– Как будто вместе с вами там был, довольно живо рассказали.
– Наверно. Давайте теперь вы, расскажите, кем работаете?
– Я воин, наёмник. Есть своя лодка или корабль как удобно. Не просто самому ей управлять, но стараюсь. Последняя работа была поиск воровки что кроме того, что обворовала одну из семей из деревни Лут-Морком, так ещё и убила одну из дочерей, младшую. Та заметила её, проснувшись ночью от кошмара. Пошла по коридору в комнату родителей. По пути к ним и прервали её жизнь.
– О боги, что же случилось с нашим народом?
– Плохие орки всегда были, да и в каждой расе есть свои подонки. Нам нужно с ними бороться.
Агиетар сидя на третьем стуле слушал их до поры до времени, но последние слова орка его разозлили так что он ударил его точно в висок, хотя точность не требовалась, ибо рука учителя прошла насквозь, после чего Тугар упал без сознания, свалившись со стула.
– Бороться со злом говоришь? Ты, чудовище!!! Послушайся ты тогда паренька мой труп мог не убить тех орков. Я буду следовать за тобой до тех пор когда тебя не станет. Если ты не умер сейчас, конечно. С родственниками Куляка я наверняка не смогу поговорить и рассказать о случившемся, – слова Агиетара вмиг пронеслись сном в мыслях Тугара и наступила темнота.
Несколько орков повскакивали с мест, чтобы оказать посильную помощь, если придётся.
– Что с ним? – спросил один из них.
– Тубат, сбегай за лекарем, а вы двое, сюда его занесите, – скомандовал работник таверны. Один из завсегдатаев этого места тут же выбежал за дверь, а двое других кивнув, взялись поднимать Тугара.
– Чего он такой тяжёлый? Я своего отца носил, когда тот ужрался на свадьбе сестры, а он здоровый кабан, а этот просто крепкий. Давайте ещё двое за руки, а мы за ноги и понесли.
– А правда откуда такой вес? Ну взяли, понесли-и!
17-ое тайфуна. Утро
В комнату к Тугару постучались, а спустя пять секунд, вошли.
– Проснулся?
– Что вчера было Ранд?
– Ты свалился со стула, без чувств, так скажем. Лекарша сказала, что ты здоровее многих будешь и тело у тебя как у двадцатилетнего. Не знает в чём дело.
– Я не болею и не отравлен?
– Всё чисто.
– Ладно Ранд, я сейчас поем, заплачу за всё и пойду наверно. И только не говори, что я три дня проспал.
– Нет одна ночь, сейчас раннее утро. Я бы тебя не тревожил, да умники какие-то с юга приехали, отдыхать негде. Вот всех и распихиваю.
– Я понимаю, уже встаю. Спасибо что помог.
– Как смог.
Тугар, позавтракав, вернулся на корабль, дабы забрать драгоценности семьи Мел, голову воровки, а также рога и шкуры оленей, что успешно продал на рынке. Вместе с головой он отправился в особняк у кромки леса. Тот принадлежал семье Хен что приютила на время двух представителей семьи Мел из Лут-Моркома. На страже небольших ворот стоял один страж.
– Куда? – спросил он.
– Алда мел Качет сейчас у вас находится?
– Идём за мной. Мне сказали, что ты можешь прийти. Господин Кетет и госпожа Фелада главы семьи Хеш дали кров своей знакомой с её личным стражем, это правда. Кстати, а что с тобой вчера в таверне случилось? Я только зашёл, а ты валишься.
– Не знаю.
– Я не мылся, поэтому наверно, хе-хе. Срубило как дитя от мамкиного лаптя, – усмехнулся воин.
– Наверно так и было.
– Смешно же!
– Мне тоже.
– Ясно…, ну вот заходи, только с головёшкой аккуратно, накапаешь на ковры или мебель – прибьют. Мне ведь и прикажут тебя в реку скинуть.
– Работа есть работа, – сказал Тугар и вошёл, закрыв за собой дверь.
– Чего? Я же пошутил.
Внутри, ему перекрыли проход уже два стражника.
– Я голову принёс.
– Чью голову?
– Воровки.
– Ну так на кой сюда притащил?
– Семье Мел показать. Работу сделал.
– А ну так жди, я схожу позову.
Немногим больше, чем через три минуты вышли взрослые дети хозяев особняка, не правящей семьи города, а вместе с ними и гости что ждали отмщения.
– Ты сделал работу? – спросила Алда мел Качет.
– Да госпожа, вот её голова. Хранил в бочке с солёной водой, путь был далёкий.
– Доставай её, – приказала она и Тугар взявшись за низ мешка вытряхнул голову.
