– Владыка, ты вызывал? – в комнате раздался грубый мужской голос.
– Да, – Люцифер посмотрел на пришедшего парня и с лёгкой усмешкой произнес. – У меня сегодня гостит мой давний друг и его спутница, поэтому нам требуются подходящие для нашей встречи сосуды.
– Что-то особое? – парень осмотрел нас с Локи тяжёлым взглядом. – Как я мог заметить, ваши гости прибыли из далека.
– Тебя не должно волновать, откуда они прибыли, – стальной голос Люцифера звучал слишком угрожающе. – Без лишних вопросов организуй нам все необходимое для деловой встречи.
– Как прикажете, владыка. Я сейчас же исполню вашу волю.
Парень поклонился Люциферу и вышел из комнаты. Спустя некоторое время он вернулся с подносом в руках, на котором стояли три бокала. Они были невообразимой красоты, и было сложно понять, из какого материала они были сделаны. Парень, молча, расставил бокалы на столе и, поклонившись Люциферу, поспешил удалиться из комнаты. Я смотрела на эту картину напряжённым взглядом. Я понимала, что Люцифер был здесь главным и он внушал страх как в души людей, так и обитающим в Аду демонам. Как только мы вновь остались втроём, Люцифер повернулся к нам лицом и в своей обычной манере произнёс:
– Оливия, не стоит так бурно реагировать на все происходящее. Со своими подчинёнными я довольно жесток и строг. Но вы мои гости и равные мне сущности, поэтому вам нечего опасаться.
– Я не боюсь вас, но мне неловко наблюдать подобное отношение с вашей стороны. – я смутилась и отвела свой взгляд в сторону.
– Люцифер, давай к делу, – Локи подвинулся ближе к Люциферу и разлил напиток из стеклянного сосуда по бокалам. – Мне нужно, чтоб ты позволил Лив встретиться с душой отца и тем самым помог ей справиться с накрывшей ее депрессией.
– У мисс Вильямс депрессия? – Люцифер раскрыл глаза и стал смотреть на меня с нескрываемым интересом. – И с чем она связана?
– Я не успела спасти отца от смерти, – я шептала свои слова слишком тихо. – И теперь виню себя в его скоропостижном уходе и в его нахождении здесь. Он этого не заслужил и не должен испытывать все эти мучения.
– Я вам уже говорил. Не я определяю участь души после смерти. Душа сама себя отправляет в Ад. Раз ваш отец оказался здесь, то на это у него были объективные причины.
– Причина одна. По молодости отец оставил беременную от него девушку. Точнее говоря, отец настаивал на аборте, а эта девушка после его слов исчезла. Папа так и не смог узнать, что с ней стало и что стало с их общим ребёнком. За это он корил себя всю свою жизнь до ее последнего дня… – на последних словах мой голос сорвался и я резко замолчала.
– И это все? Вы уверены, что ваш отец не испытывал мук совести из-за чего-то ещё? В масштабах Ада и всех обитающих здесь душ это слишком мелочно и незначительно.
– Вот и я об этом говорю. Ричарду здесь не место, Люцифер, – глаза Локи сверкнули. – Поэтому, ты должен позволить доку провести ее отцу своеобразную психотерапию. Хотя бы ради нашей дружбы.
– Психотерапию? У меня здесь, вроде, не психиатрическое отделение Манхеттенской лечебницы, – Люцифер самодовольно усмехнулся, косясь на Локи победным взглядом. – Поэтому я не нуждаюсь в психоаналитиках в Аду.
– Один-ноль, Люцифер. Ты меня сделал. Но все же, что тебе стоит разрешить доку пообщаться с душой ее отца?
– Ты знаешь, я не делаю ничего за просто так по доброте своей душевной. Моя душа темна и она является источником всей Тьмы этого мира. Я не могу быть тем, кто занимается благотворительностью.
– Чего вы хотите? – я подвинулась ближе к Люциферу и смирила его пристальным взглядом. – Каковы условия вашей сделки?
– Вы готовый пойти на сделку с самим дьяволом?
– Готова. Ради отца я готова на все.
– Интересно, – Люцифер изобразил задумчивое выражение лица, а затем учтиво произнёс. – Я могу предложить вам один вариант, а вот соглашаться на него или нет решать вам.
– Люцифер, здесь нет никаких вариантов. Если ты хочешь заключить сделку, то делай это со мной, но не с Лив. Я не позволю ей участвовать в чём-то подобном.
– Локи, я в состоянии сама договориться с Люцифером, – я покосилась на Локи недовольным взглядом. – Не стоит решать за меня.
