– "17.30, чем больше, тем лучше" – вслух прочитал Майкл. – Ты сейчас не единственный, Клод.
– Как? В смысле? – спросил ошарашенно Клод. – Он хотел еще кого-то сдать? Что же тогда?
– Сколько время? – спросил Майкл.
Клод посмотрел на телефон.
– 17.28.
Саймон с силой опустил биту. Ее треугольный выступ обрушился прямо на колено Страйкса. Тот взвигнул от боли и принялся яростно материться. Саймон бесцеремонно бросил биту на Страйкса, вырвал у Майкла записку, прочитал ее с таким видом, словно не верил написанному. Затем он произнес:
– Что бы это не значило, ясно одно – нам надо отсюда валить.
****
– "Чем больше, тем лучше"… Ты что, еще кого-то сдал? – гневно спросил Клод, наступив на колено Страйкса.
Страйкс, чье колено еще не отошло от удара биты, заорал не своим голосом. Каких либо слов, кроме проклятий, различить не удалось.
– Он сдал только тебя, Клод, – задумчиво произнес Майкл. – Мы пришли тебя вызволить, и нас стало… больше. Вот потому этот кретин и скалил зубы, просто тянул время. Верно я говорю? – обратился он к Страйксу.
Страйкс вместо ответа послал Майкла куда подальше.
– Такие вещи ты не должен хранить у себя, – сказал Майкл, указав на записку в руке Страйкса. – Видимо твой мозг не способен запомнить даже одну строчку?
Страйкс вместо ответа послал куда подальше уже всю троицу.
– Времени у нас нет, – сказал Саймон, его серые глаза заметались по всей комнате. – Здесь второй этаж, поэтому лучше покинуть берлогу через окно.
– Думаешь? – неуверенно протянул Клод. – Вдруг нас уже поджидают копы?
– В этом доме две входные двери. Клод, смотри в это окно, следи за легавыми. Ты, Майк, иди в противоположную комнату и следи за черным входом. Лучше сразу открыть окна настежь. Тем временем я освобожу Страйкса.
– Зачем? – в один голос спросили Майкл и Клод.
– Наркодилер не станет приковывать себя наручниками в своей квартире, если он, конечно же, не предпочитает БДСМ.
– Меня-то он приковал, – почему-то обиженно произнес Клод. – Я же предполагаемый дилер.
– Он же безмозглый тупица, – раздраженно бросил Саймон. – Сын сибсов или того хуже. Либо Дерек, – слегка ухмыльнувшись, продолжил он, – хотел поиграть с тобой в ролевые игры.
– Заткнись! – прорычал Страйкс, все еще поскуливая от боли.
– Ребята, идите к окнам, – напомнил Саймон. Майкл и Клод заняли позиции возле окна и стали высматривать предполагаемую угрозу в виде правоохранительных органов. Саймон достал ключи и начал освобождать Страйкса.
– Да не дергайся ты! – с презрением сказал Саймон, откинув от Страйкса крикетную биту куда подальше и направив нож прямо к его горлу. – Сын сибсов… – говорил Саймон, с рвением поворачивая левой рукой ключ в браслете. – Тебя это явно задевает!
Страйкс хотел вскочить, но осекся, увидев в милиметре от себя блеснувшее лезвие ножа.
– Скажи, каково это, – продолжал Саймон, отведя нож подальше от дернувшегося Страйска, – когда твой папаша приходится тебе еще и дядей?..
– Заткни свою грязную пасть!…
– … а ты приходишься племянником своей матери…
Щелкнули браслеты, и в тоже время Страйкс изловчился и ударил головой Саймона прямо в лоб. Тот, вскрикнув от боли, выронил нож. Страйкс с болтающимися наручниками на правой руке потянулся к ножу. Клод, сообразив, что что-то не так, подскочил к ножу, но опоздал. Страйкс стоял, выпрямившись и, подпрыгивая на здоровой ноге, направил лезвие на своих неприятелей.
