– А что у тебя там, за этой массивной дверью? – спросил я, увидев двери установленные в кирпичную кладку, которая отсекала часть пещеры в том месте, где свод опускался ниже.
– Там мои припасы еды. – ответил Градислав, – За ними мы и пришли. Ты постой здесь. Я скоро.
Он вытащил ключ, открыл замок и вошёл внутрь. Меня разобрало любопытство, но я не хотел, чтобы Градислав посчитал меня наглым, и поэтому не рискнул смотреть в открытую. Я тихо подошёл к двери и через щель, образовавшуюся между дверными петлями и стенкой, различил очертания множества сундуков. Я также заметил клинки и луки. Не только еду хранил здесь Градислав, и становилось понятным его нежелание демонстрировать содержимое своего хранилища. Градислав вышел с небольшим мешком, и закрыл дверь. Волна вкуснейших запахов обрушилась на меня и я мгновенно потерял интерес к пещере, желая поскорее добраться до стола. Градислав набрал бурдюк воды из родника и мы направились в дом. Стол получился скромным: два куска солёного мяса, две головки сыра, буханка хлеба, яблоки и вода.
– Это мой прошлогодний урожай! – с гордостью показал он на яблоки, – Остатки, но скоро поспеют новые.
– Ты живёшь здесь здорово! – ответил я прожевав кусок мяса с хлебом.
– Это правда. – рассмеялся он, – Иногда даже думаю, что я сам себе царь.
Некоторое время он задумчиво жевал яблоко, а затем произнёс:
– Так куда сейчас собираешься направиться дальше?
– Сам не знаю. – пожал плечами я, – Надо бы вернуться в крепость Бойдана, дело закончить, но наверное надо выждать немного, пока обо мне позабудут. Поэтому подумывал к Прозревшим примкнуть.
– Не советовал бы. – покачал головой Градислав, – К тому же ты так просто к ним не доберёшься. Сожрут волки, или ещё что похуже. Никаких других идей нет?
– Мне надо доставить сообщение тиуну рудной шахты. – вспомнил я про поручение Зорана.
– Это гораздо ближе. – прокомментировал мой гостеприимный хозяин, – Люди часто ходят туда и оттуда, так что зверья не так много на пути можно встретить. Если поможешь мне выкорчевать старую засохшую яблоню, я подробно расскажу тебе, как туда добраться.
Большая часть дня была потрачена на то, чтобы подкопать массивный ствол, подрубить корни, и выкорчевать старое дерево, которое действительно портило общий вид прекрасного яблоневого сада. Затем мы вдвоём с Градиславом распилили ствол на чурки, порубили на поленья и перенесли в его кладовую. После тяжёлых трудов, я был вознаграждён сытным обедом и стал собираться в путь, не желая больше злоупотреблять гостеприимством.
– Вот ещё что, – озабоченно давал наставления Градислав, – до шахты путь лежит через лес, но не углубляйся, иди по самой кромке. Как только его пройдёшь, выйдешь к горам, и там уже будешь искать шахту. Подумай. Скоро ночь, а ночью в лесу опаснее, чем днём.
– Я же вооружён. – отмахнулся я, – Не маленький, смогу себя защитить.
– У тебя не лук, а просто смех. – возразил он, – Давай так, я дам тебе отличный лук, а ты отнесёшь тиуну в дар мой сидр. Если получиться, занеси его также в крепость Бойдана и людям Дариона. Сидр получился отличного качества и когда ребята его распробуют, то я уверен, что у меня не будет отбоя от покупателей.
– Конечно. – удивился я. – Ты не подумай плохого, я с радостью сделаю это для тебя, но что тебе мешает самому налаживать торговые отношения?
– Как ты себе это представляешь? – воскликнул Градислав, – Уйти и надолго оставить производство? Пока я здесь никто сюда нос не сунет. Но стоит отлучиться на пару дней, как тут же обнаруживаешь у себя невесть откуда взявшееся ворьё. А ты я вижу честный парень и смышлёный, и тебе я могу доверить свою драгоценность. Хорошее оружие тебе нужно, чтобы тебя не ограбили по дороге, или не растерзали звери. Так что считай это моим вкладом не в тебя, а в моё дело.
Сказав это, он удалился на склад, но вскоре вернулся с тремя бутылками сидра собственного производства и красавцем луком из тёмного полированного дерева. С благодарностью я принял подарок и попробовал натянуть тетиву, что мне удалось, хотя и с большим усилием.
– Как далеко полетит стрела, выпущенная из него, Градислав? – удивлённо спросил я, – Натянуть на нём тетиву почти на пределе моих сил.
– Далеко и смертоносно. Пока ты не станешь сильнее, да впрочем, и долгое время после, этот лук будет тебе верным помощником.
– А разве есть лук ещё мощнее? – поразился я.
– Есть. Но пока они тебе без надобности. С этим ты можешь охотиться даже на волков. Одного меткого выстрела достаточно, чтобы уложить матерого волка, потому я дал ему имя «Волкодав».
– С таким оружием, – погладил я свой новый лук, – идти через лес действительно не страшно. К тому же я надеюсь добраться до рудников до захода солнца.
Попрощавшись с Градиславом, я перешёл на бег. При свете дня передвигался куда увереннее, чем ночью, да и спешил сильно. Солнце уже почти коснулось своим диском гор. Закатится, и сразу станет темно. Я остановился лишь тогда, когда вбежал в крону леса. В этот миг солнце спряталось за гору, напоследок прощально осветив зелёные листья деревьев, и я оказался в темноте. Животный страх мгновенно добрался до самого сердца. Я помнил, что нужно пересечь лес наискось, стараясь не углубляться в его чащу, и тогда я выйду в горы, в которых где-то находится шахта. За каждым деревом чуялась опасность. Я с трудом заставлял ноги нести меня вперёд. Стрела лежала наизготовку, да я и сам был как натянутая тетива. Пробираясь по самому краю лесного массива, где расстояние между деревьями было больше, услышал заунывный вой, который поддержало с полдюжины глоток. Стая волков вышла на охоту!