– Есть чем доказать, что именно она убила мою сестру?
– Не всё распродала по деревням, – Наёмник достал меньший мешок и высыпал драгоценности в руки подошедшему сыну семьи Хен. – Тут брошь и кольца.
– Это всё?
– У меня достаточно работы госпожа, и я не вор.
– Ты убийца невинных, – стоя сбоку от Тугара сказал Агиетар.
– Ты сделал большое дело, охотник за головами. Двадцать серебряных шарфонов за месть твои и пять за возвращение броши. Она передаётся по наследству уже шестое поколение и должна была достаться Алне. Ко всему этому моя благодарность.
– Это очень щедро госпожа Алда, с вашего разрешения я откланяюсь.
– Конечно, и забери голову, она тут ни к чему.
Выйдя из особняка и территории семьи, Тугар по пути выбросил голову и снова пошёл на рынок, закупив там продовольствия для длительного перехода на юг. Перенеся мешки и бутыли на корабль, он пошёл в таверну, там помылся и вернулся на лодку. Уже отчалив, Тугар увидел знакомые лица. Сын семьи Тре два раза махнул ему рукой, но не получив отклика стал просто смотреть вслед, не понимая, где его брат Куляк, которого они снарядили в путешествие к диким землям. Сначала поступили мысли что брат решил остаться с наёмником и спрятался в каюте или трюме корабля, затем что он гуляет по городу и решил пока не навещать его, работающего здесь в городе у дяди. Последней мыслью была что брат мёртв, от лап монстра, животного или рараса, а может и от рук Тугара.
Прямо в лицо родственника убитого кричал Агиетар о том, кто повинен в смерти парня, но ничего не доходило до ушей старшего брата, по крайней мере до тех пор, пока учитель словно от отдышки не начал шептать на ухо одну и ту же мысль.
– Тугар убил твоего брата. Тугар убил твоего брата, Тугар…
– Тугар убил… моего брата? – Выплыли эти слова из уст старшего брата семьи Тре.
– Да, наконец-то! – Этой реплики уже услышано не было.
Старший сын семьи Тре тут же побежал писать письмо, а после чего отправил его с соколом домой. Затем оббежал знакомых в городе, первым был дядя, у которого тот работал. Вскоре начала собираться охота за головой Тугара, который был в паре дней вниз по реке и знал, что за убийство его начнут преследовать, а потому решил бежать из страны.
19-ое тайфуна
Подплывая к мосту, через реку Ангана, Тугар услышал, что, кто-то его зовёт с правого берега. Понадеявшись на то, что охотники за его головой отстают, он приблизился дабы услышать, что кричат.
– Лодочник, лодочник! Подвези, а? Мне до Лад-Жалека.
– Подвезу, только ближе подойти не смогу.
– Я вплавь доберусь, меня задолбало идти пешком. Так и ноги до яиц стереть можно.
– Давай, я тебе сейчас верёвку сброшу.
Орк уложился в пару минут. Доплыв с узлом за спиной, он забрался к Тугару.
– Ну, познакомимся, а капитан? Я Манак.
– Тугар. Вещи туда брось и постарайся ничего не говорить.
– Ага, как угодно. Я наверно… пятнадцать медных шарфонов тебе отсыплю? – Отвернувшись от Тугара, Манак делал себе угол для сна и копался в узле дабы найти монеты. В этот момент сам Тугар неслышно приблизился к нему и сказав: «Я просил ничего не говорить, что непонятного?» снёс голову саблями, а после скинул всё в реку. Удары Агиетара по частям тела Тугара не приносили результата. Душа убитого не задержалась и сразу начала исчезать в небольшом смерче, как и душа Куляка.
– Я этого не хотел, я не хотел смерти этого путника, да и Куляка тоже! Способный был парень. Змей ты вернулся? Я думал, что убил тебя в себе ещё три года назад. Это ты их убил, а не я. Теперь мне не дадут сидеть даже недели на одном месте, – подумал про себя Тугар ведя корабль, но Агиетар слышал даже мысли живых. – Может мне снова начать говорить без умолку чтоб ты кипел от ярости, а змей?
– Как это понимать? Он, как я услышал, змеелак, оборотень, и обернуться он может в змею, так? Наверняка само колдовство не появляется из ничего, значит его прокляли? Объединили орка и змея, но орк его каким-то образом утихомирил на долгое время и считал, что остался один? Теперь, когда змей вновь дал о себе знать, Тугар понял, что тот вернулся. А что, если сам орк невиновен? Он ведь не оправдывается перед семьёй убитого или судом, он размышляет молча. Что мне теперь делать? Ждать, смотреть и слушать? Что ещё остаётся?
22-ое тайфуна
