Жеке не ответили мужчины в форме КГБ, а бросили его на строительный мусор и выстрелили несколько раз в грудь.
– Девчонка у нас. Уходим! – Кгбшники покинули стройку и забрали с собой Яну.
Через пять минут очнулся Жека. КГБ думали, что убили беспризорника, но парень был хитёр и умён.
– Как больно! Чёрт! – Жека приподнял толстовку и увидел дыры в бронежилете. – Это я удачно приоделся. Ян? Яна? – Он еле поднялся из кучи строительного мусора и увидел, что напарницы нет. – Яна?! Яна?! – Рыжий парнишка бегал по стройке и звал свою черноглазку, но слышал лишь своё эхо. – Чёрт! Где же ты?! Я один! Кгбшники грёбаные! Я один не смогу её оттуда достать. Блядь! Я один! Один! Один! – Он схватился за волосы и сел на корточки, и всё кричал от отчаянья: – Один! Не оставляй меня одного! Прошу!
Беспризорник заорал во все мочи, но его никто не слышал. Вокруг была гробовая тишина и только лай бездомных собак нарушал тихую идиллию.
Жека еле доплёлся до полуразрушенного дома, где в мрачной квартире он прятался с Яной. Зайдя в хижину первым делом, он почувствовал запах цитруса, в комнате до сих пор пахло мандаринами и их корки лежали в углу комнаты, где на узком матрасе спала Яна. Опустошенный и брошенный всеми Жека упал на этот матрас и завыл как ребёнок.
– А-а! Уроды! Суки! Откуда они взялись?! КГБ уже много лет не существует! Что за колуны? Или КГБ до сих пор существует? А что тогда делает ФСБ? И куда они увезли Яну? Чёрт! Чёрт! Надо спросить Миху, может, он что-то знает. – Жека достал телефон и набрал номер знакомого: – Привет, Миха! Слушай, а ты знаешь что-нибудь о КГБ? Они же до сих пор существуют? Ну…это…, эта организация работает? Ну, как ФСБ сейчас? А-а! И где их штаб-квартира? Не знаешь… Засекречено. Нет, я им не переходил дорогу, просто увидел одного мужика в форме КГБ, вот и решил узнать. А ты знаешь, что они делают? Чего? Ловят монстров? Ты сейчас шутишь? Нет! А о каких монстрах идёт речь? Психи? Да ты шутишь. Так и скажи, что не знаешь. Ладно, пока, – разговор с другом прекратился, но лучше от него не стало.
В комнате беспризорников опять начал скулить и орать от безысходности Жека. Он не знал где искать Яну и что сейчас с ней сделают КГБ. И он понял, что его знакомый не пошутил про монстров, которых ловят КГБ.
Глава 20
«Моя месть будет жестокой и безжалостной». Яна
2006 год. Москва. Здание КГБ.
Тёмный коридор, слышны крики и стоны, кого-то жёстко допрашивают в стенах зеркальной высотки. Никто в Москве не подозревал что в этом, на первый взгляд, богатом здании, происходят ужасные вещи и что до сих пор существует такая организация как КГБ. В одной из камер высотки была скована цепями и ремнями Яна. Она лежала на холодном столе, вокруг всё было мутным, точнее сознание пленницы.
Яна пыталась выбраться из пут, но её очень хорошо заковали, словно заранее готовились к её визиту в здание КГБ.
– Отпустите меня! Женя? Где ты?!
К беспризорнице подошёл мужчина в форме КГБ. Это был Виктор Вальтер, начальник мифической организации, которая жила давно своей отдельной жизнью в России.
Виктор внимательно разглядел девочку, которая вот-вот вырвется из плена.
– Почему я сразу не догадался, что в тебе находится ключ? С твоей помощью мы убьём ночных тварей.
Яна повернула голову и увидела лицо человека, хотя и смутно. Она ещё сильней разозлилась, так как узнала мужчину. Ужасные воспоминания накрыли её сознание, она зарычала и оскалилась на кгбшника.
– Ты! Ты! – кричала она.
Виктор даже не подал никого внимания на крики девочки и равнодушно отдал приказ медицинскому персоналу:
– Возьмите образцы её крови, нужно убедиться, что генетик не ошибся в своих исследованиях. Нам нужно точно знать, что она архитектор.
– Будет сделано, начальник. А если генетик ошибся? Что прикажете делать с девчонкой?
– Я сам решу, что делать с дочерью Менжинского.
Виктор Вальтер покинул камеру, а медики послушно и оперативно начали выполнять его приказ. Шприц был распакован и уже был близок к руке Яны. Она начала сопротивляться, но врач тихо приободрял её:
– Это будет не больно как комарик, – но утешающие слова не помогали, девочку трясло от злости.
– Он! А-а-а! Это он!
Яна начала вырываться из оков и срывала с себя датчики с проводами.
– Держите её! Иван, ты самый сильный из нас! Держи её руки!
Молодой, но сильный парень держал руки девочки. Охранники тоже присоединились к нему, так как Иван не мог справиться с Яной в одиночку. Юный санитар не понимал откуда такая мощь в столь хрупком теле.
– Откуда у неё столько сил?!
– Сейчас не время для допросов, Ваня! Держи её крепко! Я сейчас возьму образцы её крови.
Врач пытался проткнуть кожу девочки, но игла всё не проходила.
– Чёрт! Кожа слишком прочная. Давай ты, Ваня! Ты сможешь проткнуть её кожу.
Санитар не мог поверить своим глазам, он впервые сталкивался с таким.
– Что она такое?!
– Меньше вопросов – больше дела! Быстрее! Я не смогу её долго сдерживать!
Все в камере держали крепко беспризорницу, которая вот-вот вырвется из плена. Иван смог проткнуть кожу Яны и в шприц пошла алая кровь. В этот момент пленница освободила свою руку и отшвырнула врача, а потом выхватила шприц и воткнула прямо в грудь Ивану. Парень начал чувствовать невыносимую боль и потерял сознание.
Охранник по рации тут же стал звать на подмогу:
– Срочно всех сюда! – но он не успел договорить, так как девочка свернула ему шею.
Яна схватила скальпель с железного подноса и побежала прямо на охранников. Дочь Алексея Менжинского была как зверёныш и злая, очень злая. Хрупкая и нежная на первый взгляд девочка, безжалостно убивала всех на своём пути, пока не выбралась из здания.
На пороге высотки стоял мужчина в чёрном плаще и выстрелил в Яну, но ей было всё равно. Это был тот самый кгбшник, который вырубил Яну одним выстрелом.
– Что?! Больше не действует?! Тело выработало антитела?!
– Зря. Очень зря!
Яна жестоко расправилась с мужчиной и убежала прочь от здания КГБ, куда срочно съехались полицейские машины.
– О… Боже! Кто это сделал?!
Отряд полицейских оказались внутри здания и видели трупы. Кто-то смог спастись от беспризорницы и по их лицам было видно, как застыл страх и ужас от увиденного.
– Эта девчонка очень опасна, – сказал Эдуард Аверихин. – Что ты из неё сделал, Менжинский?! Чёртов учёный! – Он хорошо видел на что способна дочь инженера-генетика, который долгие годы работал на корпорацию «Кибермир».
– Её нужно как-то поймать, – сказал Виктор Вальтер. – Мои люди будут думать над этим. Скоро начнётся спектакль, мы ищем того, кто дёргает за ниточки. Чёртов кукловод! Мы не должны допустить, чтобы она попалась к нему в руки. Будь осторожен Аверихин, он следит за тобой, за всеми в этом городе. Мы с тобой в клетке с хищниками и психами, хотя это одно и тоже. Чёрт! Моих лучших людей положила!
Он срочно покинул здание КГБ и сел в чёрную машину, за которой внимательно следила Яна. Начальник КГБ приехал в частный элитный квартал новой Москвы, который хорошо охранялся. Но Яна ловко прошла пост и всё следовала за Виктором Вальтером.
Во дворе богатого района гуляла женщина с коляской. Начальник КГБ обнял молодую мать и взял на руки дочь. Виктор почувствовал на себе чей-то взгляд и повернулся, но там никого не было.
– Что случилось? Что ты там увидел, дорогой? – спросила жена Виктора и внимательно смотрела на декоративные кусты, которые украшали богатый двор.
– Ничего. Показалось. Вам нужно уехать далеко. Не спрашивай, это очень срочно и важно. – Виктор боялся, что дочь профессора начнёт охоту на него и его близких. – Сейчас собирай вещи и улетай с девочками в США. Когда всё утихнет, я вас заберу.
– Хорошо. Как скажешь, любимый.
Семья Вальтеров покинули двор, но Виктор постоянно смотрел на кусты, которые мрачно покоились в ночи. Он не видел чёрные глаза Яны, которые налились кровью и местью.
Дочь генетика решила сейчас не убивать начальника КГБ, она ждала лучшее время для мести. А сейчас она шла к дому, где с Жекой пряталась от полиции. Она была вся в крови и видела, как горит яркими огнями новая богатая Москва. Люди, которые проходили мимо девочки, ошарашенно смотрели на неё и шептались.
Яна неожиданно дико захохотала и на её лице появился безумный оскал.
– Ненавижу этот город! Ох, Виктор Вальтер. Зря…, очень зря ты мне перешёл дорогу. Моя месть будет холодной и сладкой. Ты будешь жрать землю и страдать.
Яна ещё сильней засмеялась и напугала всех прохожих, которые видели девочку, покрытую кровью.
Тем временем заброшенной всеми квартире сидел Жека, который не мог найти себе места. В дверь постучали четыре раза, он на всех парах побежал к двери и распахнул её. Там стояла Яна. Вид у неё был ужасающий.
