– Мы не можем знать этого наверняка, там могло произойти всё что угодно. Мне нужно знать, что именно. Пропажа членов Ордена дело серьёзное. Разузнайте всё, что сможете. Я, конечно, понимаю, что отговаривать от ненужных стычек бесполезно, особенно тебя. – Трайнер с небольшим упрёком смотрел на Креоспена. – Всяких простолюдинов можете хоть толпами косить, мне наплевать. Только сделай одолжение, пусть не повторится того, что случилось с королём Арольфом.
– Это было сугубо в целях воспитания. – соврал Креоспен. Просто избить короля было намного приятнее, чем обычного пьяницу.
– И последнее. Если возникнет ситуация, из-за которой ты или остальные могут погибнуть, то избегайте её, словно шлюхи с сифилисом.
– А если нам придётся подвергаться опасности, чтобы спасти тех, кого мы ищем? – вкрадчиво спросил Креоспен.
Трайнер немного помолчал, а потом сказал, нахмурив брови.
– Если шансов на их спасение почти не будет, то бросьте их, я же сказал, что не могу терять людей напрасно.
– Хорошо, я согласен, но только в последний раз, ради старой дружбы. Попроси меня ещё о чём-нибудь и будешь послан нахер. – бурчал Креоспен, выходя из кабинета Трайнера.
Некогда великая Цитадель Ткачей с годами не утратила величия. Причудливые здания поражали великолепием и необычностью строения. Здание библиотеки выглядело так, будто его слепили из нескольких монолитных кусков камня. Оно смотрелось немного несуразно и по всем внешним данным не могло до сих пор не развалиться, но, видимо, древние архитекторы хорошо знали своё дело. Конечно, не обошлось и без плетения. Его нижняя часть была сделана из мрамора, сверху и немного сбоку был словно приклеен кусок из обсидиана. Выше находился конусообразный шпиль, сделанный из материала, напоминающего малахит. Ещё несколько кусков диковинного происхождения крепились по бокам. Одно можно было сказать с уверенностью: ткачи древности не скупились на себя. Хотя нельзя исключать, что они не потратили ни монетки, как раз в стиле Ордена.
Общежития, где жили почти все ткачи, тоже обладали странной формой. Креоспен иногда задумывался, зачем было делать все здания такими странными, как будто живи они в нормальных, весь мир бы рухнул. Но имеем то, что имеем, как отвечал на такие вопросы Трайнер. А чтобы всё перестроить, нужно потратить уйму денег. Да и устраивала всех форма зданий, и только Креоспен считал нужным выразить недовольство. Впрочем, в этом весь Креоспен, его всё не устраивало.
Старый мастер жил в том же здании, где и Трайнер. Это то место, где из покон веков обитали только самые достойные члены Ордена. Здание выглядело так, будто его скрючило. Но, как ни странно, жить в нём было вполне себе хорошо. Даже вид с балкончика открывался приятный.
Креоспен вышел из Цитадели и направился к тому месту, где ремонтировалась таверна. Путь пролегал через деревню, построенную вокруг обители ткачей. Тут жили простолюдины, которые снабжали Цитадель всем необходимым, и прислуга. Правителем этой земли всегда был магистр Ордена Ткачей, который сменялся после смерти старого, в виду тех или иных обстоятельств.
В общем и целом, обывателям жилось тут неплохо, возможно даже лучше, чем где-либо ещё. Конечно, люди побаивались ткачей, однако силком жить здесь и работать их никто не заставлял. Поэтому и новой таверны после случая с Креоспеном не было, так как перспектива быть убитым из-за выпивки никого не привлекала.
Тем не менее, это было самым безопасным местом во всём мире. Никто бы даже не подумал лезть туда, где находится Орден. Так что разбойников в окрестностях не было. Преступность тоже практически не существовала. Ей промышляли разве что сами ткачи, но если преступление совершает ткач, то и преступлением это назвать нельзя. Перечить Ордену никому не хотелось.
Креоспен почти не выходил из своей комнаты после приезда, и немного удивился, как за такой короткий срок таверну привели в приличный вид. Внутри таверны всё было почти готово. Солан полировал барную стойку, а ткачи, помогавшие ему, наслаждались пенными напитками за одним из столов.
– Да уж, даже не думал, что тяга к выпивке может принести такие плоды. – Креоспен взял стул и подсел за стол.
– Это ты её сильно недооцениваешь. Её сила распространяется куда дальше. – Грач пододвинул Креоспену кружку.
– У вас тут такая приятная атмосфера, даже немножко жаль её нарушать.
– Жаль? Я бы больше поверил в то, что мир в норму пришёл. – холодно сказал Зябкий.
Креоспен пропустил это мимо ушей: по правде говоря, он только этим ребятам позволял отмачивать шутки в свою сторону и даже иногда мог стерпеть упрёки. Всё-таки они его единственные ученики, не считая одной персоны, занимающий высокий пост. Остальные погибли не своей смертью, что являлось нормой для ткачей.
– Солан, принеси нам ещё выпить, а то я чувствую, что такая возможность нам не скоро привидится. – Грач махнул Солану, после чего тот исчез в дверном проёме.
– Если коротко, то мы отправляемся в Дарансфар искать пропащих ребят. Они давно не выходили на связь, а по словам Трайнера, мы единственные из всего Ордена, кто не занят никаким делом.
– А, по-моему, мы даже очень заняты. – Скромняга придурковато улыбнулся смуглым лицом и сорвался на хохот, довольно заурчав, когда Солан принёс очередную порцию выпивки.
– Вот только Трайнеру посрать. Он сказал, что есть дела поважнее. А ведь только приехали и снова в путь. Вот дерьмо. Такими темпами я точно скоро окочурюсь.
– А ты не пробовал хотя бы раз отказаться от столь приятного предложения? А то мне начинает казаться, что тебе даже нравится мотаться всюду, а брюзжишь ты только для поддержания образа. – Игла выковыривала ножом грязь из-под ногтей. Каштановые волосы ровной дугой ниспадали до мочек ушей, а вокруг красивого носа рассыпались веснушки, подогревая жар хитрых карих глаз.
– А ты, помимо того, что красивая, решила заделаться ещё и самой умной? Трайнер магистр Ордена, так что его приказы мы обязаны выполнять, даже если нам этого не хочется. Ты забыла кодекс? – Креоспен состроил одну из своих многочисленных недовольных мин.
– Как же тут забыть, ты же постоянно это повторяешь. Всё во благо Ордена! Всё, что должно волновать ткача, это благосостояние Ордена! – Игла пародировала серьёзный тон Креоспена, что у неё хорошо получалось и что немного подбешивало старика.
– И правда очень похоже! – Скромняга опять залился хохотом.
– По роже тебе очень даже надо дать. Я уже всё сказал, обсудить страдания, которые мы переносим,, и почему на нас выпала такая тяжкая доля, мы успеем в пути, а я пойду наслажусь последними часами отдыха.
– О, я уже предвкушаю весь этот словесный понос и бесконечное бурчание, только я не припомню, чтобы кто-то, кроме тебя, мастер Креоспен, этим занимался. – Игла мило улыбнулась и захлопала ресницами.
Всё, что нужно для счастья
Солнце висело высоко в небе, знаменуя тем самым, что день в самом разгаре. По крайней мере для тех, у кого есть дела. Дирамон лежал, облокотившись спиной к храму на главной площади, отходя ото крепкого сна. Люди сновали туда-сюда, спеша по своим делам, проезжали повозки с товарами, дети играли в догонялки, кто-то сидел на лавках и о чём-то разговаривал.
Для Дирамона наступил его личный конец света, хотя масштабный конец света в принципе уже начался, но Дирамона он особо не волновал. Для него мир разрушался уже не один раз, вернее сказать, он довольно часто разрушался. Он пошарил по карманам и понял, что ни одной чертовой монетки там нет. Протёр глаза грязными руками и осмотрелся в поисках хотя бы какого-то спасения, но всё было тщетно. Ни одной бутылки рядом не было, а денег, чтобы её купить тоже.
– Это конец… – прошептал Дирамон и опустил голову на грудь.
Вся Вселенная перестала существовать в этот момент. Остался только Дирамон и его печаль. Он просто не мог понять, почему же мир так жесток с ним. Ведь всё, чего он желает – это выпить. Хотя бы один глоток. По правде говоря, Дирамон никогда не ограничивалось одним глотком.
Ему не нужно много денег или высокого положения. Для хорошего расположения духа хватит всего пару кружек, можно даже наполовину выпитых кем-то другим. Главное, чтобы хоть что-то плескалось на дне. Хорошенько выпить, впустив в тело саму жизнь – всё, что надо для счастья.
– Эй, Дир, это ты что-ли? – Норл удивленно посмотрел на Дирамона.
– Ребята, это вы? Кажется, я спасён, хвала Ралносу! – Дирамон улыбнулся во весь рот и, стоя на коленях, сложил руки в молитве. – Как вы вообще нашли меня?
– По запаху, тебя с другого конца города учуять можно. – Ларик сплюнул на дорогу.
– А я вроде ничего не чувствую. – Дирамон обнюхал подмышки.
– Естественно, ты уже к этому запаху привык. – Коронд почесал щетинистую щёку, слегка задевая шлем.
– Если без шуток, то мы тут просто патрулируем, вот и наткнулись на тебя. – Норл указал наконечником копья направление, откуда они пришли.
– Точно, вы же в доспехах, я сразу даже не приметил. – Дирамон начал их тщательно осматривать в попытках найти что-то похожее на бутылку или фляжку.
– Ну да, нас приняли в добровольческое формирование, крышу над головой дали, жалованье какое-никакое платят, оно, конечно, мизерное, но всё же, тратить всё равно только на выпивку.
Дирамон начал слушать особенно внимательно после последнего слова.
– Мы же тебя с собой звали, а ты сказал, что подумаешь. А потом просто пропал.
– Да, да, помню, пару дней назад виделись, а я за это время умудрился всё пропить. – с грустью в голосе сказал Дирамон. – А сколько монет отсыпали…
– В смысле за пару дней? – Норл удивлённо посмотрел на Дирамона, который выглядел не лучше трупа, да и пахло от него так же. – Мы тебя две недели как не видели.
– Как это две недели? – Дирамон впал в ступор. – Не может этого быть! Вы что-то путаете.
– Ещё как может. – Ларик смотрел на проходящих мимо жрецов Ралноса. – Прошло уже две недели. Но у тебя ещё есть шанс вступить, можем тебя проводить после обхода, а ты пока умойся что-ли.
– Этого не может быть… – ещё раз прошептал Дирамон, а после с довольным видом вскочил на ноги. – Целых две недели! Мне хватило денег на целых две запойных недели! Это просто прекрасно! Это же всё, что нужно для счастья такому простому человеку, как я. Правда, сейчас у меня опять ничего нет, но вы же не оставите своего друга в беде? – Дирамон изобразил самую обаятельную улыбку, какую он мог, обнажив пожелтевшие зубы там, где они остались.
– Не дадим мы тебе денег, алкашня, иди отмойся, а потом отведём в расположение, там на тебя и взглянут. – недовольно сказал Коронд.
– А может, вы мне просто дадите немножечко выпить? – Дирамон жалобно посмотрел на своих друзей, по крайней мере так он их называл, когда ему было удобно. – И что за такие обвинения, я просто люблю пить. Это разное.
– Лучше беги и отмойся от дерьма и блевотины, пока мы не передумали.
Вся эта идея с вступлением в добровольцы Дирамону не нравилась. Единственное, что им двигало – это бесконечная тяга к выпивке. Но денег у него не было, а на работу его никто и не брал, особенно после нескольких случаев, когда он напивался вусмерть, вместо труда. Так что выбора у него особо и не было, и как бы ему ни хотелось, безысходность своего положения он понимал. А если от него отвернутся последние люди, да к тому же считающие его другом, то выпивку он уже вряд ли достанет.
Дирамон и остальные подошли к месту, где вёлся набор в добровольческое формирование. Там на скорую руку построили несколько казарм, вернее, переделали пустующие здания, где и жили все, кого приняли. По факту кроме нескольких казарм, тут зданий и не было. Это был обычный пустырь, на который притащили манекены для отработки ударов и мишени для стрельбы, а полуразрушенные здания, в которых спали обделённые судьбой, наспех отремонтировали, то есть заколотили все дырки досками и объявили приличным жильём.
Скучающие сержанты смотрели, как кучка неумелых оборванцев пытается нанести хотя бы какой-то ущерб манекенам, но последние пока что побеждали в неравной битве. Со стрельбой из лука всё обстояло ещё хуже. Если стрела хотя бы пролетала рядом с мишенью, то это можно было назвать успехом.
В общем и целом, почти все, кто вступил в добровольческое формирование, делали вид, что стараются, чтобы их накормили, а сержанты делали вид, что им не всё равно. Кухня была расположена на улице, под навесом. Длинные столы и скамейки вдоль них и небольшие отдельные столы со стульями, где сидели какие-то солдаты и пили пиво, что и привлекло внимание Дирамона.
– Огбер, мы нашего друга привели. – Норл обратился к мужчине среднего сложения, но с большим пузом, сидящему за столом.
– А, тот самый парень, что пьёт больше, чем дышит. – усмехнулся Огбер. – Таким мы всегда рады, проходите.
– Прошу заметить, мои проблемы с алкоголем сильно преувеличены.
– Ага, а я королеву Эвисфальта трахал. – Коронд отмочил очень, по его мнению, удачную шутку.
– Надеюсь, ты хотя бы меч правильно держать умеешь. – Огбер жестом позвал Дирамона за собой.
– Пару раз приходилось, даже в бою его применял. – Дирамон выразительно поднял кулак в воздух и сильно засомневался в словах, когда увидел, как он трясётся.
Огбер привёл Дирамона к одному из манекенов и вложил в руки меч. Вес клинка показался ему непривычным, чему он удивился. Хотя потом быстро вспомнил, что последние пару лет рука была больше заточена под бутылку.
– Ну давай, покажи нам. – Огбер облокотился о забор.
Дирамон посмотрел на манекен, потом на своих друзей, которые как-то увлечённо наблюдали, а в конце на зевающего Огбера, и подошёл к груше для битья. Взвесил меч и нанёс несколько ударов, получились они неважными, но после стольких лет застоя, или, вернее сказать, запоя, было не так уж и плохо, хотя в лучшие времена Дирамона, он это и ударами бы не назвал.
– Неплохо для запойного алкоголика. Теперь давай проверим тебя в деле. Я буду атаковать тебя, а ты пытайся защититься. – Огбер даже немного приободрился после увиденной серии ударов.
Дирамон встал в стойку, пытаясь не шататься, и бросил быстрый взгляд на стол, где выпивали солдаты. В голове пронеслась мысль о том, как бы было хорошо, если бы они его угостили. Когда он вспомнил, что его будут атаковать, меч Огбера уже несся в сторону шеи Дирамона. Тело двигалось быстрее, чем соображал мозг. Он поднырнул под меч и попытался огреть Огбера рукояткой по затылку, но тот быстро развернулся и обрушил серию ударов. Дирамон отражал один за другим, и рука уже начинала ныть. Долго бы он явно не протянул, а что делать, он сообразить не мог, зато его тело действовало само по себе. Уворачиваясь от очередного выпада, Дирамон извернулся и со всей силы ударил Огбера по кисти руки. Сержант вскрикнул и выронил меч, а он стоял, не понимая, что произошло.
– Что ж, не ожидал от тебя такого. Рука теперь будет болеть, сука. Мог бы и помягче тогда. В следующий раз такого не повторится, я тебя просто недооценил.
– Всегда к вашим услугам. – Дирамон театрально поклонился.
Один из солдат, которые пили, подошёл к Дирамону.
– Ваше превосходительство. – Огбер отсалютовал.
– Ловко он тебя уделал, мне даже самому захотелось проверить его навыки. – ваше превосходительство растягивало слова, как будто это доставляло ему неописуемое наслаждение. – С другой стороны, не гоже мне марать о таких руки.
– Если вам так понравилось мое представление, не могли бы вы угостить меня выпивкой? – Дирамон скрестил руки в мольбе. – Я буду вам премного благодарен.
– Ты смеешь у меня что-то просить, грязный простолюдин? – лицо знатного человека исказилось, но быстро приобрело довольное выражение, как будто он задумал что-то нехорошее. – Впрочем, почему бы и нет, но тогда ты будешь слизывать с пола. – он начал выливать содержимое бутылки вниз.
Как только Дирамон услышал эти слова, его лицо исказил ужас. Он не мог понять, как кто-то может так поступать с таким сокровищем. Ведь это дар богов, или бога, или какого-то пляшущего под мостом карлика без одной ноги. Как только рука того человека начала опускаться, Дирамон рванул вперёд и прыгнул, прокатываясь по песку. Но его усилия не прошли даром, жидкость не успела достичь земли, и вся попала в рот Дирамона, немного конечно упало на щёку и расплескалось. Жаль, что там было так мало, но ни капли не было потеряно, чему Дирамон был счастлив.
– Животное, даже противно стало. – дворянин выкинул бутылку. – Как можно так опуститься? Даже рядом находиться не стоит. – он развернулся и зашагал прочь.
– Ну и ублюдок этот Шигорн. – Огбер подошёл к Дирамону и подал руку. – Но он здесь главный, и думает, что ему ужасно не повезло. Вот только нам от этого ещё хуже. Ты лучше его не зли, он из знати, так что мы перед ним бессильны.
– А вроде не такой уж и плохой человек. – Дирамон взялся за руку и встал. – Даже выпивкой угостил.
– А ты с чувством юмора, это хорошо. – загоготал Огбер. – Здесь оно тебе пригодится. – он пошёл обратно к рабочему месту в ожидании новых новобранцев, но остановился. – Совсем забыл, ты принят. А комнату тебе покажут друзья. – он кивнул в сторону собутыльников Дирамона.
Про чувство юмора Дирамон совсем не понял, ведь он и правда был благодарен даже за малейший глоток. Но, как это обычно и бывает, одного глотка никогда не хватает. Так что он ждал, когда же ему предоставят обещанную выпивку. Его провели в одну из казарм и завели на третий этаж. Там они вошли в маленькую комнату с четырьмя кроватями, окном и двумя тумбочками между спальными местами.
– Здесь теперь и живём. – Норл обвёл руками небольшое помещение.
– Это всё прекрасно, но как же насчёт выпить, вы же обещали.
– Щас дадим тебе отхлебнуть, не переживай так сильно. – Ларик нагнулся и достал из-под кровати бутылку. – Держи, только не выпивай всё сразу, растяни удовольствие. – Он протянул бутылку Дирамону.
– Можешь не сомневаться, в этом деле я мастер. Буду наслаждаться каждым глотком, каждой капелькой этого чудесного напитка. – Дирамон открыл бутылку, отпил и с наслаждением выдохнул. – Всё, что нужно для счастья настоящему мужчине, и никаких проблем.
– Прям таки никаких проблем? – усмехнулся Коронд, присаживаясь на кровать.
– Когда бутылка пустеет, тогда они, конечно, появляются, но до этого ещё так далеко. – мечтательно сказал Дирамон, лёг на кровать и закрыл глаза, делая очередной глоток.
– Ты же понимаешь, что завтра утром нужно будет вставать? – спросил Норл.
– Ну да. – неуверенно ответил Дирамон. – Я так всегда делаю.
– Я имею ввиду не когда ты захочешь, а когда будет надо.
– А, вот оно что. – поникшим голосом ответил Дирамон. – Ну, если это ради того, чтобы потом выпить, то думаю, что можно и потерпеть.
– Ты что, хочешь целый день пить? А как же наша служба? – спросил Коронд.
– Разве одно мешает другому? Как по мне, так только дополняет. Даже украшает, делает любое времяпровождение не таким уж и скучным.
– Ладно, если что, разбудим тебя утром. – широко зевнул Норл. – А теперь спокойной.
Дирамон отвернулся к стене и плотнее прижал к себе бутылку.
Нелепая случайность
Проклятый лежал на прогалине, прислонившись к стволу дерева. Ливень уже стих, превратившись в моросящий дождь. Трудно было сказать, сколько часов прошло с их побега из Паультрина, по крайней мере, небо просветлело. Его разбудили выкрикивания той девчонки из таверны. Понял он это не сразу, так как попросту забыл про неё, думав, что она давно отстала во время бега.
– Конечно, всё просто отлично! – девушка расхаживала, обильно жестикулируя руками. – Дети Тьмы разрушили целый город, а из всех, с кем я бы могла сбежать, мне подвернулся насильник и какой-то сумасшедший! – она выплёскивала обильную желчь на висельника, который особо и не обращал на это внимания, позёвывая и почёсывая копчик.
– Видимо, не повезло… – едва слышно проговорил Проклятый и встал, попутно разминая кости.
– О-о-о-о. – протянул висельник. – Доброе утро. Не было возможности тебя отблагодарить. Ну, в общем… – полуголый мужчина ненадолго задумался. – Спасибо, что-ли. – на его грязном, мужественном лице со спутавшимися каштановыми волосами проступила глупая улыбка.
– Забей, я просто перерезал верёвку, ничего более. – Проклятый огляделся по сторонам. – А далеко мы успели убежать?
– Если учесть то, что вешать меня хотели около полудня, а после бега мы сразу заснули, а к этому привязать то, что сейчас небо прояснилось и можно увидеть солнце, то, возможно, мы бежали полдня. – после длительных подсчётов, происходивших в голове, висельник смог выдать результат, выглядя при этом удовлетворённым своими умственными способностями.
– Можно было и покороче, просто полдня. Получается, далеко мы не ушли.
– И что это всё значит? – девушка решила вступить в разговор.
– Это значит, что твоё красивое личико в скором времени могут обглодать некрасивые ротики тех, кто разрушил город. – Проклятый отвесил жуткую ухмылку.
– И почему именно вы свалились на мои плечи, почему не кто-либо другой, на Рирольна я даже не рассчитывала, хотя если бы он там был, то точно бы придумал способ спасти как можно больше жизней. – девушка немного успокоилась и села на землю, обхватив ноги руками.
– И почему же мне кажется, что ничего такого он бы не сделал? – Проклятый облокотился спиной к дереву.
– Откуда такому, как ты, знать, как бы поступил настоящий герой.
– Действительно откуда? – Проклятый уставился в землю. – А если тебе уж так сильно не нравится наше общество, хотя ты даже не успела с нами познакомиться, то могла бы просто не идти за нами.
– А у меня разве был выбор?! – вновь заорала девушка. – Мне надо было просто там остаться и умереть?!
– Остаться и умереть – это тоже выбор. – сухо ответил Проклятый. – Или ты могла бы поискать другой способ сбежать, но, поскольку ты последовала за нами, кончай истерить, тебя никто силком не тащил, а твои крики меня уже достали.
– А как мне себя вести, прыгать от счастья что-ли?!
– Мы-то ещё живы, так что всё не так уж и плохо. – висельник прервал молчание. – Давайте хотя бы познакомимся. Меня Якельн зовут.