– Они сейчас будут! – торжествующе воскликнул он. – Приготовьтесь. Скоро вы станете подстилками для тюремных горилл…
Сзади на Страйкса что-то обрушилось. Он выронил нож, покачнулся на больной ноге и рухнул на пол, ударившись головой о батарею. Страйкс и думать забыл о Майкле, который подошел сзади и огрел его крикетной битой. Саймон, чья бровь была рассечена, и Клод потрясенно смотрели на Майкла. Он и сам был в шоке, от того, что натворил.
– Он…жив? – спросил Майкл после недолгого молчания.
– Сейчас уже не так важно, – безразлично произнес Саймон, вытирая кровь под глазом. – Нам надо…
Его прервал протяжный скрип открывающейся двери и чей-то недовольный голос, раздавшийся из коридора:
– Какая к черту секретность? Да они должны быть изрядно обдолблены, точно тебе говорю, посмотри, где они живут…
– Фараоны! – звучно прошептал Саймон. – Быстро, прыгаем!
Саймон бесшумно залез на подоконник, и в следующий миг исчез. Следом Клод, своим видом выражавший и страх, и сосредоточенность одновременно, резко вскочил на подоконник, пошатнулся, едва успев схватиться за оконную раму, и прыгнул вниз. Копы обернулись на источник шума и двинулись в направлении к кухне, Майкл почувствал усиливающийся топот уверенных шагов. Он чувствовал как его сердце бьется со всей силы о грудную клетку. Он прислонился к подоконнику и глянул вниз: Клод уже залезал в свою машину, а Саймон жестами подгонял Майкла, чтобы тот сразу прыгал, ни о чем не задумываясь. Было нелегко отогнать мысль, что с высоты трех метров придется приземляться на твердый асфальт. Он перелез за окно, держась за подоконник с наружней стороны, уже собирался отпустить хватку и скользнуть вниз, как вдруг:
– Вот он! Вижу его! Не вздумай удрать!
Испуганный Майкл уставился на копов, которые добрались до кухни. Краем глаза он видел, как один из них проверяет состояние Страйкса, а другой, который приказывал ему остановиться, смотрел на него словно хищная птица, увидевшая кролика. Его рука дернулась к висящей на поясе кобуре…
Руки Майкла оторвались от подоконника, он слетел вниз. В следующую секунду он ощутил под собой твердую поверхность и сильную боль в щиколотках, отдававшуюся в колени. Не отдавая себе отчет, Майкл изо всех сил рванул к белой "ауди", которую Клод уже завел; она была готова умчаться в любой момент. Не реагируя на грубые призывы остановиться, Майкл буквально нырнул в открытую Саймоном заднюю дверь. Ауди тронулась с места, и в следующий миг дом, украшенный граффити с двумя целующимися лесбиянками, исчез за углом.
Семейный бизнес
Клод давил на педаль газа и не сводил глаз с зеркала заднего вида. Саймон громко сетовал об оставленном в берлоге ноже, которым можно "и пиво открыть, и хату взломать, и Страйкса прижать". Майкл, тяжело дыша и обхватив руками дрожащие колени, думал о копе, который видел его лицо и о Страйксе, чья судьба, благодаря его удару биты, неизвестна. И зачем, зачем он брал ее в руки!
– Все чисто. Мы оторвались! – облегченно вздохнул Клод, полностью фокусируясь на дороге.
– Да! – Саймон ударил кулаком по воздуху. – Охеренно! Мы оторвались! Хотя, за нами и не гнались, мы все же оторвались. Будет о чем детям рассказать… Если они будут.
– Может, они уже есть, – Клод откинулся назад и снизу верх посмотрел на Саймона. – Я вот не всегда помню, вовремя ли я высовывал…
Где-то с секунду они смотрели друг и вдруг как начали ржать. Ржали долго, не переставая. Майкл закрыл лицо ладонью. Но не от смеха. Несмешная пошлая шуточка сводного брата разозлила его. А может, не в шутке дело, а предшествующей ей обстановке. В последний момент ловко ускользнуть из лап правосудия. Стоящее достижение. Можно было бы посмеяться наряду с Саймоном и Клодом. Но не они вырубили Страйкса, не их лицо видел полицейский…
– Осторожнее! – вовремя предупредил Майкл. Из-за смеха Клод совсем забыл о дороге и едва не врезался в выбежавшего на шоссе страуса. Клод вовремя вывернул руль направо и, вытирая слезы от смеха рукавом, принял вид более-менее адекватного водителя.
