Я задумалась. Мой план рушился.
– Вы случайно не знаете, где я могу его найти? Понимаю, вопрос неожиданный…
– Сейчас он в Лондоне – это точно. Про него написали в утренней газете в светской хронике. ― Мужчина игриво подмигнул мне. ― На этот раз он появился в одном известном ресторане с замужней дамой семидесятилетнего возраста и вел себя с ней совершенно неподобающим образом. Каково, а?
– Значит, он в Лондоне. Уже неплохо. Но как его найти в этом огромном городе? ― пробормотала я.
– Джеф Горинг пойдет на балет. ― Я вопросительно взглянула на моего собеседника.
– Я слышал, как он обсуждал это мероприятие здесь, в галерее. ― И торопливо добавил: ― Очень громко обсуждал. – Я отмахнулась, дескать, мне не важно.
– Это точно?
– Вы что, газет не читаете? Некоторое время назад была учреждена Федерация русского классического балета здесь, в Лондоне, возглавляет ее та самая Ксешинская, блиставшая в знаменитых русских сезонах Дягилева. И уже неделю на лондонских сценах порхают балерины. Венцом балетного фестиваля будет выступление Большого в Grand Opera. Весь Лондон будет там.
Через мое тело словно пропустили разряд тока. Королевская опера в Ковент-Гардене ― излюбленное место лондонского бомонда и настоящих ценителей искусства. Одна из знаменитых мировых сцен принимала у себя не менее знаменитую труппу. Джеф действительно должен быть там.
– Мне тоже нужно туда попасть.
– Это вряд ли. Билеты давно распроданы.
Но я уже не слушала его. Бросив на ходу короткое «спасибо», я помчалась в сторону театра.
Дорога была неблизкая. Я торопилась. Приходилось уповать на удачу, на удивительное стечение обстоятельств. Например, на то, что один важный чиновник срочно отчалил на корабле в Индию, предварительно сдав билеты в кассу. Я продолжала фантазировать: или одна графиня потеряла свою собачку и теперь не в настроении посещать балет.
Громкий звуковой сигнал разорвал воздух. Кто-то дернул меня за локоть, и секунду спустя мимо меня пронесся большой блестящий автомобиль.
– Вы что, с ума сошли, разгуливаете по дороге, как по тротуару? ― произнес мужской голос с приятным валлийским акцентом.
– Боже мой. ― Я только сейчас поняла, что могло бы случиться, если бы я продолжала идти по дороге.
– С вами все в порядке? ― голос звучал тревожно.
Позади меня стоял мужчина средних лет с легкой проседью в темных волосах, одетый в хорошо сшитый костюм. Он смотрел на меня осуждающе и укоризненно покачивал головой, как качает головой учитель, когда лучший ученик в классе не может ответить урок.
– Да, все в порядке, ― торопливо проговорила я.
– Движение невероятное, нужно все время быть начеку, а не смотреть по сторонам, ― мягко проговорил он.
– Да, да, конечно. Я, наверное, задумалась, совсем не видела эту машину. Подумать страшно, что могло бы случиться, если бы не вы… ― Мужчина слегка улыбнулся и чуть наклонил голову, с интересом рассматривая меня.
– Не стоит благодарности. Надеюсь, что тот, к кому вы так летели, самый счастливый на свете…
– Ах, ну что вы, ― рассмеялась я, ― я тороплюсь вовсе не на свидание. Я хочу поймать птицу счастья за хвост… ― Одна бровь господина изящно изогнулась, выражая любопытство. ― Хочу купить билет на выступление Большого сегодня, ― пояснила я.
Мужчина улыбнулся:
– Ради искусства готовы рисковать жизнью ― похвально. Но не таким же образом. Попасть под машину ― это как-то банально. ― Он раскатисто рассмеялся. Затем галантно представился:
– Рой Коллинз, к вашим услугам.
– Александра Суворова, и уверяю вас, у меня не было желания попадать под машину. ― Я улыбнулась, пытаясь угадать, что во мне так заинтересовало этого вальяжного господина.
– Что ж, я верю вам. ― Рой говорил немного старомодно ― медленно, растягивая слова. ― Однако не думаю, что билеты еще есть в кассе.
– Мне очень нужно попасть сегодня в Королевскую оперу. И дело не в выступлении самой известной в мире балетной труппы. ― Я потупила взгляд. Мне не хотелось снова врать. Но он сам выручил меня:
– Сердечные дела? ― Я облегченно кивнула. Мужчина ненадолго задумался, разглядывая меня. ― Вы знаете, Александра, очень хочется вам помочь. Я решил, что буду вашим ангелом-хранителем весь день. Я добуду вам билет, несмотря на то, что вы рветесь туда попасть не из-за меня.
– Вы шутите? ― Я не могла поверить своему счастью.
– Ни в коем случае. Я очарован. Очарован настолько, что готов сделать для вас все, что в моих силах. Достать билет ― малость.
Я было засмеялась, но опомнилась и подозрительно посмотрела на него:
– Рой, ответьте мне на вопрос. Мы были знакомы раньше?
– Если бы мы встречались ранее, я бы никогда этого не забыл, ― Рой Коллинз галантно прикоснулся губами к моей руке. ― Однако, несмотря на мое желание любоваться вами, я должен выполнять свое обещание ― отправляюсь на поиски билета. Скажите, куда его доставить.
Я, рассыпаясь в благодарностях, назвала адрес пансиона. Мы обговорили детали, и он неторопливо пошел вниз по улице к телефонному автомату.
Как же я ликовала, когда спустя пару часов посыльный принес конверт для меня, в котором лежали столь желанный билет и записка: «Наслаждайтесь, Александра. Билет всего один. А я проведу этот вечер в компании приятных воспоминаний о вас».
Я рассмеялась и покачала головой. Такой тип мужчин, дамских угодников, был явно не по мне. Пританцовывая и мурлыча под нос песенку, я поднялась к себе в комнату. Мне казалось, что фортуна на моей стороне. Все должно получиться. Я обязательно встречу сегодня Джефа Горинга и выясню у него все, что он знает. Мысль о рыжебородом спустила меня с небес на землю, я вспомнила его колючий взгляд и угрожающие нотки в голосе.
– Нужно сделать так, чтобы он ответил на мои вопросы, рассказал все, что знает, ― говорила я сама себе, вытряхивая содержимое шкафа на кровать, ― нужно произвести на него сногсшибательное впечатление.
Я добралась до черных чехлов, висящих в глубине шкафа. Они хранили в себе роскошные вечерние платья. Я примерила одно из них. Черный шелк коснулся моей кожи, ласково обнял и с шелестом опустился к ногам. Платье сидело идеально. Расшитый золотыми пайетками лиф выгодно подчеркивал грудь, плотный корсет заставил расправить плечи и приосаниться, а черная пышная юбка мягкими складками ниспадала к лодыжкам. Превосходно. Я нашла еще пару черных шелковых туфель и перчаток. Осталось несколько женских хитростей, чтобы выглядеть неотразимо.
В Ковент-Гардене движение остановилось. Машины заполонили подъезды к Королевской опере. Из длинных лимузинов выходили прекрасные дамы в мехах и бриллиантах, их бережно вели под руки холеные кавалеры в смокингах. Изысканная публика лавиной стекалась к распахнутым дверям одного из знаменитых театров мира. Я вышла из такси за пару кварталов, хотела немного пройтись, чтобы успокоить нервы. В нескольких сотнях метров от здания, куда мне так нужно было попасть, мне стало тревожно. Вдруг мистер Горинг не придет сегодня? А если он придет, но не захочет со мной разговаривать? Мне было не по себе от того, что придется навязывать свое общество мужчине. Этого я делать не умела и учиться не собиралась. Я обвела взглядом черепичные крыши домов, надеясь увидеть двух сорок ― примету к счастью. Но на крышах никого не было, и я, сильно сжав билет, поднялась по ступеням Королевской оперы.