– Оливия, вы все больше поднимаетесь в моих глазах и вызываете с каждой нашей новой встречей всю большую симпатию к себе, – Люцифер вновь усмехнулся. – Но если Локи так желает, то я готов заключить с ним некоторое пари.
– Пари? О чем вы?
– Мне тоже интересно, о чем сейчас идёт речь.
– Речь идёт о том, что я готов пустить твою возлюбленную к душе ее отца, но за это ты окажешь мне одну услугу.
– И какую услугу я должен тебе оказать?
– А это я скажу тебе в тот момент, когда мне это понадобится. Скажем так, я приберегу свою просьбу на будущее.
– И в чем подвох? – я покосилась на Люцифера с сильным недоверием.
– Подвоха никакого нет. Локи мой друг, каким бы заносчивым и невыносимым он не был. И у нас, на самом деле, слишком много общего. Я готов уступить ему в этом вопросе по старой дружбе.
– В таком случае я согласен, – Локи протянул свою руку Люциферу. – Я принимаю условия нашей сделки, Люцифер, и клянусь выполнить свои обязательства перед тобой.
Люцифер пожал руку Локи и на его лице заиграла зловещая улыбка. Мне почему-то стало не по себе и я почувствовала подступающую к горлу тошноту. Люцифер встал со своего места и указал нам в сторону двери. Мы вышли из его кабинета и направились к уже знакомому мне холлу. Выйдя на своеобразную «улицу» мы последовали куда-то в глубь крепости. По моим ощущениям мы шли довольно долго. Все это время между нами хранилось полнейшее молчание. Я не знала, что можно сказать в подобной ситуации, да и желания о чём-либо оговорить у меня отсутствовало. Вскоре, мы подошли к ничем не примечательной двери, после чего я услышала мелодичный, но властный голос Люцифера.
– Добро пожаловать в личный Ад Ричарда Вильямса.
– Это камера Ричарда? – Локи покосился на дверь с легким недоверием. – Почему она располагается в этом крыле?
– Не могу тебе объяснить. Это выбор самой души, куда она отправится после смерти. Это был его и только его выбор.
– Что находится за этой дверью? – мой голос перешёл на шепот и звучал слишком глухо и неуверенно.
– Там находится худшее и самое болезненное воспоминание души. Ваш отец проживает его бесконечное количество раз, тем сам обрекая свою душу на нескончаемые и невыносимые муки.
– О, Господи, – я прикрыла рот рукой. – Как это все ужасно звучит.
– Поэтому тебе надо собраться и помочь душе своего отца найти покой, – Локи слегка толкнул меня в бок. – Смелее. Ты лучший психотерапевт, каких знала Вселенная. Мне ли не знать.
– А ты многих психотерапевтов знал до меня?
– Я пять лет провёл в психиатрической клинике. Я знал их и в достаточном количестве. Ты явно выше всех их по своей сути.
– Позвольте вмешаться в ваш диалог, – Люцифер наигранно кашлянул, привлекая наше внимание к своей персоне. – Я не располагаю стольким свободным временем, чтоб слушать ваши долгие разговоры. Оливия, если вам требуется душа вашего отца, то вам следует войти в эту дверь без лишних сомнений.
– Как бы это странно не звучало, но Люцифер прав. Хватит тебе сомневаться в себе. Помоги своему отцу точно также, как ты когда-то помогла мне.
Я осмотрела фигуры двух рядом стоящих мужчин обречённым взглядом. Оба моих спутника были правы, что сложно было не понять. Отец нуждался во мне и в моей помощи. Мне стоило откинуть все страхи и сомнения в сторону. Хотя бы ради отца и его души. Я вздохнула и, потянув на себя ручку двери, вошла внутрь. В глаза ударил яркий свет, а дверь за мной с громким звуком захлопнулась.