– О… Боже… Что эти кгбшники с тобой сделали? Я думал, что они навсегда тебя упекли в свою клетку. – Жека держал Яну за худенькие плечи и смотрел на неё, словно впервые видит. – Что молчишь? Скажи хоть что-нибудь!
– Вода горячая есть? – спросила тихо Яна и пыталась оттереть кровь с одежды и рук, – а то вид у меня слегка потрёпанный.
– Потрёпанный?! Ты словно из мясорубки вылезла. Воды горячей нет, но сейчас воду в кастрюлях нагрею.
Жека как пуля убежал на кухню и искал кастрюли и тазы, всё, в чём можно нагреть воду. В это время Яна сидела на обочине ванны и молча смотрела на старую напольную плитку. Она ждала, когда принесёт горячую воду её напарник.
Через двадцать минут Жека занёс в ванную кастрюли с кипятком.
– Ай! Горячая! Столько хватит тебе воды?
– Да. И дальше я сама. Спасибо, – поблагодарила Яна и закрылась в ванной.
– Я тогда схожу в магаз. Одежду тебе нужно сменить, эту только выбросить, а лучше сжечь.
Жека положил запачканные в крови вещи Яны в мешок и вышел на улицу. Он шёл через старый квартал, там часто сидели бездомные и грелись около импровизированной печки. Он выбросил в огонь мешок с вещами и быстро покинул это место.
Сегодня пришли паспорта от хакера из Питера, поэтому Жека спокойно мог всё купить. В магазине он брал всё, что думал нужно для девчонки и быстро вернулся в логово, которое ещё не снесли.
– Я взял всё, что посчитал нужным. Бельё там всякое, я взял несмотря, неловко женские труселя выбирать. Если не по размеру, то сорян. Оставлю всё это добро на дверной ручке. Когда закончишь, жду тебя на кухне.
Яна приоткрыла дверь ванной и взяла пакет с вещами, которые купил для неё Жека. Спустя несколько минут она вышла и была больше похожа на человека. Жека взял чисто то, что себе берёт: серая футболка, чёрная толстовка и джинсы. Новая одежда была велика Яне, кроме джинсов, которые слегка провисали.
– Ты чего такая тощая? Блин, большое всё, – сказал немного расстроенно Жека и видел, как на Яне подвисала футболка и толстовка.
– Зато удобно. Мне всё равно какая одежда на мне. А ты одежду взял в мужском отделе? На мне девчачье только бельё. – Яна и приподняла футболку, чтобы посмотреть на розовый лифчик.
– Э! Я же здесь! – Жека резко опустил футболку Яны и чувствовал, как его щёки горят от стеснения и неловкости. – Ты чего творишь?!
– А что не так? Это же просто одежда.
– Сейчас не просто одежда, – неловко ответил Жека, – и переодевайся не в моём присутствии. И это…, сама одежду себе покупай. Мне просто неловко, как бы это…, не маленькая девочка сейчас, хоть и мелкая ещё.
Он положил на стол еду и налил горячий чай, тот самый, который она любит, с бергамотом.
– А почему неловко? – спросила Яна, посмотревшись в зеркало и особо не видела изменений. – Со мной опять что-то не так?
– Нет. Ты девчонка и всё. Была бы пацаном, то базара нет, хоть голышом ходи. Мне было бы похер.
– Ты боишься меня? – неожиданно спросила Яна, что Жека насторожился из-за её вопроса.
– Нет. Хотя ты жуткая так-то. Хватит у зеркала стоять, садись есть, а то опять как труп будешь ходить.
Жека достал банку Ревита, которая тут же стала пустой. Опять Яна ела мало, и Жеке пришлось за неё доедать, не пропадать же еде. Эта привычка была до конца дней рыжего, он это делал неосознанно, по привычке.
– Я уже начал думать, что больше никогда тебя не увижу. Как я один здесь без тебя? Пропаду же, точнее сгнию среди отбросов.
– Не сгниёшь и не пропадёшь без меня. Ты сильный. Это видно невооружённым взглядом. Кто здесь гниёт так это я…, – грустно сказала Яна и не стала есть то, что приготовил Жека и стала чистить мандарины.
На кухне Жека лучше разглядел бледное лицо напарницы и видел, что она настрадалась в стенах КГБ. Он не мог понять, как она выбралась оттуда. Хотя уже догадался, что не самым приятным образом.
– Кто ты, Яна? Скажи.
– Никто. Если хочешь жить, то лучше тебе не знать моего прошлого и меня.
Яна взяла мешок мандарин и ушла в комнату. Она скромно села в своём углу и чистила мандаринки, и ела сочные дольки фрукта. Жека стоял в дверном проёме и скрестил руки, смотрел как Яна опять наполнят комнату запахом цитруса.
– Но кто-то же знает о тебе всё? Или нет?
– Есть один человек.
Жека вспомнил про письмо на столе загородного дома Яны.
– Это отец Владимир?
– Да. И Владимир священник.
Жека сел на подоконник и решил узнать всё о Яне, пока есть возможность:
