Пожав плечами, я вернулся в комнату и сбросив обувь упал на кровать. Мягко, уютно и всё мне… О прошлом можно забыть.
Ещё пару минут понежусь, и точно забуду.
***
Монотонный стук в дверь не сразу прервал мой глубокий сон, но пришлось подниматься, потому что этот гость всё равно не уйдёт.
Илья Фёдорович приходит лично, если опаздываю, и часто сердиться по этому поводу.
Зевая, я отступил в сторону пропуская мужчину в квартиру, а сам пошёл искать одежу.
– Можешь уже научишься вставать пораньше: знаешь ведь, я ненавижу ждать, и только тебе это всё ещё сходит с рук. Но это пока. – с некой долей иронии отметил мужчина, усаживаясь на моей кухне.
– Значит, я заслужил ваше снисхождение.
– Налей мне чая и не ехидствуй. Слишком мало времени прошло, чтобы ты от меня хоть что-то заслужил. Не забывай, что ещё учишься, а твои успехи соразмерны с провалами.
– Прощу прощения за свою бестактность! И никак не смею больше задерживаться!
– Да прекрати ты. Раздражаешь.
Тихо усмехнувшись, я подал напиток, и ушёл одеваться.
Несмотря на то, каким важным и суровым пытался казаться Илья Фёдорович, мне доставляло невероятное удовольствие безнаказанно злить его. Возможно, вместе с совестью и чувствами я утратил инстинкт самосохранения?
– Саш, я тут подумывал на днях, а не попробовать ли дать тебе настоящее задание? Хотя ты всё ещё слишком заносчив и несдержан. Это не допустимо.
– Я над этим работаю! И не забывайте, откуда меня забрали, – выкрикнув из комнаты, я продолжал натягивать брюки.
– Ладно. В отличии от некоторых бездельников, меня-то ждёт работа, и нет столько времени чаи распивать, – посмотрев в окно, задумчиво пробурчал мужчина, делая ещё один небольшой глоток.
– Готов я. Сейчас, – забежав в ванную, я умылся и наспех причесал торчащие во все стороны волосы.
– Ох, не мельтеши. Присядь на минуту, – доставая из пачки сигарету, сказал он, и закурил.
Мне никогда не привыкнуть к запаху табака.
Приоткрыв форточку на кухне, я запустил утреннего, свежего воздуха и глубоко вдохнул зимний запах, напоминающий новогодние праздники. Когда-то они были и у меня…
– Так что, возьмёшь работу, или так и будешь дурака валять?
– Илья Фёдорович, я вас искренне, иногда, не понимаю. Вначале говорите – рано, потом спрашиваете моё мнение, как будто оно вам интересно. Это странно, учусь я одному, а по итогу уже больше месяца покрываюсь пылью вместе с вашими секретарями.
– И что же тебя не устраивает?
– Всё отлично. Я собран! Пойдёмте, пожалуйста.
– Что за манера, игнорировать прямые вопросы? Ладно, идём, – затушив сигарету, мужчина поднялся с крепкого деревянного стула и вышел за дверь.
Всегда было интересно, почему здание администрации охраняется людьми бандитской наружности? Каждый раз проходя мимо неприятное чувство, словно спину, одним только взглядом прожигают.
Хотя, вопросы безопасности не моё дело. А что моё? Не понятно. По большей части я здесь за почтальона между работниками, и вся опасность, с которой можно столкнуться – это упасть, пытаясь удержать в руках башню из бумаг и папок, а после, очень долго собирать их по полу.
Сижу здесь с утра до вечера, даже в город не выйти.
– Саш, подойди ко мне, – пробубнил Илья Фёдорович, проходя мимо.
Бросив на стол документы, которые попросила поднести секретарь, я пошёл по коридору в кабинет босса.
Едкий сигаретный дым как обычно приветствовал любого вошедшего, самым первым. Я осмотрелся и нашёл деревянную табуретку. Недолго думая, поставил её возле стола и с важным видом уселся, терпеливо ожидая следующих, банальных поручений. Что-то найти, или принести чаю. Может наконец протереть всю пыль? Хотя, нет, пожалуй, боюсь её власти в здании куда больше, чем даже у главы.
– Нужно, чтобы ты проверил некоторых ребят. Может внештатные журналисты, или просто заигравшиеся дети. Последи там, подслушай. Проветрись, в общем.
– Хм, ладно, – безразлично ответил я, отмахнувшись от тёмно-серых клубов дыма.
– Что так мрачно, задание не оправдало ожиданий? – поднявшись с кресла он подошёл к стеллажу и что-то вытащил из ящика. – На, держи.
Илья Фёдорович бросил на стол пистолет, и мои глаза округлились настолько, что я вот-вот забуду, как правильно дышать.
– Да… Всё хорошо, я сделаю.
– Не узнал артефакт? Тебе, должно быть, хорошо известен его владелец. Бери, теперь это твоя игрушка.
– Узнал, – в груди болезненно сжалось сердце, как только я взял в руки это оружие. Могу поклясться, что держу его в первый раз, не говоря уже о том, что бы стрелять из подобного хоть раз…
Когда назначенный Ильёй Фёдоровичем человек, учил меня управляться с различным оружием, а также устройство, конструкцию, я начал понимать, что именно держу в руках и как, по-разному, приводить в боевую готовность.
– Никольский, чего застыл, что-то не так?
– Нет, – широко улыбнувшись ответил я, пряча сувенир во внутреннем кармане пальто. – Пойду.
– Иди-иди, – ехидно усмехнулся мужчина.
Согласно кивнув, я вернул табурет на место и покинув кабинет, чуть было не столкнувшись на выходе с девушкой. Личная помощница босса. Вечно такая жизнерадостная, вежливая и обходительная. Раздражает весь здешний коллектив. И слухи разные ходят… Но я как-то предпочитаю не думать, что у босса в голове, и за закрытыми дверьми его кабинета.
Что ещё лучше – я и правда был полностью не виновен в том, за что был осуждён. Слава богу не отправили на тот свет. Интересно, каким образом этот пистолет оказался здесь? Хотя, соглашусь, подарок удался.
Так… Ну, похоже, что я на месте, и здесь только заброшенный старый склад. Интересно, где сейчас все те ребята, с которыми я жил на улице. Возвращать старые связи плохая идея, однако меня так и подмывает съездить домой, убедиться, что дурацкие сны не более чем пустое воображение.
Вокруг стояло несколько лавочек, но все на виду. Однако я лишь сторонний наблюдатель и не более того. Излишняя скрытность может привлечь внимания куда больше.
Практически весь остаток дня я шатался по округе, но из помещения никто даже не выходил. Может это «задание» просто бредовая отговорка, чтобы я свалил на какое-то время из администрации? Подумал, например, о жизни и не мозолил глаза недовольной мордой.
Укажу в отчёте про якобы жёсткую перестрелку, где все его воображаемые сыщики погибли? Было бы очень забавно.
Вдруг из здания выбежали двое ребят, громко споря друг с другом. По виду обычные подростки чуть старше меня. И какое им может быть дело до Илья Фёдоровича? Очевидно, он отослал меня сюда просто так, но любопытства ради можно и подслушать суть конфликта.
Подобравшись ближе, я зашёл за угол и, сосредоточился на двух голосах. Разногласия в методах работы и дел, которые с ней связаны, но совершенно никакой конкретики.
Услышав глухой удар о землю, я выглянул. Похоже, не договорились. Разгорается драка.
Дилетанты. Я-то видел, как на самом деле бьют, и это не идёт в сравнение. Хрень какая-то, в общем, это совершенно обычные подростки, и меня отослали сюда заниматься ерундой.
Звуки ссоры утихли, и победитель быстро удалился в неизвестном направлении, оставив своего товарища лежать на земле. Одно из самых скучных зрелищ, которые приходилось наблюдать. Можно было устроить себе сегодня выходной.
Хотя, есть у меня такая черта – как недооценивать людей. Банально в них не разбираюсь, чтобы судить вот так наверняка.
Подойдя к парню, который поднялся, начав усиленно отряхивать одежду от песка, я поинтересовался всё ли в порядке, но в ответ он лишь грубо оттолкнул меня, посмотрев исподлобья.
Может, он и не зря получил…
– Ну раз всё в порядке.
– Чё ты здесь забыл? Придурок. Свали! – крикнул парень, возвращаясь на заброшенный склад.
– Хм. Действительно, давно пора, – я развел руками и тяжело выдохнув направился в сторону дома.
Не хочу осуждать приказы Ильи Фёдоровича. Допускаю, что он наверняка знает, что делает. Научить чему-то пытается, и в любом случае верит в меня. Думал хуже будет. Гораздо хуже… Но он даже относиться ко мне иначе. То есть, сказал, что я – инструмент. И просто отдаёт вещь, которая принадлежала человеку, сломавшему мою жизнь больше, чем уже было…
Как босс получил этот пистолет, и что стало с владельцем? Я не хотел мести, и уж тем более – его смерти. Вдруг, офицер в какой-то момент одумался? Ну… Да, само собой так оно и было.
Упав на свою мягкую кровать, я устало потянулся и поднял взгляд на белый, гипсовый потолок. Мальчик так и продолжает сниться, практически каждую ночь. Прошлое должно быть забыто, таков один пункт из правил, которые озвучивал Илья Фёдорович. Нельзя, если нынешний Я, который должен стать убийцей, обзаведётся ненужными привязанностями.
Однако, что, если брат действительно существует, а если не помогу, буду жалеть об этом до конца жизни. Но вмешавшись, легко можно навлечь ещё больше бед. И если на отца плевать, то мачеха – хорошая женщина, ничем не заслужила проблем.
На следующий день я вернулся в администрацию, и сразу занялся привычной рутинной работой. Илья Фёдорович отмахнулся, назвав вылазку проверкой некоторых способностей. В целом – ладно. А ближе к вечеру, я решился отпроситься, чтобы уйти чуть раньше. Хотелось успеть в порт до заката. Так давно не прогуливался среди шума волн и приходящих-уходящих кораблей.
Это место было моей, некоторой отдушиной, и всегда помогало отпустить боль, найти в себе силы двигаться дальше, как бы это не было бессмысленно.
Пройдя вдоль портовой дорожки, я заметил знакомое лицо: это же тот самый злобный пацан! А вчера я и не заметил на нём синяков. Может дрался с кем-то ещё, или тот же конфликт продолжился позже.
Он тоже узнал меня, но тут же отвернулся, сделав вид, что увлечён видом моря. Согласен, красиво.
– Эй, худосочный.
Подойдя ко мне, в издевательском тоне, обратился он.
– Тц… – Закатив глаза, обернулся я.
– Я вчера был немного на взводе, не принимай там, близко, грубить не собирался, – быстро протараторил он, широко улыбнувшись. – Никаких проблем, всё хорошо, добро?
– Ладно, – пожав плечами, согласно ответил я, усаживаясь на край порта, свесив вниз ноги.
– Бывай, друг! – помахав мне рукой, парень убежал в обратную сторону.
Друг? Да уж.
Придя следующим днём на работу, мы с секретарями в очередной раз засели чаёвничать, попутно делясь собранными сплетнями. Здесь работают одни женщины, не считая меня и охраны. Кажется, я даже успел привыкнуть к их предпочтениям, и заразился глубокой ненавистью к личной помощнице Ильи Фёдоровича. Который, между прочим, просил меня зайти в свой кабинет ещё час назад.
– Никольский, я тут недавно услышал, что ты хочешь съездить в родительский дом, – расхаживая по кабинету, босс даже ни разу на меня не взглянул, но этого и не требовалось. Ясное дело, подобная идея не окажется ему по душе.
– Вы всё не так поняли, я не собираюсь контактировать с ними. Мне просто хотелось кое-что проверить… Издалека. «Иначе этот кошмар ни за что не отпустит» – оставив последнюю фразу при себе, я раздосадовано вздохнул, опустив взгляд в пол. Дурак, нужно молчать о таких вещах, в разговорах между секретарями. Съездил бы на пол дня, в ти́хую, а вечером дома, никто бы не заметил.
– Ну, съезди раз такое дело, – неожиданно спокойно ответил Илья Фёдорович, словно скрывая подвох за таким лёгким согласием. – Завтра без опозданий.
Поблагодарив босса, я выбежал из кабинета в направлении железнодорожного вокзала. Самая ближайшая электричка прибудет сюда через полчаса, а там я смогу пробыть около часа. Думаю, успею управиться даже быстрее.
Если мальчик действительно существует, я в любом случае помочь никак не смогу, так и зачем еду? Утолить любопытство? Хм… Нужно поработать над импульсивностью желаний.
Хочется чуть лучше понимать свои чувства, и возможно, побывав на руинах прошлого, получиться его наконец отпустить.
Сколько времени прошло. Посёлок совсем не изменился. Разбитые дороги вдоль высокого бурьяна, за которым некому ухаживать, и старые полуразрушенные деревянные постройки, сараи.
А вот и виднеется крыша моего родного дома, который так и стоит, всё там же, вблизи местного продуктового магазина. Единственного в селе, не считая рынка, который располагался чуть дальше.
О эти воспоминания, как морские волны в бушующую бурю, не все ужасны, и я вряд ли бы захотел покидать это тихое место по собственной воле.
Ещё несколько метров вперёд, и меня пригвоздило к земле, как только услышал детский смех и настолько знакомый голос.
Он исходил со дворов, но где именно не пойму. Чёрт, подходить ближе нельзя, территория слишком открытая.
Нет-нет, это уже перешло все возможные границы!
Развернувшись в обратную сторону, я рванул обратно к вокзалу, сдерживая тошнотворный ком в горле. Даже если бы не было правил, я всё равно не смог бы подойти ближе. Нет мне места с ними, давно, и ни к чему всё было ворошить…
Остановившись перевести дыхание, я заметил, как сильно задрожали руки, колени, но медленно поднимая взгляд, осознал, что напротив встала женщина, и внимательно осматривает меня.
Мачеха сильно постарела с последней нашей встречи. Чёрт! Она вообще не должна была меня увидеть здесь. Проклятое везение, пора убираться отсюда.
Набрав в лёгкие больше воздуха, я что было силы сорвался с места и пробежал мимо неё, не дав и шанса себя нагнать. Пусть думает, что хочет, не важно, главное быстрее отсюда убраться.
Только лишь по возвращении в город дрожь медленно отступила. Вот он, пустой и жалкий мир, где я – незначительная пешка. Но даже в таком случае, этот выбор был сделан, и жалеть о нём не собираюсь и секунды.
Вечером, усевшись в мягком кресле, я как обычно провалился в мысли, и понял, что это ноющее внутри чувство больше не доставляет дискомфорта, как будто навсегда вырезали ту разъедающую боль.
Что ж… В таком случае напрасным это небольшое путешествие уже не назовёшь.
А будущее, рано или поздно всё покажет.
Глава 3.
Полгода пронеслись перед глазами в одно мгновенье после того, как Илья Фёдорович впервые дал мне настоящее задание. В тот день… Я смог частично понять, что на самом деле таилось в тени счастливого шанса на жизнь.
Меняющие друг друга дни, опустошали, очерствляли мою душу с каждым разом, как я продолжал выполнять эту “работу”.
Теперь, можно сказать, я действительно стал походить на бездушный инструмент, которому приходиться выносить любой, неугодный мусор. Даже понятия не имею, за что убиваю. Оно-то меня и не касается, а если буду думать об этом, долго не выдержу.
По большей степени, уже перестала беспокоить, даже собственная, жестокость и безразличие. Пусто там, где прежде очень долго надрывало.
Всё человеческое – тихо задыхается, глубоко-глубоко. Я стал такой же сволочью, коих раньше до смерти боялся. Даже презирал.
И так быстро?
Прекратил вести счёт отнятым жизням, не оборачиваюсь вслед их падающим навзничь телам. Да и сейчас, в такое неспокойное время, всем просто наплевать на найденный в переулке труп, а мне и лучше.
Хотя… Бывает, жжётся ощущение сгнивающей во мне человеческой плоти, и хочется всё прекратить. Сбежать и спрятаться. Но наступает утро очередного дня.
Меня снова ничего не заботит.
Сентябрь 1904 г.
Жаркий день, прекрасная погода. Работы нет, а чахнуть в администрации меня уже не заставишь. Всё же, наёмник я или оружие, но в некоторой свободе ещё не до конца ограничен.
Порт остался единственным местом, где можно ненадолго забыться, слушая бурлящую жизнь моря. Безмятежность… Единственное, что у меня осталось из прошлого, когда был ещё человеком.
Здесь вспоминаю, как сильно хотелось бороться… Не существовать, а именно жить. Яркие сны мы видели тогда, насмерть замерзая на улице в мороз. А я выжил, и может быть, не просто так.
– Любуешься? – тихий девичий голос, обратившийся ко мне, развеяв всяческие, гнетущие мысли, жестоко возвращая в реальность сознание.
Обернувшись к источнику звука, я увидел возле себя незнакомку. Длинные, огненнорыжие волосы рвано развивались на ветру, а на чистой, белой коже ярко горели румяные щёки, и болотного цвета глаза.
Она, должно быть, принадлежит если не богатому, то среднему классу достатка.
Припухлые губы расплылись в самодовольной, ледяной улыбке, но взгляд, напротив, излучает тепло. Сердце сдавила непривычная конвульсия, бросив моё тело в холодный пот.
– Чего молчишь, язык проглотил, что ли? – хихикнув, расслабленно спросила она, усаживаясь рядом на грязное деревянное покрытие, не пощадив длинную жёлтую юбку.
– Любуюсь, тебе какое дело? Шла бы отсюда, других доставать глупыми вопросами. – опустив глаза вниз, резко ответил я, и отвернулся в сторону, скрывая смущение.
– Ну и хам… – помрачнев, незнакомка тут же поднялась, отряхивая песок с одежды и ушла так же стремительно, как появилась.
Какая она необычная. Я не мог оторвать взгляда, до тех пор, пока девушка не затерялась в толпе.
Ох Саша… Приди в себя! Не в том я положении нахожусь. Нельзя, невозможно, испытывать столько странных чувств к той, с кем не поговорил и минуты.
В течении оставшегося дня я отчаянно пытался выгнать видения из головы, но похоже она застряла там куда крепче, чем я способен сопротивляться.
Подумать только, в одно лишь мгновение незнакомка разрушила стену безразличия и наполнила светом всю ту пустоту, в которой я погрязаю ежедневно.
Как только солнце полностью зашло за горизонт пришло время возвращаться домой. Всё это должно быть неважным, но надеюсь завтра забудется этот случай, как и прочее. Да, она лишь слегка пошатнула моё твёрдое хладнокровие, но это совсем ничего не значит! Ни-че-го. Не-а.
Подходя к дому, взгляд непроизвольно зацепился за окно моей квартиры. Свет и чья-то промелькнувшая тень в комнате. Чёрт! Плохо дело!