Они выехали на пригородное шоссе. Клод стал что-то напевать себе под нос. Саймон, расслабившись, откинулся на заднее сиденье. Одному Майклу было не по себе.
– Копы могут перекрыть дорогу, – сокрушенно произнес он. Мрачные мысли, появившиеся после прыжка с окна, не отпускали его всю дорогу.
– У них для этого было достаточно времени, – сказал Саймон. – Мы уже едем по шоссе в Уэст Мельбурн, какие тут к черту копы.
– Они наверняка видели машину Клода и могли запомнить ее номера.
– Но дорогу все еще не перекрыли, – напомнил ему Саймон. – Значит, не запомнили. А может даже и не видели.
– В берлоге всюду наши отпечатки, – настаивал Майкл.
– А в полицейской базе данных – нет, – успокоил его Саймон. – Вы с Клодом пай-мальчики, и ваши пальчики нигде не засвечены. Только я из нас троих попадался в свое время копам, все обошлось общественными работами, а там дактилоскопию не проводят.
– Это когда в зад какой-то локатор вставляют? – спросил Клод, полуобернувшись.
Саймон посмотрел на него, как на душевнобольного.
– Да, – с притворно хмурым лицом ответил Саймон.
Клод вновь расхохотался, но тут же сконцентрировался на дороге, вспомнив, видимо, бесстрашного страуса. Майкл даже не улыбнулся. Страх не покинул его. Он полагал, что он слишком накручивает себя, что Саймон и Клод реагируют правильно, в отличие от него. "Но ржать после опасной заварухи, – внезапно подумал Майкл, – я же не отморозок…"
– Один из фараонов видел меня в лицо, – так не успокоившись, произнес Майкл.
– Это тоже не проблема, – махнул рукой Саймон. – Вряд ли он сможет составить фоторобот, даже если запомнил каждую черточку твоего лица. Ты обычный молодой австралиец. Ну, может, волосы длиннее, чем надо… Пфф, да таких полно.
– Нет, таких пессимистов, как Майки, во всем мире не найти! – Клод беспечно улыбался. Его неоправданная радость очень раздражала Майкла.
– А вдруг Страйкс мертв? – спросил он. Негативные мысли накатывали на него снова и снова. – Видели, как он о батарею ударился?
– Он от природы на голову ударенный, может теперь что-то изменится, – произнес Саймон. – Может при следующей подставе он догадается отобрать у своей цели телефон и ключи от машины. Страйкс жив, Майк, глупые люди долго живут, к тому же таких жирдяев хер убьешь, даже если захочешь, у них прослойки из бронежира. Вот уж не подумал, что эта жирная сволочь задумает такую подставу.
– Я тоже, – поддакнул Клод.
– План хороший, но реализация – четыре из десяти, – заключил Саймон.
– Думаю, надо возвращаться обратно, – произнес Клод, стуча пальцами по рулю. – Мы не интересны служителям правопорядка. Да и Уэст Мельбурн мне не интересен.
Резко развернувшись, машина поехала обратно. Солнце постепенно скрывалось за горизонтом, небо наливалось гранатовыми оттенками. Навстречу им пронесся грузовик с эвкалиптами, а на обочине лежал страус – над дорогой летели светло-бурые перья, медленно оседая на асфальт.
"А не провоцирую ли я судьбу?" – подумал Майкл, провожая взглядом уменьшающийся позади труп бедного животного
– Дружище. – Саймон наклонился вперед; Майкл отвлекся от страуса. – Будь братом, добрось меня до Лонсдейл Стрит, у меня скоро будет, – тут он лукаво подмигнул Майклу, – практика.
– Базара нет, – заверил Клод.
Саймон откинулся назад и достал из кармана пачку сигарет.