Глава 3
Первое, что я увидела после того, как мои глаза открылись, это яркие цвета вокруг себя. Вокруг все было по летнему зелёным, а небо озарялось ярким солнцем. Повернув свою голову, я увидела здание самой рядовой старшей школы. Сотни учеников разбрелись по огромной школьной территории, собираясь в многочисленные группы. Я стала осматриваться вокруг себя, пытаясь понять, где я нахожусь. Как я могла понять, это был тот самый момент, когда отец узнал о беременности своей девушки и объявил ей о своём отказе от их общего ребёнка. Всматриваясь в лица школьников, я пыталась найти хоть кого-то, кто напомнил бы мне отца. Вскоре, я поняла, что совершенно не представляю, как выглядел отец в свои шестнадцать лет. Когда я зашла в здание школы, то первое, что я заметила, это огромный баннер с яркой надписью: «Выпускной 1980 года». Я поняла, что это был выпускной класс моего отца и его последние дни в старшей школе. Пытаясь понять, где я могу найти отца, я стала вспоминать все его истории о школьных годах. Я вспомнила, что отец не отличался хорошей физической формой и в школе все своё свободное время тратил на учёбу. Он хоть и был мужчиной, который не мог пожаловаться на внешность, но отец был далёк от образа типичного спортсмена. «Где может находиться шестнадцатилетний подросток, не занимающийся футболом, но желающий уединиться с девушкой без лишних глаз?». Я пыталась найти ответ на свой вопрос. В этот момент мне в голову пришла одна безумная догадка, и я стала быстрым шагом обходить всю окружающую меня толпу. Я прошла к служебному выходу и обнаружила лестницу, ведущую на крышу школьного здания. Мои руки задрожали, но я уверенными и быстрыми шагами стала подниматься по скрипучим ступеням. Я вышла к глухой двери, которая вели на крышу здания. На мою удачу она была не заперта. Этот факт придал мне дополнительной уверенности и вселил в меня надежду на правдивость моих преждевременных выводов. Приоткрыв дверь, я аккуратно выглянула сквозь образовавшуюся щель. На пустой крыше стояла пара молодых людей. Одной из них была светловолосая девушка, которая отдалённо напомнила мне мою мать. Около неё стоял парень, пшеничные волосы которого развивались на ветру в разные стороны. Серые глаза парня были большими и выразительными, но я с лёгкостью узнала в них взгляд своего отца. Я не ожидала, что отец был таким видным и привлекательным в молодости. Будучи взрослым и обеспеченным мужчиной он всегда поддерживал статусный вид и держал себя в хорошей форме. Но видеть его молодым и все таким же привлекательным было для меня чем-то невообразимым. Я стала следить за двумя молодыми фигурами, параллельно прислушиваясь к их приглушённым голосам.
– Мэри, я думал, что мы встретимся после уроков, – фигура парня потянулась к девушке и он вплотную прижал ее к себе. – Тебе так не терпелось остаться со мной наедине?
– Ричард, я позвала тебя не для того, чтоб заняться сексом на крыше школы, – голос девушки был мелодичным, но я сразу уловила в нем ноты напряжения и страха. – Мне нужно поговорить с тобой.
– Мы поговорим, но после того, как немного расслабимся, – парень плотнее прижал девушку к себе и стал страстно ее целовать.
– Я так хочу тебя.
– Ричард.... Я не могу, – девушка пыталась вырваться из объятий своего собеседника, но он был явно сильнее. – Ричард, остановись.
– Детка, в чем дело? – парень отпрянул от девушки и покосился на неё напряжённым взглядом. – Что-то случилось?
– Случилось, – девушка резко замолчала, пряча свои глаза в сторону. – Ричард, я не знаю, как тебе сообщить.
– Сообщить о чем? Ты бросаешь меня?
– Нет! – девушка громко вскрикнула и вцепилась в руку рядом стоящего парня. – Я бы никогда тебя не бросила. Я люблю тебя.
– Я тоже тебя люблю. В чем тогда дело?
– Ричард, я беременна, – тихий шепот девушки был слишком слабым на фоне остальных звуков. – У меня уже второй месяц пошёл.
– Если ты решила пошутить, то это не смешно, – светловолосый парень изобразил полное безразличие и его тон стал холодным и, отчасти, черствым. – Мэри, к чему этот глупый юмор?
– Это не юмор! Ричард, я беременна от тебя.
– Ты серьезно? – глаза парня широко раскрылись и теперь были полны паники и страха. – Нам обоим по шестнадцать лет и мы даже школу не окончили! Какие ещё дети?
– Обычные, Ричард. Которые получаются после секса двоих людей.
– Но мы же… – тело парня стало сотрясаться в слабом приступе дрожи. – Мы же были осторожными.
– Ричард, я беременна и этот факт уже не изменить. Нам теперь надо думать, что делать дальше.
– О чем здесь думать? Этот ребёнок… Он не то, что сейчас нам необходимо. Мы с тобой сами ещё дети, которые не видели нормальной и полноценной жизни. Ребёнок последнее, что нам надо для счастливого и беззаботного существования.
– Ричард, но он же наш. Мы не можем так с ним поступить. – девушка задрожала, а ее глаза наполнились слезами.
– Мы должны так поступить. Ради нас самих. