Страница 2 из 5
Конечно, способностей к аномальной магии и возможности подключаться к бесконечному резерву он ему никогда не сможет передать, потому что сам не понимает до конца, как это работает. И вообще не в курсе, передаётся оно или нет… Но для Джаса пока будет достаточно светлых ментальных исцелений.
– Стой! Подожди, Джас! – пришлось кричать, потому что его одноклассник и друг детства уже оказался почти у крыльца дома рядом с охранником.
– Ну что ещё?.. – голосом Джаса можно было убивать, и это было таким резким контрастом к его старому школьному образу, что Мак расхохотался.
– А у тебя всё-таки есть дар!
– Какой дар?..
– Тот самый дар, Джас! Тот самый…
– Тот самый дар…
Тренированные ноги подкосились, губы расплылись в блаженной улыбке, и командир медленно опустился на ступеньку рядом с целителем.
– Только сначала расскажи мне, зачем тебе это нужно!
Мак вновь стукнул друга по плечу. Тот, занятый своими мыслями, даже не поморщился. Ну вот и славно! Пока он сообразит, что к чему, возможно, обычного умения исцелять воспоминания ему вполне хватит.
По крайней мере, его старый школьный друг, своими глазами видевший тот самый взрыв, не спешит сдать его магической полиции.
***
Через полчаса вернулась основная часть отряда. А ещё через тридцать минут, когда они все сидели за столом в таверне, ближе к концу ужина, Джас, начав со слов «ты спрашивал, зачем мне это нужно», рассказал Маку историю смерти своих родителей, которых он очень любил и которые были единственные близкими людьми, а также единственным звеном и связью с историей его семьи.
Как оказалось, отец Джаса погиб во время военной операции за пределами Нордвинтера. Он прослужил всю жизнь в Магическом контроле и был опытным магом. Но его подразделение отправили для исследований в какой-то малоизвестный горный посёлок, где обнаружили магические всплески непонятной природы, и в тот роковой день маги-исследователи столкнулись с чем-то ранее невиданным. Их палаточный лагерь мощным взрывом разнесло в щепки, а выжил из всех только один человек, который после случившегося так и не вернулся в Нордвинтер.
А мать Джаса просто не смогла пережить смерть мужа… От удаления воспоминаний о самом дорогом человеке в её жизни она наотрез отказалась. Джас был уверен, что его мать – стойкая женщина, и поэтому справится, ведь она неоднократно бывала в непростых переделках во время Великой войны… Но она просто утратила всякий интерес к жизни, даже перестала есть и отвечать на вопросы.
Через несколько месяцев, ставших для Джаса кошмаром, его мать была уже тенью самой себя и в конце концов ушла… До самого её последнего дня Джас искал средство справиться с болезнью матери, но в Нордвинтере его просто не существовало. Разве что за его пределами, но где конкретно искать исчезнувшего в неизвестном направлении Максимиана IV, Джас тогда не знал.
Почему он решил, что именно Максимиан IV мог помочь? Ну так ведь он вылечил когда-то преподавателя по магической биологии от болезни, связанной с проклятием духов, которую никто не смог вылечить… А потом его дар тёмной магии, самый сильный на тот момент в Нордвинтере, проявил себя во время выпускного бала, это стало для всех очевидно после того самого взрыва… И после всего Мак вынужден был скрыться.
С тех пор Джас поклялся себе найти способ избавлять людей от их внутренних кошмаров, каким бы он ни был, этот способ, и кем бы он ни был… Поэтому он и попросился служить за пределами Нордвинтера, ведь это даёт возможность перемещаться по Империи, по территории всех Одиннадцати королевств.
И вот на его пути повстречался наконец Максимиан IV, этот тощий маг, который теперь переквалифицировался в целителя. Джас давно уже себе представлял, как поймает его и припрёт к стенке, а тут чуть не упустил, потому что узнать было трудно… Хоть он так и остался хилым, но всё таки возмужал со временем, совсем на себя прежнего не похож, только глаза…
Прервав поток откровений Джаса, Мак вышел на воздух. День был непростым, поэтому он решил, что прогулка по ночному Аквениру пойдёт ему на пользу.
Надо же, выходит, теперь ему предстоит путешествовать не со странствующими воинами Ордена Света, а с чёрными магами из Магического контроля. Ну что ж, поездка обещает быть увлекательной!
В том, что Джас не выдаст первую часть его истории, связанную с Нордвинтером, у него не было сомнений. А о том, чтобы осталась тайной вторая часть его истории, связанная с жизнью за пределами Нордвинтера и общением с императором, он как-нибудь сам позаботится.
Об этой части его истории никто не должен узнать. По крайней мере, пока.
Она плыла по тёмной реке. Чёрная вода несла её… и в воздухе тоже была тьма. Тьма была везде, вокруг неё. Она не могла сказать, как долго это продолжается. Впрочем, ей было всё равно.
Волны тьмы клубились и шипели, подбираясь к ней, окутывая её светящуюся оболочку. Пока они ещё не проникли внутрь, но она чувствовала, что это скоро произойдёт. И тогда она растворится в этой тьме, как в кислоте. Пока же она решила просто побыть в тишине и спокойствии, вдалеке от всего, что произошло.
За чёрными облаками, которые клубились вокруг неё, иногда вспыхивали молнии. Сначала они были где-то далеко, потом начали вспыхивать всё ближе и ближе. Это было по-своему красиво – абсолютно чёрное небо с клубящимися комками тьмы и яркие вспышки молний, которые светом очерчивали их причудливые формы. Ариана залюбовалась «грозой». Она попыталась рассмотреть «реку» при следующей вспышке молнии, но заметила лишь, что внизу под ней тоже клубится тьма.
Молния вспыхнула ещё раз, уже совсем близко, а вместе с ней она услышала голос.
Кто-то звал её, называя по имени. Голос был едва слышен, но теперь она уже совершенно чётко поняла, что он появляется именно в момент серебряной вспышки, одновременно с раскатами грома, сопровождавшего грозу.
– Ариана! Ариана! Ариана! – раскаты грома словно пытались разбить тьму, в которой тонул голос.
Внезапно она осознала, что голос ищет её и не может найти – слишком густыми были комки тьмы, которые её скрывали. И тогда она потянулась голосу навстречу. Но не тут-то было! Тьма, на первый взгляд, лёгкая, при попытке привстать и протянуть руку в сторону голоса, камнем навалилась на неё.
– Ариана! Ариана! Ариана! – звал голос, который то отдалялся, то снова приближался к ней.
– Я здесь! – преодолевая тьму, прокричала Ариана… и испугалась, потому что это прозвучало как-то очень глухо и едва слышно.
Но этого оказалось достаточно. В ту же секунду на месте, где только что сверкали молнии, появилась светящаяся точка, от которой во все стороны прокатилась волна света. Ариану даже подбросило на облаках тьмы, а сама тьма словно потеряла в весе, потому что неожиданно стало возможным сначала вытянуть руку, а потом приподняться и сесть.
Тем временем светящаяся точка приблизилась и материализовалась в образ мужчины, который сидел напротив неё. Вокруг всё ещё было темно, и в окружающем их пространстве клубилась тьма. Но из-за спины незнакомца исходил свет, который обрисовывал контуры его фигуры.
Длинные волосы сзади были перехвачены чем-то, а остальные прядями спадали на плечи, на груди был какой-то круглый медальон.
Ариана попыталась рассмотреть лицо. В глаза сразу бросились чётко очерченные скулы и выступающий подбородок. Она мельком бросила взгляд на лоб, ровно очерченный светом и брови с высоко поднятым верхним краем. Больше ничего при таком освещении видно не было.
– Надо поговорить, – просто произнёс незнакомец. Теперь его голос звучал не едва слышно, а в полную силу и даже был наполнен какой-то мощью, которая – Ариана это почувствовала! – очень пугала окружающую тьму.
– Говори, – разрешила она, удивляясь тому, насколько легко теперь поддаётся ей её собственный голос и насколько ясно он звучит.
И они говорили. Долго, обстоятельно. Он пересказывал последние события её жизни, иногда задавал вопросы, а она отвечала.
Ариана обратила внимание, насколько богат красками голос незнакомца. Когда он говорил о боли, которую ей пришлось пережить, голос искажали боль и страдание. А после каждого ответа Арианы на вопрос, лицо озаряла открытая светлая улыбка, и тень этой улыбки теплотой отдавалась в голосе, когда он продолжал говорить. Иногда голос становился тихим, почти доходил до шёпота, но уже через несколько мгновений вновь обретал силу и был похож на раскаты грома.
Один раз незнакомец опустил голову и задумался, а потом повернулся вправо и посмотрел куда-то в сторону, словно там было окно. Свет тут же очертил его профиль: высокий лоб, нос с горбинкой, губы и выступающий вперёд подбородок. Волосы образовывали ровные волны, скрывающие часть лба и уши. Эти линии показались смутно знакомыми, и в голове мелькнула мысль: такие профили чеканят на монетах. Но где?.. На монетах какого из Одиннадцати королевств? Ариана никак не могла вспомнить. На монетах её страны сейчас красовался другой профиль – её отца, короля Абамвера.
Тут обладатель королевского профиля снова повернулся к ней и задал вопрос, который обозначил, как последний. Она быстро ответила. И её ответ вызвал у незнакомца уже не улыбку, а громкий продолжительный смех. Улыбка же, игравшая на губах во время смеха выражала удивление и… восхищение. Он даже успел пару раз покачать головой, пока смеялся. Ариана и сама беззаботно смеялась, как в детстве – не ожидала, что так удачно получится ввернуть шутку в свои ответы!
Насмеявшись вволю со странным незнакомцем, перевернувшим все её ощущения последних минут, она заметила, что тьмы внутри неё больше нет! И теперь она сидит в комнате, залитой солнечным светом, а с правой стороны действительно есть небольшое окно.
Спустя время, Ариана открыла глаза в той самой комнате, которую видела во сне.
– Отвезём Ариану домой, а потом поедем в имперскую столицу, – с этих слов Джаса началась их беседа в первый день пути.
Отряд чёрных магов, выехавший из Аквенира на рассвете, теперь растянулся по пыльной каменистой дороге на довольно большое расстояние.
Мак и Джас ехали впереди и разговаривали.
Впрочем, говорил в основном Джас, а Мак по большей части лишь задавал уточняющие вопросы. Иногда он выражал свои эмоции по поводу услышанного улыбкой, кивком головы или громким смехом.
Смех, который приходилось сдерживать, у Мака вызывало недовольное и раздражённое выражение лица Джаса в моменты, когда он отдавал распоряжения магам своего отряда.
И в то же время, когда взгляд его школьного друга обращался к нему, лицо его смягчалось, а в глазах пару раз даже промелькнуло какое-то виноватое выражение. Объяснить себе причины этого Мак не смог, а спрашивать напрямую было бы странно.
В конце концов, он решил, что Джас сожалеет об утраченных навсегда школьных временах. Ведь в школе они были друзьями не разлей вода – он, Джас и Миринда, дружили втроём, везде и всегда ходили только вместе и, казалось, ничто не могло их разлучить… пока не случился тот злосчастный взрыв.
Безумно хотелось спросить, как там поживает Миринда и как давно он её видел… Но Мак решил дождаться, пока его школьный друг сам обо всём расскажет.
Однако друг так и не рассказал, а идея спросить к концу дня уже совершенно выветрилась из головы Мака в связи с более интересными событиями.
Ещё вчера, когда Ариана пришла в себя и все начали готовиться к предстоящей поездке, Мак узнал, что отряду Джаса поручили участие в расследовании, связанном с экспедицией его отца, чему тот был несказанно рад и горд. Спустя два года после печальной участи, которая постигла эту экспедицию в горном посёлке, выяснилось, что вместе с единственным человеком, выжившим после взрыва, пропал единственный в мире древний артефакт, синий камень в металлической оправе. Правда, о свойствах артефакта Джасу было мало что известно.
В Магическом контроле ему сообщили лишь, что магические колебания, обнаруженные в горном посёлке и ставшие предметом интереса и целью отправленной туда экспедиции, теперь были обнаружены в столице. И что теперь у высших магов из отдела контроля магии нет сомнений в том, что источник этих колебаний – тот самый древний артефакт.
Почему столичные маги не смогли сами с этим разобраться?.. Ну так это же по части чёрных магов – колебания, обнаруженные в столице, были тёмной природы. Да и сам артефакт был изготовлен с помощью тёмной магии.
Однако у Джаса в столице Империи был ещё и свой интерес – тот самый, единственный выживший из экспедиции отца, был родом оттуда и надо было навести о нём справки.
А у Мака в столице было сразу несколько интересов, о которых он пока не распространялся, обозначив в разговоре с Джасом цель своей поездки, как важное дело.
В голове крутилась мысль, что что-то не так с этим камнем-артефактом… Почитать бы где-нибудь подробней о его свойствах!
Почему столько лет никто не вспоминал об этом синем камне, а за последние четыре года Нордвинтер только и делает, что снаряжает связанные с ним поисковые экспедиции?
Он спросил об этом Джаса, но тот не знал. Ну что ж, в имперской столице огромное количество библиотек, пожалуй, он совместит поиск информации о камне со своими важными делами. Была ещё надежда разузнать что-нибудь в библиотеке столицы Северного предела, куда они отвезут Ариану, но вряд ли они задержатся там надолго.
И ещё кое-что тревожило: Мак был уверен, что этой историей с тёмными колебаниями от артефакта в столице уже кто-то занимается, наверняка у Нодвинтера там были свои агенты… но свои предположения озвучивать Джасу пока не стал.
Джас развернул лошадь – хотел вернуться до повозок, тянувшихся в конце их небольшой процессии, и убедиться, что с принцессой всё в порядке.
Мак и сам хотел бы в этом убедиться. Вчера после полудня Ариана пришла в себя, но с тех пор, со слов её горничной, принцесса по большей части молчала. Он направился было узнать о здоровье принцессы вечером, но хозяйка, жена деревенского старейшины, сообщила, что недавно она нагрела воды и сейчас в комнату девушек нельзя, принцесса пожелала восстановить силы ванной с травами.
Утром Мак увидел Ариану лишь мельком, сидящую в запряжённой лошадьми крытой повозке. Карета принцессы сильно пострадала после боя с шайкой разбойников, но чёрные маги, как могли, старались создать принцессе комфорт, всё-таки до Северного предела целых два дня пути.
Принцесса на удивление сначала попыталась отказаться от поездки в крытой повозке, потребовала себе лошадь, заявив, что, путешествуя верхом чувствует себя комфортней… но Джас уговорил её побыть хотя бы первую половину дня в повозке, пообещав, что потом во время остановки, если хорошо будет себя чувствовать, она сможет пересесть на лошадь. Свободная лошадь для принцессы на такой случай была привязана к одной из повозок с продуктами.
