Таким образом, государство в рыночной экономике обеспечивает свободу договора, запрещая принуждение при согласовании и заключении договоров, доступность и публичность информации, предупреждая возможность введения сторонами друг друга в заблуждение, и предоставляет защиту сторонам от взаимного неисполнения договоров.
Если исходить из этих условий, то Россия сейчас весьма далека от нормальных рыночных условий и за последнее время мало к ним приблизилась. Поэтому сейчас каждому из нас приходится защищать свои деньги практически без всякой помощи и поддержки со стороны государства, а имея в виду его непомерные налоговые аппетиты, то, не в последнюю очередь, как раз от самого этого государства.
И на самом деле в России «реформаторы» начали возводить здание рыночной экономики почему-то с крыши – навезли кучу советников из-за рубежа и под их диктовку принялись копировать западные законы (в основном американские), которые вообще-то соответствуют как раз этапу, когда рыночные отношения интенсивно «размываются», но не этапу их становления. В действительности же рыночные отношения никогда и ни в одной стране по этим законам не создавались, и если эксперименты такого рода в других странах и проводились, то оканчивались они по меньшей мере безуспешно.
Поэтому все панические заявления о том, что у нас якобы не хватает «рыночных законов», исходили и исходят от лиц, которые либо просто не понимают экономической сути общества, которое они взялись строить, либо намеренно вводят публику в заблуждение.
На самом деле все рыночные законы, которые были необходимы в России для того, чтобы в ней начала формироваться здоровая и саморегулирующаяся рыночная среда, вполне можно уместить на одной странице. Их можно было принять в один день, и дальше государству надо было только следить за их выполнением или вносить необходимые социальные коррективы по мере продвижения общества по пути рыночных преобразований. Весь необходимый «массив» нового рыночного законодательства вполне охватывается тремя принципиальными нормами.
1. Всем и везде разрешена любая коммерческая деятельность, кроме прямо запрещенной законом. Необходимый противовес этой норме – законом же установленная полная ответственность любого лица за ущерб, нанесенный другим лицам или государству в ходе осуществления им коммерческой деятельности или в ее результате.
2. Всем лицам разрешено приобретать и владеть любым имуществом, включая землю, на правах полного собственника. Единственное условие – представление доказательства, что с сумм, предназначенных на приобретение имущества, уплачен соответствующий подоходный налог (по твердой и разумной ставке, скажем, в 20%).
3. Разрешается свободное перемещение имущества граждан (включая и денежные средства) по всей стране, а также зарубеж и из-за рубежа. Единственное требование – при вывозе за рубеж обязательно декларировать сам факт вывоза и уплачивать при этом незначительный регистрационный налог.
При закреплении первой нормы народ бы имел гарантию невмешательства со стороны государства и его органов в любую производственную и торговую деятельность до тех пор, пока оно не наносит кому-либо ущерба и не ущемляет чьи-либо материальные интересы. В России такой свободы никогда не было и нет, между тем любой историк знает, что именно свобода торговли стала основой зарождения капиталистических отношений в западных странах.
Вместе с тем применение принципа полной ответственности за причиненный ущерб практически исключило бы возможность масштабных надувательств населения со стороны откровенных мошенников и недобросовестных финансистов.
Достаточно было бы любому лицу хотя бы раз не вернуть свой долг (как в отношении денег привлеченных им непосредственно, так и через юридическое лицо, учредителем которого он является) – и для него автоматически блокировалась бы всякая коммерческая деятельность. До момента полного погашения им задолженности любой доход, который мог бы он получить, и любое имущество, которое бы он мог приобрести, немедленно арестовывалось бы судом в пользу его кредиторов.
Вторая и третья нормы дают необходимые гарантии, что любое имущество лица или его денежные средства не будут каким-либо образом задерживаться или ограничиваться в передвижении, если у него нет непогашенных долгов, и он уплатил налог с доходов, использованных на приобретение его имущества. Такая свобода абсолютно необходима для любой коммерческой деятельности, и не случайно Конституция США объявляет тягчайшим преступлением против государства любое посягательство или противодействие свободе перемещения товаров и имущества граждан.
Естественно, государство должно гарантировать выполнение этих норм для всех граждан и предупреждать любые их нарушения самым жестким и бескомпромиссным образом.
Но для этого, собственно, государство и существует.
Вместе с тем вмешательство государства в дела тех граждан, которые могут и хотят самостоятельно, без помощи государства, зарабатывать себе на жизнь, должно быть минимальным – только по линии налогов, и только если он получает доходы свыше прожиточного уровня. Должны быть запрещены любые финансовые поборы – включая и под предлогом получения всякого рода разрешений, лицензий и т. Д.
Если же нужны какие-то справки относительно гражданина одному государственному органу от другого, то такие контакты должны замыкаться на отношения между этими органами, не допуская использование этого гражданина в качестве курьера и не вводя его в искушение сообщать о себе неверные сведения или фабриковать поддельные справки.
В наших газетах часто критикуют систему «тотальной слежки» за населением в странах Запада, но это все же лучше, чем заставлять граждан самим собирать на себя компромат и еще платить за это деньги, как это принято в России.
На Западе, кроме того, широко распространена система выдачи всяческих разрешений в порядке «согласия без ответа» – когда согласие государственного органа дается в порядке просто регистрации полученной просьбы, и гражданин знает, что получил такое согласие, если в течение установленного срока ему не пришло письменного отказа.
Если государство не может дать своим гражданам денег, то оно должно дать им свободу эти деньги зарабатывать – и безопасность их расходовать или инвестировать.
Ограничения на ввоз-вывоз товаров и имущества у нас объясняют необходимостью защиты внутреннего производства и сохранения культурных ценностей. Но защищать внутреннее производство есть смысл тогда, когда одновременно принимаются интенсивные меры по его модернизации и развитию (и только на короткое время, пока эти действия или приводят к успеху, или прекращаются), а культурные ценности любая страна может сохранить только путем повышения благосостояния ее граждан.
Из Японии культурные ценности не вывозят не потому, что за этим следят пограничники, а потому, что в Японии у народа хватает денег их собирать и хранить, и их цены соответственно выше, чем в других странах, а из Мексики предметы ее искусства утекают потому, что в ней еще недостаточно состоятельных граждан, способных платить за эти предметы высокие цены, соответствующие их ценности.
Копируя западные законы, Россия фактически создает социальную структуру, в основе которой лежит отрицание важнейших рыночных законов и которую могут позволить себе только страны с высоким уровнем материального благосостояния – но не сегодняшняя Россия. России надо еще пройти этап свободной рыночной инициативы, а принимаемые законы такую инициативу в лучшем случае не поощряют, а скорее блокируют.
Исходя из интересов развития России, такие законы – преждевременны или просто вредны, если Россия хочет иметь современную экономику, как это сделала Западная Европа и как это сейчас происходит в бурно развивающихся странах Азии и Латинской Америки.
На Западе сейчас сложился социально защищенный тип экономики, который в основе своей отрицает основные рыночные законы. Эти страны могут позволить себе содержать большие массы неработающего населения, включая вполне работоспособных граждан, которые по тем или иным причинам не хотят заполнять имеющиеся вакансии на рынке труда (уступая их иммигрантам из бедных стран и предпочитая сидеть на пособии).
Кроме пенсий престарелым (кстати, не ранее 65 лет) и пособий на детей, государство, при поддержке или под давлением профсоюзов, вынуждает предпринимателей за свой счет предоставлять работникам целый ряд дополнительных социальных льгот и выплачивать весомые отступные в случае увольнения (в Германии, например, до 50 тыс. евро единовременно). Через жесткое регулирование цен и тарифов для целого ряда отраслей государство не просто вмешивается в экономику, а фактически непосредственно устанавливает в них норму прибыли. В некоторых отраслях государство открыто берет на себя финансовую ответственность за их деятельность (банковская, страховая, энергетика и другие).
Такие меры социальной защиты, естественно, требуют значительных финансовых ресурсов, которые государство получает от сбора высоких налогов. Но налоги сами по себе являются уже отрицанием принципа частной собственности, лежащего в основе рыночных отношений. В результате сейчас в западных странах ограничение частной собственности, частной конкуренции и товарных отношений дошло до такой степени, что для большей части населения они потеряли всякое значение и всякую стимулирующую силу (многие давно уже привыкли получать не по труду и даже вовсе не за труд).
Разрешение создавать предприятия, основанные на ограничении ответственности их учредителей, фактически устранило риск из многих видов коммерческой деятельности. Вы создаете предприятие, набираете кредиты, привлекаете инвесторов, и, если вы добьетесь успеха, львиную долю прибыли вы сможете закрепить за собой.
А если вы потерпите крах, то начальные свои вложения вы, конечно, потеряете, но за все деньги, потерянные кредиторами и инвесторами, с вас ничего не спросят. И вы спокойно можете начинать новую авантюру. От рыночного капитализма, как мы видим, это уже очень далеко. Если же взять публичные компании, основанные на акционерном типе собственности, то в них формальные «капиталисты» уже не только освобождены от риска (платить по долгам компании в случае ее банкротства), но и от права управлять своим капиталом.
Разве это имеет какое-то отношение к настоящим рыночным отношениям, при которых все участники рынка полностью отвечали за свои действия, платили по любым своим долгам и несли все риски в связи со своей деятельностью?
Если учесть все эти обстоятельства, то можно сделать вывод, что в России сейчас формируется такой тип экономики, который столь нее мало регулируется рыночными законами, как и прежняя административно-командная модель.
Страной же, которая реально переходит на рыночные рельсы, является наш восточный сосед – Китай. Там действительно гражданам дана свобода коммерческой деятельности (в пределах финансовых возможностей каждого), причем эта свобода эффективно защищена как от чиновников, так и от рэкета.
Государство в Китае эффективно преследует мошенников и не спешит принимать «прогрессивные» законы, которые позволяли бы им укрываться от обманутых кредиторов и инвесторов. Вместе с тем там не торопятся и с переходом на западную систему социальных гарантий, и государство не берется содержать за свой счет трудоспособных граждан – безработным пособий пока не платят и пенсионное обеспечение применяется в очень ограниченных масштабах. Невысокий уровень социальной защиты государство компенсирует низкими налогами, что позволяет частным накоплениям оставаться в рыночной среде и формировать рынок свободных частных инвестиций.
Сознательно или нет, но сейчас в Китае созданы практически те же социально-экономические условия для развития рыночных отношений, какие существовали в Западной Европе на момент совершения буржуазных революций – минимальное вмешательство государства в коммерческую деятельность граждан, низкие налоги, полная ответственность за результаты своей деятельности (вплоть до долговой ямы в случае неоплаты частных долгов).
У России была возможность пойти по этому же пути – и она имела бы тогда и «китайские темпы роста», и «китайскую привлекательность» для иностранных инвестиций. Однако Россия взяла за образец западную модель социально гарантированной экономики, поддерживать которую «на плаву» у нее нет ни средств, ни опыта.
А вместо того чтобы дать возможность гражданам свободно и безопасно создавать себе богатство своими собственными руками (в сельском хозяйстве, в мелком производстве, в торговле и т. Д.), власти занялись дележкой государственной собственности, что гарантированно привело к разгулу коррупции и преступности. Тем временем национальное богатство России не прирастает, а проедается.
Между тем времени для изменения экономического курса остается очень мало. Россия уже и сейчас малозаметна на мировом рынке. Правительство по-прежнему ждет иностранные инвестиции, в то время, как российские капиталы ищут убежища в других странах. Внутреннее производство падает, покупательный спрос стагнирует, налоги душат всякую экономическую активность.
И пока все идет таким образом, рассчитывать на лучшее нельзя и невозможно.
Основы финансового управления государством
Финансовые дела государства непосредственно касаются каждого из нас, поскольку государство требует от нас уплаты налогов, которые существенно уменьшают наши финансовые возможности. Как налогоплательщики и как избиратели мы хотели бы быть уверенными, что собранные с нас деньги используются на одобренные цели и, по крайней мере, столь же эффективно, как мы могли бы делать это сами.
Да, мы согласны оплачивать содержание суда и служб правопорядка, но если эти силы не в состоянии избавить нас от разбоев и грабежей, то давайте обзаведемся каждый своим оружием и не будем платить налоги на эти цели.
Мы готовы платить налоги на содержание системы здравоохранения, но если лучшее обслуживание нам представляют частные врачи и через частное медицинское страхование услуги этих врачей нам обходятся дешевле, то дайте нам право выбора и право не платить налоги на эти цели.
Если государственные школы и институты не дают приемлемый для нас уровень образования, то не надо заставлять платить соответствующие суммы налогов тех из нас, которые готовы обучать своих детей в частном порядке.
Не бесспорны и расходы общегосударственного характера. Если мы не собираемся вести агрессивные войны, то едва ли нам нужна огромная постоянная армия. Что же касается охраны границ, то надо еще подумать, от чего мы хотим их охранять, – от провоза товаров или проезда людей? Готовы ли мы платить свои деньги, чтобы на эти средства ловить «челноков», завозящих в страну дешевые товары?
Что же касается защиты от нелегальной иммиграции, то с Запада ее пока можно не опасаться, а восточные границы, как мы помним, вполне успешно защищали казачьи поселения. Причем совершенно бесплатно, и, наверное, казаки могли бы делать это и сейчас, если обеспечить их оружием и освободить от налогов. Морские границы могли бы взять под надзор рыбаки, если их также освободить от налогов и закрепить за ними быстроходные сторожевые суда.
Расходы на управление зависят то того, чем мы хотим управлять. Если мы переводим экономику на саморегулирование, то для воздействия на нее финансовыми рычагами достаточно министерства финансов и центрального банка. Во всяком случае, достаточно, чтобы применять «охлаждающие ванны» – для случаев, когда экономическая активность близка к перегреву.
Для нашей же ситуации держать армию чиновников, чтобы просто следить за распадом национального производства, по меньшей мере бессмысленно.
Говорят, что налоги нужны для того, чтобы перераспределять финансовые ресурсы в межотраслевом разрезе. С этим можно было бы согласиться, если бы нам доказали, что, во-первых, такое перераспределение однозначно благоприятствует росту национального производства, и, во-вторых, что финансовый рынок делает ту же работу – если она действительно необходима – менее эффективно, чем государственные чиновники.
Правительство утверждает, что налоги сейчас нужны, чтобы проводить реформы, а с успехом этих реформ потом можно ожидать и снижения налогов. Но если мы правильно понимаем смысл перехода от административно-командной экономики к рыночной, то он заключается в первую очередь в массированном перемещении собственности и финансовых ресурсов от государственного сектора в частные руки.
По крайней мере, именно так дело обстоит в тех странах развитой рыночной экономики, которые нам представляют в качестве примера. Там финансовые рынки в основном заполняют средства многочисленного среднего класса, которые и являются основным источником средств для инвестиций.
