– Приятно было увидеться, я пошла. – В груди теплилась надежда, что ноги не подведут и не опрокинут меня.
«Мне уже сообщили про девушку-инвестора. Я знаю, что ты шла сюда».
Я даже оторвать ладони от столешницы не успела, когда прозвучало разоблачение. Мы с Лукой уставились друг на друга. В темном взгляде сквозило столько пренебрежения, что становилось плохо. Хотя его недовольство понятно. Я ведь бросила Луку, ничего не сказав, и пропала на пять лет. «Не будет же злиться он на меня теперь до конца жизни?! За пять лет мог бы и остыть немного. Тем более что я не специально ворвалась в его жизнь».
Дверь распахнулась. В переговорной возникла рыжеволосая девушка в строгом платье-футляр.
– Извините, что вам пришлось ждать. Сейчас столько дел. Все не по плану. Сплошной аврал, – причитала она. Девушка протянула руку и представилась: – Нора Уолтон.
Я хлопала глазами, глядя на протянутую изящную ладонь.
«Это не инвестор. Это старшая сестра Милы».
Мы враз вздрогнули от роботизированной озвучки из телефона Луки. Нора смущенно опустила руку и пробормотала:
– Эл, должно быть. Мила рассказывала про вас.
Судя по лицу, ничего хорошего эти слова не значили. Нора обошла стол и, прежде чем сесть рядом с Лукой, чмокнула его в щеку.
В этой жизни я ненавидела три вещи: бедность, рыжих и душевные переживания. Я была бедной. Девушка моего бывшего парня – рыжей. И прямо сейчас меня накрывало переживаниями.
– Вы пришли навестить сестру? – спросила Нора.
В больших зеленых глазах читалась обеспокоенность, а в голосе забота.
– Хотела узнать, что у нее все в порядке, – выдала я полуложь.
Я не сомневалась, что у Милы все отлично. Знала, с кем оставляю сестру.
– О, – Нора очаровательно заулыбалась, – она пытается нас разорить. Развлекается по полной.
– Она в городе? – вырвалось раньше, чем пришло осознание, что это не мое дело.
Лука махнул ладонью перед носом Норы. Она вопросительно приподняла бровь.
«Миле лучше не знать, что Эл в городе. Она тут ненадолго».
– Но, ведь они се… – начала Нора.
– Нет, нет! – Я замотала руками. – Лука прав. Все отлично. Мила в порядке. Мне достаточно этих знаний. Не стоит говорить ей, что я здесь.
Ноги несли меня к выходу. Прежде чем дверь в кабинет закрылась, я услышала голос Норы. Она обращалась к Луке:
– А что с инвестором? И почему ты опять в этих уродливых штанах?! Решил распугать оставшихся клиентов?
Из здания я вылетела пулей. «Дурацкий Берт Миллер! Чем бы ты ни занимался, но Лука занимается тем же! А еще его ужасно красивая девушка сказала, что Мила тратит ИХ деньги. Общий бюджет? Общий бизнес? У них с Лукой все серьезно?» Я тряхнула головой и прошипела:
– Да какая разница?! Мне все равно.
Прохожие заозирались на бормотание. Я игнорировала любопытные взгляды. Сердце бешено колотилось и успокаиваться не собиралось. Старые чувства захлестнули душу. Подобной реакции я от себя не ожидала по прошествии стольких лет. Совсем это не нравилось, а вот вид возмужавшего Луки очень даже.
– Идиотство какое-то, – ворчала я тихо, топая подальше от офиса.
Жизнь точно издевается надо мной. «Это наказание за прошлые гадкие поступки. Расплата. У Луки есть полное право вот так презрительно смотреть на меня. Он мог и не разговаривать со мной. Это было бы даже хуже. Так, я бы мучилась. Захотела бы встретиться еще раз, а после того как увидела Нору, подобные мысли не будут приходить в голову», – врала сама себе насчет идеальной девушки Луки.
Одно я знала наверняка: все мысли теперь будут крутиться вокруг веснушчатого лица.
Глава 5. Судьбоносные случайности
День начался с потопа. Снилось, что я купаюсь в озере. Потом в голову пришло, что вода какая-то вонючая. А потом я открыла глаза и поняла, что клоповный матрас плавает. Я заорала. До соседа вода добраться не успела, потому что он храпел на диване. Его пришлось разбудить.
Мы испуганно забегали в поисках источника потопа. Лило с потолка. Угол прямо над кухней. Вода стекала по стене. Проживающие сверху в отпуске. Через два часа мы с соседом, уставшие и невыспавшиеся, сидели на ступенях нашего склепа. Возвращаться к устранению проблем сил никаких не было. Я отправилась на подработку, бросив соседа, разбуженного моим криком, один на один с последствиями прорванной трубы.
На попытки поспать рядом с местом преступления я забила пару дней назад. Тогда же бросила идею стать детективом. Табличка все равно не приходила, и я решила, что это знак от вселенной. Совершенно потерянная и не желающая заниматься хоть чем-то, я добрела с Принцессой до парка.
Мы не успели расслабиться и насладиться зеленью и прекрасной атмосферой, как столкнулись с Лукой. Он с золотистым ретривером бегал. Сирену я узнала сразу. Она кидалась на трясущуюся в моих руках чихуахуа.
Лука чуть успокоил собаку, а потом в его руке возник телефон. Он спрашивал, зачем я его преследую.
– Вообще-то, я тут рядом работаю, – возразила явно недовольному нашей встречей Луке и, не дожидаясь ответа, направилась прочь из парка.
Я почти бежала до здания и даже не заметила, что Лука следовал за мной. Осознание этого настигло у лифта. Когда Сирена вновь залаяла на Принцессу. Я неуверенная, что происходит, нажала на кнопку вызова и недоуменно пялилась на Луку в мокрой футболке.
Он следил за тем, что я делаю. За ухом у него ничего не было. Хотелось спросить почему, и слышит ли он меня, но я не стала. Слишком неловко. В лифт мы зашли в четвертом: я с чихуахуа и Лука с ретривером.
Лука вопросительно смотрел на нас. Я ткнула на цифру двадцать пять. Казалось, напряжение увеличилось. И через секунду дошло почему. Он нажал на цифру двадцать три.
Дверцы закрылись. Мы отвернулись в разные стороны. Офис, где обитал Берт Миллер, находился рядом. Его квартира на двадцать четвертом этаже. И почему-то меня все же удивило, что Лука жил в том же доме, что и убитый.
Цифры, обозначающие этаж, медленно росли. «Отличный день, чтобы встретить бывшего», – решила я про свой бомжатский внешний вид, уродливый высокий хвост, который мне совершенно не шел, и опухшее от недостатка сна лицо.
Оставалось надеяться, что от меня не воняет утренним потопом. Раздражающее молчание нарушала Сирена. Ей покоя не давала дрожащая чихуахуа. Я прикрывала Принцессу как могла. «Тише, малышка, мне тоже неуютно», – мысленно успокаивала я ее.
Лифт остановился. «Уходи уже», – поторапливала я Луку. Он выходил целую вечность. Сирена сопротивлялась. Он поднял громадную собаку и вынес ту из лифта. Я залюбовалась заботливым хозяином. Он нес ретривера к квартире и поглаживал по пути.
Приложив карточку к замку, Лука обернулся, и я осознала, что пялюсь на него. А лифт не уезжает, потому что я зажала кнопку открытия дверей. Пальцы отлипли от панели. Я прижалась к боковой стенке, чтобы из коридора меня нельзя было увидеть. «Зачем я это сделала?!» Щеки полыхали от стыда.
Двери сомкнулись. В тумане я вышла из лифта на нужном этаже и попала в светлую квартиру. Возникшая на входе женщина что-то спрашивала, но я ее не слышала. Щеки и глаза щипало. Работодательница тряхнула меня за плечи и строго спросила:
– Элеонора, что случилось? Что-то с Принцессой?
Я вручила хозяйке ее собаку и произнесла со всхлипом:
– Встретила бывшего. А от меня воняет. И он меня ненавидит. И квартиру затопило. И моя мечта сломалась. И даже дурацкая табличка не пришла. А самый мой близкий человек – это противный сосед, а я даже его имени не знаю.
Миссис Грин брезгливо похлопала меня по плечу.
– Ну-ну, еще бы по таким мелочам плакать.
Я так громко рыдала, что едва услышала, что она говорит. Она вела меня внутрь. Принцесса бежала за нами, быстро переставляя маленькими ножками по светлому полу. Я оказалась на диване. Тощая собака забралась на мои колени. Я ее гладила и кивала на слова миссис Грин.
Та скрылась в другой комнате и вернулась уже с чаем. Я не заметила ее долгого отсутствия.
– Пей, это поможет, – заверила она.
Я приняла горячую кружку. Миссис Грин поставила свой чай на столик и забрала у меня собачку. Видимо, чтобы драгоценная чихуахуа не обожглась.
– Говорят, животные чувствуют людей, – произнесла хозяйка квартиры, поглаживая питомца. – Принцессе никто не нравился, вы первая. Поэтому успокаивайтесь. Вы нам еще нужны.
Я кивнула, делая глоток.
– Квартиру у вас затопило, говорите?
– Ага, – согласилась я, вытирая слезу.
– Жить-то там можете?
– Могу, – сказала я. – Сосед к моему возвращению наведет порядок.
– Ну хорошо, отдыхайте тогда, – протянула она.
Я отпила успокаивающий чай и собралась вставать, но миссис Грин придержала меня за плечо.
– Куда вы в таком состоянии?
Вопрос риторический. Она покачала головой неодобрительно и, грустно улыбнувшись, произнесла:
– Напоминаете меня в молодости. Я так же по мужу страдала.
– Бывшему? – уточнила я, делая глоток горячей жидкости.
Про нынешнего мне ничего не известно. Но в квартире миссис Грин, я мужчин не встречала.
– Ага, – усмехнулась говорившая, погладив собаку. – Все нервы мне вытрепал.
– По мужу я, к счастью, не страдаю, – пробурчала я.
Собеседница выгнула бровь:
– Вы разве замужем?
– Нет, – мгновенно ответила, осознав, что чуть не спалилась на лжи. В паспорте не было отметки про брак. – Я про будущего.
– Так уверены, что не вернетесь к бывшему? – Миссис Грин ослепительно улыбалась. – Элеонора, вы красивая, сомневаюсь, что вы часто по мужчинам плачете.
– Чаще, чем хотелось бы, – заметила я, допив чай и поставив пустую кружку на столик.
Мрачные мысли крутились рядом с сознанием, но не проникали в него. Я опустила голову на мягкую спинку дивана, слушая рассказ хозяйки квартиры о ее любовных метаниях. Тело расслаблялось. Я все чаще зевала, но от чего-то меня это совсем не беспокоило.
Звонок разлетелся по квартире. Сквозь большие окна в комнату проникали лучи рассветного солнца. Беспокойные мысли, кому бы это я мог понадобиться в столь ранний час, сменились любопытством. Я двинулся к входу и нажал на кнопку, включая камеру.
На экране возникла картинка. В коридоре с ноги на ногу переминалась девушка. Вроде незнакомка. Однако уверенности в этом не было. Лицо закрыто маской и частично темными густыми волосами. Глаза тоже не рассмотреть из-за челки. Не помню, чтобы назначал ей встречу.
Фигурка что надо. Прекрасное начало дня. С игривым настроением я распахнул дверь. Девушка вздрогнула, словно не ожидала, что ей откроют. «Скромница», – с усмешкой пронеслось в мозгу.
– Берт Миллер?
– Он самый, – подтвердил я. – Придя к моей квартире, вы ожидали увидеть кого-то другого?
На шутливый вопрос она не ответила. Шагнула назад. Я свел брови. Странное поведение незнакомки напрягало. Краем глаза я заметил движение, но среагировал слишком поздно.
В квартиру влетели двое. От резкого толчка в грудь. Я упал на спину. Дыхание сперло. По телу растеклась тупая боль. В панике не сообразил, что происходит. В живот прилетел еще удар. Внутри словно что-то лопнуло. Сознание путалось. В глазах потемнело.
Отдаленный голос девушки просил сбавить темп. Но было уже поздно. Я точно знал, что умру.
Я распахнула глаза и прошипела:
– Гадский Берт Миллер!
Миссис Грин, поглаживающая собачку, вздрогнула от моей грубости:
– Точно, худший из моих любовников. Самодовольный придурок.
– Вы встречались? – вырвался неуместный вопрос.
Говорившая недовольно спросила:
– Элеонора, вы что не слушали?
Я села ровно. Отрицать очевидное нет смысла.
– Простите, уснула. Не знаю, что это на меня нашло. Не выспалась из-за потопа, а у вас диван такой мягкий, – промямлила я несвязные оправдания.
– А это, – миссис Грин махнула на чай, – успокоительное, наверное, вас сморило.
Я чуть не залепила пощечину своей спасительнице от нервного срыва. Нельзя было спать рядом с местом смерти. Я ведь передумала помогать Берту Миллеру. Не стоило проводить в этом здании много времени, ведь здесь жил Лука.
Обреченная беспомощность захватила сознание. Я только что пережила смерть, а очнувшись, пережила еще одну. На ватных ногах я покинула чужую квартиру. Нужно хорошенько обдумать видение, чтобы поскорее с ним разобраться.
«И Лука это еще не самое страшное! Миле семнадцать. Она наверняка живет или с ним, или где-то рядом», – плыли напряженные мысли. И если встречу с бывшим удалось пережить, то встречу с сестрой, казалось, невозможным.
Глава 6. Сталкер
Неделю я пыталась поговорить с Лукой. Но он, завидев меня в парке, менял маршрут. Я с чихуахуа в обнимку не догнала его, тренирующегося в компании с золотистым ретривером. Решила подкараулить бегуна у лифта, но следующие пару дней он не появлялся. Превращение в сталкера раздражало, но другого варианта не осталось.
Лука жил прямо под квартирой убитого, работал с ним или на него. Он – ходячий кладезь информации о Берте Миллере. Если и начинать искать убийцу, то с ближайшего круга, а ближе я пока никого не знала. Я бы могла вновь посетить офис, но и там велика вероятность встречи с Лукой.
Проблемой стало чувство вины и неловкости, из-за которых я не пошла и не постучалась напрямую в квартиру Луки. Боялась, что он живет с Норой, и если дверь откроет его девушка, то я не объясню внятно, зачем пришла.
Лука не оставил выбора, и я вновь оказалась у офиса. Видения с Бертом Миллером были смазанные. Я ночевала слишком далеко. Единственное, что удалось разглядеть четко – это глаза девушки. Небесно-голубые.
Я зашла в лобби. Встретили знакомые серьезные лица. Я попросила охранника сообщить Луке Хейзу, что его ожидает Электа. Мужчина выполнил просьбу. Но после телефонного разговора с охранником на этаже офиса мне отказали во встрече. Я тяжело вздохнула. Не хотелось прибегать к шантажу, но так быстрее.
– Скажите, что иначе я буду ждать его у квартиры.
Мужчина коротко кивнул и позвонил еще раз. Я послала ему благодарный взгляд за то, что не выгнал, хотя имел такую возможность. Через десять минут из лифта вышел Лука. В этот раз его ухо вновь огибала белесая штуковина, от которой тянулся маленький проводок к небольшому в диаметре кругу, словно примагниченному к волосам. На пробежке я не видела этого устройства.
Лука в цветастой футболке прошел мимо. Я засеменила за ним, оттягивая край платья пониже. Вдруг стало казаться, что я опять слишком нарядилась. Мы вышли на улицу. Он куда-то уверенно двигался, не бежал, поэтому я молча топала рядом.
Мы добрались до кафе. Лука вел себя так, будто меня не существует. На кассе он показал продавцу телефон. Ожидание заказа заняло минут десять. Мы все это время не отходили от стойки, лишь сместились к месту выдачи готовых блюд. Время послеобеденное, и народу в помещении немного.
Лука забрал заказ и направился вглубь кафе. Я плюхнулась на диванчик напротив. Лука раскладывал перед собой еду. Он медленно высыпал сахар в кофе. Потом перемешал суп и стал дуть на него.
– Как маленький обиженный мальчик, – выдала я, не выдержав.
Лука смотрел на меня исподлобья все это время, поэтому сразу ответил, набрав на телефоне текст.
«Говорила, что не преследуешь, а сама преследуешь».
– Кое-что изменилось с той встречи в парке, – пробурчала я.
Он сощурился. Его мобильник озвучил.
«Это как-то связано с Бертом Миллером?»
На секунду я замешкалась. Вновь общаться с Лукой странно. Я кивнула. Он ел суп, продолжая следить за мной так, словно если отвернется, я подрежу у него бумажник.
«Хочешь, чтобы я помог тебе развести вдову на деньги?» – раздалось из телефона.
– Получить деньги было бы отлично, но, вообще-то, важнее узнать, кто убийца. Иначе дух не упокоится и будет сводить меня с ума. – Я оперлась на стол и указала на устройство на ухе Луки. – Так, ты теперь меня слышишь?
Он покачал рукой. Я поняла этот жест, как «так себе». Но очевидно, что звуки в его голове были.
«Я не буду тебе помогать, как делал это раньше. Многое изменилось».
– Действительно, – проиронизировала я, – например, ты стал носить цветные вещи.
Я не понимала, почему наши прошлые отношения, должны мешать поиску убийцы. «Мог бы и потерпеть меня немного, пока дело не закрыто», – пролетело в голове.
«Футболка отличная», – сообщил роботизированный голос об одежде Луки.
– Я не спорила.
На мне было платье в цвет. Лука откинулся на спинку диванчика и долго вглядывался в меня. Я старалась отразить на нем, что пришла с чистыми помыслами. Не выдержав пристального изучения, проворчала:
– Пока мы с призраком связаны, я буду крутиться рядом с местом убийства. До тех пор, пока виновные не будут разоблачены. Когда я искала, кому бы помочь, то и мысли не было наткнуться на тебя. Это случайность. Повернуть все вспять я не могу и бросить призрака тоже. Так что в твоих интересах отвечать на вопросы и содействовать расследованию.
Лука опустил глаза на экран и быстро набрал текст:
«Стала детективом или это какой-то новый изощренный способ по вытягиванию денег?»
Я недовольно сложила руки на груди. Он ужасно раздражал своим недоверием. Он знал, что дар ясновидения настоящий.
– Стал говнюком недавно или ты всегда таким был?
Мы молча пялились друг на друга. В этот раз первой уменьшать градус напряжения я не собиралась. В бледных руках вновь оказался мобильник.
«Что значит повернуть вспять не можешь?»
Губы изогнулись в улыбке. Наконец мы сдвинулись с мертвой точки. Я пустилась в рассказ о том, что узнала о даре за последние пять лет, избегая описания ситуаций, в которых пришлось делать эти выводы. Из телефона Луки иногда доносились уточняющие вопросы.
– И вот, когда мы встретились в офисе, я поняла, что если расследовать убийство Берта, то придется с тобой общаться. Тогда я решила, что это не лучшая идея. Но на подработку пришлось ходить, потому что нужны деньги, а за выгул Принцессы оставляют хорошие чаевые. Очень щедрые. – От возмущений о сложившейся ситуации я закатила глаза. – А потом случайно уснула в квартире, прямо над местом убийства. Следом видение. К Берту врываются. Мы умираем. И все! Я уже не могу его бросить!
Я всплеснула руками, закончив длинный эмоциональный пересказ. Лука скептически сощурился.
«Ты уснула на работе?»
– Не по своей вине, – оправдывалась я.
«Я так и не понял, зачем ты ходила по городу в поисках умерших».
Лука ждал ответа. Я поежилась под темным внимательным взглядом. Мечта стать детективом слишком личная, чтобы ее озвучивать. Я, конечно, и так расследовала преступления, но хотелось бы при этом не нуждаться в деньгах. Чтобы голову занимало только дело, а не мысли, где купить еду подешевле и как бы договориться с соседом, чтобы коммуналку он заплатил единолично в этом месяце.
– Я так зарабатываю, – почти не соврала.
«Просто очень мало. Настолько, что на жизнь не хватает, приходится работать еще и на обычной работе и уговаривать соседа по студии-склепу вносить больше чем половину платежей», – уточнила нюансы мысленно.
Из мобильника Луки донеслось:
«Единственный родственник Берта, который сейчас в Нью-Йорке, – это его жена. И она инвестор нашего с Норой проекта. Так что я против того, чтобы ты брала с нее деньги».
Было особенно странно обсуждать с бывшим дела, связанные с его нынешней девушкой, но ситуация обязывала, и я спросила:
– Чем занимается ваша компания?
«Кибербезопасность. Не думаю, что тебе интересно слушать о подобном».
Я вздохнула обреченно: «Конечно, Лука ведь считает меня дурочкой». Захотелось сбежать, но силой воли, я подавила это желание.
– Если не собираешься со мной ничем делиться, то просто выдели пару часов сна у себя в квартире. – Прежде чем он возмутился моей наглости, я пояснила: – Это может быть любое время суток, кроме тех часов, когда я гуляю с Принцессой. Я закинусь снотворным, посмотрю видение и уйду. Квартира же остается хоть иногда пустая?
Последний вопрос риторический, но Лука ответил.
«У Милы каникулы с графиком, как у типичного подростка на отдыхе. Спит, когда взбредет в голову. В остальное время гуляет. И я бы все равно не пустил тебя в квартиру».
Из плюсов: я узнала новую информацию. Кажется, Лука, Нора и Мила живут втроем. Из минусов: Лука, похоже, считал, что я его ограблю.
– Я буду ходить рядом, пока виновных в смерти Берта не найдут, – напомнила я.
«С этим разберется полиция. Они найдут убийц. Мне все же непонятно, зачем ты этим занимаешься. И если нужен постоянный ночлег возле места преступления, то сними квартиру».
Я усмехнулась:
– Серьезно? Похоже, что у меня есть деньги на съем подобного жилья?
«Для своих афер раньше ты деньги находила».
– Я стираю вещи в раковине на кухне, расположенной в полуподвальном помещении, – прошипела я раздраженно и поднялась.
Каждая новая фраза Луки казалась все презрительнее. Силы выносить подобное отношение закончились. «Я серьезно когда-то признавалась этому человеку в любви? Чем я думала? Он на тот момент был таким же высокомерным? Я же даже не для себя прошу, а для его умершего знакомого. Одно дело отказывать в помощи, а другое делать это так грубо!» – летело беспорядочно в мозгу.
Из кафе я вышла опустошенная. «Придумаю другой план. Не нужна мне его помощь. Вокруг полно людей, с которыми я договорюсь, не мучаясь от чувства вины за прошлые поступки».
Лука, может, и не заметил, но сообщил кое-что полезное. Единственный родственник, способный оплатить расследование, – жена погибшего. Про недавно овдовевшую я погуглила подробнее, когда читала ее интервью, данное сразу после смерти мужа. Они многие годы вели проекты в разных городах. Интуиция подсказывала, что это значит самое очевидное: семьей Берт и его жена назывались лишь условно.
Идти к бывшей миссис Миллер смысла нет. Похоже, поправить мое финансовое положение за счет этого расследования невозможно. Стоит покончить с ним побыстрее. Чем платить за аренду в этом месяце, я не представляла, но с Бертом возникла одна идея. Я достала из сумочки мобильник и глянула на время. Глаза удивленно округлились. Мы просидели с Лукой в кафе полтора часа. Для ненавидящего меня человека он удивительно долго терпел россказни о мертвых. Я и сама не заметила, как растараторилась. Время пролетело незаметно.
Пришлось тряхнуть головой, чтобы не дать неуместной мысли полностью сформироваться. Впереди много дел, а я и так уже потратила кучу времени на почти бесполезную болтовню.
Глава 7. Ночной посетитель
Я забежала переодеться в студию-склеп. Оттуда вылетела в широких джинсах, футболке и кедах. Видом своим я походила на неряшливого подростка. То, что нужно.
Сосед поинтересовался, во сколько ждать моего возвращения. Я посмеялась, спросив, не свидание ли он решил устроить. Оказалось, и вправду, свидание. Какая-то женщина с форума прокомментировала нашу с ним общую фотографию, и у соседа завязалась переписка с женщиной, бурчащей, что стоит меньше ретушить фотографии. Я хотела возмутиться, что ничего не фотошопила, но, оказалось, сосед увеличил мне грудь на фотографии.
На вопрос зачем, ведь у меня нормальные пропорции, он скомкано пробурчал: «Чтобы точно завидовали». Это было странно и немного противно, поэтому я радовалась, что ночевать придется в другом месте. Если, конечно, удастся договориться с охраной.
Часть денег с подработки я потратила на подкуп старика. Коробка с сильно пахнущей специями едой оказалась на стойке, где выдавали пропуски. Охранник скептически оглядел контейнера в красивой упаковке. Он как-то проболтался о любимом ресторане. Уж не знаю, когда дедуля мог позволить себе там питаться, но один только рис с карри обошелся в двадцать пять баксов. У старика губа не дура.
Обычно я приносила еду попроще, но сегодня случай особенный.
– У меня просьба. – Я оперлась на стойку. Дедуля копался в пакете, выбирая с чего начать пир. – Могу я в общей зоне переночевать?
Он поднял глаза:
– Нет, конечно. Там же камеры.
– Тогда придется остаться на улице. Лето, но когда солнце садится, холодно. И я уже пару дней в душ не ходила. – Я сложила ладони в умоляющем жесте. – Пожалуйста.
Нашла в интернете информацию о клубном доме, где находилась. Весь верхний этаж оборудован в общую зону. Кабинеты массажа, бассейн, сауна, спортзал, зоны отдыха, даже барбекюшницы на открытой террасе.
– Меня уволят, – возразил охранник, отодвигая взяточный пакет подальше.
– Но зоны круглосуточные, никого не удивит наличие там людей. Запишите меня, как гостя, – предложила я.
– Гостя записывают на конкретную квартиру, – настаивал старик.
– Отлично, у вас тут как раз Хейзы живут. – Я ткнула пальцем в грудь. – А мое имя Элеонора Хейз. И почему бы мне не провести вечер в общей зоне? Предупредите своих коллег. Если я буду делать что-нибудь предосудительное, то пусть выгонят меня.
Знала, что наблюдающим через камеры достаточно подтверждения у старика, что у меня есть пропуск. Никто не хотел быть виноватым, если что-нибудь случится, а если последнее слово за дедулей, то и наблюдатели трогать меня не будут, пока я не нарушаю порядок. Хотя после последних событий охрана могла стать бдительнее. С другой стороны, если наняли новеньких, то этого не произошло.
Оставалось лишь ждать решения любителя индийской кухни.
– Если негде ночевать, иди в ночлежку, – бурчал дед.
– Мне с утра на работу, – парировала я, пускаясь в россказни о Принцессе и желании нормально поспать и помыться перед работой. Охранник, которому я каждый день таскала еду, внимательно слушал мое нытье. – Умоляю, мне нужна эта подработка. А пока я доберусь до ночлежки, уже утро наступит. Не успею вернуться.
Я понятия не имела, где находились приюты для бездомных, но говорила уверенно. На морщинистом лице отразилось сочувствие.
– Ладно, но с жильцами не пересекайся, а если спросят, кто такая, скажи «уборщица». Форму не надела, потому что новенькая.
– Спасибо, – весело протянула я. – Готова расцеловать ваши прекрасные руки.
Дедуля смущенно отодвинулся, словно я могла достать его через стойку, нас разделявшую.
– Смотри мне, если будут проблемы от тебя… – Охранник пригрозил кулаком.
– Я совершенно не проблемная, – заверила дедулю и потопала к лифту.
Верхний этаж встретил приятным теплым светом. Я с любопытством осматривалась в просторном мрачноватом помещении. Везде висели таблички с указанием, где что находится. Народу в общих зонах я наглядела пару человек. В зале бегал на дорожке неизвестный мужчина, а на террасе, откуда открывался потрясающий вид на вечерний город, делала селфи пухленькая девушка в черной безразмерной толстовке.
Она заметила появление компании и сбежала, оставив открытую террасу в моем полном распоряжении. От дуновения ветра по коже пробежал холодок. Я прошла к плетеной мебели, расставленной возле небольших столиков. С кресла взяла плед и закуталась.
Свежий вечерний воздух бодрил, но уходить в помещение не хотелось. Я любовалась видами мегаполиса, здания которого подсвечивали тысячи огней. Фонари, вывески, окна. Ослепительная красота. Аж дух захватывало. Город гудел. Жил.
Я дышала полной грудью, пока была такая возможность. Свобода. Абсолютная. Легкая. Прекрасная. Я вольна идти куда угодно, делать что хочу и помогать всем, кому нужно. Решительный настрой вернулся при мысли о Берте Миллере.
Я нашла еще один плед, дабы не окочуриться, и улеглась на диван. Ночь медленно захватывала город. Нравилось наблюдать за темнеющим небом. Веки медленно слипались.
Беговая дорожка под ногами плыла. Пройденное расстояние приближалось к отметке в пять километров. Грудь равномерно вздымалась от привычного темпа. Я нажал на панель, увеличивая скорость. Смертельно скучно. Зал почти пустой. Никого, кроме привычной компании.
Лука бежал рядом, глядя прямо перед собой на мутное стекло, за которым слабо просматривался пустой бассейн. Поражала способность этого парня сосредотачиваться. То ли врожденный дар к концентрации, то ли из-за глухоты. Из размышлений вырвали приближающиеся знакомые голоса.
Я с трудом сдержал неуместную ухмылку. Если появление Кайла не радовало, то возникшая в помещении Нора поднимала настроение. От вида лосин, обтягивающих стройную фигуру, кровь кипела. Я вежливо поздоровался с Уолтонами и ткнул на сенсорную панель беговой дорожки, добавляя скорость.
Разомкнув глаза, я резко села и на автомате достала из кармана телефон. В заметки полетели имена и описание увиденного. Плед упал на пол. Холод пробирал до костей, пока я печатала длинное полотно текста, стараясь зафиксировать все подробности и мелочи.
Закончив печатать, я впала в задумчивость, по привычке крутя кольцо на пальце. «Кайл? Кто ты? Берт в мыслях называл Нору и Кайла Уолтоны, но внешне эти двое непохожи. Кайл – брюнет, высокий, может, даже выше Луки. Чуть менее спортивный. Жаль, что я так плохо его рассмотрела. Берт не сосредотачивал взгляд на Кайле, рассматривал пятую точку Норы. Это странновато».
Колени прижались к груди, я уронила на них голову.
– Гадство!
Слишком далеко от места убийства. Видение короткое. Если бы удалось посмотреть побольше. «Берту нравилась Нора, или он хотел показать мне Кайла?»
По спине пробежал холодок. Я кожей ощутила, что на меня смотрят. Оторвав лоб от колен, я уставилась на знакомый мужской силуэт.
– И давно ты там сидишь? – поинтересовалась я у Луки, развалившегося в кресле напротив.