Я похолодел от ужаса. Рванулся вперёд, не разбирая дороги, не глядя под ноги, мчался, едва не врезаясь в деревья. Воображение рисовало картину как меня настигают хищники, валят на землю, и их клыки сжимаются на моей шее. Дважды спотыкался то ли о коряги, то ли о камни, разбил лицо при падении, но тут же вскакивал, гонимый ужасом, и бежал дальше. Попытавшись перепрыгнуть валун, выросший из темноты, едва снова не растянулся на земле, потому что ноги приземлились на что-то живое, что злобно хрюкнуло и успело разорвать кусок голенища сапога вместе с кожей. Я почувствовал, как по ноге побежала кровь, но это лишь заставило меня нестись ещё быстрее, хотя по ощущениям я был уже на последнем издыхании. Деревья внезапно расступились, и я оказался в поле. Впереди темнел горный массив. Вой волков остался позади, а вот злобное хрюканье всё ещё было слышно. Неведомый зверь, чей покой я нарушил так грубо, с пыхтеньем и сопением преследовал меня. Сил бежать дальше не осталось. Я наложил стрелу на лук и стараясь успокоить дыхание повернулся лицом к опасности. Во тьме ночи ко мне скачками приближалась неуклюжая тень. Натянув тетиву, я прицелился и пустил стрелу, надеясь, что не промахнусь. Животное дёрнулось, раздался визг, и мой преследователь завалился на бок, заверещав сильнее. Я подошёл ближе и увидел, что за мной гналась цевия, а я вообразил себе невесть что. Выпустив вторую стрелу я прервал мучения животного и уже собрался вырезать кусок мяса, как снова послышался вой. Волосы на голове поднялись дыбом. Я поспешно зашагал прочь от страшного леса к скалам, на открытую местность.
Скалы выглядели одинаково и разглядеть рудник не получалось. Я в отчаянии стал озираться по сторонам, как вдруг небо озарилось белыми всполохами и послышался мощный гул. Я поднял голову вверх. Приближалась гроза. Всполохи были то короткими, то длинными, переходящими один в другой. Теперь света хватало, чтобы не только ориентироваться на местности, но и вовремя замечать туши спящих на полях дроморнисов. Я передёрнул плечами, представив, что мог наткнуться в темноте на этих агрессивных созданий, и огляделся ещё раз. На окраине леса стая волков пожирала убитую мною цевию. Вздохнув и пожелав им приятного аппетита, я зашагал к деревянному частоколу со сторожевой башней, который прижался к горному хребту. Других строений в этой местности не было, и, по всему выходило, что это и есть вход в искомый мною рудник. Поднялся ветер, закапал мелкий дождик, заметно похолодало.
Небольшая площадка перед входом в шахту вся была завалена досками, ящиками и прочим хламом, который так любит оставлять после себя человек. Вступив в тёмную пещеру и прошагав два извилистых поворота, внезапно оказался в освещённом факелами проёме, и испуганно замер, поскольку арбалет в руках стражника был направлен в мою сторону. Его тёмные глаза оглядывали меня с подозрением.
– Кто таков? – проговорил он наконец, убрав арбалет.
– Посыльный. – ответил я, – Я ищу Зенку, чтобы передать письмо и подарок от Градислава.
– Зенка внизу. – ответил стражник и потерял ко мне всякий интерес.
Вокруг работали люди. Стук шёл как будто отовсюду. Изредка доносился звук капающей воды. Рудокопы кирками вгрызались в рудный массив, тяжелейшими усилиями добывая ценную руду, чтобы Бойдан мог купаться в роскоши, а царь вести войну.
Вниз вели деревянные помосты, каким-то чудесным образом закреплённые на стенах глубокого провала. Ограждения отсутствовали. Закружится голова, задрожат ноги, совершая неловкое движение, и несчастный полетит вниз, в зияющий чернотой зев шахты. Мне стало жутко, но с другой стороны люди как-то передвигались по ним, и не срывались. По крайней мере, я хотел надеяться на это. Осторожно ступив на помост, пересекающий провал, я перебрался на противоположную сторону. Здесь находился массивный подъёмник, но сейчас он не работал. Рядом с ним сиротливо лежала небольшая кучка руды. Охраны нигде не было видно. Соблазн прихватить пару кусков был велик, но памятуя о том, что именно такие поступки служат причиной появления неприятностей, я прошёл мимо.
На следующий уровень шахты также вёл широкий помост из струганных досок. Сбиты они были плотно друг к другу, что радовало, да и наклон у них был относительно небольшой. Материалов на создание этого пути было потрачено много, но зато поверх можно было сравнительно легко тащить тяжело гружёные тачки с рудой, или провизией.
Аккуратно и не торопясь спустившись по большой дуге вниз, а затем воспользовавшись широкой приставной лестницей, которая была крепко приколочена к настилу, я подумал было, что уже достиг дна шахты, но вдалеке, благодаря мерцающему свету факелов, разглядел дорожку настила, что спускалась ещё ниже, и понял что нахожусь на большом и ровном скальном выступе. На этом выступе расположился домик, склад, большой вертел и установленные перед ним лавочки, на которых сидели двое стражей. За высоким столом стоял худощавый человек. Он был бледный, вероятно потому, что давно не покидал мрачных стен шахты, лишённой дневного света. По его позе и выражению лица я понял, что он чем-то крепко огорчён.
– Тебя зовут Зенка? – спросил я подойдя к нему и поймав на себе подозрительный взгляд его водянистых глаз.
– Меня так зовут. – подтвердил он, – Какое тебе дело ко мне?
– Я посыльный. – ответил я, достав из мешка бутылку сидра, – Градислав просил передать тебе на пробу.
Зенка не мешкая откупорил бутылку и припал к горлышку.
– Очень хорошо! – восхитился он, почмокав губами, – Пожалуй, я закажу у Градислава несколько ящиков сидра. Это всё?
– Здесь ещё письмо для тебя от Бойдана.
Зенка моментально выдернул письмо из моих рук, снова впав в раздражённое состояние. Прочитав письмо он хмуро произнёс:
– Так и думал что это от Бойдана, будь он неладен. Ты принёс плохие вести, посыльный. А ты знаешь что ждёт того, кто приносит дурные вести?
– Погоди, – быстро произнёс я сообразив, почему Зоран не захотел доставлять письмо лично, – прежде расскажи что случилось? Возможно я смогу решить твою проблему.
– Очень сомневаюсь. – медленно ответил Зенка, и недолго подумав пояснил, – У меня сломалась дробилка. Бойдан уже в гневе из-за того, что поставки задерживаются, но он пока не представляет как долго это продлиться. Моей голове недолго осталось держаться на шее, как и твоей. Правда вместе веселее, а?
– Но разве её нельзя починить? – лихорадочно соображал я, про себя костеря на все лады Зорана, который так просто подставил меня, – Не могла же дробилка развалиться на части?
– Сломана шестерня. – вздохнул Зенка, – Я дал задание кузнецу, чтобы её сделали и привезли, но сколько времени пройдёт, пока её отольют, неизвестно.
– А запасных нет?
Зенка хмуро посмотрел на меня. Потом поднял бесцветные глаза вверх, вспоминая что-то, и произнёс:
– Шахта рушилась однажды. Вернее не сама шахта, а некоторые её ответвления. Завалило много людей и старую камнедробилку. Если её отыскать и снять от туда самую большую шестерню, то она бы подошла.
– Я поищу, если ты разрешишь мне. – предложил я, понимая что это единственный шанс сохранить свою жизнь, а в случае удачи – наладить хорошие отношения с тиуном.
– Довольно опасно в порушенной шахте лазать. – счёл нужным предупредить меня Зенка, – Там могут быть морталисы. Хотя мне то что? Ищи.
Я повернулся, чтобы идти, но Зенка окликнул меня:
– Держи табличку, чтобы тебя не задерживали. Вернёшь на обратном пути.
Получив разрешение на свободное перемещение, я почти без надежды на то, что сумею отыскать заброшенную камнедробилку, направился вниз. По пути разглядывал табличку из свинца размером с пол ладони, на которой было выдавлено лишь три слова: «Передвижение разрешено. Зенка». Таких табличек в ящике, что стоял рядом с Зенкой, было множество, и если я не смогу вернуть ему табличку, погибнув под завалами, потеря будет невелика.
В глубинные недра шахты вёл довольно крутой и продолжительный спуск. Факелов по пути почти не было, рудной породы тоже не заметил. Скорее всего, поэтому эта часть шахты была темна и пуста. Мне пришлось возвращаться, чтобы захватить с собой факел, ведь я совсем не горел желанием упасть в пропасть. Чем ниже я опускался, тем больше меня охватывало ощущение, будто я спускаюсь в желудок огромного, бездушного монстра, который проглотит и переварит всё, что попадёт внутрь. Представлял себе обречённость и подавленность узников, которые попали в это жуткое место. Такая каторга могла сломить кого угодно и я благодарил судьбу за то, что имею возможность видеть солнце и свободно передвигаться.
Достигнув очередного скального уступа, который был настолько узок, что идущим навстречу друг – другу людям с тележками сложно было бы разминуться, я подошёл к его краю и посмотрел вниз. Помост, делал два поворота, уходя под плиту, на которой я стоял. Хорошо были слышны удары множества кирок, и это означало что каторжане трудятся на самом дне шахты. Проходя мимо пяти боковых рукавов, я внимательно осматривал каждый из них. Все они были выработаны и заброшены, а один и вовсе оказался завален камнями. Я осмотрел завал, попробовав сдвинуть каждый валун, и с радостью обнаружил, что большой и с виду неподъёмный обломок, край которого был плотно прижат к стене пещеры, слегка качнулся под нажимом. Сдвинуть его стоило больших трудов, но когда глыба отвалилась наружу, я увидел проход внутрь. Согнувшись, или ползком, по нему можно было пройти дальше.
С опаской я полез в это отверстие, освещая путь факелом. Со всех сторон меня окружал камень. Он давил, грозил обрушиться, оставить навсегда лишённым света, ожидая длительной и мучительной смерти. Наконец я миновал место обвала и оказался в более просторном месте, где можно было выпрямиться в полный рост. Гнетущее ощущение, вопреки ожиданиям, не исчезло. Теперь к нему добавился страх оказаться замурованным в заброшенной части рудника. Пройдя вперёд шагов десять, я наткнулся на лестницу, которая вела вниз. Тут же послышалось угрожающее шипение, сухой стук и цоканье когтей по камню. Нечто, потревоженное светом факела, выражало недовольство моим появлением.
Подойдя к лестнице, я протянул руку как можно дальше вперёд, чтобы осветить максимально возможную область. То, что я увидел, едва не заставило меня бежать назад. Огромные, больше человеческого роста, насекомоподобные существа, с мощными челюстями – жвалами, как у жуков, ожидали меня у нижних ступеней лестницы. Их жуткие, не мигающие, чёрные глаза на сплющенном черепе, в которых, как на поверхности озера в безветренную погоду, отражался дрожащий свет факела, были обращены на меня. Морталисов было трое. Они ждали внизу, изредка делая попытки вскарабкаться по гладкой, отвесной стене. Их тонкие передние ноги больше походили на копья. Остальные четыре лапы были усажены множеством крючковатых наростов, позволявших морталисам зацепиться за любую неровную поверхность и взобраться по ней. На моё счастье ни трещин, ни выступов на стене не оказалось, а лестница была обломана почти у самого верха. Я заставил себя спокойно оглядеть пещеру, не обращая внимания на её жутких охранников, и разглядел камнедробительную машину, которую и искал.
Чтобы добраться до цели, нужно было как-то отвлечь, или убить морталисов, которые терпеливо ждали моего спуска к ним. Я придирчиво оглядел этих жутких тварей. Их тело защищал крепкий на вид покров. Конечно не везде. Можно было разить в сочленения. Поразмыслив, я убрал булаву и достал «Волкодава». С такого близкого расстояния промахнуться было немыслимо. Первая же стрела пробила броню и застряла в туловище морталиса. Из раны потекла жёлтая жидкость, но морталис лишь яростно скрёб когтями по стене, пытаясь добраться до обидчика. Сделав около двадцати выстрелов, я бросил затею попасть в голову: стрела шла под углом и просто соскакивала от мощного панциря, опоясывающего этот жизненно важный орган. Когда морталисы поняли, что по стене не влезть, они задвигались, оббегая всю пещеру в диком возбуждении, ища любую возможность забраться наверх. Раненый мною морталис тоже двигался так ловко, что даже один был способен порвать меня на части. Решение было очевидно и я направился назад. С облегчением выдохнув, едва оказался с другой стороны завала, я бодро побежал наверх и нашёл Зенку на том же месте, в такой же хмурой задумчивости.
– Эй, Зенка! – сияя предстал я перед ним, – Я нашёл старую шахту, где стоит камнедробилка. Давай достанем с неё шестерёнку.
– Ага. – скептически произнёс он, – Достанем из-под завала?
– Есть проход. – пояснил я, – Он достаточно широк для того, чтобы вытащить оттуда шестерню, но одному мне не справиться. Да и к тому же там морталисы. Если дашь в сопровождающие двух стражей, будет тебе шестерёнка.
– Вы его слышали? – оживился Зенка, обратившись к стражам, что недовольно косились в мою сторону, – Давайте вперёд, за ним!
Стражники стали нехотя подниматься. Я их понимал – одно дело сидеть у костра и жарить мясо на вертеле, бахвалясь своими подвигами, и совсем другое идти во тьму пещер, сражаться, получать ранения, а то и гибнуть. Судя по их хмурым взглядам меня ждали большие неприятности, поэтому я поспешно добавил:
– Морталисов всего трое и они не могут подняться наверх. Меня достать не смогли и поэтому я сейчас здесь. Я ранил одного из лука, но нужны арбалеты, чтобы их убить. Только и дела, что расстрелять сверху.
– Эх ты, трус! – заметно оживился один из стражей, – Морталисов испугался? Да мы их сотнями бивали. Покажи где, а потом отойди в сторону!
– Да-да! – поддержал второй, – Я этих тварей так ненавижу, что готов перебить всех до единой!
– Я иду с вами. – заявил Зенка, – Всё, что находится в этой шахте, принадлежит Бойдану и я, как его правая рука, должен проследить, чтобы ничего не пропало. Кроме того, надо оценить невыработанные запасы руды в той местности.
Стражи сразу приуныли, в то время как Зенка значительно повеселел. Я пошёл вперёд, показывая путь, и остановился перед завалом, в котором чернел проход, открытый мной. Сопровождавшие переглянулись.
– Жду вас здесь. – быстро передумал Зенка, – Ступайте. Принесите шестерёнку и всё ценное, что там найдёте.
Я постарался скрыть улыбку и едва удержался от того, чтобы не напомнить Зенке про его намерение разведать запасы руды. На моё счастье мне удалось сдержать язык за зубами. Я залез в проход и ободряюще помахал стражникам рукой. Стражники колебались, но Зенка стал прикрикивать на них, и тогда они с большой неохотой последовали за мной. Я слышал звук вынимаемых из ножен мечей, и лёгкий холодок прошёл у меня по спине. Прибавив в скорости, я выбрался из завала и, едва стражники появились, сказал:
– Мечи ни к чему, нужны арбалеты. Они внизу. Видите?
Стражники опасливо приблизились к лестнице, ведущей вниз, но мечи не убрали. Они кинули один факел вниз. Морталисы отпрянули, издав злобное шипение, но быстро сообразив, что большой угрозы от огня нет, снова возобновили попытки добраться до дерзких людей. Разобравшись, наконец, в ситуации, стражники расслабились и достали арбалеты. Взводя их методично, и прицельно стреляя, они оставили от морталисов лишь слегка подрагивающие тушки. Арбалетные болты легко пробивали броню морталисов под любым углом, и я подумал, что неплохо было бы обзавестись приличным арбалетом. Хотя в скорости он значительно уступал луку, но мощь была неоспорима. Возможно существовали луки со схожей мощью, но воспользоваться ими, в отличии от арбалета, я не смог бы. Стражники спустились вниз и добили морталисов ударами мечей, отсекая головы от туловища.
– Это необходимо? – поинтересовался я.
– Эти твари живучие. Лучше перестраховаться. – пояснил стражник.
Первым делом они стали обыскивать пещеру на предмет ценностей, а уже потом стали помогать мне разбирать огромный механизм, чтобы вытащить из неё большую шестерню. Она была настолько тяжела, что я не представлял каким образом мы сможем доставить её наверх. Но, как оказалось, стражи и не думали поднимать её. Они ограничились тем, что подкатили шестерню к обломанной лестнице, и использовав шестерёнку как ступень, взобрались наверх. Дожидаться меня не стали и я поспешил за ними.
– Ну что? – нетерпеливо спросил Зенка, едва мы выбрались из отверстия в главную шахту.
– Были морталисы, верно. – сообщил стражник, – Но мы их всех уничтожили.
– Да что мне твои морталисы?!
– Никаких ценностей не нашли. – быстро сообщил второй.
– Вы что, совсем идиоты?! – заорал взбешённый тиун.
– Шестерня внизу. – вклинился в разговор я, – Но нам её не поднять, слишком тяжёлая.
Зенка посмотрел на стражей. Те кивнули, подтверждая мои слова, и добавили:
– Нужно человек десять, блоки и верёвки.
– Тогда займитесь этим немедленно. – приказал он стражам, – Снимите с работы сколько нужно рабов и выдайте им всё необходимое. Шестерёнка должна быть установлена уже сегодня.
Настроение тиуна улучшалось на глазах, я же напротив стушевался и, не зная что делать дальше, потерянно стоял перед ним.
– Ждёшь награды, да? – наконец обратил он на меня своё внимание, и внезапно рассмеявшись, добавил, – Ты отличный парень и теперь я понимаю, почему послали тебя. Махать киркой может каждый дурень, а вот на большее способны немногие. Пошли, поднимемся наверх.
Зенка вручил мне ответное письмо для Бойдана и проводил почти до самого выхода, расхваливая моё везение и уверяя, что отныне он мой должник, и я могу обращаться к нему с любыми просьбами в любое время. Тогда я и решил воспользоваться его предложением, не откладывая в долгий ящик.
– У меня есть к тебе одна просьба.
– Что ж, – недовольно сжав губы и снова став раздражительным, ответил тиун, – какая?
– Я повздорил с Кривом, одним из стражников Бойдана. – поделился я своей неприятностью, – Он уже нанимал людей, чтобы убить меня. Ему это не удалось, как видишь, но если я вернусь в крепость, он не оставит своих попыток. Возможно, попытается убить лично. Ты можешь сделать так, чтобы стражник оставил меня в покое?
– Но ты обязан вернуться туда немедленно! – воскликнул Зенка, проигнорировав просьбу и подозрительно уставившись на меня, – Не вздумай удрать с письмом, слышишь?! Пожалуй, отправлю с тобой рудокопа, чтобы присмотрел.
– Я и не собирался. – досадливо ответил я, понимая что Зенка оказался пустобрёх, помощи от него мне не дождаться, и я снова нажил себе лишних хлопот, – Просто не хочу, чтобы меня убили.
– Никто тебя не убьёт, – раздражённо заявил Зенка, – по крайней мере сразу. Всё что тебе нужно, это отнести письмо Бойдану и рассказать ему о Криве. Ты помог мне наладить работу в шахте, и я уверен что, узнав об этом, Бойдан обеспечит тебя протекцией.
Перед тем как мне разрешили покинуть шахту, ко мне приставили наблюдателя, а один из стражников провёл тщательный досмотр. Убедившись, что я ничего не украл, он разрешил идти. Вот когда я обрадовался тому, что удержался от желания стянуть то, что плохо лежит, ведь вор здесь мог бы получить наказание в виде всё тех же каторжных работ, а этого я вынести бы не смог.
Не доходя из выхода из шахты, мы были ослеплены ярким светом солнца. Было раннее утро, но мой измученный организм, не спавший в эту ночь, бодрости не чувствовал. Уставший и сонный, я отправился в путь, надеясь, что по пути мне не встретятся опасные животные, потому что был не в состоянии отбиться даже от комара. Приставленный ко мне рудокоп словоохотливостью не отличался и держался чуть поодаль, что меня вполне устраивало. Выпытывать какое поручение дал ему Зенка нужды не было, всё было и без того ясно.
Под строгим присмотром, и сомнительной защитой, я был сопровождён до главных ворот крепости, которые мне удалось миновать без вопросов, но косые взгляды стражников ясно дали понять, что обо мне здесь не забыли. Какой-то тип при моём появлении поспешно скрылся. Возможно, это был Юзеф, я не успел рассмотреть. Далибора нигде не было видно и я, опасаясь появления Крива, поспешил на торговую площадь в поисках Зорана, поскольку не был уверен в том, что стражники не решаться убить меня на виду у всех. Мне сейчас требовалась любая поддержка со стороны ходоков. Зорана, к счастью, я заприметил у лавки Челка. Он уже закончил свои дела с торговцем оружием и шагал прочь, когда я нагнал его.
– Эй, Зоран! – окликнул я, – Я вернулся.
Зоран остановился, развернулся, посмотрел на меня будто в первый раз видит, а вспомнив, недовольно проворчал:
– Тебя только за смертью посылать. Невзор уже собрался шкуру с меня снимать.
– Возникли проблемы с тиуном, – ухмыльнулся я, еле сдержавшись от того, чтобы не высказать ходоку всё, что я о нём думаю, – пришлось решать, как голову не потерять.
– Вижу что смог. – утвердительно произнёс Зоран, – Вести то, хорошие?
– Вполне. – ответил я, – Я решил проблему с задержкой в поставке руды и Зенка дал письмо. Тебе отдать, или ты попросишь меня отнести?
Я достал из мешка письмо, запечатанное Зенкой и издевательски покрутил им перед носом Зорана.
– Давай сюда! – выхватил письмо Зоран, – Много возомнил о себе!
– Но я же могу рассчитывать на то, что ты порекомендуешь меня Бойдану? – с нажимом в голосе спросил я.
Зоран ничего не ответил, как-то странно посмотрел на меня и ушёл. Моя паранойя усилилась. Я почувствовал, что мне необходимо бежать от сюда, но считал, что сначала надо обсудить сложившуюся ситуацию со стражниками с Далибором. Возможно в его силах было помочь мне снова. Дойдя до хижины Далибора я, чтобы не привлекать внимание, не стал останавливаться на пороге и сразу зашёл внутрь. Ждать пришлось довольно долго. От нечего делать я облазил все углы и нашёл припрятанную под столом, а может и забытую там, тарелку, на которой лежал малость надкусанный, холодный кусок мяса. Хотя оно и было заветренно я съел его с большим аппетитом и уже подумывал завалиться на кровать, как заметил через окошко наставника, который входил через главные ворота, неся на плечах тушу какого то животного. Я широко улыбнулся, предчувствуя пиршество. Далибор, похоже, сильно устал, потому что первое время упорно отказывался замечать, что в его доме кто-то есть. Он положил тушу молодого оленя на разделочный стол и наконец зашёл в хижину за топором, который я услужливо протянул ему.
– Ах ты прохвост! – приветствовал он меня, – Где пропадал так долго? Впрочем, расскажешь за работой, а то протягивает он мне тут…
Несмотря на недовольный тон, я понял, что Далибор рад видеть меня.
– Ходили слухи, что тебя убили. – сказал он, присаживаясь на скамейку и наблюдая за тем, как я разделываю тушу.
Я подробно пересказал ему свои приключения, стараясь не пропустить ни одной важной детали и к тому моменту, как закончил с разделкой, Далибор узнал всё в подробностях.
– Что ж, неплохо. – прокомментировал он, – Стычки интересов здесь в порядке вещей. Ты ведь не сверкающий далеон, чтобы всем нравиться. Зато ты обзавёлся новым оружием, заводишь нужные знакомства и не даёшь вытирать о себя ноги.
– Надеюсь не будет наглостью претендовать на участие в роскошном ужине, который ты тут устраиваешь? – хитро сощурившись спросил я.
– Конечно нет. – похлопал он меня по плечу, – Только готовишь ты.
Далибор скрылся в хижине и вернулся от туда с хлебом, приправами и двумя чёрными бутылками в руках.
– Мне нужен твой совет. – принимая, приправы для мяса, перешёл я наконец к вопросу, тревожившему меня.
– Нет ничего дешевле совета, – кивнул мне Далибор, – но ничто и не обходится дороже, чем совет некомпетентного человека. Рассказывай и будем надеяться, что моего жизненного опыта хватит на то, чтобы дать тебе дельный совет.
– Я обещал одному могущественному человеку передать амулет лично Бойдану. Если я не выполню эту задачу меня ждёт смерть. Время идёт, а я не слишком продвинулся к тому, чтобы стать ходоком, как ты. Может быть есть иной способ попасть к Бойдану?
– Быть может. – философски ответил Далибор, – Всё может быть. Но что это за могущественный человек?
Я рассказал Далибору про то, как меня подставили, про вмешательство самого Руцкаря, про подслушанный разговор ратников, и про освобождение меня Казимиром. Далибор слушал не перебивая, и его правая бровь изгибалась всё удивлённее и удивлённее.
– Тебя втянули в какую-то очень не простую игру. – произнёс он, с сожалением посмотрев на меня когда я закончил, – На твоём месте я бы больше никому не распространялся о твоих сомнительных могущественных знакомствах, а также не тешил бы себя иллюзиями, что сможешь использовать эти связи в своих интересах. Ты должен, во что бы то ни стало, выполнить поручение гласа Смерти, чтобы сохранить себе жизнь, и как можно скорее постараться выйти из этой игры.
– Настолько все серьёзно? – ужаснулся я.
– Думаю, ты даже представить себе этого не можешь. – кивнул мой наставник, – Это очень большие люди. Они наступят на тебя, раздавят и вытрут подошву, точно так, как если бы ты случайно наступил на таракана. А ведь таракан тоже может думать, что его отправили куда-то по очень важному делу.
– Хорошо. – приуныл я, невольно сравнив себя с тараканом, – Но что же мне делать?
– Люди Дариона свободно перемещаются везде. – улыбнулся мне Далибор, – Станешь одним из них, получишь свободу перемещения, и сможешь попасть на приём к Бойдану, без всяких дурацких заданий. Любогост, мой друг в тамошнем поселении, поможет тебе адаптироваться. К тому же, по твоим словам, глас Смерти тоже хотел, чтобы ты присоединился к Прозревшим.
– Верно. Это отличное решение! – обрадовался я, – Но почему Прозревшим позволяют свободно перемещаться?
– Дарион очень мудрый человек. – ответил Далибор, – Он нашёл то, что интересно всем, и открыл своё поселение всем желающим. Его и его людей считают чудаковатыми, ведь за все время своего правления Дарион ни разу не выказал желания завладеть рудниками, или какими-либо другими богатствами. Ни разу не проводил агрессивную политику. Он преследует свои цели, находящиеся вне привычного понимания. Фактически занимая изначально зависимое положение от бояр, Дарион добился того, что сам стал уважаемым человеком с не меньшей, а то и с большей властью. Его люди процветают, а его жрецы, выходцы из простого народа, получили мощь сил, не уступающую силам гласов Мира и Жизни.
– И всё же, – спросил я, нарезая прутики для обжарки мяса, – наверное есть что-то ещё?
– Ты проницателен. – рассмеялся Далибор, – Помимо ранее сказанного, я обещал передать приправы Любогосту, но у меня никак не находиться свободного времени. Постоянные заказы на шкуры.
– А.а.а… – разочарованно протянул я.
– Шучу. – Далибор вдруг стал серьёзным, – Всё дело в том, что наш кровопийца Бойдан хочет получить контроль над поставками курительной смеси, а заодно и прибрать к рукам силы жрецов Прозревших, полностью уничтожив их, а остальных их людей отправить на свои рудники. Он хочет править всеми землями. Крепость Тверда падёт, если люди Бойдана обретут способности жрецов, поскольку гласы Мира, скорее всего, постараются держать нейтралитет. Бойдан тоже хочет знать сильные и слабые стороны Прозревших, и он поручил это задание мне вчера.
– Не может быть! – воскликнул я.
– Может. – хмуро ответил Далибор, – Как видишь, у Бойдана и у твоего тёмного знакомого схожие запросы. Я не знаю точно в чём дело, но чувствую, что Казимир тоже нацелился прибрать к рукам источник силы Дариона.
– Да зачем ему ещё силы? – удивился я, – Ты его не видел, а я видел. Пожалуй сильнее его никого и нет.
– Как же плохо ты знаешь людей! – рассмеялся Далибор, – Что может быть лучше власти? Власть абсолютная! Тот, кто её хоть раз ощутил, будет делать всё для того, чтобы стать ещё могущественнее.
– Допустим. – не стал спорить я, – Но разве ты не можешь узнать у Любогоста про их этот источник силы?
– Любогост всего мне не расскажет. – хмыкнул Далибор откупоривая бутылки, – Прозревшие свои секреты хранят надёжно, а если пробыл там долго…
Далибор пригубил бутылку и снова расплылся в довольной улыбке:
– Великолепное вино!
– То есть ты хочешь, чтобы я помог тебе с поручением? Ты хочешь помочь Бойдану захватить секреты Прозревших и сделать из них рабов? – уточнил я, расставляя насаженные на прутья куски мяса над огнём и добавляя специи, – Я что-то не понимаю. Ты же вроде не жалуешь Бойдана?
– Конечно же я не хочу быть причастным к массовым убийствам. – вздохнул Далибор, – Прося тебя об этом я поступаю низко, но что-то мне подсказывает, что именно ты сможешь найти правильное решение там, где все остальные оступятся. И хотя с просьбой пришёл ко мне ты, сейчас я прошу тебя спасти мою шкуру. Бойдан не терпит отказов. Если ты узнаешь их тайну, или хотя бы сможешь украсть рецепт эликсиров у Оргала, что потребовал от тебя Кажен, то у меня появится шанс выйти сухим из воды. Я понимаю, что это предельно опасно, и если ты не хочешь…
– Я сделаю. – пообещал я, – Ты ведь единственный мой друг. Но и ты пообещай, что сделаешь всё для того, чтобы Бойдан не устроил кровавую резню.
– Ты юн и неопытен. – улыбнулся Далибор, – А я знаю что могу обещать только то, на что могу повлиять лично. Поэтому я обещаю не передавать Бойдану информацию в таком ключе, которая могла бы дать ему преимущество.
– Этого вполне достаточно. – улыбнулся я, – А разве ты сам не хотел бы проникнуть в тайны Прозревших?
– Конечно нет. – хлопнул себя по колену Далибор, – Меня там каждая собака знает. Что я смогу сделать? Но мне тоже, не скрою, до смерти интересно, каким образом ещё вчера обычные люди, в кротчайшие сроки овладевают силами! Обычно гласам требуются долгие годы, чтобы добиться хоть каких-то результатов, и лишь после осознания, как мне сказали, мощь будет усиливаться более интенсивно.
– Вот оно что! А Любогост вообще ничего не рассказывал тебе об этом?
– Любогост хороший воин и охранник. Вернее наставник новичкам, прям как я здесь для тебя. В познании сил он не добился почти ничего.
Мясо над угольями стало заметно подрумяниваться. От него потекли одуряющие ароматы. Я уже трижды сглотнул слюну. Многие стражники, ведомые запахами, появлялись перед нами, но ловя суровый взгляд Далибора, ретировались. Наконец показался Крив. Он вразвалочку подошёл к нам, небрежно кивнул Далибору, и вызывающе уставился на меня.
– Что, цыплёнок вернулся под крылышко? – обратился ко мне десятник, – Идём. Нам нужно кое о чём потолковать с тобой наедине.
Я дёрнулся было в его сторону, но Далибор положил мне руку на плечо.
– Никуда он с тобой не пойдёт. – произнёс мой наставник, – Хочешь общаться, говори здесь.
– Ну конечно, конечно! – стал издеваться Крив, – Папочка защищает своего птенчика. К сожалению тебя, Далибор, это не касается.
– Так ты идёшь, трус?! – бросил он мне.
– Слушай ты, паршивая крыса! – опередил мой ответ Далибор, – Или ты немедленно убираешься с глаз, или, клянусь, я буду биться с тобой, и успокою тебя навечно!
Я даже не успел заметить, как в руках Далибора оказался обнаженный клинок, который недвусмысленно угрожал здоровью Крива. Десятник счёл за лучшее убраться восвояси, но уходя, снова обратился ко мне:
– Не думай, что легко отделался, сосунок. Я понял, что ты не мужчина, раз избегаешь прямого вызова. Когда в тебе появиться хоть капля мужества, приходи ко мне. Разговор наш не завершён.
Боя не случилось, но Крив здорово испортил мне настроение. Кроме того я переживал, что Далибор тоже может подумать, что я струсил.
– Далибор, – обратился я к нему, – я благодарю тебя за то, что ты заступился за меня, но я думаю, что и сам могу поставить Крива на место.
– Да о чём ты вообще думаешь?! – возмутился Далибор, – Ещё раз говорю тебе, забудь о конфликте с Кривом. Сколько ты ещё встретишь таких псов, что тявкают что ни попадя? Со всеми будешь лаяться?
– Но…
– Ты не готов биться с Кривом и точка. У тебя нет ни доспехов, ни опыта. Будешь действовать, когда я тебе это разрешу. Ты мне нужен живой, что мне пользы от покойника?
– Но ты подготовишь меня и разрешишь действовать? – не унимался я.
– Уже этим занимаюсь. – буркнул Далибор. – Сегодня отдых. Завтра, с раннего утра, найдёшь поединщика от Прозревших, Синаха. Он лысый и весь в татуировках.
– Да, видел его. – подтвердил я.
– Попросишь его отвести тебя к ним в поселение. Он выиграл бой у Захара, сейчас в хорошем настроении, и потому отказать тебе не должен.
– Но почему я сам не могу отправиться к ним?
– Дойти до болот для тебя будет тем ещё испытанием. Никогда не отказывайся от помощи, от дельного совета и не перечь знающим.
Мясо дожарилось как раз вовремя. Свет быстро терял свою силу, и на небе начали проступать звёзды. В потёмках я готовить не любил – не видно хорошо ли прожариваются куски, да и подгореть могло, не заметишь. Дневной шум затихал, уступая место далёкому стрекоту сверчков. Я сел на лавку рядом с моим учителем, подал прут с мясом, а взамен получил бутыль с вином. Ели молча, каждый погружённый в свои думы. Я мысленно перебирал все события, приключившиеся со мной с того момента, как я посетил злополучную таверну. Из головы не шёл смех, издёвка кого-то, кто убил моих друзей и подставил меня. Я мучительно и безуспешно искал ответ на вопрос, почему всё это случилось со мной? После обсуждения ситуации с Далибором, я укрепился в мысли, что глас Смерти Казимир может дать ответы на все вопросы, но сначала следовало выполнить его задания. И пусть сейчас я делал всё по наитию, балансируя на грани провала, но благодаря Далибору и людям подобным ему, я набирался сил, опыта, умения, и вера в то, что я смогу добиться успеха, росла с каждым днём.
РАСКРЫТИЕ СИЛ
Далибор поднял меня ни свет ни заря, и всё бы ничего, если бы я не видел, что он собирается после моего ухода лечь спать дальше. Меня пробирала такая зависть, что я чуть не заскулил от досады. Мне совсем не хотелось перетаскивать куда-либо свои кости, ещё недавно находившиеся в таком блаженном покое. Утешил себя тем, что позавтракал холодной, но от этого не менее вкусной олениной, и запил завтрак водой. Сделав короткую и нехитрую зарядку, позволившую мне приободриться, я собрал свои вещи и вышел из дома в прохладное утро. Походный мешок приятно отягощал спину запасами провизии, которой я набрал в путь без всякого стеснения. Поразмыслив с минуту над тем, где я могу найти Синаха, я решил начать с арены, и уже во втором доме, справа от входа на арену нашёл поединщика. Именно его я видел раскуривающего дурман на торговой площади, в первый день моего появления во внутреннем кольце крепости.
– Доброе утро! – приветствовал я, увидев, что он сидит на коленях и медитирует перед грубо вырезанной деревянной фигурой, – Что, не спится?
Синах медленно кивнул, и выходя из транса ответил:
– Ты нарушаешь моё общение с Данталом. Обратись ко мне позже.
– Так выглядит Дантал? – стало интересно мне, и я бесцеремонно взял небольшую фигурку в руки, чтобы рассмотреть получше. Фигурка показалась мне подозрительной. Вроде бы вполне себе человек, с красивыми, точёными чертами лица, идеальной, атлетической фигурой, но за спиной явно вырисовывались крылья, а пальцы рук выглядели удлинённо из-за длинных ногтей, больше похожих на когти, чем на ногти обычного человека.
– Он выглядит очень странно. – заметил я, проигнорировав неприязненный взгляд Синаха, – О чём ты просишь его?
– Я молю Дантала, чтобы он помог мне во исполнение воли Дариона, и я смог бы найти новых Прозревших.
– Тогда Дантал тебе помог. – улыбнулся я, – Я хочу присоединиться к вашему поселению.
– А почему ты этого хочешь? – недоверчиво спросил меня Синах, забирая свою драгоценную фигурку и бережно укладывая её в кусок ткани.
– Здесь меня хотят убить, потому что я не разделяю взгляды стражников. Кроме того, я хочу знаний и приложу все усилия, чтобы их получить.
– Человек с целью… это так необычно для здешних мест. Истинно! – просиял он, – Сила Дантала велика! Теперь я верю, что Дантал направил тебя ко мне, ведь наши жрецы тоже говорят о свободе, которую мы скоро приобретём через Дантала! Не будем терять времени, брат. Идём скорее!
Стражники, охранявшие главный вход, вертели рычаги, поднимая огромные ворота, которые всегда закрывались на ночь.
– Куда это вы собрались? – зевая во весь рот спросил стражник, когда мы подошли к нему.
– На охоту. Куда же ещё? – бросил я ему не останавливаясь.
Стражник хотел спать, и не сумев задать второй вопрос снова зазевал. Он лишь махнул нам вслед рукой, поленившись расспрашивать. Его смена запаздывала, а после ночного бдения ему было не до того, чтобы рьяно нести свои обязанности. Я мысленно поздравил себя с удачей и посчитал это хорошим предзнаменованием.
Между тем, Синах, желая быстрее привести меня в своё родное болото, ускорял и ускорял шаг, пока не перешёл на бег. Не имея ничего против, я пристроился чуть позади и с удовольствием стал обозревать окрестности на бегу.
Мы миновали деревянный мост через реку и я уже было с ужасом подумал, что мой проводник поведёт нас в глухую чащу леса, которая сплошной стеной встала перед нами, но Синах повернул направо и побежал вдоль берега, где всё хорошо просматривалось наперёд. Внезапно из лесу вылетел огромный шершень, и стал кружить по берегу реки, преграждая нам путь. Мой спутник, не сбавляя темп, достал топорик и направился к опасному насекомому. Я предусмотрительно остановился поодаль. Синах подбежал к шершню, пока тот не успел обратить на него внимания, быстро нанёс два удара и отбежал в сторону. Удары были не сильные и я подумал, что он только зря разозлил крылатое насекомое, но с удивлением заметил что шершень, который собрался атаковать наглеца, вдруг забился в конвульсиях и рухнул на землю, где Синах без спешки отсек ему голову.
– Как ты это сделал? – удивился я, и подошёл к проводнику, который распорол шершню брюхо, и осторожно отделял два пузыря с какой-то прозрачной жидкостью внутри. Синах, недовольный моим вопросом, сначала хотел отмолчаться, что было видно по его лицу, но мгновение спустя передумал и ответил:
– Это мой секрет, да ведь ты всё равно будешь допытываться?
– Верно. – улыбнулся я, – Буду допытываться, ещё как!
– Хорошо. – сжал он губы, – Возможно, если я поделюсь с тобой тайной, Дантал простит мне мои прегрешения. Употреби это знание на пользу, но не болтай лишнего, потому что даже Прозревшие не знают об этом.
– Обещаю использовать полученные знания только во благо Прозревших! – торжественно поклялся я, – И ни с кем не делиться тайной.
– Обнаружил я это случайно, – стал рассказывать Синах, – когда, впервые вышел на охоту за шершнями и, с большим трудом победив одного, сидел и разделывал его. Было интересно посмотреть, что у этой твари внутри. Но действовал тогда это очень неумело, и надавив сильнее, чем следовало, случайно распорол пузырь. Яд весь вытек, но также вытекла ещё какая-то чёрная, липкая жидкость, что замарала мне топор. Внезапно я подвергся атаке ещё двух шершней. Защищаясь, я нанёс им пустяковые ранения, от которых эти твари мгновенно погибли.
Синах пихнул останки насекомого ногой.
– У меня в голове сразу же мелькнула догадка, и я не замедлил её проверить. Результат получился превосходный. С тех пор я лучший истребитель шершней во всей округе.
– То есть, – уточнил я, – яд шершня почти мгновенно убивает самого шершня?
– Это не совсем яд. – Синах поморщился, – Тот яд, который опасен для людей, он прозрачный, но для шершня абсолютно безвреден. А это какая-то другая субстанция. Вот смотри.
Отделив пузыри с ядом, он показал мне две узенькие тёмные полоски под ними. Вернее плоскими они только казались. Внутри полосок находилось малое количество чёрной жидкости, смертельной для своих хозяев.
– Возьми себе одну полоску. – предложил Синах, – На болоте полно шершней, а тебя наверняка направят туда на работы. С имеющимся теперь у тебя знанием, ты сможешь принести большую пользу Прозревшим.
– Очень щедро с твоей стороны, – поблагодарил я поединщика, – но всё-таки, в чём кроется истинная причина того, что ты решил поделиться этим со мной?
