– Так вам почитать? – поправляет себя. – Тебе. Тебе почитать?
Откидываюсь на спинку кресла:
– Конечно. Начинай.
Алиса начинает читать с того места, где закончила. Мне всё равно. Я это делаю только для того, чтобы за ней наблюдать. Возникает большое желание пропустить ее мягкие волосы сквозь пальцы. Расстегнуть ее блузку. Сомкнуть пальцы на ее талии…
Она захлопывает книгу:
– Нет, я не могу.
– Не можешь?
– Читать не могу. Вы меня отвлекаете!
Смотрю предупреждающе, и она поправляет себя:
– Ты… меня отвлекаешь, Виктор.
– Я тебя слушаю.
– Неправда. Ты… разглядываешь меня.
Хмыкаю. Эх, детка, знала бы ты, какие мысли меня посещают при этом!
Отвечаю:
– Не выдумывай.
– Хорошо, – кивает сдержанно. – Тогда на чем я остановилась?
Проверяет!
– Разве я должен отвечать? – придаю голосу суровость.
– Да.
Не пугается. Надо же!
Смотрю на наручные часы.
– На сегодня хватит. Мне пора. – Перевожу взгляд на нее. – Можешь идти.
Бэмби с сомнением смотрит на меня, поднимается. Идет к выходу.
Окликаю:
– Алиса.
Останавливается.
– Я расширяю круг твоих обязанностей, – озвучиваю то, что пришло мне спонтанно в голову. – Теперь ты будешь мне читать. Здесь. Каждый вечер. С девяти до десяти вечера…
Алиса
Его распоряжение стало сюрпризом. Виктор то избегает меня, то проявляет внимание. К чему ему мое чтение? На ум приходит сказка про Шехерезаду. Улыбаюсь. Тысячу и одну ночь она рассказывала мужу сказки, пока он не полюбил ее. У меня нет столько времени – контракт скоро закончится, и я уеду. От этой мысли становится грустно. Неужели на этом всё и закончится? И я больше не увижу Виктора! Нет-нет! Нужно наслаждаться каждой минутой, даже если ему безразлично. Я ведь ничего от него не требую.
Часть ночи прошла в сумбурных размышлениях. Поспать удалось недолго. Как и положено, отправляюсь в тренажерный зал. Прихожу раньше Виктора. Или опять он пропускает со мной занятие?! Только разворачиваюсь на выход и сразу сталкиваюсь со стремительно вошедшим Виктором. От столкновения чуть не падаю, успеваю ухватиться за его торс, а он – поддержать меня за талию. Так и стоим. Первая мысль: «Больно!», вторая… Вторая где-то затерялась на задворках сознания. Тону в его зеленых глазах… Пока не вижу в них проблеск иронии.
– Не терпится ко мне прикоснуться? – спрашивает.
– С чего вы взяли? – пытаюсь отстраниться, но он не позволяет.
– «Ты», – напоминает с холодным недовольством. – На «ты», Алиса.
Смотрю в его глаза. Ощущаю тепло и мурашки по телу от того, что он меня обнимает. А от его суровости возникает желание подчиниться…
– Почему… ты сердишься? – шепчу севшим голосом. Хочется погладить его по плечу, но сдерживаюсь. – Я совсем не против обращаться к тебе на «ты». Но я ведь на работе. Нужно держать дистанцию. Не отвлекаться. Для твоего же блага. Моя цель – тебя вылечить.
Не сразу, но Виктор разжимает объятия. Решительно проходит в тренажерный зал.
– За дело, Алиса, – произносит так, будто ничего и не было. – Не стой на пороге.
Обескуражена столь быстрой сменой поведения. Как он так может? Неужели… Да ну нет… Я спугнула Ворона?
Виктор
Вечернее общение с Алисой благотворно на меня повлияло: почти сразу уснул, и ночь прошла без кошмарных сновидений. Всегда встаю без будильника, а сегодня чуть не проспал тренировку.
Спускаюсь в тренажерный зал и сталкиваюсь с моей медсестричкой прямо на пороге. Успеваю подхватить за талию, чтобы не упала. А она от страха цепляется за меня. Смешная ситуация: третий раз она так в меня впечатывается! Держу ее в объятиях, а отпускать не хочется. Но так не может продолжаться, иначе повалю ее прямо на маты и возьму, наплевав на камеры.
Произношу с иронией, скрывая свое к ней влечение:
– Не терпится ко мне прикоснуться?
Она краснеет:
– С чего вы взяли?
Пытается отстраниться, но не позволяю. Меня выводит ее «выканье». Будто подчеркивает, насколько я старше.
– «Ты», – напоминаю с холодным недовольством. – На «ты», Алиса.
Удивленно смотрит мне в глаза.
– Почему… ты сердишься? – шепчет севшим голосом. Ее ладошка касается моего плеча. – Я совсем не против обращаться к тебе на «ты». Но я ведь на работе. Нужно держать дистанцию. Не отвлекаться. Для твоего же блага. Моя цель – тебя вылечить.
Перешла на «ты», как я настаивал. Но что-то не так. Голос мягкий, нежный, а я интуитивно считываю опасность. Отстраняюсь, прохожу в зал. Дистанция. Пусть займется своими прямыми обязанностями!
Произношу холодно:
– За дело, Алиса, не стой на пороге.
Алиса
Физические упражнения. Массаж. Всё по плану. Как и положено, без лишних слов, касаний. Мне бы радоваться, что Виктор серьезно настроен, но… Он слишком быстро стал холоден ко мне, ведет себя отстраненно. Как будто между нами ничего не происходит. А может, между нами действительно ничего не происходит? Может быть, я принимаю желаемое за действительное? Я, конечно, не малолетняя девочка, мне двадцать, но опыта мне не хватает… Не понимаю, чего он хочет, чего добивается? И добивается ли?
После массажа так же молча расходимся. Иду на кухню проверить, соблюдается ли Виктором питание.
Завидев меня, Арсен машет мне длинной ложкой, которой помешивал в кастрюле.
– Доброе утро, – приветствую его, вежливо улыбнувшись.
– Доброе, госпожа инспектор.
– Почему «инспектор»?
– Ну, ты же проверять пришла, чем я буду кормить Ворона. Ах да, Виктора Юрьевича!
Сажусь на высокий стул:
– Вы давно знакомы?
– Давно, – тянет задумчиво, продолжая готовку.
Жду продолжения, но повар молчит.
– И? Больше ничего не расскажете?
– А что говорить?
– Он всегда такой?
– По-разному.
Вздыхаю. Нет, повара мне не разговорить.
– А ты всегда такая? – усмехается.
– Какая?
– Доверчивая. Отходчивая. Зла не держишь…
– На что держать?
– Не понимаешь? Или дурочку строишь?
Поднимаюсь с места:
– Пойду я…
– Да ладно, успокойся. Без умысла я. Просто интересно. Садись.
Усаживает обратно на стул:
– Сок будешь?
Наливает из графина гранатовый сок, протягивает стакан мне. Неужели подметил, что я люблю гранатовый?
– Спасибо.
Неторопливо делаю маленький глоток. Он наливает себе, тоже пьет.
– У меня был ресторанный бизнес в столице. Пока меня не посадили. Бизнес прогорел. Слава обо мне шла нехорошая. Виктор помог. Работу дал. Справедливость восстановил. Я ему благодарен. Долг платежом красен. Поэтому я до сих пор здесь.
Смотрю на него, слушаю, не перебиваю.
– Вы очень вкусно готовите. Неужели не хочется вернуться в ресторанный бизнес?
– Девочка, бизнес есть – мой и Виктора, я им управляю. У меня помощники. Только я предпочитаю кормить исключительно Ворона и его людей. А теперь откровенность за откровенность. Что ты хочешь от Виктора?
Что я хочу? С Арсеном нужно быть честной. Не хочется портить хрупкое доверие, что между нами сложилось…
– Ничего. Мне нравится быть с ним рядом, помогать ему. Нравится видеть мимолетную улыбку на его серьезном лице… Я ведь скоро уеду, Арсен Багратович. И очень буду скучать по нему.
Молчит. Взвешивает мои слова.
– Больше всего Виктор ценит преданность, – произносит, внимательно смотря на меня.
Не знаю, как реагировать. Преданность? Я не собираюсь его предавать. Только как это относится ко мне? Я в его жизни временное явление. Как и он в моей. Такова судьба. Несмотря на совместимость наших аур…
Виктор
Умышленно не приглашаю Алису разделить со мной завтрак. Должна понять, что не имеет на меня никакого права. Невольно вспоминаю ее слова, интонацию, нежный голос, каким она их говорила, когда мы стояли в тренажерном зале. Передергиваю плечами, ощущая мороз по коже. Что она себе возомнила? Между нами может быть только взаимовыгодное и приятное времяпровождение. А ощущение было, что мы как минимум пять лет женаты.
Когда спускаюсь вниз, вижу, что стол еще не накрыт. Что за дела? Что происходит с Арсеном? Неужто запил?
Ульяна Огонек, наводящая в столовой порядок, при виде меня приосанивается, поправляет прическу.
– Где Арсен? – задаю вопрос, игнорируя ее проявление внимания.
Кривится:
– На кухне. С этой… мастерицей работать руками.
Предостерегающе смотрю на нее. Не потерплю больше сплетни. Прекрасно знаю, кто распускал их про моего сына и Алису.
– Не веришь? Сам иди посмотри.
Давным-давно пару раз перепихнулся с Ульяной, а она туда же – качает права.
Подхожу к ней ближе.
– Предупреждаю в последний раз. Не потерплю сплетни.
– Накажешь? – провоцирует, соблазняюще прикусывает губу. – Накажи.
– Уволю к чертовой матери, – цежу сквозь зубы.
– Как пожелаешь, Виктор Юрьевич.
Разворачиваюсь и ухожу. Иду на кухню. Слышу голос Алисы. И Арсена. Разговаривают, смеются. Невольно прислушиваюсь.
– Арсен – это птица. Аист, – говорит Алиса.
– Много ты понимаешь! Мое имя означает «благородный воин»!
Вхожу на кухню. «Благородный воин» стоит с благородной осанкой с длинной ложкой вместо кинжала. Алиса смеется.
– Арсен, ты кормить меня собираешься? – задаю вопрос, привлекая их внимание.
Алиса поворачивается, улыбается мне.
Саркисян усмехается:
– Конечно. Только ты сам говорил, чтобы я девушку голодом не морил. Вот, первым делом ее угощаю.
Вижу, действительно, кухонный стол накрыт, и они завтракают.
– Тебе в столовой накрыть или, может, к нам присоединишься? Приглашаю.
Готов отправить его на хрен и уйти, но Алиса останавливает:
– Виктор, пожалуйста, присоединяй…тесь к нам. Здесь очень уютно.
Готов ответить скорее нет, чем да, но Арсен замечает:
– Бесполезно, «Благородное крылышко». Виктор Юрьевич откажется. Вот увидишь!
– Ну почему же, – прохожу, сажусь на стул. – Я позавтракаю здесь.
Арсен хмыкает. Встает, накрывает для меня. Ушлый жук. Зачем ему это? Смотрю на Алису.
– Арсен Багратович очень вкусно готовит, – произносит она, сложив руки на коленях, как правильная девочка.
Поднимаю бровь. Киваю на еду на столе:
– Одобряешь?
– Главное, вы одобряете для себя или нет. А мне лично нравится, – отвечает спокойно.
Цепляю вилкой, пробую. Вкусно. Неторопливо ем. Замечаю, что Арсен ушел. И Алиса это замечает.
– Арсен Багратович…
– Ушел, – подтверждаю. Сразу интересуюсь:
– Почему ты «благородное крылышко»?
Смущенно улыбается:
– Да так. С Арсеном Багратовичем обсуждали, что означают имена… Просто дурачились.
– Дурачились, значит, – непроизвольно сжимаю вилку. На сколько там младше меня Арсен? Года на два? – И что… мое имя тоже обсуждали?
– Нет… Но я знаю его значение. И не только значение. Оно многое говорит о вашем… твоем характере.
Хмыкаю:
– И что же?
Алиса мягко смотрит на меня, как будто взглядом говорит: «Напрасно не верите».
– Что же… Буквально Виктор – «победитель». Он активный экстраверт. Предприимчив, усерден. С невероятной интуицией. Поэтому, какую бы сферу деятельности ни выбрал, он везде будет на коне… Несмотря на это, Виктор очень болезненно переживает поражения. Только оптимизм и сила воли не дают застрять ему в таком состоянии. Окружающие вообще могут не знать о его душевных терзаниях – он скрытен и недоверчив…
– Достаточно, – резко прерываю Бэмби.
– Но я могу многое еще сказать…
– Например, о сексуальных предпочтениях? – останавливаю словесный поток доморощенной ходячей энциклопедии всего ненужного: от гороскопов до расшифровки имен…
Алиса краснеет, отпивает сок из стакана и переводит тему:
– Я могу поехать сегодня в город?
Смотрю на нее, изучаю. Вот вроде нет причин запретить ей поехать, а отпускать одну не хочется.
– Завтра. Поручу Грише сопровождать тебя. Отвезет, куда захочешь.
– Я могу сегодня поехать с Арсеном Багратовичем.
Смотрю на нее ледяным взглядом:
– Я сказал, нет.
Алиса моргает, поднимается:
– Ну знаете!
– Контракт, Бэмби, ничего личного, – холодно разъясняю свое решение.
– Да. Контракт, – нервозно соглашается. – Тогда я пойду?
И, не дожидаясь ответа, срывается с места.
Смотрю на еду, отталкиваю тарелку. Нет аппетита. Да и по делам пора ехать.
_14
Алиса
Какой же он… сложный! По природе своей я спокойная, но вот он… Порой мне очень трудно сдержаться, чтобы не заорать во всё горло!
Иду в сторону своей комнаты. Проходя мимо окна, останавливаюсь. Наблюдаю, как Виктор садится в машину и уезжает в сопровождении охраны. В принципе, если он не берет меня с собой, значит, я свободна до вечера. Беру в комнате плед, в библиотеке книгу, спускаюсь вниз. Проходя мимо кухни, прихватываю с собой попить и перекусить. А затем через сад направляюсь к ручью. Из-за угла выскакивает Честер и мчится ко мне. Я к его компании привыкла и не боюсь. Хоть какую-то фобию я преодолела. Опять же, это заслуга Виктора… Честер бежит вперед, потом отстает, и так до конца моего «похода».
Ручей весело журчит чистым потоком… Опускаю ладони в воду. Как же приятно чувствовать его прохладу!.. Интересно, а что выше по его течению? Начинаю тихонько пробираться. Через какое-то время натыкаюсь на стену. Вздыхаю. Следовало ожидать, что территория будет огорожена по периметру.
И тут неожиданно слышу рык. Что? Это какой-то хищник? Но как? Оглядываюсь по сторонам. Да ну нет! Не может быть! И тут слышу злой лай Честера и повторное рычание. Божечки!!! Что это?! Это ведь просто жилое владение Виктора! Откуда тут дикие звери?!
Решаю сбежать от греха подальше. Один выход – двигаться вдоль стены, так как возле ручья опасно. Срываюсь на бег! Мчусь. Оступаюсь. Падаю и качусь вниз. Прямо в яму. На краю не могу ухватиться, соскальзываю. Больно. Перед глазами всё меркнет…
Виктор
Возвращаюсь домой уставший, нервный. Повожу плечами. Ей-богу, как будто вагон разгружал… Вызову Алису. Пусть сделает массаж. Отправляю ей сообщение. А она вне доступа. В мессенджер заходила еще до обеда. А сейчас вечер. Набираю номер и слышу ответ, что абонент недоступен. Что за ерунда?
Иду в библиотеку. Девушки там нет. Проверяю комнату. Пусто. Где ее носит? Внутри нарастает раздражение, отчасти тревога.
Спускаюсь вниз. Навстречу идет обеспокоенный Вадим.
– Виктор Юрьевич, Честер вернулся только что. Один.
– И что?
– Он уходил с Алисой.
Твою ж мать! Неужели сунулась к ограде?
– Про ловушки ее никто не предупредил?
– Нет, я так думаю. Она ведь посторонняя. А из посторонних никто так далеко не заходил.
– Сам ты… посторонний! – цежу сквозь зубы и иду на выход. Нужен начальник охраны. – Где Дамир?
– Просматривает камеры…
На первом этаже ко мне уже спешит Дамир Закиров.
– Ворон, на одной из камер у внешней стены видно, как она пробегала. Сектор третий. Дальше нет. В одну из ловушек попала.
– Поехали! И Честера возьми!
Выезжаем. Доезжаем до края дороги. Дальше только пешком по лесу.
– Разделимся, – распоряжаюсь.
Распределяемся на три группы, чтобы прочесать третий сектор.
– Алиса! – зовет Вадим громко. – Алиса!
Но ответа нет. Честер крутится рядом. Не может взять след.
– Честер! – подзываю собаку. Он подбегает, виляет хвостом. – Где Алиса, Честер? Ищи!
Он гавкает, скулит, кидается куда-то в кусты. Следую за ним. Нет, мне за ним не угнаться. Опираюсь на трость. Перевожу дыхание. Оглядываюсь по сторонам. Кругом кусты, деревья. Кажется, непроходимый лес, на самом деле небольшой участок. Честер появляется неожиданно, вынырнув из зарослей, неся в зубах какой-то предмет. Забираю. Телефон. Алисы. Разбит.
Киваю ребятам, они движутся в том направлении. Зато Честер вновь меняет направление: мчится в противоположную сторону. Приняв решение, иду за ним, обходя ловушки.
Через несколько метров Честер с лаем кидается вперед. Следую за ним. Наконец он тормозит возле одной из ловушек, лает вниз.
Склоняюсь над ямой:
– Алиса!
Девушка смотрит на меня заплаканными глазами:
– Виктор!
– Как ты? С тобой всё в порядке? Руки, ноги целы?
– Да!
Выдыхаю. Здесь два метра. Как она еще не свернула шею…
– Подожди, сейчас мы тебя достанем.
– Я боюсь, тут, кажется, змеи.
