Зайдя внутрь, они оказались перед высокой винтовой лестницы. С самого верха раздавались голоса.
– Ленни! Он там, наверху! – воскликнула Филисси.
– Мы будем подниматься? – охнула Эгли, оглядывая винтовую лестницу.
– Я могу остаться внизу с тобой, – предложила Одри, – мы подождем мальчиков здесь.
– Было бы неплохо. Мы посидим на ступеньках, а вы идите. Счастливо, Филисси! Хорошего тебе дня!
– Эй, – возмутился Барри, – вы бросаете нас? И даже не поздороваетесь?
– Передавайте всем «привет». А мы с Одри пойдем подышим воздухом и поговорим о своем, о девичьем. Вам, мальчикам, не надо это слушать.
Мысли Сайласа всполошились: неужели они будут говорить о нем? Или о них двоих? Ох, хотелось бы ему знать, что девчонки обсуждают наедине друг с другом! Возможно, Одри рассказывает Эгли о своих чувствах к нему, а он ничего не знает! И как узнать?
– Ладно, мы мигом, – согласился Барри.
Девочки, взяв друг другу под руки, вышли на улицу.
– Ты готова к подъему? – спросил Сайлас у сестренки.
– Лестница большая…
– Да, большая. Но ты же хочешь увидеть Ленни. Вот поднимешься, и он точно не скажет, что ты трусишься.
– И не слабачка! Я не как ваши девчонки, я-то смогу подняться!
Интересно, а поднялась бы Одри на такую лестницу ради встречи с ним, Сайласом?
Иногда Сайлас даже завидовал Ленни. Он пользовался большим вниманием Филисси. Вот бы и ему так с Одри!
– Давайте скорее, – поторопил Барри.
И они принялись подниматься наверх.
Барри больше всего не любил лестницы. А в особенности – подниматься по лестницам. Весь путь он цеплялся на стальные перилла и тяжело дышал. Мало того, что он только что проехал половину острова. Так еще и теперь поднимается по такой длинной лестнице! Барри точно нужно будет в Океан. Так они и поступят. Сразу после Маяка – в воду!
Сайласу не терпелось искупаться в первый день лета. Это уже традиция. Нельзя идти на фестиваль, не искупавшись в Океане. Такого он себе не простит. А остров уважает тех, кто чтит традиции, и всячески им помогает.
Чем выше они поднимались, тем громче и отчетливее раздавались голоса Шона, Киллиана и Ленни. Кажется, сейчас Шон как раз рассказывал Ленни о том, как правильно вращать большой фонарь, чтобы указывать путь туристическим лайнерам и грузовым кораблям.
Поднявшись на площадку с фонарем, Сайлас увидел всех троих. Киллиан протирал громадное стекло, а Шон показывал сыну специальные рычажки и объяснял их действие.
– Ленни! – первая выбежала Филисси.
Не успел никто взглядом встретить гостей, как Филисси уже повисла на шее у Ленни, чуть не свалив бедолагу на пол. К счастью, Шон пришел на помощь и поддержал сына за спину.
– Ай, Сайлас, Барри, здорова, заходите, – Киллиан отвлекся от работы, чтобы пожать руки гостям.
Киллиан – высокий темноглазый молодой человек с легкой щетиной на лице и темными волосами, завязанными в пучок. С Линдой он встречался уже четыре года. Сестра начала отношения с ним еще в то время, когда Киллиан весил под сто десять килограмм. За два года ему удалось сбросить двадцать. Этим Киллиан безмерно гордился. Он хотел быть в лучшей форме для своей любимой девушки.
Сайлас брал пример с Киллиана. Для него он был единственным образцом поведения в отношениях с девушками.
Шон – крепкий мужчина среднего роста с густой коричневой бородой. В очках. Руки у него крепкие, работящие. Шон всю жизнь работал на Маяке. Маяк – как часть его самого.
Ленни – худощавый кареглазый парнишка с короткой стрижкой. Острый подбородок и тонкие длинные пальцы. Филисси без труда составило обвить его своими ручонками в объятиях.
– Вы откуда? – поинтересовался Шон.
– Только что были в «Магнолии», – ответил Барри, – решили завести к вам Филисси. Вы не же против, что она составит компанию Ленни?
– Если Ленни не против.
Все уставились на парнишку.
– Не против, – выдавил он из себя.
– Ура, ура, ура! – запрыгала Филисси.
Но Сайлас особой радости в настроении Ленни не заметил. Может, он как-то скрывает свои искренние чувства? Или Филисси будет ему только мешать разбираться в устройстве Маяка? Была бы здесь Эгли – она сразу бы все поняла!
– Линду видели? – спросил Киллиан.
– Да, она забыла ключи от дома, поэтому мы и поехали в «Магнолию», – объяснил Сайлас, – она позвонит тебе насчет Филисси. Или ты ее привезешь вечером сам. Как хотите.
– Понял, хорошо. Куда теперь направитесь?
– Наверное, купаться, – Сайлас вопросительно взглянул на Барри.
– Да, купаться! Я уже замучился от жары. Пора освежиться. Киллиан, кстати, как поживает твоя книга?
После того, как Киллиан сбросил вес, он решил написать об этом книгу.
– Уже перехожу от мотивационной части к дельным рекомендациям, которые мне помогли, – ответил Киллиан, – хочу закончить черновик к концу лета.
– Как она называется? Напомни-ка!
– «Двенадцать правил высокоэффективных свиней».
Филисси не сдержала звонкий смех и выпалила:
– Мне нравится! Очень забавно!
Киллиан отнесся к своей книге с юмором. Как он говорил, в ней будет сочетаться все: мотивация, юмор, сарказм, личная история и дельные советы.
– Уверен, твоих «свиней» ждешь ошеломительный успех на континенте! – поддержал Барри Киллиана.
– Спасибо, Барри.
Сайлас заметил, как Филисси сама взяла Ленни за руку не отпускала.
– Есть какие-то новости, пап?
– Завтра приезжает первый туристический лайнер. Вот мы и чистим фонарь. Сегодня вечером зажжем перед началом фестиваля. И будем отсюда смотреть на фейерверки – вид потрясающий! Говорят, завтра на остров приедет исследователь-мистик.
– Кто-кто? – переспросил Сайлас.
– Какой-то ученый с континента. Видите ли, наши байки про Зверя дошли за Океан. И островом заинтересовались любители приключений. Исследователь хочет сам отыскать нашего Зверя и изучить его… в научных интересах.
– Вы сказали, что он – мистик. Кто это?
– Да, люди за Океаном считают, что Зверь – темный дух. Или что-то в этом роде. Сам я не знаю, чего они там себе надумали. Говорят, исследователь разбирается в мистике и паранормальных явлениях. Что ж, посмотрим кто-кого. Лично я ставлю на Мейсона. Он хотя бы реальным делом занят.
– Вы верите в то, что Зверь существует? – спросил Сайлас.
Взгляд Шона потускнел.
– Вы же знаете про дедушку Одри, не так ли? Кем бы ни был этот Зверь, он причиняет вред живым людям. Хорошим людям. Если это волк, медведь, гиена или кто похуже… знаете, я верю, что Зверь существует. И хорошо, если банда Мейсона разделается с ним этим летом. Я лично хочу, чтобы мои дети жили на острове в безопасности. А потому даже не вздумайте приближаться к Козьим Болотам. Слышал, Барри?! Ступишь туда – получишь трепку, если выживешь!
– Понял, пап. Знаю-знаю, мы ни за что не сунемся на Козьи Болота. Обещаю.
– Можете заглянуть в «Бешенную Креветку», там-то все слухи и зиждутся. Стоит туда зайти – все узнаете и про Зверя, и про исследователя с континента.
– Обязательно заедем на обед!
Сайлас обрадовался, что не он дал такое обещание.
– А где девочки? – сменил тему Киллиан. – Вы идете с ними на фестиваль?
– Они решили дождаться нас на улице. Поленились подниматься. Да, мы пойдем смотреть на фейерверки всей командой Пиратов.
– Вот и славно! Бегите скорее, пока они там не заскучали без вас и тащите их в Океан. Мы и сами тут недолго поработаем и спустимся к воде. Тоже хочу окунуться. Будешь плавать со мной, Ленни?
– Конечно, пойду!
– И я с вами! – визгнула Филисси.
Кто бы сомневался?
– До вечера, ребята! – попрощался Шон. – Хорошо вам погулять на фестивале!
Сайлас и Барри попрощались с Шоном, Ленни, Киллианом и Филисси. Оставив фонарную площадку позади, они приступили к долгому спуску по винтовой лестнице.
– Что думаешь о Звере, Барри? – решился спросить Сайлас.
– Я верю отцу. Если он говорит, что Зверь существует – значит, это правда.
– Значит, ты не считаешь, что Зверь – темный дух.
– Ты наслушался бредней старой Карги? Сайлас, я тебя умоляю! Она уже давно выжила из ума! Линда же тебе сказала. Она просто сумасшедшая старуха, которая не отдает отчета своим действиям и словам. Бабушкины сказки. Я вот считаю, что Зверь – это медведь.
– Медведь? Зачем медведю вырывать глаза дедушке Одри? Я думаю, он запомнил бы, что на него напал медведь.
– Сайлас, старым людям часто отшибает память. Он мог и забыть от страха, кто на него напал. Стресс, тревога, травма – ты же все это понимаешь.
– И все же… медведи не вырывают глаза людям. Они убивают. Нападают и убивают. Барри, какие еще есть идеи?
– Сайлас, как часто ты думаешь о Звере?
«Каждый раз, когда не думаю об Одри» – так ему хотелось ответить.
– Только сегодня задумался.
– Перестань. Предоставь это дело Мейсону. Наша задача – классно провести лето. Как знаешь, а я не собираюсь шляться по Козьим Болотам, подвергать свою жизнь опасности, искать этого Зверя или еще хуже – его Корону. Да, у Карги совсем шарики за ролики поехали! Сайлас, будь ближе к жизни. Думай о сегодняшнем дне. Сейчас искупаемся, а потом…
– Потом поедем в «Бешенную Креветку». Я хочу больше узнать об исследователе-мистике и Лунной Леди.
– Опять ты за свое! Ты неисправим, Сайлас! Ищешь приключений на лето?
Именно так.
– Лучше придумай, как скажешь Одри о своих чувствах.
– А вот об этом я пока не готов с тобой говорить.
И Сайлас убежал вперед по лестнице.
– Тоже мне друг! – буркнул Барри обиженно. – Ну, и храни свои секреты!
– Я все слышу!
Мысли Сайласа наваливались одна на другую: Одри, Зверь, Корона, Лунная Леди, исследователь-мистик. А фестиваль еще не начался!
Глава 4. «Бешенная Креветка»
Океан.
Океан Коралловой Долины – волшебное место. Недалеко от белоснежного пляжа под прозрачной гладью воды струились и мелькали разноцветные узоры – рифы. Там росли кораллы, а среди них жили обитатели глубин. Рыбы всех цветов, форм и размеров, полосатые, пятнистые, круглые, плоские. Морские коньки, ежи, звезды. Все смешалось в царстве рифов. Разноцветные водоросли, подводный мох, раковины, крабы, медузы и черепашки.
Океан. Такой бескрайний. Такой бесконечный. Где-то там за горизонтом находится континент, где тоже живут люди. Но Сайлас никогда не был там и никогда не видел тех мест. Лишь на картинках и по телевизору – оттуда он узнавал о другом мире и другой жизни, которая существует за пределами острова.
Сайлас обрадовался, что смог оставить сестру с Шоном и Киллианом. Ноша ответственности сброшена. Теперь он может гнать на велике что есть мочи, не боясь, что Филисси упадет и поранится. Он стал свободнее и в мыслях, и в душе. Теперь все свое время и внимание он может отдать Пиратам и Одри.
Четверо ребят побросали велосипеды на пляже и прямо на бегу стянули с себя верхнюю одежду: майки, шорты, кроссовки и носки, – бросив все в песок. Девочки, зная, что им предстоит купание в Океане, надели под футболки купальники. Мальчишки остались в простых трусах. Но это никого не остановило.
Все дружно бросились в воду.
Океан. Вода такая теплая и прохладная одновременно. Так свежо! Окунуться в воду после продолжительной езды на жаре – блаженство. Сайлас нырнул под воду, чтобы намочить волосы и лицо. Вынырнул – воздух ударил о голое мокрое тело, приятно обдувая, даря прохладу.
О чем еще можно мечтать в первый день долгожданного лета?
– Ай-да на рифы! – Барри позвал ребят за собой.
Одри не хотела мочить косу, а потому Эгли обрызгала подругу водой. Та отомстила ей, дважды брызнув в ответ. Девочки, звонко посмеявшись, поплыли за Барри к рифам. Сайлас не отставал от друзей.
Проплыв чуть дальше от берега, ребята окунулись в рифы. Они нырнули, а там – подводный мир с его причудливыми кораллами, рыбками, морскими коньками и ежами. Все буйство красок охватило ребят. Сайласа не переставало завораживать подобное зрелище. Он знал каждую рыбку, как она называется и чем примечательна.
Одри, заметив стайку скатов, отплыла в сторону, позволяя важной процессии проплыть вперед. Эгли внимательно изучала морских коньков, спрятавшихся за зарослями водорослей. А Барри преследовал рыбу-клоуна, словно надеясь, что его не заметят.
Сайласу же нравилось все многообразие подводного мира. Он мечтал спуститься на самые глубины на батискафе, чтобы узнать все темные и мрачный тайны Океана. Глубина его не страшила, а манила. Как-то раз он поделился своей мечтой с Барри, и тот стал рассказывать ему всякие страшные истории о том, как подобные исследования глубин на батискафах заканчивались трагедиями. Но Сайласа не пугали байки Барри, даже если они правдивы.
Ребята дружно вынырнули на поверхность, чтобы глотнуть свежего воздуха. Глаза начало щипать от соленой воды, но не слишком сильно, чем Сайлас был рад. Еще одно погружение он точно выдержит. Жаль, что они не прихватили с собой очки. Никто ж ведь не додумался!
– Вот класс! – обрадовалась Эгли. – Еще хочу! Морские коньки явно что-то замышляют, и я выясню это!
Одри посмеялась.
– А меня рассмешил Барри, как он преследовал ту рыбку-клоуна. Что ты от него хочешь? Он пади пугается тебя, как маньяка!
– А я и есть маньяк! Самый настоящий рыбный маньяк!
– Давайте еще раз нырнем? – предложил Сайлас.
– Вперед!
И снова под водой.
Здесь, в подводной тишине, Сайлас мог спокойно погрузиться в свои мысли. Никакие звуки внешнего мира его больше не отвлекали. Вода дарила ему гармонию в теле и душе. Пока тело скользило по волнам, находясь словно в невесомости, мысли текли также плавно и размеренно, а не наваливались бурным потоком.
Сайлас наконец перестал захлебываться собственными мыслями.
Под водой он смотрел на Одри. Девочка внимательно изучала кораллы и искала раковины с жемчужинами. Сайлас знал, что Одри нравится жемчуг, добытый на рифах. Перламутр в Океане переливался как-то по-особенному, словно каждая жемчужина – магический камень.
Тело Одри плавно изгибалось под водой. Руки и ноги совершали точные движения во время плавания. Все они научились плавать уже давно, лет в пять или шесть. На острове каждый ребенок умеет плавать. В Долине невозможно не уметь плавать. И Одри плавала как-то по-особенному, ей ничего не мешало, словно она сама была частью этого подводного мира, одна из его обитателей, как русалка. Каждое движение тела естественное и изящное. Сайлас же ловил себя на том, что сам он плавает как-то неуклюже. Как… человек.
Одри двигалась иначе. Все в ней Сайласу казалось неземным.
Ребята вынырнули из воды. В глазах уже начало щипать – самое время выбираться на берег.
– И куда там заплыла твой рыбка-клоун? – спросила Эгли у Барри.
– Я ее опустил! Вот черт! – Барри плюхнул кулаком по воде. – Все из-за эти скатов. Они нагло проплыли между мной и моей жертвой!
– Учиться тебе еще и учиться маньячим штучкам.
– А я, кажется, нашла раковину с жемчужиной, – вставила Одри, – я запомнила, где она находится. Завтра за ней вернемся.
– Вот класс!
Друзья вышли на берег, чтобы обсохнуть на солнце перед тем, как снова отправиться в путь. Их ждала «Бешенная Креветка».
Полотенец у них с собой не оказалось, а потому пришлось ходить под солнцем.
Одри встала прямо лицом к палящему солнцу, закрыла глаза и уперлась руками в талию. Так она и стояла, высыхая и загорая.
Сайлас, заметив, что она точно закрыла глаза, позволил себе посмотреть на нее. Мокрая коса спадала за спину и тянулась к бедрам – такая длинная. А кожа нежная и блестящая на солнце.
Обращает ли Одри вообще внимание на него? И стоит ли заводить разговор сейчас? Или подождать, пока они оба повзрослеют? И сколько ждать? Год, два, четыре? И что тогда будет? Может, к тому моменту все изменится? И Одри вообще начнется встречаться с Майло! Вот уж нет!
– Куда это ты смотришь?
Барри отвесил Сайласу легкий подзатыльник.
– Ай! Никуда, я просто…
Они привлекли внимание Эгли. Сначала она стояла за спиной Одри, загорая на солнце. Но, услышав короткую перепалку мальчиков, сделала шаг вперед и что-то тихо шепнула Одри на ухо.
Внутри Сайласа все сжалось.
Что она сказала ей?
Что он смотрит на Одри?
Эгли, что ты творишь?
Ах, как же ему хотелось знать!
Сайлас вымученно смотрел на лицо Одри, он хотел увидеть ее реакцию. Но ничего, чего бы он ждал – улыбки, смешка, хмурости – не последовало. Лицо Одри никак не исказилось и не изменилось, а оставалось таким же нетронутым, словно она вообще не услышала Эгли или проигнорировала ее слова.
А если так? Если ей все равно, что он смотрит на нее?
– Какие у нас планы, Сайлас? – Барри возобновил разговор с ним. – Чем займемся после «Креветки»?
– Можем пойти ко мне. Выпьем лимонад и… поиграем.
– «Акулы и серфингисты»?
– Во что же еще?
– Класс! Мы давно не собирались все вместе! «Акулы и серфингисты»! Это то, что надо.
– Вы собрались играть в «Акул и серфингистов»? – оживилась Эгли.
– После «Креветки» все едем к Сайласу в гости!
– Класс! Хочу-хочу! В этот раз я точно не достанусь ни одной акуле!
– Это мы еще посмотрим. Тебя всегда съедают в первой половине игры.
– Барри! Мне просто не везет с фишками!
Эгли подбежала к Барри и обрызгала его оставшейся на руках водой.
Барри засмеялся и принялся убегать от Эгли по кругу, а она гонялась за ними. Сайлас почувствовал, что сейчас может подойти к Одри и завести разговор.
Сделав несколько нерешительных шагов, он заговорил:
– Милые они, да?
Одри открыла глаза и взглянула на бегающих друг за другом Барри и Эгли.
– Мне порой кажется, что у них все так просто…
Сайласу и самому так кажется. Терзается ли Барри какими-то чувствами по отношению к Эгли? Сайлас никогда об этом не задумывался. Эти двое просто были на одной волне.
А потом интонация и слова Одри напугали Сайласа. Если она говорит, что у Барри и Эгли все так просто, не имеет ли она в виду, что у них с Сайласом все слишком сложно?
– Это же здорово, – ответил он, – хорошо, что они могут расслабиться и не думать ни о чем. А просто вот так… смеяться и бегать друг за другом.
– Да, думаю ты прав.
– А ты… хотела бы…
И тут за спинами раздалось гудение электромобилей. Следом раздался знакомый возглас:
– Эй, Пираты! Уже отмечаете первый день лета?!
Майло.
Сайлас и остальные Пираты оглянулись. На дороге у пляжа остановилось три тачки для гольфа. На одной из них сидели Мейсон и Майло. На других – Льюис – помощник Мейсона – и остальные члены банды охотников.
