Страница 4 из 5
– Жаль, что в сутках только двадцать четыре часа. Я бы уже давно поставил этот город на уши, будь у меня на десять часов больше.
Улыбнувшись, он переводит на меня взгляд и тут же подходит ближе.
– Что у тебя тут? – заглядывает в пустой экран.
– Жду каких-нибудь указаний, – говорю с важным видом.
Босс улыбается ещё шире.
– Тогда записывай: в шесть вечера едем по магазинам.
Я так и пишу: «18.00 – шопинг».
– А магазины указывать?
– Да пофигу, – небрежно роняет он. – Главное – купить тебе приличную одежду.
В этот момент вдруг замечаю, что его пальцы скользят по моей блузке в районе груди. Подняв взгляд к лицу Громова, я замираю. Снова впадаю в ступор, как это было на кухне, когда он разглядывал мою грудь сквозь мокрую футболку.
Голос Павла становится тише, он какой-то убаюкивающий:
– На тебе будет хорошо смотреться красный. Хотя этот цвет нельзя назвать деловым. Но одно платье красного цвета точно пригодится. Например, для похода в ресторан вечером.
Его пальцы поднимаются к декольте. Невесомо проходятся по коже над ключицей. Я неосознанно начинаю дышать громче и чаще, буквально захлёбываясь.
Чёрт возьми! Что происходит?!
– И ещё туфли… Тонкие шпильки на твоих ногах будут отлично смотреться.
Он прослеживает взглядом за тем, как его пальцы медленно скользят к моему горлу.
– Ещё к платью подойдут украшения. Ювелирка.
Глаза босса поднимаются к моему лицу. Лифт останавливается. Странная томительная атмосфера между нами вмиг рассеивается, и Павел отстраняется, отдёрнув руку.
Выходя из лифта, бросает:
– С платьем – перебор. Но шмотки новые купить нужно.
Когда садимся в машину, он диктует мне весь свой дневной распорядок. И важные встречи, о которых помнит. Также я записываю несколько телефонных номеров, по которым смогу уточнить о некоторых встречах босса.
Голова начинает идти кругом от обилия информации. Но всё же время от времени в мою голову возвращается бесполезный и совершенно лишний вопрос: «Почему босс передумал насчёт платья?»
Красный мне действительно идёт…
***
В этом суматошном дне Громов всё-таки нашёл время для обеда. Мы как раз подъехали к одному из его клубов, и Павел решил, что тут мы и поедим. Оставив меня в ресторане дожидаться наш заказ, сам спустился вниз, чтобы переговорить с администратором.
Босс, как я поняла, каждый день осуществляет объезд своих «владений». Но никто не знает, когда именно он явится, поэтому все находятся в полной готовности весь день.
Сейчас мы не в том клубе, в котором я работала, но он – точная его копия. Правда, меня тут никто не знает, слава Богу. После вчерашнего как-то не тянет общаться со своими бывшими коллегами. Например, с Вадимом. Да и Аня вела себя странно с тем клиентом. А Вика обвинила меня в краже, даже не пытаясь разобраться. Нет, она, конечно, меня не обвиняла прямо… Но и на защиту не встала, когда Громов содрал с меня фартук и сказал ей, чтобы она распределила мои столики по остальным официантам. Вика ведь понимала, что Павел меня увольняет, но стояла и просто молчала.
– Интересно, какие мысли сейчас роятся в твоей светлой головке.
Это Громов. Он появился за столиком совершенно незаметно. Ну или я действительно слишком глубоко задумалась.
Отмахиваюсь.
– Да так…
Громов смотрит на меня очень внимательно. Хоть мы и сидим по разные стороны большого стола, но расстояния между нами словно бы и нет. Будто Павел снова дотрагивается до меня, как сегодня в лифте. Именно так ощущается взгляд его светло-голубых глаз – почти физически.
Повисает молчание. Громов наклоняет голову немного вправо, потом влево, не отрывая от меня взгляда. Смотря прямо в глаза.
– Я… Т-ты… меня немного смущаешь, – говорю едва слышно.
– Почему? – так же тихо.
Подаётся немного вперёд и ставит локти на стол.
– Сейчас дырку во мне просверлишь, – предпочитаю усмехнуться, чтобы рассеять эту томительную, тягучую атмосферу между нами.
Усмешка не помогает. Громов продолжает меня разглядывать с тем же пристальным вниманием.
– На тебя смотрит буквально каждый посетитель мужского пола. Достаточно лишь приглядеться – и ты это заметишь.
Неуверенно смотрю по сторонам. Через два столика от нас сидят двое мужчин и одна девушка. Оба мужчины действительно глядят на меня. Один вроде бы довольно равнодушно. Их спутница явно с ним. А вот второй даже улыбается мне, когда наши взгляды встречаются.
Дежурно улыбнувшись в ответ – так, как я улыбнулась бы, будучи официанткой – перевожу взгляд в другую часть ресторана. Там большая компания. И пара мужчин точно уставилась на меня.
Никогда раньше я такого внимания не замечала. Клянусь! Хотя моя соседка по комнате ещё в день нашего знакомства сказала, что у меня отбоя от кавалеров не будет. Типа я со своей скромностью и какой-то провинциальной чудинкой буду покорять зрелых мужчин. Они не побоятся связываться со мной, потому что я совсем не похожа на светскую львицу. Но при этом выгляжу весьма сексуально.
Это она так сказала… А я смутилась.
– Видишь? – спрашивает Громов. А когда я едва заметно киваю, продолжает: – И я не понимаю, почему тебя беспокоит именно мой взгляд.
– Потому что ты мой начальник? – я лишь предполагаю. Не уверена.
– Да, начальник, – его голос вмиг становится строже. – И так как я твой начальник, между нами ничего, кроме работы не будет, – завершает бесстрастно.
Зачем он это говорит? Словно я давала повод думать иначе. Будто я мечтаю о нём, как о мужчине! Нет, не мечтаю… Ну, может быть, немного… Потому что в Павла Громова не влюбляются только слепые. И это не мои слова. Так думает каждая девушка, которая на него работает.
Наконец нам приносят заказ, и мы молча приступаем к еде. Томительная атмосфера рассеивается и повисает напряжённая нервозность.
Я всё жду, когда начальник вновь заговорит о краже. Или о том, как именно меня подставил Вадим. Чем я занималась, почему отвлеклась, когда сторожила кассу.
Но Громов не говорит об этом ни в ресторане, ни во время объезда остальных клубов. Он даже в мой клуб не заезжает… Сославшись на то, что мы отстаём от графика, и уже шесть вечера. А у нас запланирован шоппинг.
Оставив машину на парковке, идём в торговый центр. Именно в этом я никогда не бывала. Потому что он не для всех. Тут продаются только дорогие бренды. И вещи в основном в одном-единственном экземпляре. Я, если честно, хотела бы что-нибудь попроще…
– Добрый вечер. Чем могу помочь?
Как только мы заходим в первый попавшийся отдел с женскими деловыми костюмами, к нам сразу подходит приветливая ухоженная продавщица.
– Нам нужно что-то подобрать для этой прекрасной девушки, – говорит Громов, увидев, что я смущена и отвечать не собираюсь.
– Да, конечно.
Консультант проводит меня по всему отделу, предлагая то пиджак с юбкой, то брюки с коротким жакетом. Мне трудно определиться с выбором. Здесь так шикарно… Всё сияет… И да, вещи реально красивые.
Наконец иду в примерочную, с некоторым трудом выбрав несколько костюмов. Продавец приносит вешалки и сразу удаляется. Закрываюсь и примеряю все.
Нужно признать, что все мне подходят и отлично садятся на мою фигуру. Больше всего мне нравится комплект из белого пиджака и малиновой юбки. Блузку к этому костюму можно и белую, и светло-малиновую, и даже чёрную.
Я довольно долго верчусь перед зеркалом, не снимая этот костюмчик. Собрав волосы рукой, поднимаю их вверх на самую макушку. Так тоже хорошо смотрится.
– Соня, ты как? – раздаётся неожиданно голос Громова, заставая меня врасплох.
– Почти закончила, – отвечаю погромче, чтобы он услышал.
– Что-то подошло? – спрашивает он, как мне кажется, нетерпеливо.
Конечно… Ему наверняка скучно торчать в магазине женской одежды.
– Да… Кажется, подошло.
– Покажись! – а теперь он говорит тоном, не терпящим возражений.
Вздохнув, отпираю замок и открываю дверь. Начальник удивлённо присвистывает.
– Да… Так значительно лучше… – протягивает он довольно.
Смутившись под его восхищённым взглядом, отчаянно краснею.
– А остальное? – Громов заглядывает в примерочную.
– Остальное тоже неплохо. Но этот костюм… – с наслаждением провожу ладонями по гладкой ткани жакета. – Он словно именно для меня создан.
Павел упирается взглядом в мои руки, которые скользят по костюму. Вижу, как дёргается кадык, когда мужчина тяжело сглатывает.
– Хорошо. Я понял, – бросает он, тут же отвернувшись от меня. – Переодевайся, жду тебя на кассе.
Забрав вещи из примерочной, выходит. А я снова переодеваюсь в свою скромную одежду.
Громов покупает всё, что я примерила, что, определённо, меня обескураживает. Потому что это огромная сумма!
Но в абсолютный шок я впадаю чуть позже… Когда мы проходим по всем этажам торгового центра, и босс покупает всё, на что просто падает мой взгляд. Брюки, блузки, туфли… Даже одежду для дома типа маек и шорт.
Мимо отдела с нижним бельём я прохожу, опустив глаза в пол. Потому что уверена – Павел и туда зайдёт без проблем и купит то, на что я посмотрю.
В его руках три огромных пакета. И я, кажется, окончательно вымоталась…
– Может, мы уже поедем? – протягиваю довольно жалобно, когда мы поднимаемся на эскалаторе на последний этаж.
Громов усмехается.
– Мне казалось, девчонки любят шоппинг.
– Я уже его ненавижу. Честно!
– Ну ладно…
Он сдаётся и направляется к лифтам. Правда, мы до них не доходим, потому что босс вдруг резко тормозит у предпоследнего отдела и смотрит на витрину. На его губах – странная улыбка.
Я тоже смотрю на витрину, и у меня начинает дёргаться глаз.
Красное платье. Оно такое, блин, красное… Всё равно, что пожарная машина. Его просто невозможно не заметить!
Даже не удивляюсь, когда Громов заходит в этот отдел. Мне ничего не остаётся, как плестись следом.
Громов
– Скажи мне, Александр Иванович, вот что… Ты где был в тот момент, когда деньги из кассы пропали?
Начальник охраны клуба, в котором работала Соня, с явным напряжением выдавливает:
– Следил за гостями…
Стиснув телефон в руке, я раздражённо вздыхаю. Покосившись на дверь примерочной, отхожу ещё дальше.
– Ждал, что они оргии там устроят, или что? Ну ладно, ты! А все остальные? Как минимум один из охранников точно должен был следить за баром! Там помимо бабок ещё и пойла на полляма!
Не подходящее время для этого разговора, но откладывать его, я больше не мог.
– Виноват. Исправлюсь, – покаянно произносит Иваныч.
– Да, исправляйся, – отвечаю я уже поспокойнее. – Что ты скажешь мне про Софию?
– Которую вчера уволили? – уточняет он.
– Да, о ней.
– Хорошая девушка. Трудолюбивая. Шустрая.
