёлой и с отличным чувством юмора.

***

С самого утра подруги делали доброе дело: помогали Никитушке Лёвкину искать ранец с учебниками.

– Вот он тут был! А пока я сменку надевал, он исчез! – подробно рассказывал одноклассник.

Девочки усадили Никитку на скамеечку, чтобы не мешал искать, а сами облазали весь гардероб. К ним присоединилась и вахтёрша, тетя Лена. Затем охранник обошел фойе по периметру. Нет рюкзачка!

– Говоришь, красненький? С человеком-мухой? – участливо переспрашивала в седьмой раз вахтерша.

– Да, с человеком-пауком! Раньше он был просто человеком, а потом стал пауком!

– Божечки, страсти-то какие! – перекрестилась женщина.

Два дежурных учителя отправили детей постарше пробежать по классам и поспрашивать, не взял ли кто по ошибке чужой портфель.

– У меня сейчас будет приступ паники! – заныл Никита и протянул руки к Насте. – А я могу сейчас в панику впадать?

– Можешь, – успокоила его девочка, – только тихо! – И зажала ему рот ладошкой.

Мимо ребят торопливо прошёл Юрий Андреевич. Девочки тут же ринулись к нему:

– Директор, дорогой директор! Помогите! У Никитушки ранец пропал! Мы уже всё обыскали! Скоро звонок, а у нашего мальчика портфеля нет!

– А как он выглядел? – взялся за дело директор.

– Он такой красненький…

– И человек-оборотень на нём! – вставила тетя Лена. – А потом родители говорят, что дети нервные! По ночам вскрикивают! Вот был у моей соседки такой случай…

– Погодите, а что это у тебя за плечами? – спросил директор и показал рукой на ранец.

– Где? – вылупил глаза Лёвкин.

– Так вот же, красненький! – развернул к себе мальчика Юрий Андреевич.

– А, вот же он! – весело закричал Никитушка, перекрикивая раздавшийся звонок на урок. – Вот он, мой голубчик! Нашёлся!

***

На переменке стоял шум и гам. Учащиеся первых и вторых классов с воплями «А-а-а-а-а-а!» носились по коридору. Первые играли в стрелялки и догонялки, а вторые в догонялки и стрелялки. Из класса вышла Елена Ивановна, а в это время лопоухий Мотя пытался кого-то догнать, но не догнал, и со всего размаху ввинтился в Елену Ивановну. Учитель взяла мальчугана за плечи и строго посмотрела ему в лицо:

– И расскажи мне, учащийся 1«а» класса Матвей, на что у нас в школе наложен запрет?

– На бег, – прошелестел мальчик.

– Поэтому ты…

– Не говорите ничего, Елена Ивановна! Я всё помню! У меня память безупречная!

– Ну, ладно… Верю тебе.

Эту картину со стороны наблюдала Настя. Елена Ивановна её оставила за главную, пока она ходила в учительскую. Как только учительница скрылась за поворотом коридора, беготня возобновилась с новой силой. Елена Ивановна, услышав шум за спиной, покачала головой и решила вернуться. Матвей уже оседлал «боевого коня», в роли которого выступил Артём Копаев, крупный, высокий мальчик по прозвищу Чокопайка.

Елена Ивановна с осуждением посмотрела на Мотю и жестом подозвала его к себе. Настя остановилась рядом с учителем и, показав рукой на нарушителя спокойствия, осуждающе сказала:

– Вот и поглядите, Елена Ивановна, на его безупречную память.

Елена Ивановна взяла Матвея за руку и зашла с ним в класс. А там вторая половина её детей играет в пятнашки.

Двойняшки Ян и Ярик, потные, с красными лицами, носились по партам, размахивая жилетками. Учитель, подождав, когда дети её заметят и успокоятся, спросила:

– Ян, ты дома тоже по столам прыгаешь?

– Не-ет! У нас дома столько столов нет.

– Ну что ж вы такие-то, а? – уныло спросила классный руководитель.

– Елена Ивановна, не мы такие – жизнь такая! – виновато объяснил ситуацию Ярик.

Лишь маленькая Нюша, как мышонок, сидела под партой и испуганно смотрела на детей. Зазвенел звонок. Дети выстроились у своих парт и стали тщательно поправлять школьную форму. Елена Ивановна разрешила им сесть и тихо сказала:

– Мне стыдно за вас! Я думала, вы серьёзные, взрослые люди. А вы? Надо уже учиться владеть дисциплиной. Анютка, а ты почему сидишь под партой?

– Так зато-о-опчут! – пропищала девочка.

Елена Ивановна нахмурилась, села за стол и задумалась:

– Кто мне ответит, что такое дисциплина?

– Когда надо слушаться!

– Не кричать!

– Не гоняться друг за другом! – посыпались робкие ответы детей.

– Мне сейчас очень плохо. Я думала, что мои дети любят меня. Я не хочу вас заставлять. Вы должны сами понимать, что можно, а что нельзя…

Видя расстроенные лица своих воспитанников, Елена Ивановна закрыла лицо руками, чтобы не рассмеяться.

Эля Кочерыжкина быстро затараторила:

– Елена Ивановна! Простите, простите, простите! Вы только не плачьте!

– Только не расстраивайтесь! – закричал Мотя. – Я точно больше не буду носиться! С завтрашнего дня начинаю новую жизнь!

– И я, и я не буду носиться! Честное слово! – закричал Ян и бросился обнимать учительницу.

За ним сорвались с мест все ребятишки, и получились большие и теплые обнимашки.

***