Солнце уже давно вошло в зенит, а следовательно, близилось время короткой обеденной остановки. Долго отдыхать не входило в планы Джаса, потому что к ночи нужно было добраться до постоялого двора на границе земель лорда Нертана с Северным пределом.
Джас вернулся и сообщил, что принцесса в порядке и всё ещё настаивает на том, чтобы после обеда ехать на лошади. Препятствий для этого он не видел, только попросил Мака осмотреть принцессу во время остановки… ну как осмотреть, хотя бы перекинуться с ней парой слов, и как-то по-своему убедиться, что поездка на лошади ей точно не принесёт вреда.. уж вы-то, целители со своим целительским зрением знаете, как это сделать. По тону голоса Джаса Мак почувствовал, как тому хочется скорее приобрести такое же целительское зрение, и усмехнулся.
Сделать остановку решили в тени небольшой рощицы, которая уже показалась из-за очередного холма.
Во время обеда Джас лично проследил, чтобы принцесса поела, после чего разрешил девушке переодеться в мужскую одежду, которую они чудом раздобыли в Аквенире – у деревенского старейшины в доме откуда-то нашлась серая с голубым эльфийская туника, которую они наскоро очистили перед дорогой и проверили на наличие посторонней магии. Принцесса, скрывшись внутри крытой повозки, надела тунику поверх льняной рубахи и мужских штанов. Затем пара манипуляций с бытовой магией руками Джаса и одежда уже сидела на девушке так, будто всегда была ей по размеру.
Оставалась одна проблема: длинные белые волосы, которые ровными прядями спадали на плечи и делали Ариану похожей на эльфа в миниатюре, будут мешать в дороге.
Но и эта проблема решилась за пару минут. Пока Мак с Джасом переговаривались и спрашивали горничную, как долго она будет укладывать волосы принцессы в какую-нибудь подходящую для дороги причёску, Ариана вдруг резко нагнулась, перекинув тяжёлые пряди вперёд, так что они едва не коснулись земли, затем разделила их на три равные части и быстро перебирая пальцами, заплела в косу, которую закрепила внизу коротким серым шнурком. В следующее мгновение девушка уже разогнулась, а коса силой инерции оказалась отброшенной за спину.
Получилась аккуратная причёска, которую принцесса сделала самой себе без помощи расчёски и горничной, стоя при этом под палящим солнцем на глазах у всего отряда.
– Готово! – улыбнулась она замолчавшим и пребывающим в тихом шоке друзьям.
У Джаса вытянулось лицо и отвисла челюсть. Мак не удержался и коротко хохотнул, закинув голову назад. Наверное, командир чёрных магов прикидывал, что из принцессы вышел бы неплохой боец – подготовка особы королевских кровей к поездке на лошади заняла в целом не более пяти минут. И никаких капризов и стонов о неподходящей обстановке или неудобной одежде.
– И никакой магии! – подытожил Мак уже вслух. В одном он был уверен точно: принцесса побывала в подобных походах много-много раз. Чего не скажешь о её горничной.
Горничная, смерив их взглядом, уселась в повозку. Ариана подошла к лошади. А ещё через минуту небольшой отряд снова двинулся в путь.
Ариана ехала по пыльной каменистой дороге и с интересом разглядывала окрестности.
Она сразу отказалась от сопровождения – высокий и крупный командир чёрных магов хотел, чтобы принцесса ехала с кем-то в паре, потому что так безопаснее. Но она объяснила, что хорошо держится в седле, любом, и в мужском тоже, а сейчас прекрасно себя чувствует, так что в сопровождающих нет необходимости. Тот ещё какое-то время упирался, хмурясь и настаивая на своём… но после того, как она проверила крепления, а потом легко запрыгнула на лошадь и тронула поводья, покачал головой и ушёл отдавать распоряжения.
И теперь она ехала одна, без пары, примерно в середине отряда, который растянулся по дороге на приличное расстояние… Сзади на некотором отдалении следовали два охранника, за ними ещё два. После них тащились две повозки, в одной из которых ехала её горничная, а в другой везли продукты. За повозками следовало ещё четверо магов. Перед ней ехали ещё четыре пары магов, а впереди отряда – командир и целитель.
В общей сложности, небольшой отряд боевых магов состоял из восемнадцати человек, включая целителя и главного. А если добавить к этому её саму, горничную, а также рыжеволосого мага из повозки с продуктами, будет двадцать один человек.
Ариана с детства была наблюдательна и демонстрировала способность замечать детали, даже самые незначительные, неочевидные для других. Поэтому сейчас ей было интересно всё рассмотреть. Наконец-то она выбила себе возможность ехать верхом и наблюдать всё, что их окружает!
По сторонам от дороги тянулись невысокие холмы, устланные выжженной солнцем травой да изредка встречающимися редкими рощицами из низкорослых деревьев с серебристыми широкими листьями. Иногда они проезжали мимо обмелевших рек или пересохших ручейков, поросших камышом. Пыль на дороге клубилась под копытами лошадей, но стелилась низко, не мешая дышать.