Все вооружены арбалетами, ружьями и кинжалами. Дело ясное – едут на Козьи Болота охотиться на Зверя, чтобы он не испортил фестиваль. Если сегодня им удастся найти и обезвредить Зверя, то это будет настоящий праздник для всей Долины.
Фестиваль будет незабываемым.
– Снова на охоту, мистер Мейсон? – Барри завел разговор со взрослыми.
Сайлас заметил, как Майло глядит на Одри. Чего это он на нее уставился? Да еще и вытянулся. Хорохорится своим кинжалом на поясе!
Без отца Майло бы и минуты не протянул на Козьих Болотах.
– Я ожидаю сегодня большую удачу, – ответил Мейсон, – в праздник добрых духов я рассчитываю на их поддержку в поисках Зверя. Сегодня мы его поймаем, да, ребята?
И банда с Льюисом громко ответила:
– Да, босс!
Сайлас с трудом подавил смешок. Вся эта идея с охотой в Долине казалось ему нелепой. Он считал дело Мейсона показухой. За столько месяцев его банда ни разу не напала на след Зверя и даже не доказала его существование.
Сайлас уверен, что окажись он на Болотах – точно что-то отыскал бы.
Мейсон – бывалый вояка. Гора мышц и колючая борода. Маленькие серые глаза и волосы, зачесанные назад. Весь обвешан оружием. Одет в зеленый камуфляж, чтобы лучше скрываться на Болотах.
Про мать Майло Сайлас ничего не знал. Он не слышал о ней. Ему всегда казалось, что у Майло есть только отец.
Майло – светловолосый парень, которого сам Сайлас находил довольно симпатичным. И это его только злило. Такой смазливый подлиза, как Майло, наверняка сможет в будущем понравиться Одри. Майло вполне себе спортивный, у него крутой отец и крутой кинжал. Он охотится на Зверя, защищая Долину. Он же герой! Проклятье!
Льюис – худощавый бритый напарник Мейсона, его правая рука. Сайлас вообще не видел в нем охотника. Скорее подлизу, которому хорошо платят. Сайлас никогда не понимал, что Льюис делает такого важного в банде Мейсона, что главарь держит такого человека при себе? Льюис никогда не нравился Сайласу, странный он тип. Глаза хитрые, недобрые. Нахальные и горделивые. Словно находясь рядом с Мейсоном, Льюис ставил себя выше других. Сайлас не удивится, если Льюис первым бросится наутек, заметив Зверя в кустах. Но при Пиратах он держал себя важно.
Какая важная курица! Гляньте на него!
– Эй, Одри, гляди, какой мне кинжал отец подарил!
Майло вынул блестящее лезвие из ножен и покрутил им на солнце.
«Она видит, придурок», – подумал Сайлас.
– Этим кинжалом я дам Майло вырезать сердце из груди Зверя! – посмеялся Мейсон. – Тогда весь остров будет знать, что мой сын спас Долину от опасного чудовища!
Банда бурно загоготала.
– Он станет лучшим охотником и продолжит славную династию нашей семьи, да, Майло?
– Да, отец…
Майло заметно поник, возвращая кинжал в ножны. Он медленно опустился на сиденье электромобиля.
Сайлас взглянул на Эгли – она с прищуром смотрела на Майло, явно что-то замечая в его поведении.
Мейсон гордо похлопал сына по плечу.
– Сегодня ты убьешь этого монстра, сынок. Погнали, ребята!
– Удачной вам охоты, мистер Мейсон! – кинул Барри.
Ребята помахали охотникам на прощание. Майло, удаляясь прочь, проводил Сайласа многозначительным взглядом. Он презирает Сайласа или просто ненавидит?
Когда шум моторов стих, Барри обратился к Эгли:
– Что ты думаешь по этому поводу?
– Он нам завидует.
– Кто? – переполошился Сайлас, почувствовал себя дурачком.
– Майло, конечно. Он хочет быть здесь, в компании Пиратов.
– Но Майло никогда не станет одним из нас! – возмутился Барри и был прав. – Ты это знаешь прекрасно! Он никогда не впишется в компанию Пиратов!