Из оркестровой ямы доносились нестройные звуки ― это музыканты настраивали инструменты. Вокруг галдели и шумели сотни людей. До начала спектакля оставалась пара минут, но Джефа Горинга не было видно. Наконец раздался третий звонок, и люди стали рассаживаться по своим местам. Дамы шуршали шелковыми юбками, проходя по узким рядам, то и дело кивая знакомым. Мужчины внимательно смотрели под ноги, стараясь не наступать впереди идущим дамам на платья. Но в этой толпе не было того, кого я искала. Я обвела взглядом ложи, и мое сердце рухнуло ― в одной из них мистер Джеф Горинг усаживал милую блондинку в первый ряд. Наши взгляды встретились, его лицо окаменело. Погас свет.
Я совершенно не запомнила первое действие, невидящий взгляд блуждал по сцене, а мои мысли были далеко. В голове крутился сценарий предстоящей встречи с мистером Горингом, было ясно, что он моя единственная зацепка, но какова будет его реакция на нашу встречу, представить невозможно. Честно говоря, мне было страшно.
Опустился занавес. Люди начали вставать с мест, захлопали поднимающиеся сиденья. Объявили антракт.
– Первое действие уже закончилось? ― спросила я мужчину рядом.
Он удивленно посмотрел на меня:
– Совершенно верно. Сейчас перерыв, а через тридцать минут начнется второе действие.
Я кивнула, нервно посмотрела в сторону ложи, там никого не было. Подобрав юбки, я стала пробираться к выходу из зала. Вестибюль гудел, словно улей. Люди обсуждали великолепный балет, прекрасную технику танцоров и их костюмы.
– Как я найду его в этой толпе? ― спросила я вслух.
– Не меня ли ты собралась искать, Александра? ― раздался над моим ухом вкрадчивый голос. Сильная рука, подхватив меня под локоть, потащила в тихий коридор. Джеф Горинг собственной персоной в прекрасно сшитом смокинге возвышался надо мной, хмуро сдвинув рыжие брови.
– Ты опять появилась, хоть я и просил этого не делать? ― с ходу набросился он на меня.
Я проигнорировала его высказывание. С плохо скрываемой дрожью в голосе я произнесла:
– Мистер Горинг, раз уж мы встретились здесь. Случайно. Уделите мне пару минут. Мне очень нужно задать вам несколько вопросов.
– Мистер Горинг? Мне нужно задать вам несколько вопросов, ― повторил он за мной и раскатисто рассмеялся, но после снова нахмурился и спросил:
– Что это все значит, дорогая Александра?
– Мистер Горинг. Джеф. Прошу тебя. ― В моем голосе звучала мольба. ― Мне нужна твоя помощь. У меня масса вопросов, на которые нет ответов. Ведь я… я ничего не помню. ― Мне нужно было поговорить с ним во что бы то ни стало. ― Я ведь даже не помню… кто я…
Лицо Джефа оставалось непроницаемым, он смотрел на меня внимательными желто-карими глазами и молчал. Наконец он сказал ровным тихим голосом:
– У меня нет оснований верить тебе.
Я почувствовала, как мои глаза застилают слезы.
– Очевидно, что у тебя есть для этого причины. Но я их не помню. Понимаешь, ничего и никого. Только тебя. Я случайно зашла в галерею и вспомнила тебя. Поверь мне, пожалуйста. ― Мой голос опустился до шепота.
– Прекрати стенать, Александра. Даже если бы я согласился, не смог бы встретиться с тобой. Завтра рано утром мне нужно уехать, чтобы решить неотложные дела.
– Куда ты направляешься? ― выдавила я из себя. Мне стало страшно от того, что он вот так просто возьмет и исчезнет.
– В то место, куда ты обещала никогда не возвращаться. На остров, ― ехидно ответил он.
– На тот остров, на котором были написаны твои картины? ― тихо спросила я.
– Ох, Александра, прекрати. Будто ты не знаешь, что я имею в виду Барра.
– Барра… ― повторила я за ним, будто пробуя это слово на вкус. Барра… – Возьми меня с собой на Барра.
– Ты шутишь? ― Он, не отрываясь, смотрел на меня.
Я было открыла рот, чтобы ответить ему, но в этот момент к нам подплыла та самая блондинка, которая сопровождала мистера Горинга в ложе. Она недобро взглянула на меня, обвилась вокруг Джефа и замурлыкала ему что-то на ухо.
– Мадлен, познакомься с Александрой, ― как-то нехотя произнес Джеф. Мадлен коротко и сухо кивнула мне, затем повернулась к Джефу и сказала:
– Милый, уже прозвенел звонок, давай вернемся на место.
– Да, конечно, ― он нарочито крепко прижал ее к себе, ― пойдем.
– Пожалуйста, подумай о моей просьбе! ― прокричала я ему вслед. Почувствовав себя невероятно уставшей, я прислонилась к стене, словно отдала последние силы этому разговору, и наблюдала за тем, как уменьшается толпа, просачиваясь в небольшой дверной проем зала. Когда последняя пара вошла в зал и двери закрыли, удалось наконец вздохнуть свободней. На меня давили стены Королевской оперы.
Шурша юбками в гулкой тишине коридора, я вышла на улицу. Солнце уже закатилось, и сразу стало холодно. Я обхватила руками обнаженные плечи и замерла, вспомнив, как сбегала по этим ступеням, ежась от холода, как пила шампанское в «Бальтазаре», пытаясь согреться. Оглядевшись, я заметила, что через дорогу от театра золотом на бордовом фоне горели буквы «Бальтазар». Как завороженная, я зашагала в сторону ресторана, не сводя глаз с вывески. Тяжелая дверь легко поддалась, и мне открылось темное, полное сигаретного дыма пространство. В ресторане было немноголюдно, на небольшой сцене играл оркестр, несколько парочек танцевали. Прямо передо мной сидела рыжеволосая девушка с фужером шампанского и зажженной сигаретой в длинном мундштуке. Она повернула голову и увидела меня, ее глаза сузились, она сделала глоток и встала, чтобы подойти. Я вспомнила, что видела ее во время предыдущего «путешествия» в Лондон.
– Ты опять здесь, ― зашипела она. ― Опять собираешься виться вокруг Джефа?
Я так устала за этот длинный день, что не стала даже пытаться объясниться с этой девушкой.
– Алекс, я повторять дважды не буду. Убирайся туда, откуда пришла. И не пытайся даже подходить к моему брату, а то я за себя не отвечаю. ― Она, как и в прошлый раз, уперла руки в бока и стала похожа на разъяренную фурию.
Брата? Она сказала, что Джеф Горинг – ее брат? Я всмотрелась внимательнее в ее лицо. Действительно, рыжие волосы, скулы, веснушки, как у Джефа, только цвет глаз у них был разным. У Джефа глаза были более темными и пронзительными. Рыжая валькирия кинула на меня еще один убийственный взгляд, схватила сумочку и направилась к выходу. В дверях она бросила:
– Исчезни навсегда, Алекс. Сделай милость, ― и едва не столкнувшись со швейцаром, выскочила на улицу.
Я отрицательно покачала головой подошедшему официанту и тоже направилась в сторону выхода. Ковент-Гарден с его театрами и ресторанами давил на меня. Хотелось зарыться в тишину своей комнаты и укрыться одиночеством, поэтому, недолго думая, я побрела в сторону Блумсбери.
Внизу, в гостиной пансиона, горел свет и раздавались голоса. Мне не удалось тихонько юркнуть в свою комнату, так как миссис Лофман вновь преградила мне дорогу. Она была возбуждена, глаза ее горели.
– Мисс Суворова, а я вас поджидаю. У меня для вас послание. ― И она помахала сложенной вчетверо бумагой.
– Да? ― спросила я без энтузиазма. ― От кого?
– От мистера Джефа Горинга. Он был здесь минут десять назад… Я успела позабыть, какой он шикарный…
Я не могла поверить в то, что говорила миссис Лофман. Джеф был здесь! Он искал меня!
– Что хотел мистер Горинг? ― взволнованно спросила я.
– Он вас не застал, поэтому оставил записку. ― И хозяйка снова помахала бумагой. Я была уверена, что она прочитала ее, но виду не подала. Дрожащими руками я развернула листок, на нем размашистым, уверенным почерком было написано: «Заеду завтра в восемь утра. Отправляемся на Барра».
Держа записку в руке, я рухнула на диван. Это была победа.
Глава 5
Пятнадцать минут девятого. Джеф опаздывал. Я взглянула на миссис Лофман ― она не спускала с меня своего любопытного взгляда.
– Даниэла, милая, я беспокоюсь, успеешь ли ты к открытию цветочной выставки? На часах уже пятнадцать минут девятого…
– В самом деле? ― Женщина в седеньких буклях сделала вид, что она немного этим фактом озабочена. ― Да, времени уже много, но у меня есть еще пара минут, чтобы допить свой утренний чай.
Я вдохнула поглубже и выдавила из себя улыбку. Часы едва ли показывали половину восьмого, когда я спустилась в холл пансиона, волоча за собой огромный коричневый, немного потертый чемодан. Я рассчитывала выпить чашку чая в одиночестве, но, к своему разочарованию, обнаружила в комнате для завтраков миссис Лофман со своими товарками. Даниэла, которая, по ее словам, «торопилась» на цветочную выставку с половины восьмого, продолжала сидеть и неторопливо пить чай.
– Александра, какое чудесное утро! Это что это у вас? Чемодан? Вы что, снова покидаете нас? ― сыпала вопросами миссис Лофман.
– Да, я уезжаю … в отпуск, ― помедлила я с ответом. Опять пришлось соврать, это было неприятно.
– Милая, составьте нам компанию за завтраком, ― предложила миссис Лофман, и ее соседки закивали в знак согласия.
Я тоскливо оглянулась и не нашла ни одной объективной причины для отказа, поэтому сказала «с удовольствием» и села на предложенное мне место. Ровно в восемь мы все, как по команде, замолчали, подтянулись и стали прислушиваться к звукам, доносившимся с улицы, но там ничего не происходило добрых пятнадцать минут. Я внимательно рассматривала орнамент на чашке, чтобы не видеть усмешек на губах женщин. Видимо, Джеф был слишком известной фигурой, чтобы мои соседки поверили в то, что он все же приедет за мной.
– Как вы спали сегодня, Александра? ― протянула миссис Лофман, чтобы поддержать разговор.
– Прекрасно, – сказала я.
Снова пришлось слукавить, но больше угрызений совести не было. Вчера я ложилась спать с огромным чувством усталости, думая, что усну сразу же, как только моя голова коснется подушки. Вместо этого я всю ночь смотрела в потолок, а когда ненадолго проваливалась в сон, мне виделось, что вокруг кружатся лица тех, кто мне повстречался здесь. Они насмехались надо мной, а я в отчаянии пыталась найти хоть одно дружелюбное лицо, не понимая, что могла сделать всем этим людям. Наконец на небе забрезжил рассвет, окрасив его в розовый цвет. Эта ночь закончилась. Перерыв шкаф, я отложила в поездку максимально удобную, немнущуюся одежду, взяла несколько пар туфель и несколько баночек с туалетного столика. Моя рука нерешительно замерла над флаконом с жасминовыми духами… и не взяла их.
Потребовалась сила воли, чтобы устоять перед искушением захватить с собой украшения, но, поразмыслив, я не стала этого делать, а взяла только небольшую сумму денег, которую нашла в одной из сумочек. Чемодан обнаружился под кроватью. Я довольно быстро упаковала свои вещи и теперь ждала Джефа.