Маги были одеты в чёрную с серебром форму Нордвинтера, все высокорослые и тренированные – страна чёрных магов готовила для Империи лучших воинов. Ариана уже видела таких в своей стране, отец часто нанимал небольшие отряды для своей охраны или для того, чтобы объехать свои границы.
В походах отца Ариана тоже принимала участие, выезжая тайком, в мужской одежде, под видом мальчика-слуги – только так отец соглашался взять её с собой и вывезти из столицы в крытой повозке. Зато в самом походе она могла свободно упражняться и в верховой езде, и во владении мечом. Так что обстановка была для неё знакомая и даже привычная.
Но больше, чем привычная походная обстановка, напоминавшая ей о доме и отце… больше, чем комфортная и удобная для наблюдений поездка на лошади и больше, чем высоченные и тренированные боевые маги, Ариану необъяснимым образом волновал целитель в простой серой рубахе, который ехал впереди отряда рядом с командиром.
Удивительно, что командир отряда предоставил целителю место рядом с собой, как своему советнику или правой руке. Хотя рядом с мощным предводителем чёрных тот больше походил на подростка, чем на воина.
Несмотря на это, чувствовал себя целитель рядом с командировм очень свободно. Они постоянно разговаривали и до неё долетал его громкий смех. Мрачные чёрные маги при этом раздражённо переглядывались, словно в Нордвинтере не было принято ни шутить, ни смеяться… И это забавляло Ариану.
Она вспомнила, как во время остановки на обед суровые воины всё-таки нашли предмет для шуток – им стали комплекция и рост целителя. Тот, вместо того, чтобы раздражаться и злиться, громко смеялся вместе со всеми. Даже запрокидывал голову назад во время смеха, а на лице было выражение лёгкого удивления, что-то вроде «о, оказывается, можно ещё вот так пошутить, я не знал…», и ко всему этому прилагался полный радостного удивления взгляд в сторону автора шутки.
Интересно, есть ли в мире какое-то оружие против этой тотальной радости и восхищения всем вокруг?
Ариана представила, как на целителя нападает вооружённый воин, а тот со своей фирменной улыбочкой отбивается и приговаривает:
– Уважаемый, а вы неплохо владеете мечом!
Затем, отбивая какой-нибудь особо изощрённый удар, бросает с выражением искреннего удивления:
– Ого! А вы ещё и так можете!
В конце концов, воображаемый воин настолько «радует» целителя своими навыками, что тот закатывается в приступе громкого хохота, и сквозь смех сообщает, что нападать на него – это просто странно, это же… это полная чушь, потому что… причинить зло ему невозможно... да и ненавидеть его невозможно.
Лицо воина вытягивается от удивления, тяжёлый меч со звоном выпадает из рук…
Ариана громко расхохоталась и нечаянно дёрнула на себя поводья, из-за чего лошадь ускорила шаг. Осадив лошадь, поймала на себе восемь раздражённых взглядов от чёрных магов, ехавших впереди, и один одобрительный взгляд от целителя.
Командир отряда удивлённо покосился в её сторону, словно прикидывая, всё ли в порядке со здоровьем принцессы… Она улыбнулась, желая показать, что всё хорошо. Но тот уже перевёл суровый взгляд на безмятежного, как летнее небо, целителя и они быстро о чём-то заговорили.
«Ненавидеть его невозможно».
Ещё недавно она думала так о другом человеке… Ениане, сыне герцога Тулианского, который служил при дворе его отца. Отец предупреждал её, что Ениан и его отец были замечены в кругу заговорщиков против трона, что они, возможно, что-то задумали… Тайная полиция пока не может точно сказать, нет доказательств, но тучи сгущаются и, возможно, уже очень скоро что-то произойдёт.
Но она упрямо отрицала доводы отца, полностью доверившись своей любви и способности разбираться в людях. Отец в какой-то момент и сам поверил, что ничего не случится, ведь он так доверял дару дочери…
За день до побега она заметила какие-то неуловимые изменения во взгляде Ениана. А уже в дороге полностью разглядела в видениях и ужаснулась тому, что ей уготовано…
Можно было попробовать скрыться, когда они остановились в таверне на подъезде к Лазурным скалам. Но она всё ещё не верила… надеялась, что Ениан одумается, ведь он так сладко улыбался ей и говорил заветные слова. А ещё она так глупо понадеялась на свою мгновенную реакцию и умение владеть мечом… И на свои видения, которые, как ей казалось, в случае чего предупредят её в нужный момент и покажут путь спасения.
Но ей ничего не показали. Её застали врасплох. Их было слишком много, один её меч против сотни мечей в сильных мужских руках… А с дороги, окружённой отвесными скалами, был только один выход – лезть на эти самые скалы…
Потом были только ужас и чернота. Её куда-то тащили… Ухмыляющиеся лица насильников, искажённое злобой лицо Ениана… Какой-то большой зал для пиршеств, где она плюнула в лицо главарю, державшему её за волосы, и расквасила ему нос какой-то тяжелой посудиной… После этого её принялись жестоко избивать, но это был выход – она надеялась, что наконец-то отключится от жуткой болезненной реальности… И она действительно отключилась, но не уходила. Что-то держало её тут. Сквозь звон в голове она увидела чёрных магов из Нордвинтера, испепеливших добрую половину разбойничьей шайки. Потом почувствовала, что её опять куда-то несут.
И, в конце концов, её оставили в покое, уложив на что-то мягкое, где она и погрузилась в сон, состоявший из тягучей тьмы. Имя этой тьме – Разочарование. В любви, в жизни, в себе. В высших силах, которые посылают видения, спасающие всех, кроме неё самой. Боль, сопровождающая тьму по имени Разочарование, была невыносимой, и Ариана знала, что скоро уйдёт.
Но её позвал голос. Голос, которому она сразу поверила. Голос, который хотелось слушать бесконечно… Голос, в котором были яркие краски. Настолько яркие, что все болезненные воспоминания Арианы стали просто бледно-серым пятном на полотне её памяти…
И теперь, глядя на каменистую дорогу и серые холмы, устланные жёлтой травой, слушая угрюмые голоса чёрных магов и звонкий смех целителя по имени Макариус Росс, она отчётливо понимала, как сильно ей хочется жить!
Жить просто ради того, чтобы слышать этот смех и голос… И ради того, чтобы сказать спасибо тому, кто вытащил её из тьмы.
Вечером, когда они приехали на постоялый двор, и хозяин двора показывал просторную конюшню для лошадей, она, не обращая внимания на косые взгляды чёрных магов, и суровый взгляд командира отряда, подошла к целителю со словами:
– Надо поговорить!
Ответом ей была широкая улыбка и полный восторга взгляд серо-голубых глаз, в которых отражалось небо.
Максимиан
Утро второго дня пути началось со странного разговора.
Джас ещё со вчерашнего вечера был мрачнее тучи, а новый день не развеял его мрачность, а лишь усугубил.
Во время вчерашней стоянки посреди полей им всё-таки удалось уединиться и у Мака даже получилось кое-что рассказать своему другу о светлых ментальных исцелениях.
После той обеденной остановки Джас был не просто доволен, а сиял, как начищенный таз. Поэтому сегодня Мак с удивлением размышлял, какая муха укусила его обычно спокойного сотоварища. Неужто их вечерняя встреча с Арианой на глазах у всех так на него повлияла…
– Убрал бы ты от неё свои клешни, – начал разговор Джас, – или как там это у тебя называется? Принцессы выходят замуж за принцев, а не за беглых преступников. Или ты об этом забыл, Максимиан Фейн?
Услышав своё настоящее имя, Мак шокированно огляделся. Однако, увидев прозрачный звуконепроницаемый купол над ними, созданный Джасом, успокоился и повернулся к нему.
Нет, это что сейчас было? Что-то вроде: «знание твоих тайн и твоего настоящего имени даёт мне право в любой момент этим знанием воспользоваться… против тебя же»?
Вот так запросто, перед отрядом чёрных магов во всеуслышание озвучить его полное имя и фамилию, по которым его разыскивает Магическая полиция Нордвинтера… Нет, всё-таки это слишком! Даже со звуконепроницаемым куполом.
Мак сверлил Джаса взглядом, далёким от дружеского.
Тот не выдержал и отвернулся, рассматривая хилые деревца вдоль дороги.
– Я – не забыл, – медленно проговорил Мак, сделав паузу после «я». – И убирать мне нечего, потому что нет у меня никаких клешней.
Какое-то время ехали молча.
Потом Мак не выдержал:
– Слушай, а ты действительно веришь, что это я устроил тот взрыв и считаешь, что двое наших одноклассников погибли от моей руки?
Джас перестал рассматривать обочину дороги и словно застыл после этого вопроса, глядя прямо перед собой.
Мак по-своему истолковал этот взгляд:
– Да, ты видел взрыв, видел меня в центре него… Ты не мог об этом не рассказать. Но я не чувствую в своей ауре отпечатка убийства – как с этим быть?!
Казалось, полузасохшие деревья с узкими листьями вновь захватили всё внимание Джаса. Но Мак знал, что тот внимательно его слушает.
– Увидеть в ауре следы убийства могут далеко не все маги, вот в полиции Нордвинтера и не увидели. Но я найду того, кто может такое увидеть и подтвердит мою невиновность! Кстати, я слышал, что нынешний придворный маг императора Гефер – самый сильный маг в Империи. Я добьюсь у него тайной аудиенции, как только доберёмся до имперской столицы…
– Хорошо!
– Что «хорошо»?..
– Хорошо, покончим с этим! Уверен, ты сумеешь доказать свою невиновность.
В голосе Джаса была неподдельная уверенность, так что Мак даже удивился.
– Но ты должен понимать, что игры с чувствами – вроде той, что завязалась у вас с Арианой, бесследно не проходят. Лучше сейчас вырвать все ростки на корню, чем позволить этому разрастись и испортить жизнь вам обоим.
Мак улыбнулся.
– Тут ты прав! Я и сам об этом думал. Только давай в следующий раз без «клешней». И историю со взрывом приплетать сюда не стоит.
Джас кивнул. Теперь он выглядел успокоившимся, словно и не был с утра мрачен, как сама Тьма.
Ну хоть кто-то спокоен. Мак вздохнул и задумался.
Действительно, какие могут быть сейчас чувства, пусть даже к простой девушке, а не к принцессе, если по его следам идут ищейки императора, а полиция Нордвинтера тоже вряд ли успокоится, пока не отыщет организатора взрыва, устроенного аномальной магией? Всё, что он может предложить сейчас своей девушке или будущей жене, это жизнь полная вот таких походов и переездов из одного королевства в другое, постоянные преследования, а в случае, если его всё-таки схватят и отправят в темницу – жизнь без мужа, полная слёз.
А все эти надежды, что он когда-нибудь докажет свою невиновность…
Вот уже четыре года он ощущает, что в ауре нет отпечатка убийства, но найти человека, который бы согласился засвидетельствовать это перед полицией Нордвинтера, до сих пор не удалось.
А кроме того, есть ещё император Айсиро со своими тайными ищейками, которому вообще непонятно, что и как надо засвидетельствовать, чтобы он отстал…
– Да. Ты прав, это надо убрать! – мрачно подытожил свои размышления Мак.
– Не отчаивайся, – обычный бас Джаса стал глубоким, как бывало ещё в школе, когда он хотел поддержать друга. – Будет и в твоём доме счастливый Хайденвин!
Мак усмехнулся, но на этот раз усмешка вышла горькой. А хохота, обычного для таких случаев, не случилось, лишь вырвалось из груди что-то вроде хрипа.
Зато внутри у него кто-то громко и злобно хохотал.
Он помнил Хайденвин – тёплый и тихий праздник, который в Нордвинтере отмечают в конце второго осеннего месяца в кругу семьи. В этот день принято приветствовать друг друга фразой «Счастливого Хайденвина!».
Само это пожелание и поговорка «Будет и в твоём доме счастливый Хайденвин» означает что-то вроде «будет и в твоей жизни любовь и семейное счастье» или «будет и в твоей жизни денежный успех и благосостояние», в зависимости от того, что хотят пожелать адресату.
О да! В конце концов, он не бог, а обычный человек. А люди ошибаются.
Пока что ищейки императора и тайные агенты из Магической полиции не изобрели средство для подавления его способностей, возможно, поэтому ему удавалось от них ускользнуть… Но когда-нибудь они его изобретут.
К примеру, найдут какой-нибудь древний артефакт, блокирующий аномальную магию – Мак слышал, что такие есть в ныне поверженном и разорённом королевстве Чомит. Или придумают новый минерал, блокирующий аномальные проявления магии.
И вот тогда – когда он окажется в темнице, из которой не сможет убежать…
Тогда и наступит в его жизни «счастливый Хайденвин».
***
Джазегамар
Во время обеденной остановки маги из отряда поздравили Джаса с тем, что тому наконец-то удалось поставить на место зарвавшегося целителя. Надо же, вы только посмотрите — он теперь больше не ухмыляется и не ржёт, как конь, со всего, на что ни посмотрит… а только плетётся позади всех, словно тень, и молчит.
Но были и те, кто здраво рассудил, что парень не в себе, поэтому они принялись передавать целителю лучшие кусочки. В конце концов, видя что еда так и не произвела на того должное впечатление, Маку налили целую кружку вишнёвого эля – для восстановления сил души. Тот залпом выпил эль и прислонился к толстому стволу дерева, у которого сидел: голова откинута назад, прижата к твёрдой коре дерева, глаза закрыты, брови страдальчески сведены вместе, губы сжаты.
Джас всё больше хмурился, наблюдая эту картину, и, в конце концов сообщил отряду, что остановка всё равно не будет длинной. Сейчас можно немного расслабиться и отдохнуть в тени деревьев, а потом они снова двинутся в путь.
***
Ариана
Она обедала со своей горничной за импровизированным столом, роль которого играл сундук, выставленный магами из повозки.
Горничная сидела на небольших мешках с вещами, где были в основном шерстяные покрывала, которые отдала им жена старейшины в Аквенире. Ариана же воспользовалась лежащим на поляне толстым стволом дерева, которое когда-то было вырвано с корнем сильной бурей, а теперь служило путникам то столом, то стулом, то и тем, и другим, одновременно.
Принцесса доедала яблоко, опираясь рукой на ветку, удобно выступающую из кроны поваленного гиганта и думала о том, что порой в жизни случаются сильные бури и потрясения, когда кажется, что всё кончено… Но потом жизнь находит тебе новое применение и новую достойную цель. И становится очевидно, что ещё есть возможность возродиться заново, как эта молодая поросль у корня поваленного дерева, из которой скоро вырастет даже не одно, а много деревьев.
Оторвавшись от своих мыслей, Ариана заметила, что на поляне, где обедали маги, никого не осталось – воины разбрелись кто к ручью, кто к лошадям, чтобы проверить крепления… И только целитель сидел, опираясь спиной о дерево.
Она подошла ближе. Глаза Макариуса или Мака, как все его называли, были закрыты.
Лицо было безжизненным, без всяких эмоций. Хотя нет, Ариана всё-таки уловила одну эмоцию – на лице целителя было выражение… обречённости.
Удивившись, она присела напротив, а целитель, словно почувствовав движение воздуха, открыл глаза. И Ариана на мгновение задохнулась... Пытаясь разобраться в том, что означает тёмно-синее, почти чёрное пламя в глазах, которые ещё недавно были светло-серыми с легким оттенком неба, она произнесла первое, что пришло в голову.
– Когда мне плохо, я говорю себе, что скоро увижу, что в этом хорошего. Всё, что происходит, ведёт к росту даров духа.
Ариана вздрогнула. Что ещё за дары духа? Слова, которые только что прозвучали, были непонятны ей самой. Первую фразу она говорила о себе, а вот вторая, хоть и была сказана её голосом, точно была не из её мыслей.
Целитель закрыл глаза и едва слышно застонал.
Она встала и коснулась тыльной стороной руки его лба, пытаясь понять, есть ли жар. Нет, непонятно!
Рядом кто-то негромко кашлянул, Ариана резко обернулась.
На поляну вышел Джас, мрачный командир отряда боевых магов. Подошёл к целителю и она отступила в сторону. А Джас, подхватив того на руки, переложил на покрывало возле дерева. Затем соорудил подушку из своего дорожного плаща и подложил целителю под голову.
– Что с ним? Он болен? – обеспокоенно спросила Ариана.
– Парень устал и запутался. Надо отдохнуть и взять себя в руки. – Джас накинул на ноги Мака тонкое покрывало, и уже расправил почти все складки, как вдруг удивлённо уставился на его руку.
Ариана тоже посмотрела. Серая льняная рубаха задралась почти до локтя и обнажила кожаный браслет на запястье с вплетенной в него круглой эмблемой на золотой нити.
– Надо же, герой Победы Ивлегана! – Присвистнул Джас, прочитав надпись на эмблеме.
Ариана вспомнила кровавую войну прошлого лета со степной царицей Чомит, которая вторглась в Империю и быстро захватывала приграничные королевства. И только в городе Ивлегане удалось разгромить её огромное войско. До Северного Предела тогда захватчица не добралась, но следующим объектом её нападения, в случае захвата Ивлегана должен был стать Аэлан, столица Севера. Хорошо, что этого не произошло! И к этому был причастен человек, который по каким-то одному ему ведомым причинам или в силу некой странной болезни сейчас был не способен о себе позаботиться.
– Может переложить его в нашу повозку? – вырвалось у неё.
– Нет! – Джас ответил как-то очень быстро и резко. – Пока в этом нет необходимости. Справится наш герой, всё будет хорошо. Через час отправляемся.
Ариана ещё раз посмотрела на безжизненное лицо, в котором по-прежнему читалось выражение обреченности и подумала, что в мире всё-таки нашлось оружие, способное сломить целителя и героя ивлеганской победы Макариуса Росса – и это… сам целитель Макариус Росс.
Впрочем, это не настоящее его имя. У него должно быть какое-то другое имя, которое отражает этот его дар взлетать в самые высокие потоки света и падать в самые низкие слои тьмы…
Покинув поляну и направившись к ручью, Ариана отметила, что последняя мысль тоже была не из её мыслей.
Максимиан
Целитель с фальшивым именем Макариус Росс закрылся на чердаке таверны, который попросил выделить ему в качестве комнаты. И теперь он сидел на подоконнике распахнутого окна, упёршись в одну его сторону ногой, а в другую – спиной, и закинув голову назад, мрачно разглядывал огромную, полную луну в ночном небе.
Таверна называлась Золотой лис и стояла в двух часах верховой езды от Аэлана, столицы Северного Предела.
Из-за того, что обеденная остановка была слишком долгой, к вечеру в Аэлан они так и не попали. Поэтому решили заночевать в Золотом лисе, в который доехали поздним вечером. Завтра с утра они спокойно отвезут принцессу в столицу…
Перед Маком сейчас стояла простая для мага задача – убить в себе симпатию к принцессе Ариане. Но проклятая луна отвлекала и наводила на странные мысли.
По легендам, когда-то давно, там, рядом с этой белой с золотыми бликами луной, находились ещё две луны – чёрная луна мрака и серая луна равновесия. Свет этих лун помогал творить свою магию чёрным магам и магам равновесия – некоего среднего направления между чёрной и белой магией.
Легенды утверждали, что эти луны до сих пор пребывают на ночном небосклоне. Но видеть их могут лишь те маги, кому дано некое особое знание.
Мак усмехнулся.
Какое ещё особое знание может понадобиться, чтобы увидеть абсолютно чёрную и мрачно-серую луну? Эти древние легенды такие смешные… Да современным магам и одной луны хватает, чтобы творить магию!