В России наши реформаторы вначале лишили основную массу населения своих сбережений, т. Е. фактически стартового капитала, с которым мелкие собственники могли бы начать свой бизнес и выйти на финансовый рынок, а затем подняли налоговую планку до такого уровня, что сделали частный некриминальный и не подпитываемый государством бизнес совершенно безнадежным делом.
Если это и реформы, то ясно, что не в том направлении, о котором нам говорили и за которое просили голосовать.
Если попробовать проинвентаризировать, к чему нас привели так называемые «реформы», то мы увидим, что за период «реформаторства» у нас утрачены такие нужные для перехода к рыночной экономике стартовые позиции, как стабильная национальная валюта, правопорядок в коммерческом и банковском обороте и инвестиционный потенциал у основной массы населения.
Зато в обмен мы приобрели удушающие рынок бесконтрольные монополии предприятий энергетики и транспорта, систему государственного долга, успешно перекачивающую свободные финансовые ресурсы из производственного сектора в паразитические финансовые пирамиды, и криминально-бюрократическую верхушку бизнеса, весьма изобретательно перегоняющую свои капиталы на Запад, подальше от российского рынка и от российских налогов.
И нам предлагают платить больше налогов, чтобы такие «реформы», – именно те описанные выше процессы – развивались и дальше неослабевающими темпами?
Наше предложение состоит как раз в обратном и основано на внесении необходимой доли здравого смысла и в финансовые дела государства – так же, как чуть выше мы рекомендовали это для управления финансовыми делами своей семьи и своего предприятия.
Конкретно, речь идет о том, чтобы научиться, во-первых, жить по средствам и не залезать в долги, и, во-вторых, если уж заставлять общество платить налоги, то хотя бы использовать эти средства эффективно, на одобренные обществом цели и в пользу, а не во вред общественному благосостоянию.
Если же налоги используются избирательно, к пользе только определенных групп и фракций населения, то всем остальным надо дать возможность «голосовать кошельком» – платить или не платить налоги по своему выбору, в зависимости от того, одобряют они или нет предлагаемые к финансированию цели и мероприятия.
Если говорить откровенно, то Россия сегодня не может позволить себе столь объемный военный бюджет, столь высокие социальные расходы, столь разветвленный и «упакованный» государственный аппарат.
Иначе говоря, государство в России сейчас живет не по средствам, и положение усугубляет тог факт, что часть своих расходов государство и государственный сектор в экономике финансируют за счет привлечения западных кредитов, которые когда-то придется возвращать.
Второй раз трюк с царскими займами не пройдет – хотя бы потому, что большевики могли ссылаться на ущерб от внешней интервенции и на исключение России из прежней системы международных финансовых отношений.
У нынешней власти этих аргументов нет, и возврат кредитов может стать внезапно серьезной проблемой. При этом сравнения с уровнем государственных расходов за рубежом не вполне корректны, поскольку за образец берутся страны с развитой и устоявшейся экономикой, а Россию надо сравнивать с бедными странами, и к тому же с экономиками, находящимися не на подъеме, а в кризисной ситуации. Поэтому если говорить о сравнении, то аналогии надо искать либо в прошлом – Германия, Италия или Япония в первые послевоенные годы, либо где-нибудь в Азии, Латинской Америке или даже в Африке.
Обычно вопрос о несоответствии государственных расходов реальным возможностям страны решается нормальным демократическим путем: население страны выбирает такой парламент, который, выполняя волю избирателей, не позволяет этим расходам превышать некий предельный для каждой ситуации уровень.
Для этого парламент наделен соответствующими полномочиями – через утверждение налогов, налоговых ставок и общих пределов налоговых сборов, через установление пределов государственных заимствований и через запрет порчи национальной валюты (путем выпуска необеспеченных денежных знаков) и использования государственного имущества в целях покрытия бюджетных расходов (за счет продажи этого имущества).
В России эта демократическая процедура не действует, и фактически правительство вне всякого контроля определяет свои расходы и источники их покрытия. В результате у экономики нет никаких шансов выйти из кризиса – пока все мыслимые и немыслимые источники средств в стране власти мобилизуют исключительно на покрытие своих текущих расходов.
При этом следует подчеркнуть, что основным средством подъема национального производства является восстановление платежеспособного спроса, связанного с этим производством и ориентированного именно на его продукцию.
Действительно, в настоящее время значительная часть внутреннего платежеспособного спроса формируется вне связи с национальным производством и даже в ущерб ему – потребление государства и госслужащих, имеющее своим источником налоги, угнетающие производство, и доходы экспорто-ориентированных отраслей. Потребителей, получающих доходы в этих сферах, абсолютно не беспокоит неконкурентоспособность внутреннего производства, и они выступают за максимальную либерализацию импорта.
При этом платежеспособный спрос, формируемый за счет доходов от внутреннего производства, относительно невелик, поскольку, во-первых, он сильно урезается налогами, и, во-вторых, те же налоги, включаемые в издержки производства, вынуждают «задирать» цены на производимую продукцию до такого уровня, что она не может выдержать конкуренции со стороны импортных товаров. Соответственно и импортеры этих товаров, получив выручку от их продажи, обращают ее опять на финансирование более выгодных для них импортных сделок.
Теперь представим себе, что нам удалось бы убрать этот мешающий налоговый «нарост». Национальные производители, которые сейчас сидят с нераспроданными запасами продукции, могли бы снизить цены и получить некоторое увеличение спроса на нее. Заметив этот рост спроса и получив не урезанную налогами выручку, они бы вновь вложили эти средства в расширение производства – при этом, возможно, еще раз снизив цены (поскольку при росте производства удельные издержки в расчете на единицу произведенной продукции падают) и получив дополнительное увеличение спроса.
А относительное снижение цен по сравнению с импортом, несомненно, привлечет внимание импортеров, которые очень скоро найдут для себя более выгодным финансировать производство товаров внутри страны, чем закупать товары по импорту.
Собственно, такой процесс имел место во всех странах, и он «пошел» уже и в России – независимо от воли и желания властей.
Разница, и весьма существенная, в том, что в России правительство скорее препятствует, чем помогает этому процессу, и фактически его инициируют в России, как это ни парадоксально, в основном иностранные предприниматели (например, в кондитерской, табачной отрасли, в производстве пива и т. Д.), пользуясь тем, что их основные коммерческие обороты находятся вне досягаемости российских налогов, а российские предприниматели – из-за тех же российских налогов – вынуждены уступать им поле деятельности.
В результате ко времени, когда Россия все же вернется к разумным налогам, в ее важнейших отраслях национальные предприниматели будут успешно вытеснены иностранным капиталом. Но сейчас этот процесс еще можно повернуть в пользу национальных интересов – если дать передышку местному бизнесу, объявить налоговые каникулы на те самые переходные годы, гарантируя опять же, что в дальнейшем налоговое бремя будет удерживаться в разумных пределах.
Таким образом, основной задачей этих переходных лет является перемещение основной массы платежеспособного спроса из сферы, контролируемой государством, в частные руки и передача инвестиционной инициативы опять же от государства в частные руки. Соответственно должна быть в основном устранена система государственного патронажа – в отношении отдельных отраслей, регионов, предприятий или групп населения. Взамен им будет гарантирована свобода от государственного вмешательства в их дела, снижение налогов, дешевый кредит и в случае необходимости – прямая поддержка государства (но нефинансового характера).
Снижение налогов соответственно должно сопровождаться консолидацией всей системы государственных финансов, под которой понимается повышение эффективности деятельности государственных органов и снижение объемов по определенным статьям государственных расходов, а также переводом некоторых видов государственной деятельности на самоокупаемый режим.
При этом основным недостатком действующей бюджетной системы является то, что она функционирует независимо от ситуации в экономике – расходы планируются «по потребностям», не учитывая реальные возможности их покрытия, а налоги устанавливаются «по максимуму», невзирая на способность общества их уплачивать.
В результате складывается такое положение, что предлагаемый правительством объем государственных расходов далеко вышел за пределы разумного, серьезно превысил тот уровень, который может себе позволить страна в сложившихся условиях, а размеры собираемых налогов таковы, что они катастрофически угнетают производство и любой легально ведущийся бизнес, и на деле выживают только те предприниматели и коммерсанты, которые теми или иными способами – легальными и нелегальными – обходят налоговые законы.
Единственно разумный подход должен быть как раз обратным – сначала определяется общий объем налогов, которые может собрать государство, не подавляя экономическую активность населения, а затем на основе этой цифры рассчитывается сумма ресурсов, которыми может реально располагать правительство для покрытия своих расходов. В определенных ситуациях может быть допустим и дефицит государственного бюджета, не покрываемый его доходами – но только при условии, что этот дефицит может быть покрыт государственными заимствованиями, размещаемыми на нормальных коммерческих условиях, не вносящих дезорганизацию в инвестиционные процессы и не нарушающих равновесие на финансовых рынках.
При этом и способы налогообложения, и виды применяемых налогов должны отбираться таким образом, чтобы объемы налоговых поступлений более или менее адекватно отражали состояние экономики и соответственно реальные результаты экономической политики правительства.
Так, если правительство действует успешно, производство и обороты торговли растут, увеличивается оборот внешней торговли, повышаются прибыли предпринимателей и доходы населения. Естественно, что в этих условиях могут и должны увеличиваться и налоговые поступления от обложения торговых оборотов, прибылей и доходов населения, внешней торговли (в виде налогов и таможенных пошлин).
Так должно быть. На деле же власти в России предпочитают взимать налоги «независимо» от состояния дел в экономике и в обществе. Они собирают средства на покрытие своих расходов такими методами, которые тотально дезорганизуют производство и экономическую жизнь вообще.
Во-первых, это доходы, непосредственно связанные с инфляцией: доходы от выпуска необеспеченных денежных знаков, доходы от роста налогов по причине инфляционного повышения номинальных доходов (хотя в реальном выражении эти доходы вовсе не растут или даже снижаются), доходы от сбора налогов «авансом», с ожидаемых прибылей (а к моменту их реального получения эти доходы уже существенно урезаются ростом цен) и т. Д.
Во-вторых, это целая группа налогов, вообще не связанных с результатами экономической деятельности налогоплательщиков. Это налоги, взимаемые со стоимости имущества, с автотранспорта, состоящего на балансе предприятия, с объемов продаж, которые растут только из-за роста цен, и т. Д.
В-третьих, это различного рода поборы, эффективно перекрывающие доступ к самостоятельной коммерческой и производственной деятельности для основной массы населения – разные регистрационные сборы, платежи за всякие лицензии, справки, выписки и т. Д.
Когда заемные средства используются на финансирование текущих нужд правительства, это означает фактически перекладывание долгового бремени на будущие поколения, которым придется платить налоги не только за себя, но и за нас, позволяющих сейчас властям набирать эти долги, как мы видим, без достаточных оснований.
На те же цели правительство расходует и поступления от продажи пакетов акций предприятий государственного сектора, что сокращает объем государственного имущества, которое в нормальных условиях может служить обеспечением оплаты государственного долга.
Наконец, порча денег – опять же с целью получения правительством дополнительных источников доходов – не только подрывает текущее производство, но и блокирует новые инвестиции.
Без изменения такой политики Россия будет все глубже погружаться в кризис, который в конечном счете приведет к краху ее финансовой системы.
Десять «золотых правил» управления финансами государства
Правило 1. Правительству должно быть запрещено облагать налогами доходы граждан, не превышающие пределов необходимого прожиточного уровня.
К этому внешне вполне очевидному правилу необходимо дать некоторые пояснения. Во-первых, прожиточный минимум должен рассчитываться таким образом, чтобы он покрывал все необходимые жизненные потребности взрослого плюс содержание одного ребенка (при расчете минимума доходов на семью – из расчета двух взрослых и двух детей).
Если взрослые не смогут содержать детей, они не будут их заводить, и через некоторое время правительство может остаться без населения.
Если денег не хватает и на содержание взрослых, то наиболее умелые и расторопные начнут искать работу в других странах, и правительству придется часть своих доходов тратить на содержание дополнительных пограничных отрядов – если оно не боится довольно скоро остаться только с пенсионерами и малыми детьми.
Во-вторых, под налогами имеются в виду все виды налогов, уменьшающие потребление, – как прямые, так и косвенные (включая, кроме подоходных, налоги на продажи, акцизы, таможенные пошлины, платежи в пенсионные и другие социальные фонды и т. Д.). При этом следует учитывать эффект и других действий правительства, реально уменьшающих потребление населения, – принудительные займы и лотереи, дополнительная эмиссия денег, вызывающая рост цен, и т. Д.
Абсолютный размер прожиточного уровня зависит в разные времена и в разных странах от уровня цен и от доступности основных жизненных благ. Для России сейчас этот уровень ориентировочно составляет 5 тыс. долл. В год на одного взрослого и не менее 10 тыс. долл. В год на семью (с двумя детьми). При действующих налоговых ставках семьи, получающие такой доход, платят в России государству в виде всех налогов и обязательных платежей не менее 60% от общей суммы дохода. Для сравнения – в странах Западной Европы необлагаемый налогами минимум на семью из 4 человек составляет порядка 12—14 тыс. долл. В год.
Правило 2. Правительству должно быть запрещено «проедать» государственную собственность.
Иначе говоря, всякое правительство должно сдать своему преемнику государственного имущества ровно на такую сумму, на которую его было получено от предыдущего правительства. В армии и бизнесе это правило неоспоримо, и нет причин не распространить это правило и на действия исполнительной власти, только временно и только по поручению парламента (представляющего интересы народа) управляющей делами государства.
Другими словами, если правительство продает какую-либо государственную собственность, то вырученные деньги оно может использовать только на приобретение другой собственности в пользу государства (или хранить в виде государственных денежных и валютных резервов, или направлять, с разрешения парламента, на погашение части государственного долга – поскольку само наличие последнего означает вычет из суммы государственной собственности).
Таким образом, если правительство продает золото, то взамен оно должно, к примеру, построить шоссейную дорогу, а если продает рудник, то вырученные средства должно использовать, к примеру, на приобретение оборудования для государственной больницы. Так же должно быть и с продажей государственных земель (речь не идет, разумеется, об уступке на нее государственного суверенитета).
Мы обычно не одобряем человека, который продает квартиру, а затем прогуливает вырученные деньги по ресторанам. Нет никакой причины, чтобы мы по иному относились к своему правительству.
Правило 3. Правительству должно быть запрещено раздавать государственную собственность бесплатно или по ценам ниже нормальных рыночных цен.
Если правительство по тем или иным причинам продает государственную собственность, то оно может сделать это только на условиях открытого конкурса и по ценам не ниже рыночных. Если складывающиеся рыночные цены низки и очевидно не достигают реальной цены имущества, то причиной чаще всего является общая депрессия в экономической жизни.
Но всякий инвестор знает, что продавать в период депрессии глупо. Правительство тоже должно это знать.
А нам надо знать еще и то, что сама экономика ни с того, ни с сего разваливаться не начинает. Если уж в ней случилась депрессия, то скорее всего ее причиной являются неудачные действия правительства. Поэтому мы вправе ожидать, что правительство вначале исправит свои ошибки, а уж затем только начнет распродавать государственную – т. Е. нашу общую – собственность. На Западе, который нам все время ставят в пример, правительства так и поступают (взять для примера хотя бы правительство Маргарет Тэтчер в Великобритании).
В обоснование бесплатной раздачи или продажи «по дешевке» государственной собственности вам могут привести много самых разных аргументов. Мы тоже могли бы добавить, без особых затруднений, еще столько же.
Но вместе с этими аргументами дадим еще и один совет – смело пропускайте все эти аргументы мимо ушей. Кроме новой кормушки для коррумпированных чиновников, за этими советами абсолютно ничего нет. Замечено давно – о благе народа громче всего говорят те, которые хотят на этом благе нажиться. В истории еще не было ни одной раздачи, от которой народ бы что-то выиграл (кроме, возможно, раздач хлеба во времена Римской империи).
Продавать надо всегда по полной цене, и не надо бояться, что у народа не хватит денег выкупить продаваемую собственность – такого никогда не случится, если только не вмешаются потусторонние силы (к примеру, правительство с его налогами, реформами, перестройками и перетрясками).
Правило 4. Правительству может быть разрешено финансирование его текущих расходов только за счет поступлений от налогов, надлежащим образом утвержденных парламентом (думой).
К текущим расходам правительства относятся расходы, предусмотренные бюджетом и связанные с функционированием структур исполнительной власти, с осуществлением функций общегосударственного управления и с оказанием социальных услуг.
Конкретно эти статьи расходов включают: содержание центральных органов власти (парламента, правительства, его органов и центральных министерств), международные дела (министерство иностранных дел, посольства, участие в международных организациях), оборона, службы правопорядка, здравоохранение, образование, фундаментальные научные исследования, формирование госрезервов.
Государственные системы связи и транспорта должны иметь собственные бюджеты и действовать на принципах самофинансирования, т. Е. покрывать свои расходы за счет доходов от своей деятельности (оказания услуг). Как исключение парламентом может быть предусмотрено предоставление дотации за счет бюджета – в целях снижения тарифов или перевода части услуг на бесплатную основу.
Расходы капитального характера (инвестиции в инфраструктуру, строительство сооружений общегосударственного значения) должны осуществляться за счет отдельного бюджета (так называемый «бюджет развития»), который финансируется за счет следующих двух источников доходов – поступлений от использования (аренда и т. Д.) и продажи государственного имущества и от займов.
Соответственно за счет этого бюджета должно вестись и все обслуживание государственного долга (выплата процентов и погашение основной суммы долга). Использование поступлений от налогов на эти цели должно быть абсолютно исключено.
Отдельный бюджет должны иметь и фонды социального страхования. Действительно, граждане и предприятия платят свои взносы в эти фонды для того, чтобы в определенное время и в определенных обстоятельствах из этих фондов выплачивались соответствующие пособия и пенсии. Поэтому средства в этих фондах должны оставаться в полной сохранности, и исполнительная власть не может их использовать на свои цели.
Вместе с тем средства из этих фондов могут инвестироваться в государственные ценные бумаги, что дает возможность правительству использовать эти «отложенные» накопления граждан на цели экономического и социального развития.
Правило 5. Чтобы не выступать тормозом на пути экономического развития, правительство должно воздерживаться от налогообложения инвестиций.
Для бизнеса это правило вполне очевидно, и весь мир его давно придерживается. Действительно, ни одна страна в мире не берет за основу обложения налогом весь денежный доход предпринимателя – вначале из него делаются вычеты на восстановление и пополнение используемого капитала, на возврат долгов и выплату процентов, и только остаток является предметом налогообложения.
При этом размеры этих вычетов установлены таким образом, что они позволяют капиталу не только восстанавливаться, но и прирастать, увеличиваться. Например, по вычетам на восстановление основных фондов сверх реального, «физического», ущерба учитывается еще и «моральный» износ, а вычеты на уплату процентов за использование денежного капитала вообще законом не ограничены.
Кроме того, в большинстве стран установлен еще целый ряд дополнительных льгот, включая прямые денежные пособия для предпринимателей, инвестирующих свои средства в новые проекты и технологии.
Индивидуальные граждане, как правило, облагаются налогами по всей сумме своих доходов, полученных сверх необлагаемого прожиточного минимума (12—14 тыс. долл. В год на семью из 4 чел.).
Вместе с тем очевидно, что большую пользу обществу приносят те граждане, которые не «проедают» все свои доходы, а откладывают хотя бы часть их на цели накопления. Накопление может быть или в форме прямых инвестиций – на строительство дома, на развитие собственного бизнеса и т. Д., или в форме денежных сбережений, которые через посредство банков и других финансовых учреждений также направляются на цели развития производства и в новые предприятия.
Чем больше население откладывает (накапливает), тем больше средств в стране направляется на экономическое развитие, и, чем больше свободных средств населения приходит на финансовый рынок, тем они дешевле и тем доступнее для предпринимателей.
Поскольку налоги, естественно, уменьшают возможности граждан откладывать средства на накопление, самым разумным было бы полностью освободить накапливаемую ими часть доходов от налогообложения.
Во многих странах власти так и поступают – по крайней мере, для определенных наиболее поощряемых видов инвестиций. Так, освобождаются от налогов доходы, используемые на приобретение земли и строительство домов для собственного проживания, на выплаты в пенсионные фонды и для целей страхования жизни, на инвестиции в определенные отрасли и на определенные цели, признанные приоритетными в рамках государственной экономической политики, и т. Д.
Кроме того, не расходуя средства на приобретение товаров и услуг, граждане тем самым освобождают себя от уплаты акцизов, таможенных пошлин и налога на добавленную стоимость. За счет этих и других различных мер обеспечивается особенное стимулирование накопления в обществе, и в результате финансовый рынок интенсивно пополняется свободными финансовыми ресурсами, что избавляет государство от необходимости брать на себя функции ведущего инвестора в экономическом процессе.
Отметим также, что в ряде стран уже давно обсуждается идея прямого и полного освобождения от налогов всех доходов, накапливаемых гражданами, путем, например, введения единого налога на расходы. В соответствии с этим проектом граждане должны будут суммировать все свои расходы за год (а при широком использовании кредитных карточек это совсем не сложно) и платить единый и единственный налог только с этой суммы, независимо от того, сколько они вообще заработали за год и куда инвестировали свои средства.
Для России, наверное, еще рано ставить вопрос таким образом, но требовать, чтобы полезные для общества действия граждан соответственно бы им и поощрялись, в том числе и средствами налоговой политики, можно, нужно и должно.
Правило 6. Правительство должно использовать свою налоговую политику путем ее периодической корректировки в целях поощрения экономического развития, но не во вред ему.
Это правило не столь очевидно, как все остальные, и оно имеет в виду следующее. Налоговые ставки на самом деле не остаются неизменными навсегда, они могут и должны периодически пересматриваться в зависимости от потребностей государства и от целей принятой экономической политики, от изменений уровня благосостояния в стране и от динамики доходов населения. Очевидно, что в богатой стране государство может изымать больше средств через налоги, чем в стране, где население только-только зарабатывает себе на еду.
Однако при внесении этих корректировок в налоговые ставки правительство не может ориентироваться только на свои желания и потребности. В первую очередь оно должно учитывать, какой эффект произведут его действия на состояние страны в целом, как они отразятся на динамике ее развития.
В цивилизованном мире принято, что в периоды депрессии правительство снижает налоги (умеряет свои «аппетиты»), но компенсирует себя повышением налоговых ставок в периоды бурного роста (одновременно оберегая через налоги экономику от «перегрева»). В результате такой политики население и бизнес стимулируются вкладывать сэкономленные (от снижения налогов) средства в производственные инвестиции, что, естественно, помогает экономике быстрее выйти из кризиса. По мере улучшения ситуации налоговые ставки могут постепенно восстанавливаться до прежнего уровня.
В России правительство демонстрирует весьма нетрадиционный подход – несмотря на спад, оно налоги все же не снижает (а фактически налоговое бремя растет – из-за улучшения налогового администрирования).
Результат вполне предсказуем – производство падает, прибыли прячутся, налоги оказывается платить просто не с чего.
Правительство, конечно, сердится, всех пугает и штрафует. Тут народ не выдерживает, часть начинает разбегаться, а другие – интенсивно вымирать. В итоге ряды налогоплательщиков все более редеют, а правительство опять задумывается об увеличении налогов.
Так вот, чтобы в будущем этих забот не возникало, мы и рекомендуем дать сначала народу вздохнуть, встать на ноги и лишь потом думать об обложении его налогами. Иначе говоря, перейти на нормальный цикл в своей налоговой политике – при кризисах ставки снижать, а затем если и повышать, то строго вслед за улучшением экономической ситуации и по мере роста доходов населения.
Правило 7. Правительство может занимать деньги только на самоокупаемые проекты.
Нам говорят, что правительство бывает вынуждено занимать деньги потому, что у него не хватает налоговых поступлений для покрытия своих расходов. Но разумный человек в такой ситуации сокращает свои расходы, а не занимает деньги. Почему бы правительству не поступать точно так же.
Нам грозят, что в таком случае у правительства не будет иного выхода, как только увеличивать налоги. Но если правительство будет и дальше увеличивать и так уже запредельные налоговые ставки, то его расчет на дополнительные налоговые поступления скорее всего не оправдается. Налоги уже и сейчас не дают людям нормально заниматься производством, а если их еще более увеличить, то налогоплательщиков придется отыскивать днем с фонарями.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