Наконец с улицы донесся шорох колес, миссис Лофман, Даниела и еще одна пожилая леди подскочили со своих мест. Миссис Лофман бросилась сначала к окну и, убедившись, что она увидела того, кого ей хотелось увидеть, стремглав помчалась открывать дверь.
Джеф неторопливо вошел в комнату, мгновенно заполнив собой все пространство. Он искренне улыбался и осыпал комплиментам индюшку миссис Лофман, от чего та засветилась, как фонарь. Несколько теплых слов достались и Даниеле с подругой, они тоже засияли, как натертые самовары. Я стояла, пораженная тем, какое магическое действие оказывает Джеф Горинг на женщин всех возрастов. Он рассмеялся глубоким раскатистым смехом и наконец соизволил заметить меня. Взгляд карих глаз стал колючим, но дежурная улыбка, немного померкнувшая при виде меня, продолжала сиять на его лице.
– Александра, дорогая, я как вижу, ты готова. ― Он раскланялся и распрощался с женщинами, легко, будто перышко, подхватил мой чемодан и сдержанно сказал: ― Пойдем в машину.
Я пошла за ним, а следом за мной, как заколдованные, потянулись на улицу миссис Лофман и ее подруги. Мы сели в большую мощную машину с открытым верхом ― такой автомобиль был как раз под стать мистеру Горингу. Он махнул на прощание дамам рукой и нажал на педаль акселератора. Настроение Джефа сразу изменилось, когда мы остались одни. Улыбка исчезла, он хмуро сдвинул брови и сосредоточился на дороге.
Придерживая развивающиеся волосы, я спросила:
– Куда мы едем?
– В аэропорт.
– Мы полетим на самолете?
– На паром нет времени. Мне нужно быть на острове к вечеру.
– Полетим на самолете, ― повторила я, оглушенная этой новостью. ― Мне еще никогда не приходилось летать на самолете.
Джеф бросил на меня странный взгляд, который не сулил мне ничего хорошего. Всю дорогу до аэропорта мы хранили молчание, я исподтишка рассматривала его и заметила на правой щеке несколько родинок, они располагались на одинаковом расстоянии друг от друга и составляли ровный треугольник.
– Что ты там рассматриваешь, Александра?
– Да так, ничего, ― смутилась я, застигнутая врасплох, ― у тебя родинки образуют треугольник, если их соединить.
Джеф опять бросил на меня взгляд, который невозможно было прочитать, я съежилась и совсем перестала смотреть в его сторону.
– Тебе всегда нравилось водить пальцем по этим родинкам, ― тихо сказал Джеф. Настолько тихо, что казалось, я ослышалась.
Самолет был маленьким, издалека он и вовсе казался игрушечным. Всего несколько посадочных мест. Наконец все приготовления к полету были закончены, пассажиры рассажены, дверь закрыта. Винты стали раскручиваться ― сначала медленно, а потом быстрее и быстрее, пока шум не превратился в один монотонный гул. Самолет разбежался и взмыл ввысь. Я закрыла глаза от страха, досчитала про себя до 180 ― прошли опасные, критические три минуты после взлета. Немного расслабившись, я увидела в иллюминатор землю, становившуюся все дальше и меньше. Почти все остальные пассажиры уткнулись в утренние газеты. Джеф, сидевший радом со мной, задремал или сделал вид, что дремлет. Под нами зеленым ковром расстилались квадратные луга и вспаханные поля, узкой извилистой ниточкой тянулась дорога. Она петляла между лугов и лесов, бежала вдоль озер и гор, завлекая нас следовать по ней. Но мы вскоре поднялись еще выше и оказались над облаками, глаза слепило яркое солнце. Это было удивительно ― лететь настолько высоко над землей, что облака пушистыми краями обнимали самолет и уютно качали его.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
