– А ты почему не спишь?
– Мне кое-что покоя не даёт.
Дэйлен подозрительно посмотрел на неё:
– И что же?
– Ты не спал, когда мы разговаривали. Мне интересно, ты ведь специально начал двигаться, чтобы разговор не зашёл далеко, – она невинно улыбалась, – Есть что прятать?
Юноша столь же невинно улыбнулся в ответ:
– Это не очень вежливо лезть в чужие дела без разрешения. Да и если я скрываю что-то, наверное, у меня есть серьёзная причина для этого.
– Вот как? – удивлённо спросила девушка, улыбка пропала, – Прости. Мне просто очень тяжело сдерживать собственное любопытство.
– Ничего. Я понимаю.
Астрид поднялась и несколько раз хлопнула по дереву. Дерево резко зашевелилось, с бесчисленных веток поднялись вороны, издавая громкие крики. Найя дрогнула и проснулась. Тучи на небе расступились, полностью открыв луну. Улыбка ведьмы вернулась. В полнолуние эта улыбка казалось зловещей.
– Идите спать в тёплое местечко, а то простудитесь, – сказала Астрид и устало вздохнула.
– Ууу, – отрицательно протянула Найя, ещё сильнее прижавшись к Дэйлену.
– Тащи её, – сказал ведьма, после чего зевнула. – Я спать.
– Эй, вставай, – он обратился к Найе.
Девушка лишь покачала головой.
– Эх… заноза…
Дэйлен взял Найю на руки, попутно схватив мешок, на котором он сам спал, и аккуратно донёс до повозки. Дэган уже заснул, сторожа вход. Юноша положил девушку внутрь и аккуратно залез в повозку, стараясь сильно не шуметь, но старое корыто всё же скрипнуло пару раз.
Сна было не в глазу, и он вскоре вылез наружу. Успокаивающая во мраке луна светила прямо на холм. Недалеко от дерева, у которого Дэйлен заснул, поднялись три горки земли. Могилы.
– Вряд ли кто-то поймёт, кто здесь похоронен… – юноша глубоко вдохнул, – Как спокойно ночью…
За деревом шелохнулась тень. Астрид, вовсе не ушла спать. Из-за дерева торчали её тонкие ноги.
– Я же сказала тебе идти спать, – недовольно произнесла девушка, заслышав тихие размеренные шаги юноши.
– Не помню, чтобы твои слова были для меня законом, – холодно ответил он.
В нескольких метрах от дерева холм обрывался, внизу виднелся густой лес и дорога ведущая на запад. Юноша представил себе океан, представил себе лёгкий воздушный бриз, вспомнил чувство, когда ноги погружаются в тёплый песок.
Он присел рядом с ней:
– Можно кое-что спросить, Астрид?
– Что?
– Я, конечно, лезу, куда мне не надо, но мне кажется, что ты не сильно переживаешь из-за смерти…
– Тихо, – она остановила его.
Ненадолго встало молчание, но затем девушка всё же продолжила разговор:
– Я уважала старика и была благодарна за то, что он подобрал меня, но я не чувствую привязанности к нему или к остальным. С Иви мы дружили, но скорее по нужде, по?другому быть и не могло, мы жили одинаковой жизнью в труппе. А на мальчишку мне было всё равно, я с ним даже ни разу не разговаривала толком. Я опечалена, но ничего такого, с чем бы я не справилась. Возможно я бездушная, но я не в силах изменить свои чувства.
– А Клэр или Эйв?
– Эйв и вправду мой друг, не просто по нужде, мы с ним сошлись характерами. А с Клэр я почти даже не разговариваю, хотя она мне нравится. Однако, привязанности нету. Но что более важно… – Ведьма пронзила его взглядом, – Ты тоже не особо блещешь эмоциями. Не похоже, что эта резня в городе хоть сколько-то тебя потрепала. Да и в целом ты слишком спокойный, даже расслабленный. Мне кажется, мы с тобой чем-то похожи. Наверное, поэтому я так сильно и пытаюсь выяснить, что ты скрываешь…
Дэйлен поднял взгляд к небу:
– Я не показываю свои чувства, вот и всё, – спокойно произнёс он, – Да и в этой резне никто из людей, что мне дороги, не погиб. Мы с тобой не похожи. Я выглядел бы как Клэр, если бы кто-то их моих там умер.
