– Ты что умираешь?
Мое сердце сжимается, но лицо остается непроницаемым.
– Да. – признаюсь. – И ты тоже когда-нибудь умрешь. Мы все обречены так или иначе.
Сестра фыркает, и я отпускаю ее руки, надеясь, что она не замечает дрожи в моих ладонях.
– Ладно. – поправляет она корсет. – Ты готова к сегодняшней оргии?
– Эвива. – неодобрительно качаю головой.
Она громко смеется и направляется к двери.
– А что, все вполне может закончится оргией.
Сестра выходит на улицу через парадный вход, куда вот-вот должны прибыть первые гости. Как члены принимающей семьи, мы обязаны приветствовать каждого.
Я немного задерживаюсь на лестнице возле портрета мамы. Только сейчас замечаю невероятное сходство между ней и Эви. Те же густые черные волосы, голубые глаза и острые черты лица.
Если подумать, мама, как и Эви, не отличалась покорностью.
– Ей никогда не нравился этот портрет. – раздается голос снизу.
Кора стоит у подножья ступенек. На ней красивая красная блузка с длинными рукавами и брюки. Я выдыхаю с облегчением. Значит, сегодня я не единственная дама в штанах. Вот только в отличии от меня, на ее бедрах висит ремень с клинком.
– Правда?
Кора медленно поднимается по ступенькам и встает рядом со мной.
– Да, она всегда говорила, что в жизни она намного красивее.
От этих слов на моих губах появляется слабая улыбка.
Да, они с Эви определенно похожи.
Рядом с мамой висел наш общий семейный портрет. На нем мы с сестрами еще подростки.
– Валери копия отца. – вслух произношу я.
– Волевая, упрямая, несгибаемая. – добавляет Кора. – А ты очень похожа на бабушку Элоизу.
Мой взгляд поднимается выше, где располагается ее портрет. Светлые, как у меня волосы, мягкие черты лица и теплая улыбка. Не помню, когда я в последний раз так искренне улыбалась.
Глаза скользят дальше к портрету тети Кассандры, и мурашки проносятся вдоль позвоночника. Хватает одного взгляда, чтобы понять – она не была Манро. Они с отцом выросли вместе, он всегда называл ее сестрой, а мы тетей. Вот только я всегда в детстве бежала в другой конец коридора, когда сталкивалась с ней. Уже и не помню почему…
Голос Коры вырывает меня из воспоминаний.
– Ты нужна сестре.
Я усмехаюсь.
– Ей никто не нужен.
– Правда. Но тебе все равно стоит поторопиться. – кивает на дверь.
Я еще раз проверяю свою стену и спускаюсь вниз.
Холод тут же пронзает насквозь, стоит выйти на улицу. Шепнув заклинание, я немного согреваюсь.
Эви стоит как ни в чем не бывало. Огоньки у нас над головами отбрасывают теплый свет, освещая крыльцо, ступеньки и небольшую полянку перед поместьем. Я оказалась там сегодня утром, а кажется, будто прошла целая вечность.
– Знаешь, что? – шепотом произношу я.
– Что?
Киваю на поляну.
– Там столько грязи на этой поляне.
Эви смотрит на меня, потом на поляну, и тут же взрывается смехом.
– Боже, надеюсь Бэлфоры измажутся в ней по уши.
Как только она заканчивает это предложение, на поляне открывается портал. Еще через секунду появляется семья Макклауд. Пять младших сестер Евы, две тети и дядя. Их имена мне в жизни не запомнить. Ее отца не было. Видимо, Элайза посчитала, что ему здесь будет небезопасно. В конце концов он просто человек.
Пока они все нарядные, в парадных платьях и костюмах поднимались по ступенькам, одна из женщин с помощью заклинания приводит обувь всей своей семьи в порядок.
Эви приветствует всех теплой улыбкой. Но кажется их больше волнует моя персона. Взрослые заметно напрягаются, даже некоторые из сестер. Барьеры у всех слабенькие. Мне удается перехватить недоверие и что-то еще. Трудно определить, учитывая, что они стоят толпой.
– Привет, Эвива! – радостно улыбается самая младшая из сестер Евы. Кажется, ей не больше тринадцати.
– И тебе привет, Кэролайн. – Эви пожимает протянутую ручку, затем поднимает глаза на взрослых. – Добро пожаловать, прошу. – указывает рукой на дверь, и та открывается. – Отец уже ожидает вас в зале.
Вся семья холодно кивает в ответ и скрывается внутри.
Улыбка слетает с лица сестры, как только мы снова остаемся наедине.
– Глупые. – неодобрительно качает она головой, смахивая невидимую пылинку с юбки. – Забрали Кэролайн, когда она только только научилась защищать себя.
– Почему?
– Они боятся. – пожимает плечами. – Мы слишком близко к границе.
– И тем не менее они притащили ее сюда.
– Я же говорю, глупые. Хотя уверена, Кэролайн вынесла им мозги, прежде чем они пустили ее сюда.
Я задумалась.
Элайза знает о видениях Евы. Она и сама ясновидящая, только в отличии от дочери, видит прошлое. Если бы она решила, что сегодня кому-то из ее детей грозит реальная опасность, их бы здесь не было. Всех, включая Еву.
Переменные.
Ева говорила, что в сегодняшнем вечере слишком много переменных.
Они должны быть здесь.
Мы все должны.
Чтобы это ни значило.
Через пару минут прибывают еще три ведьмы, не из нашей семьи, но обладающие даром стихий и принадлежавшие ковену, как и Кора.
Все, кроме одной, в вечерних платьях.
Справа стоит Иона в легком синем платье без рукавов. Волосы она отстригла еще короче, под мальчика. Но они все так же неизменно остаются синими. Правую руку обвивает серебряный браслет, напоминающий струю воды. Да и сама Иона обладает водным даром.
Рядом с ней поправляет платье Катрина. Ее длинные каштановые волосы доходят до талии. А смуглую кожу подчеркивает короткое изумрудное платье. Она управляет землей.
И слева, выкрикивая ругательства, стоит Бренда. Ее многочисленные светлые кудряшки бросает в разные стороны на ветру. Край алых шелковых брюк утопает в грязи.
– Эвива! Мать твою! – рычит она.
Сестра корчит гримасу, едва сдерживая смех.
– Что? Я не управляю погодой! – разводит она руками.
Длинные ресницы Бренды вспыхивают языками пламени.
Иона и Катрина поднимаются к нам, на ходу заклинаниями очищая свои босоножки.
– Она сегодня не в духе. – шепчет Иона, крепко обнимая сначала Эви, затем меня.
– Кажется, Зак, снова ушел в загул. – тихо добавляет Катрина, приветствуя нас.
– Я все слышу! – рычит Бренда, не двигаясь с места.
Иона бормочет нам что-то похожее на «удачи», и они вместе с Катриной скрываются за стенами поместья.
Бренда все еще стоит в грязи, раздумывая над чем-то. Только сейчас я обращаю внимание на то, что ее топ, того же цвета, что и брюки оголяет полоску живота. По правой руке тянется рукав, заканчиваясь блестящей золотой оборкой, а левая рука оголена. Именно ее она сейчас сжимает в кулак.
– Так и будешь стоять в грязи? – кричит ей Эви. – Или за годы отношений с Заком ты уже к ней привыкла?
Губы Бренды растягиваются в невероятно широкую ухмылку, она кивает и вдруг наклоняется, зачерпывает левой рукой грязь.
– Вот черт. – тихо ругается Эви, но бежать не пытается.
Бренда уверенным шагом поднимается по ступенькам, оставляя целый шлейф грязи после себя, и встает перед нами. Сестра корчит умоляющую мордашку, но Бренда непреклонна. Не думая ни секунды, она вываливает грязь на плечо Эви и хлопает по нему.
– Я так рада тебя видеть, моя дорогая подружка-потаскушка.
Из Эви вырывается какой-то непонятный стон, губы сжимаются в тонкую линию.
– А как я рада тебя видеть, Бренда. – склоняет голову набок – Как поживает Зак?
На кончиках пальцев Бренды вспыхивает огонь, когда она отнимает руку. Шепнув заклинание, стирает все следы грязи с себя.
– А как твоя золотая клетка? – парирует ведьма. – Не жмет?
Они обе молча буравят друг друга взглядом, а затем вдруг одновременно начинают смеяться. Я бормочу заклинание, и грязь с плеча сестры испаряется крупицами серебра.
– Сучка. – бросает Эви, обнимая подругу.
– Похотливая стерва. – отвечает та в ответ.
Оторвавшись от сестры, Бренда переключает свое внимание на меня.
– Камилла! – хмурится она. – Ты так похудела.
Эви кашляет, посылая ей многозначительный взгляд, и Бренда тут же прикусывает язык.
– Но это даже к лучшему. Правда. – продолжает она. – Раньше я завидовала твоим упругим сиськам и заднице…
Еще один кашель.
– Ой, да брось. – отмахивается ведьма.
Ее барьер, как и барьеры Ионы и Катрины прочный. Я чуть ли не выдыхаю с облегчением. Не хотелось бы мне испытать всю эмоциональную мощь этой девушки.
– Иди уже. – цедит сестра, но Бренда пропускает ее слова мимо ушей.
– Мой неистовый братец прибыл еще час назад. – говорит она. – И точно где-то заблудился. Дайте знать, если найдете его раньше меня. Я почти уверена, что в данный момент он трахает какую-то бедолагу.
– У Лиама вкус намного лучше твоего. – усмехается Эви. – Уверена, девушка не против.
– Я тоже уверена, что она не против. – взмахивает своими кудряшками Бренда. – Но я пообещала матери, что сегодня его член останется в штанах.
Семьи Бренды, Ионы и Катрины в данный момент находятся в Аргосе и входят в состав небольшой армии, которую наш отец выделил для защиты людей.
Если девушки сейчас здесь, значит, отцу требовалась поддержка. Ведь наша семья осталась в меньшинстве.
Еще одна переменная, о которой я не знала.
– Не переживай, я проконтролирую член твоего брата. – гордо заявляет Эвива.
Бренда качает головой.
– Этого я и боюсь.
На этих словах ведьма наконец-то скрывается внутри.
– Я скучала по ней. – сухо бормочу я.
– Нееет. – протягивает сестра, широко улыбнувшись. – Не скучала.
– Ты права. – расправляю плечи. – Совсем не скучала.
Мы бросаем друг другу понимающие взгляды, а через пару мгновений портал открывается снова. Напряжение тут же пронзает воздух и зависает над нами.
Оливия, Софи и Дина Бэлфор прибыли со своей матерью Айлин. Все как одна в дорогущих элегантных платьях, сшитых, я уверена, специально на заказ. У всех иссиня-черные волосы – отличительная черта Бэлфоров. Гордо вскинув головы, они делают вид, будто совсем не замечают грязи под ногами. Вот только младшая, Дина невольно корчит гримасу отвращения. Хотя я не уверена, что именно является причиной – грязь или мы.
– Она как гребанная принцесса. – шепчет мне Эви, и я сразу понимаю, о ком она.
Оливия Бэлфор сегодня в розовом платье с открытыми плечами и высоким разрезом на бедре. Если бы не ее холодный высокомерный взгляд. Она бы и впрямь сошла за принцессу.
Вся семейка молча поднимается по ступенькам. Айлин недовольно чистит платья магией. Ни одна из ведьм не смотрит на меня, но вот на Эви…От того, каким презрением они ее одаривают, внутри меня вспыхивает нечто. Отвращение в их взглядах отдается чем-то темным. И это что-то просачивается сквозь стену изнутри, слегка царапает ее. Чувствую как мои кулаки непроизвольно сжимаются.
Эви приоткрывает рот, чтобы поприветствовать гостей согласно этикету и традициям, но кажется эти пятеро плевать хотели на весь этикет и традиции. Мое тело движется быстрее, чем мозг успевает сообразить – я перекрываю им проход и закрываю собой дверь.
– Добро пожаловать. – мои губы складываются в холодную улыбку.
Секундное замешательство на их лицах дает ясно и четко понять – от меня такого не ждали. И раньше я бы и правда не стала вмешиваться. Конфликты не мое, потому что там всегда слишком много эмоций. Но сейчас все иначе. Сейчас мне плевать на возможный конфликт между семьями. Плевать на последствия. Потому что смерть близко как никогда раньше. И если я собираюсь стать хорошей сестрой, сейчас самое время.
Эвива удивленно вскидывает брови. Что значит – я все делаю правильно.
– Уйди с дороги. – небрежно бросает Оливия, будто я лишь мошка на ее пути.
Нечто ударяет изнутри по моему барьеру, и только сейчас до меня доходит, что это.
Злость.
Убираю сжатые в кулаки руки за спину и смеряю каждую из сестер оценивающим взглядом. Когда останавливаюсь на Айлин, напряжение буквально скользит по коже.
– Очевидно ваши дочери ничего не слышали о манерах и этикете. Но думаю вамтохорошо известно, что прежде чем войти в дом приглашающей стороны, стоит поздороваться. – склоняю голову набок. – Мы же не хотим, чтобы особняк счел ваше поведение оскорбительным, верно?
Знаю, поместье без проблем пропустит их из-за приглашения отца. Но им же это не известно. Каждый ведьменский дом – отдельный организм со своими особенностями.
Губы Айлин складываются в подобие улыбки.
– Прошу прощения, Камилла. – цедит она сквозь зубы. – Приветствую и спасибо за приглашение.
Я отвечаю ей кивком, но с места не двигаюсь. И тогда она мягко толкает Дину, та бормочет слабое приветствие. Следом за ней Софи. Оливия закатывает глаза.
– Оливия, поприветствуй мою сестру. – с улыбкой произношу я. Ее челюсти сжимаются вместе с кулаками, а на языке так и вертится очередное оскорбление. – Ты же не хочешь весь вечер проторчать на холоде.
Из всех сестер Оливия Бэлфор ближе всего к своему брату Нолану. Они напоминают двух гиен, которым все всегда сходит с рук. Даже сейчас, я уверена, ей ничего не стоит устроить сцену.
– Оливия. – с легкой угрозой в голосе шипит ее мать. И только тогда та разворачивается к моей сестре.
– Спасибо за приглашение, Эвива. Надеюсь, этот вечер станет для тебя незабываемым.
Эви требуется пара секунд, чтобы прийти в себя, она с гордостью вскидывает голову и одаривает Оливию вежливой улыбкой.
– Это честь для нас принимать у себя таких выдающихся ведьм. – отчеканивает сестра. – Кстати, прелестное платье. Хорошо сочетается с твоей бледной кожей. Я бы даже сказала, сливается. Идеальное попадание.
Оливия холодно смеется и делает шаг в сторону Эви.
– Увидимся внутри. – протягивает она с ядовитой ухмылкой на лице.
– Жду не дождусь. – выглянув из-за ее спины, сестра обращается к остальным ведьмам. – Приятного вечера.
Я отхожу в сторону, и Эви распахивает перед ними двери.
Сердце бешено колотится в груди, но стена вроде как на месте. Откуда вообще взялась эта эмоция? Злость? Уже много лет мне едва ли удаются даже базовые эмоции. Что изменилось? Все дело в том, что я вернулась в мир, полный эмоций? Или в том, что после войны я сама изменилась? А может знание, что совсем скоро меня не станет запустило какие-то процессы? Не знаю.
Мне требуется время, чтобы подавить эмоции, унять дрожь в коленках. Делаю глубокий вдох и подхожу к сестре.
– Что это, мать твою, сейчас было? – с ликованием в голосе спрашивает она.
В висках пульсирует. Перед глазами вспыхивают звезды.
– Просто…напомнила им о правилах.
Эви хмурится.
– Ты в порядке?
– Да…это все…из-за голода. – бормочу, все еще пытаясь прийти в себя. – Я весь день толком ничего не ела.
Заклинание тепла резко испаряется, и я всем телом вздрагиваю от порыва ледяного ветра.
– Так не пойдет, тебе срочно нужно что-то съесть. – берет меня за локоть. – Иди внутрь. Остались Локхарты. Я и без тебя справлюсь.
– Нет…я…
Мне не удается закончить, портал перед поместьем снова открывается. Эви бросает ругательства, закрывая меня собой, и шепчет заклинание. Тепло снова возвращается в кости. И только тогда сестра отходит в сторону и становится рядом со мной.
Я стискиваю кулаки и выпрямляюсь, высоко вскинув голову.
Ангус Локхарт, его младший брат Марк, две близняшки-сестры Элоиза и Леонор во главе с Эрин Локхарт уже поднимаются по ступенькам.
5
Ангус широко улыбается нам обеим, а затем, господи боже, берет мою руку и прикладывает к своим влажным тонким губам. Я чудом не отдергиваю ее.
Вся семья напоминает змей. Скользких и мерзких. Бледные, худые лица с острыми чертами. Тонкие конечности и серебристые волосы.
На близняшках странные белые одинаковые платья с рюшами, словно из другой эпохи. Они всегда держатся за руки, будто бы жить одна без другой не могут. И кажется, даже не моргают, точно куклы.
Остальные члены семьи как обычно в черном. И к моему ужасу, сейчас я и правда похожа на одну из них.
Марк – единственный, кто выделяется на фоне этой жуткой семейки. На его щеках румянец, взгляд живой и теплый. Я могу понять, почему сестра переключилась с Нолана на него.
– Добро пожаловать. – пропевает Эвива. Но никто не двигается с места.
Ангус возвышается прямо передо мной, не сводя с меня глаз. Все внутри меня кричит бежать. Но я цепенею, не могу даже пошевелиться. Его черные бездонные глаза проникают под кожу, от чего по телу проносится рой отвратительных мурашек.
Что-то касается моей стены, и я делаю резкий вдох от такого вторжения. Похоже на то, как если бы вам на кожу опустили червяка. Склизкого, мокрого. Вот только его нельзя сбросить, нельзя раздавить. Потому что он скользит изнутри.
Ангус.
Собрав все остатки магии я укрепляю стену, как могу, но все еще ощущаю его присутствие прямо внутри меня, в том месте, где запечатаны все мои чувства.
Страх опаляет грудь. И Ангус чувствует это. Уголки его губ едва дергаются вверх.
Еще немного и ему удастся найти брешь в стене, которая и без того начинает дрожать.
– Прошу, проходите. – слишком громко говорит сестра, открывая дверь нараспашку.
Ангус моргает, и его вторжение резко прекращается.
Моя стена идет трещинами и осыпается. Стараюсь дышать, но все вокруг кружится. Не могу сосредоточится. Краем глаза замечаю, как семья скрывается в поместье, ноги подкашиваются. В последний момент Эви ловит меня и крепко держит в руках.
– Ты в порядке? Этот мудак что-то сделал? – заглядывает прямо в глаза. – Держись от него подальше, Ками. – ее голос доносится будто бы издалека. – Он стал сильнее за последние годы.
А вот я слабее. И это моя вина. Я позволила себе быть слабой. Позволила Ангусу залезть мне под кожу.
Поднимаю голову и понимаю – сестра втаскивает меня в холл. Справа из банкетного зала доносятся слабые звуки арфы.
– Я принесу тебе чего-нибудь поесть. – говорит Эви.
Мне удается покачать головой. Слабость никак не отступает. И меня тошнит от этого.
– Все хорошо.
– Сейчас то мне не ври.
Мне вдруг становится так смешно. Грудь сотрясается от смеха, но…
Две работницы направляются к нам, громко смеясь. И я, как гребанное зеркало, отражаю их эмоции.
Черт.
Выхватываю тарелку со сладостями с подноса одной из девушек.
– Иди. – обращаюсь к сестре, продолжая смеяться, пока девушки не скрываются в зале.
Эви бросает на меня недоверчивый взгляд.
– Мне просто нужно поесть, и я буду в норме. – показываю ей тарелку. – Обещаю.
– Эвива! – окликает кто-то сестру, и она на мгновение оборачивается. Я уже отправляю себе в рот булочку с маком.
– Иди. – снова бросаю я, и не дождавшись ответа, направляюсь дальше, мимо лестницы, не оглядываясь.
Мне срочно нужно безопасное место. Ближайшее только одно.
Преодолев один коридор, я распахиваю дверь в библиотеку. Яркие огни тут же вспыхивают под потолком. Тарелка в руках трясется, когда опускаю ее на один из ближайших столов.
Откусив булочку еще раз, слышу свой стон.
Просто потрясающе.
Одну за другой я поглощаю булочки, как умалишенная. Даже не заботясь о крошках на губах. Сто лет не ела такой вкусной выпечки.
Когда голод понемногу отступает, а силы возвращаются, я бросаю взгляд на книжные полки по обе стороны от себя, на диванчики у окон напротив, на три стола в центре.
Улыбка невольно касается моих губ. Это малая библиотека. Но моя любимая. Во многом, потому что сюда почти никто не заглядывает.
Я продолжаю уплетать булочки за обе щеки, как вдруг сзади раздается кашель, и из меня вырывается писк вместе с крошками. Резко обернувшись, замечаю парня, выглядывающего из-за одной из полок. Нет, не парня. Мужчину. Красивого мужчину.
Он вскидывает руки перед собой и осторожно делает шаг ко мне.
– Прошу прощения, не хотел вас напугать. – его низкий голос карамелью скользит по коже, а затем мужчина выходит из тени.
На нем свободная, заправленная в черные брюки, рубашка. Рукава закатаны по локоть. Кожа теплого оттенка подчеркивает светлые, коротко стриженные волосы.
Мой взгляд скользит выше и останавливается на глазах. Ясных карих глазах. Незнакомец резко замирает в паре метров от меня, и я чувствую некое тепло. Пусть мы и стоим довольно далеко друг от друга, но оно явно исходит от него. Оно будто бы обнимает меня изнутри, согревает и…дарит безопасность.
Я моргаю и опускаю взгляд на его широкие плечи. Тогда незнакомец делает еще один шаг мне навстречу.
– Я немного заблудился. – наконец признается он, и меня осеняет.
Светловолосый. Красавчик. Тепло.
– Ты ведь Лиам. – я проглатываю застрявший в горле кусок булочки. – Брат Бренды.
Кажется, он собирается ответить, но его взгляд падет на мои губы, затем на тарелку с булочками.
Мое лицо тут же вспыхивает, и я быстро смахиваю все крошки с лица и одежды.
Какой стыд.
– Будешь? – протягиваю ему тарелку, не зная, куда девать глаза.
– Спасибо. – взяв одну булочку, он улыбается. Как мальчишка. От чего колени мои вновь слабеют. Теперь понятно, о чем говорила Бренда. Ее брат явно разбил не одно сердце. Вот только здесь он совсем один.