Меня интересует нечто другое, и я нетерпеливо спрашиваю:
– Она с кем-то из персонала встречалась?
Иваныч закашливается, потом всё же как-то неохотно говорит:
– Слушай, начальник… Ну… свечку я, конечно, не держал, но вроде Вадик за ней увивался.
– Какой Вадик?
– Официант из випа.
Аа, тот молодняк! Помню его, помню. Глаза всё время бегают по сторонам в поисках девчонки в коротенькой юбчонке. Пару раз он был замечен с гостями клуба в весьма неформальной обстановке. В том же випе, собственно, в котором работает. Стараниями Вики парня всё же оставили, но я велел админу постоянно его контролировать. Сейчас он вроде притих и не лезет к посетителям. Точнее, к посетительницам «Мун Хауса». Правда, я почти уверен, что этот Вадик теперь переключился на официанток. Так что, София у него не первая, и не последняя. Да и молод он ещё…
Короче, мне не конкурент!..
Бля… О чём я, нахрен, думаю?
– Ладно, Иваныч, иди работай! – бросаю напоследок начальнику охраны и отключаюсь.
Направляюсь к примерочной, но в этот момент телефон вновь оживает. На экране написано «Вика».
Жаль, что не подключил пока функцию переадресации звонков. Самому мне разговаривать с Викой не хочется. Скинув вызов, пишу ей смс.
«Вик, я занят. Если что-то важное – напиши!»
Убрав телефон в карман брюк, негромко стучусь в дверь кабинки.
– Соня, тебя что-то слишком долго нет.
– Знаю! – в её голосе слышно неожиданное отчаяние. – У меня тут… это…
– Что случилось? – спрашиваю довольно резко.
Ей плохо? Голова закружилась? Что, блин, там у неё?
Она не отвечает, но через секунду дверь отворяется, и Соня смотрит на меня сквозь образовавшуюся щель.
– У меня молнию заело, – шепчет она. – Не могу снять платье… И, кажется, ткань порвалась… Там что-то треснуло…
– И всего-то? – чувствую облегчение. – Сейчас позову консультанта.
– Нет!
Высунув руку, девушка хватает меня за предплечье. В её глазах паника.
– Не надо, пожалуйста! Мне безумно стыдно…
– Тогда что мы будем делать? – спрашиваю с улыбкой. Мне, определённо, хочется успокоить девушку.
Она отводит взгляд и нервно облизывает губы… А потом открывает дверь шире и буквально затаскивает меня внутрь примерочной. И тут же щёлкает дверным замком.
– Лучше ты сам… Пожалуйста, попробуй расстегнуть молнию! Может, там ничего не треснуло, и мы просто сможем повесить платье на вешалку, – судорожно тараторит девушка, повернувшись ко мне спиной и лицом к зеркалу.
А я застываю на несколько долгих секунд, не в состоянии оторвать себя от двери.
Здесь очень тесно… Хотя примерочная отнюдь не маленькая. Но я чувствую, как тесно тут нам двоим. Именно сейчас, когда Соня в этом красном платье…
Скольжу по её спине голодным взглядом и ничего не могу с этим поделать.
У платья такой фасон, что верхняя часть спины остаётся открытой. К тому же сейчас молния приспущена наполовину, и большая часть девичьей спины обнажена. А лифчик висит на вешалке…
– Павел, пожалуйста… – произносит она, и мы встречаемся взглядами в отражении зеркала.
С трудом отмираю. Приближаюсь к девушке, касаюсь молнии. Она очень тонкая, да ещё и потайная. Мужским пальцам сложно с такой справиться. Ощупываю молнию по всей длине. Нахожу то место, где застряла собачка. Тоже, кстати, микроскопическая. С трудом за неё ухватившись, решаю тянуть вверх, а не вниз. Соня уйдёт отсюда в этом платье, а дома мы его как-нибудь снимем. Может, разорвать придётся прямо на девушке…
Ощущаю, как мощно пульсирует кровь по всему телу. Особенно, в члене… У меня стоит с тех пор, как Соня меня сюда затащила.
Тяжело сглотнув, тяну бегунок вверх.
– Ну что там? – шепчет София. – Есть дырка?
– Нет… Здесь всё в порядке, – вновь тяжело сглатываю, потому что во рту буквально пустыня.
– Не надо застёгивать! Наоборот! Надо расстегнуть!
София начинает бунтовать, поняв, что я не раздеваю её, а одеваю.
– Стой смирно! – бросаю с напускной строгостью и подталкиваю её ближе к зеркалу.
Она оступается, но падать здесь негде. Всё, что ей остаётся – это упереться ладонями в зеркало.
И встаёт она просто идеально…
– Здесь света побольше, – озвучиваю я причину того, что практически её толкнул. – Можешь немного вперёд наклониться?
Соня без вопросов нагибается, явно не понимая подтекста моей просьбы. И стоит теперь в очень провокационной позе.
Я дёргаю за бегунок, и он проползает на миллиметр. Когда ему приходится скользить горизонтально, а не вертикально, становится немного проще его сдвигать.
Сосредоточиваюсь на молнии, игнорируя ноющий член. И густой и липкий от насыщенной сексуальности воздух… И позу Сони я тоже игнорирую.
Обнажённая спина, немного выпяченная попка…
Бля, это сложно! Как можно игнорировать красивое женское тело?
Нам нужно выбираться из этой примерочной как можно скорее!
Вновь дёрнув бегунок, поднимаю его наконец до самого верха. Молния застёгнута.
Соня выпрямляется. Смотрит на своё отражение. В этом платье её талия выглядит настолько тонкой… Я мог бы целиком уместить её в своих ладонях.
– Оно красивое, – девушка проводит рукой по ткани, разглядывая себя. – Правда, мы теперь его никогда не снимем, – робко улыбается, поймав мой взгляд в зеркале.
Уходить мне совсем не хочется… Вместо этого я внезапно прижимаюсь к девушке и почти вжимаю её грудью в зеркало. Хрен его знает, что я намерен делать, но буквально сдохну, если прямо сейчас уйду.
Охнув от неожиданности, Соня опирается руками на зеркало. Кладу поверх её ладоней свои.
Девушка в ловушке. Чтобы меня выгнать, ей придётся очень постараться!
– Павел… Что… Зачем… – сформировать свой вопрос она не может.
А когда я прижимаюсь губами к её шее, и говорить больше не может. Лишь дышит… быстро и часто. Зеркало перед нами быстро запотевает.
– Платье тебе очень идёт, – хриплю, прижавшись носом к её шее. – Мы его обязательно купим. Да, тебе придётся уйти в нём. А уже дома как-нибудь снимем.
Соня ошеломлённо качает головой, но говорить по-прежнему не в состоянии.
Веду носом к её скуле, задевая губами кожу. Сжав пальцы девушки, буквально вдавливаю наши руки в зеркало.
Скорее, удерживая таким образом себя, а не её.
– Павел… Я… Не нужно!
Наконец Соня берёт себя в руки. Её взгляд в отражении становится извиняющимся.
– Не нужно платье? – уточняю я. Хотя точно знаю, что она говорит о другом.
– Не нужно так делать… Это неправильно.
Неправильно – правильно… Грёбаные правила!
Почему нельзя просто получить того, кого хочешь?
В данном случае ответ очевиден – с любовницами я расстаюсь быстро, а Соня подходит мне в качестве помощника. И я всё испорчу, если перейду границу!
Наверное, впервые в жизни я сознательно готов всё испортить. Лишь бы не отрываться от её тела… Так приятно прижиматься к её попке, чёрт возьми!
Несмотря на все слои одежды, Соня определённо прекрасно чувствует мой член. И она напугана…
– Я ничего такого делать не собирался… – медленно, чертовски медленно разжимаю пальцы и отпускаю руки девушки. – Немного забылся… Это всё красное платье виновато!
Пытаюсь ухмыльнуться, чтобы понизить опьяняющий градус нашего уединения.
Соня молча прячет взгляд под ресницами. Похоже, всё уже сказала.
Не нужно! Неправильно!.. Всё это из области общепринятых норм поведения. А чего она хочет в действительности?
Я делаю шаг назад и прижимаюсь спиной к двери. Соня медленно оборачивается и смотрит на мои губы.
Причём, с ходу это делает. Зачем она так делает?!
Наощупь нахожу замок, открываю дверь и вываливаюсь из примерочной. Опомнившись, залетаю обратно и забираю вещи девушки.
– Так поедешь, – заявляю бескомпромиссным тоном. – Жду тебя возле кассы.
София
В машине мы сохраняем неловкое молчание. Точнее, неловко мне… А мой босс, похоже, чувствует себя вполне безмятежно. Уверенно управляет машиной, следит за дорогой и отвечает на телефонные звонки.
В очередном промежутке между звонками вдруг обращается ко мне:
– Завтра утром обязательно подключим переадресацию на твой телефон.
Согласно киваю. Машинально вновь касаюсь новой сумки, которую сегодня купил мне Павел. В ней новый телефон. Я знаю, он на месте. Но всё равно время от времени проверяю. Будто бы боюсь, что эта дорогая вещь вдруг исчезнет… И всё время боюсь сделать что-то не так… К примеру, как буквально двадцать минут назад в примерочной…
Я не знаю, поступила ли правильно. Может быть, нужно было действовать как-то иначе?..
Мне было приятно, когда Громов обнял меня… Когда его губы дотронулись до моей шеи и скользнули к скуле. И как горячее дыхание обожгло мою кожу…
От воспоминаний по телу пробегает табун мурашек. И дыхание застревает где-то в горле.
В тот момент я остановила своего начальника. А теперь не могу отделаться от зудящей в голове мысли: «А что, если бы не остановила?»
Если бы… Ненавижу это словосочетание! Оно намекает на упущенные возможности. На то, что всё могло бы сложиться по-другому…
Если бы папа много лет назад не поехал в ту поездку… Он ведь не хотел тогда ехать. Сомневался. Мог отложить. Но поехал и – разбился!
А если бы нет?
Если бы он по-прежнему был с нами, то мама не вышла бы замуж за его партнёра по бизнесу…
– Приехали.
Голос Громова заставляет меня подпрыгнуть. Слишком глубоко закопалась в свои мысли.
Павел выходит из машины. Хлопком в ладоши включает свет в гараже, достаёт многочисленные пакеты с моей новой одеждой из багажника. Я тоже выбираюсь из авто и иду за мужчиной следом. Мы проходим в холл, потом в гостиную. Поднимаемся по лестнице. Громов идёт прямиком к «моей» комнате. Открыв дверь, заносит пакеты и сваливает их на кровати.
Правда, сам пока явно не собирается уходить. Не спускает с меня глаз, скользя тяжёлым взглядом от макушки вниз, до обуви.
Поспешно снимаю туфли, потому что не хочу испачкать полы. А вот Павел остаётся в ботинках. Вообще-то, мне кажется, что обувь мужчины идеально чистая. Словно он не был сегодня на улице.
Поставив туфли возле шкафа, выпрямляюсь и осознаю, что ниже босса на целую голову. И от этого ещё больше нервничаю.
Громов смотрит на злополучное платье. Его губы дёргаются в ухмылке.
– И когда начнётся второй раунд? – произносит он совершенно будничным тоном. И поясняет, увидев, должно быть, удивление на моём лице: – Битва моих пальцев с этой крошечной молнией. Именно это я имел в виду.
Аа… Ясно… Тоже улыбаюсь, расслабившись.