– Нет, Саймон, не кури у меня в машине, я же бросаю, ты знаешь.
– Как знаешь. – Саймон взглянул в зеркало заднего вида и встретился с осуждающим взглядом Клода. – Я тебя проверял.
– Ну да, ну да, – хмыкнул Клод.
– Курить бросаешь, но по вечерам нажираешься в сопли еще хлеще, чем раньше, – пробормотал Саймон. – Это вроде замещения – больше пить, чтобы меньше курить?
– Не зарывайся, а то пойдешь пешком, – пригрозил Клод, еле заметно скривив губы.
– Да ладно тебе, ты же Майка будешь довозить, а он недалеко от меня живет. – Саймон бегло посмотрел в глаза Майклу, и серый взгляд задержался на слегка опущенных веках. – Что-то случилось?
– Нет…– хмуро ответил Майкл.
"Чего же я вру?" – внезапно подумалось ему.
– Да, – вздохнул он спустя мгновение, отводя взгляд.
– Да не переживай ты из-за Страйкса! – воскликнул Саймон. – Ты все правильно сделал. Либо он, либо мы… Если бы не ты, был бы он…
– Да я не из-за него, – махнул рукой Майкл. И не соврал – на душе у него скреблись кошки, уже не меющие отношения к произошедшему в берлоге. Своими переживаниями он не хотел делиться с кем-то, в особенности с тем, кого знает меньше дня.
– Ты, Майк, должен проще относиться к риску, – сказал Саймон. Похоже, он не поверил Майклу. – Страхи – они всегда будут внутри, но они подавляемы, и их не так сложно подавить, несмотря на мнение большинства людей.
– Он, кстати, правду говорит, – вмешался Клод, параллельно рассматривая свое отражение в зеркале.
– Ты бы на дорогу лучше смотрел, красавчик, – сказал Саймон, указывая на проезжающий впереди сапфировый седан. – И пристегнись – с твоим вождением и с десятью пристегнутыми ремнями задумаешься о риске.
– Очень смешно, козел. Кстати, насчет рисков, – добавил Клод, обгоняя сапфировый седан, – у Майка был мотоцикл. И он здорово гонял на нем – разгон почти такой же, как у моей Ауди, – довольно произнес он, провожая взглядом отставший седан.
– Че, правда, что ли? – поднял брови Саймон. – Что за марка?
– BMW K 1300 R, – ответил Майкл, все еще погруженный в свои мысли. – Четырехтактный двигатель с…
– Я в них все равно не разбираюсь, – перебил Саймон, вертя в руках пачку сигарет, так же, как и свой потерянный нож. – Важно, что тебе нравиться рисковать, что тебе это ощущение знакомо. Вот и сейчас, Майк, представь, что ты сейчас на своем BMW. А теперь сравни риск быть пойманным копами с риском врезаться… ээ… в грузовик с эвкалиптами. Сегодня тебя не поймали. То есть, ты сегодня не столкнулся с эвкалиптами. А теперь вспомни, сколько раз ты мог врезаться в эвкалипт, катаясь на мотоцикле?
– Ни разу, – ответил Майкл. – Здесь не растут эвкалипты.
Клод рассмеялся. Саймон понимающе хмыкнул.
– Да, но представь вместо эвкалиптов… ээ… огромную фуру с…
– Можешь не продолжать, суть мне понятна, – перебил Майкл. – Ты клонишь к тому, что в следующий раз мне будет гораздо проще оглушать Страйкса битой?
– Ты догадался, молодец, – сказал Саймон, радуясь, что Майкл уловил суть его метафоры.
– Но дело вовсе не в Страйксе.
– А в чем тогда?
Майкл пристально смотрел в зеркало заднего вида, надеясь уловить понимающий взгляд Клода. Но тот был слишком сосредоточен на дороге, что-то немелодично напевая в такт радио. При Саймоне Майкл не хотел говорить об этом – хоть Саймон и показался ему симпатичным, он считал, что не стоит ему говорить о своей проблеме – неизвестно, что он за человек, и как он в дальнейшем себя поведет. Предательство Страйкса тому живое подтверждение.