– Аламния. – сказала девушка, отворачиваясь в сторону.
– Проклятый.
– Это даже не имя. – недовольно буркнула Аламния.
– Другого у меня нет. – Проклятый пожал плечами.
– Вот и познакомились, – дружелюбно сказал Якельн. – Так что мы, собственно, будем делать?
– А откуда мы пришли? – спросил Проклятый.
– Оттуда. – Якельн указал пальцем на деревья, к которым Проклятый стоял лицом.
– Значит, нам в противоположную сторону. – Проклятый развернулся и скрылся меж стволов.
Лес оказался достаточно густым, на что Проклятый не так сильно обратил внимание минувшей ночью. Удивительно, как они втроём не переломали все кости. Сквозь него было не очень легко пробираться, а единственной, более-менее твёрдой и сухой опорой стали кочки, на которые и приходилось наступать, так как сильный дождь затопил лес. Земля была покрыта мхом, в который проваливались ноги, если неудачно наступить.
– Чёрт. – нога Аламнии увязла по щиколотку.
– Если застрянешь, я тебе не буду вытаскивать. – прокричал Проклятый, ушедший вперёд, перепрыгивая с кочки на кочку.
– Да пошёл ты! – Аламния вытянула ногу, покрытую грязью.
– Слушай, – Якельн перепрыгнул на очередное возвышение над адским месивом грязи и чуть не потерял равновесие, замахав руками и восстановив баланс, – а куда мы, собственно, идём?
– К выходу из леса. – на ходу бросил Проклятый.
– А после? – Якельн остановился посмотреть, как Аламния пытается их нагнать.
– Я в Эрдинсгард, а вы можете идти куда хотите, мне насрать.
– Ясно, думаешь схорониться там? Не лучшая идея.
– А я и не ищу там убежища. – без всяких объяснений произнёс Проклятый.
– Ладно, не буду тебя пытать, если захочешь, потом сам расскажешь. – добродушно проговорил Якельн. – Может притормозим немного, а то она там совсем потеряется.
– Очень на это надеюсь, или тебе так хочется послушать, как она проклинает судьбу и нас в придачу?
– И то верно, – усмехнулся Якельн, – этого мне хочется в последнюю очередь. Смотри-ка, там вдалеке, кажется, просвет, да и сквозь деревья что-то виднеется. Забор что-ли?
Проклятый и Якельн ускорились и вскоре увидели то, что виднелось сквозь массивные стволы. Это действительно был забор, а точнее огороженный огород, где росла капуста вперемешку с морковью и репой. За огородом виднелся небольшой дом, из трубы которого шёл дым. Построен, явно, давно, хотя хозяева и старались о нём заботиться. К одному окну была привязана корзинка, из которой выглядывали пучки цветов.
На крыльце сидел мужчина и курил трубку, выдувая маленькие облачка. Увидев вышедших из леса, он сначала встал и пригляделся, а потом приветственно замахал рукой.
– Идите сюда! – прокричал мужчина. – Только на грядки не наступайте, а то жена вас убьёт!
Проклятый и Якельн перелезли через забор и пошли в сторону дома, стараясь не затоптать овощи. Запыхавшаяся Аламния вывалилась из чащобы и нагнулась, уперев руки в колени, пытаясь отдышаться и высмотреть попутчиков.
– Тоже мне, мужчины, могли бы и подождать, не говоря уже о том, чтобы помочь.
– На грядки не наступай! – не оборачиваясь, крикнул Проклятый.
– И откуда вы такие взялись? – мужчина осмотрел троицу.
Аламнию в рваном платье и всю перепачканную грязью, Якельна в каких-то обносках и без обуви, и наконец Проклятого, который единственный был в нормальной одежде, но покрытый с головы до ног засохшими пятнами крови.
– Из Паультрина, которого больше нет. – Проклятый вгляделся в мужчину.
Выглядел он где-то за сорок, в полевой одежде. Гладко выбрит, с короткими каштановыми волосами, зачёсанными назад. Два тёмных глаза с неподдельным интересом осматривали пришельцев.
– В смысле, больше нет? – мужчина вытряхнул пепел из трубки и недоумённо посмотрел на Проклятого.
– Дети Тьмы его разрушили, а мы по какой-то нелепой случайности оттуда выбрались. – Якельн уловил запах свежей еды и у него заурчало в животе.
– Ралнос нас защити. – удивлённо произнёс мужчина, но, услышав мольбу о помощи в животе Якельна, тут же пришёл в себя. – Леари, накрой стол на семерых, у нас голодные гости! – крикнул мужчина в окно. – А вы пока умойтесь, выглядите не важно, не в обиду будет сказано, за углом стоит бадья с водой, можете ею воспользоваться.
Кухня с большим деревянным столом выглядела небольшой. Однако всё необходимое тут помещалось. Полки с различными банками и травами, место для хранения посуды и прочей утвари. Однако заполненными их трудно было назвать, что в это время никого не удивляло. Камин, в котором стоял котёл, из которого по мискам разливалось овощное рагу с олениной. Создавалось приятное ощущение уюта, от которого так отвык Проклятый. Ему даже стало немного неловко, и он старался не смотреть прямо в глаза хозяевам дома.
Над камином висели меч и щит, по их внешнему виду было понятно, что раньше они через многое прошли, о чём свидетельствовали многочисленные царапины на поверхности щита, но уже давно висели без дела, скучая по старым временам, когда, как любят говорить старики, всё было лучше. Толстый слой пыли делал догадки Проклятого ещё правдоподобнее.
Леари подносила миски с едой и ставила на стол перед гостями и своей семьёй. Руки её огрубели от постоянной работы. Соломенные волосы были убраны назад и подвязаны. Тёплые, карие глаза источали заботу. Проклятый смутился, когда она улыбнулась ему.
Рядом со своим отцом сидели мальчик и девочка, которая была постарше. В их чертах лица проскакивали особенности от каждого из родителей. У девочки были волосы, как у матери, и россыпь веснушек вокруг носа. А у мальчика нос с небольшой горбинкой, как и у отца.
– Совсем забыл представиться, – спохватился мужчина. – Меня зовут Кориль. Мою жену, как вы уже слышали – Леари. А вот этих двух, – он посмотрел на мальчика и девочку, – Рэнк и Олва.
Дети смущённо улыбнулись.
– Проклятый. – представился он с забитым ртом.
– А я Якельн, приятно познакомиться. – он тоже приступил к трапезе.
– Аламния, спасибо за угощение, даже не знаю, как вас отблагодарить. – её настроение чуточку улучшилось.
Проклятый от души пожелал, чтобы ей попалась твёрдая кость, о которую она бы сломала зуб.
– Не стоит, мы ничего такого не сделали, просто накормили голодных путников. – Леари погладила по голове детей.
– Давайте поедим, а после вы расскажете нам новости, не для детских это ушей. – тепло сказал Кориль.
– Ну папа! – запротестовал Рэнк. – Я уже достаточно взрослый, мне тринадцать!
– Ешь давай, взрослый. – Леари улыбнулась. – Наслаждайся детством, пока можешь.
Еды оказалась действительно вкусной, даже таверна в Паультрине не дотягивала до мастерства жены Кориля, хотя Проклятый не сильно удивился, считая, что Аламния прикладывала руки к готовке в «Золотом бочонке». Наверное, всё дело в том, где и как готовили еду, глядя на Леари, можно было с уверенностью сказать, что она вкладывала щепотку любви в каждое блюдо.
Проклятый быстро съел отведённую порцию и ждал, пока остальные закончат. В доме царила уютная атмосфера, по одному взгляду можно было сказать, что, несмотря на все ужасы, творящиеся вокруг, эта семья жила счастливо, вот только счастье не длится вечно, что не понаслышке знал Проклятый.
– Так, дети, если вы доели, то идите поиграйте на улице, а мы пока поговорим. – сказал Кориль.
– Хорошо, папа. – Олва подбежала к Аламнии и взяла её за руку. – Хочешь посмотреть на цветы, которые я посадила? Они очень красивые. – девочка словно видела в ней лучшую подружку, о которой так мечтала.
– А я потом покажу, как папа меня с мечом научил обращаться. – Рэнк подпрыгнул к Аламнии и взял её за другую руку.
– Девочкам не интересны твои мечи, ты только мешать нам будешь. – подразнила сестра брата.
– Идите уже. – немного посмеявшись, сказала Леари. – Аламния, присмотришь за ними, пожалуйста?
– Да, конечно. – кивнула Аламния, и дети утащили её на улицу.
– Никак не могу поверить, и как от такого как я родились такие прекрасные дети. – Кориль проводил детей взглядом, полным любви. – Так что там случилось? – его лицо резко стало серьёзным.
– Ничего хорошего, город пал почти со всеми жителями, те, кто выжил, по всей видимости, сбежали через проход под городом, который и завалили после себя. – Проклятый отпил воды из кружки, которую Леари как раз принесла.
– А как тогда вам удалось выбраться? – Леари села около мужа.
– Твари были слишком заняты, чтобы обратить на нас внимание, и мы сбежали по крышам, к тому же ливень был сильный, трудно было хоть что-то увидеть и тем более услышать. Сколько от вас до города?
– Около дня пути. – ответил Кориль. – Думаешь, они до нас доберутся?
– Не могу сказать наверняка, но оставаться здесь небезопасно. Возможно, они не найдут ваш одинокий дом в лесу, а может и найдут. Единственное, что я о них знаю, что их влечёт жажда убийства, ну и голод.
– А разве хоть где-то теперь безопасно? – Кориль откинулся на спинку стула. – Да и куда нам идти с детьми? Лучше понадеемся на судьбу и на волю Ралноса.
– Как знаете, – ответил Проклятый. – Но Ралнос в последнее время скуп на милость.
– Спасибо за угощение, но мы скоро двинемся дальше, не хочется вас стеснять, хотя перед уходом хотелось бы вас как-то отблагодарить, может помочь чем, денег у нас всё равно нет, да и какой толк сейчас от них? – Якельн утёр рот рукой.
Проклятый подумал про себя, что помощь можно было и не предлагать, но озвучивать мысль не стал.
– Нам особо ничего и не надо, но можете помочь мне донести воду с речки, тут недалеко, я покажу. – Леари убрала посуду со стола.
– Рад буду помочь. – Якельн прямо-таки засветился.
– А мы с тобой давай пока поговорим. – обратился Кориль к Проклятому.
Все вышли на улицу. Проклятый и Кориль сели на крыльце и молча наблюдали, как удаляются Якельн с Леари. Бывший висельник что-то оживлённо рассказывал, на что женщина смеялась, прикрывая рот рукой.
– Думаешь, они придут за нами? – Кориль забил трубку и закурил, выдыхая клубы дыма. Потом передал Проклятому.
– Рано или поздно они за всеми придут, это лишь вопрос времени. – Проклятый принял трубку и затянулся. – Не знаю, что будет лучше для вас, остаться здесь или попытать счастья где-нибудь ещё.
– В любом случае, спасибо за предупреждение, я пока обдумаю варианты, хотя покидать дом, если честно, не хочется. – сказал Кориль и на какое-то время воцарилась тишина.
Оба просто молчали, передавая трубку из рук в руки. За домом слышались выкрики детей, которым явно понравилась Аламния.
– Ты был на войне? – Проклятый смотрел, как ветер шевелит кроны деревьев, сбрасывая оставшиеся капли дождя, тщетно пытающиеся ухватиться за скользкие листья, явно не желающие носить на себе незваных гостей.
– Да, на гражданской, когда королева Евирилия решила вернуть трон. Вбил себе в голову, что не могу просто сидеть сложа руки, пока решается судьба королевства. – на лице Кориля проступила улыбка. – Много друзей я тогда потерял, мы вместе ушли, а вернулся только я. Думал, когда мы выиграем, всё наладится. А по итогу как копал грядки, так и копаю.
– Так оно обычно и бывает, – взгляд Проклятого стал отстранённым. – Война для простолюдина заканчивается сменой одного господина на другого. Остаётся только надеяться, что новый не будет хуже.
– Самое ужасное – это то, что мы убивали своих же соседей. Хотя тогда я об этом даже не задумывался, какое было до этого дело. Хотелось просто вернуться домой живым и здоровым. – Кориль вытряхнул пепел из трубки и убрал её во внутренний карман куртки.
– Жалеешь, что пошёл на войну?
– А какой смысл жалеть о том, что уже произошло, и при этом очень давно? – Кориль усмехнулся. – Жалко только друзей, с которыми уже никогда не увижусь. К тому же, если бы я тогда не повоевал, то не приобрёл бы очень ценный опыт.
– И что за опыт? – с интересом спросил Проклятый.
– Что в таких войнах нет смысла. Если и брать оружие в руки, то только для защиты близких, а не для того, чтобы воздвигнуть кого-то на престол.
– Вот значит как. – Проклятый ненадолго задумался, а потом повернулся к Корилю. – Может, и я могу чем-нибудь помочь, пока ждём воду?
– Раз ты сам просишь, – Кориль явно обрадовался. – То не мог бы ты сходить проверить силки? Иди по той дороге, – Кориль указал на ворота, которые служили главным входом, – она ведёт к тракту, не доходя до него, увидишь поваленное дерево по правой стороне, от него уходит тропинка, пройдёшь по ней и выйдешь к небольшой поляне, там и будут силки, сам увидишь.
***
Погода ухудшилась, дождь снова начал моросить, медленно усиливаясь, но Рэнку не хотелось уходить домой. В конце концов, пока папа не позвал их внутрь, можно ещё немножко погулять. Он размахивал деревянным мечом, который сделал для него отец, и с которым он упражнялся каждый день. Мальчишка хотел вырасти и стать таким же героем, как Рирольн, про которого он постоянно просил рассказывать истории на ночь свою маму.
– Когда вырасту, буду всех защищать, даже тебя. – Рэнк указал деревянным мечом на сестру.