Астрид помрачнела:
– Вот как… Скажи, со мной что-то не так? Ты, кажется, не очень дружелюбно настроен ко мне.
– Странный вопрос, я с тобой знаком несколько часов… – усмехнулся Дэйлен. – Вообще, я не вижу в тебе ничего плохого. Но и хорошего я не заметил. Если ты хочешь узнать мои секреты, то говорю прямо, даже не надейся, я даже Найе не рассказывал многое. А тебя вообще, считай, не знаю.
– Да уж, за язык тебя тянуть не стоит… – совсем депрессивно произнесла девушка, но всё равно продолжила разговор, – Ты ведь пережил что-то ужасное, да? Эта история с побегом на север, старик проболтался, и он явно о чём-то серьёзном говорил. Я знаю, что такое боль, поверь мне. Я тоже немало пережила.
– Ты видишь то, что хочешь, – тон юноши стал слегка агрессивным. – Прости, но мы с тобой не одинаковые, и нет в этом ничего плохого, по-моему, это редкий дар быть самим собой, а не кем-то ещё.
– Значит не станешь рассказывать? – обиженно спросила ведьма.
Они пересеклись яростными взглядами. Прохладный ветер растрепал чёрные волосы девушки.
– Думаешь я хуже тебя, думаешь мне нельзя сказать? – Астрид встала с места и вытащила руку из оставшегося рукава.
Девушка оголилась до пояса. Платье на ветру медленно наклонилось к земле. Её грудь и живот были изрешечены шрамами, лишь плащ прикрывал от ветра.
– Я тебе противна, да? – с её глаз потекли слёзы. – Это мой ублюдок-отец постарался. Пока моя мать была жива, он редко бил меня, но, когда… она умерла, он делал это почти каждый день.
Однажды, он напился, остался без денег, а затем продал меня какой-то мрази за выпивку… словно я дешёвая шлюха. Тот пришёл к нам в дом, и попытался трахнуть меня. Я схватилась за нож и проткнула ему глаз. Он упал, завизжал, как свинья. Я ударила ногой по ножу, и он сдох… Зажалась в угол и плакала… Затем вернулся отец, он умолял простить его за всё, говорил, что теперь исправится… Знаешь, что было дальше? Я простила его. Даже обрадовалась, что теперь всё будет хорошо. Через день, он снова отхлыстал меня, за то, что я обуза. – Астрид упала под дерево и разрыдалась.
– Ты мне вовсе не противна, – мягким голосом сказал Дэйлен.
Девушка попыталась собраться и одним неплачущим глазом, из-за вытирающих слёзы рук, посмотрела на него.
– Ты красивая, – закончил он.
Дэйлен встал на колено перед ней и помог вставить руку в рукав. Вдруг, она слегка приподнялась. Её лицо было прямо перед его глазами. Они молча смотрели друг на друга. Губы Астрид потянулись вперёд. Несколько слёз с её глаз покатились по ладони юноши. Он остановил её.
– Ты лжец! – она отвесила ему пощёчину и быстро зашагала в карету, плача.
– Я не соврал, когда сказал, что ты красивая, – спокойно произнёс юноша.
Астрид на секунду замерла, но затем продолжила идти.
– Луна сегодня красивая, – подумал Дэйлен, он тяжело вздохнул. – А вот то, что сейчас произошло, мне тяжело описать…
***
Ранее утреннее небо медленно разгоралось алым заревом. Все, кроме Дэйлена, ещё спали. Он осторожно вылез из повозки, чтобы встретиться с трепещущим прохладным ветром. Тело, до этого пребывавшее в тепле, задрожало.
– Да уж, надо было накинуть плащ, – пробурчал он, вцепившись в себя руками.
Юноша подошёл к могилам, кинув рядом мешок с оружием. Земля, ещё не освещённая солнцем, казалась довольно мрачной. Он поднял ножны, ночью брошенные Клэр, и вытащил меч из могилы.
– Слишком часто я лезу в чужие дела в последнее время.
Конец лезвия был измазан в грязи и засохшей крови. Дэйлен поводил меч по мокрой траве, затем протёр тряпкой и вставил его в ножны. Сзади послышались приглушённые шаги.
– Почему не спишь? – спросил юноша, не оборачиваясь.
– Ты разбудил меня, – ответила Найя.
Девушка обзавелась тёмными кругами под глазами. В ней уже не виднелась привычная бодрость, которая у неё была дома.
Дэйлен положил меч Клэр в мешок, достал оттуда три других оружия.
Теперь над могилами красовались мечи, ни разу не использованные в бою. Чистые клинки, которым бы позавидовали многие мертвецы, оставшиеся без надгробия.
Юноша почувствовал жалость из-за утраты дорогих мечей, но вряд ли бы он нашёл им лучшее применение, кроме как продать.
– Кристоф учил нас похоронной песне… – нерешительно сказала девушка.
– Не нам петь им песни, – спокойно сказал Дэйлен, – Да и петь её надо перед тем как закапывать.
– Ты собираешься отдать меч той девушке? – спросила она.
– Да.
– Я ненавижу оружие… – вдруг произнесла Найя, – Инструменты, созданные лишь для убийства… О чём думали люди, когда создавали такое?
– Нет смысла ненавидеть металл, ненавидь тех, кто пользуется им подобным образом, – ответил Дэйлен.
– Ладно, я дальше спать, я так устала… – девушка вернулась в повозку.
Юноша взглянул на озаряющееся небо:
– Солнце, Солнце,
Ты – наш враг,
Ты прячешь грусть и мрак,
Нагоняешь лживую отраду,
В душе оставляя,
Жгучую рану.
– Я сегодня в ударе, – улыбнулся он самому себе, но затем его лицо словно потеряло жизнь.
Он сел с другой стороны дерева, у которого лежал ночью, чтобы понаблюдать за восходом солнца и лесом, укоренившимся до горизонта.
Что я буду делать, когда доберусь до столицы? Мне нечего там делать, вот и ответ. Я хотел оставаться с Кристофом. Теперь, это кажется глупым. Оставаться всю жизнь на одном месте, никуда не двигаясь. Было весело. Но я хотел бы побродить по миру. Я не видел ничего, кроме этой глуши. Бродячий рыцарь на большой дороге, помогающий бедным за тарелку супа. Звучит неплохо.
Вот только, оставлять Найю одну?.. Да, с ней будет Дэган, и Сигретт наверняка присмотрит за ней… по крайней мере, я надеюсь, что сестра Кристофа будет настолько же заботливой, как и он сам. Но справится ли она без меня?
“Нынче будет тяжело, будьте сильными”. Да, мне нужно стать сильнее, ей тоже. Если бы я мог помочь Кристофу… было бы неплохо. Было бы неплохо остановить войну, прекратить гонения мутантов и всё остальное. Хотя кому такое под силу?
Первые лучи солнца врезались в глаза. Новый день.
– Не сыпь мне соль на раны, звезда Заря.
Мне блеск Луны милей
Твоих светил янтарных.
Дэйлен встал из-под дерева. В чистом сером небе ветвился дым, поднявшийся от Гелена. Юноша спокойно вернулся в повозку и разбудил Найю и Дэгана, после чего направился к карете. Он постучал по доскам:
– Вставайте, нам пора ехать.
Изнутри донеслись стуки досок и шорохи. Из укрытого тёплой толстой тканью прохода показалось лицо Астрид. Дэйлен отпрянул от неожиданности. Глаза девушки были сонными. Она оглядела юношу, а затем словно ожила. Её щёки заметно покраснели на бледном лице.
– Прости за вчера… – произнёс Дэйлен.
– Нет, это мне стоит извиняться… Это же я виновата… Ладно, я сейчас всех подыму.
– Хорошо, – он неловко улыбнулся, после чего направился к своим.
– Стой.
– Что-то случилось? – Дэйлен чувствовал неловкость и неуверенность, но его лицо не выдавало ни единой эмоции.
– Я, правда, красивая?
– Да. Глупо спрашивать, – бескомпромиссно ответил юноша.
Девушка резко исчезла в карете.
– Застеснялась?.. – Дэйлен пожал плечами и вернулся к своим. – У нас ещё осталась еда?
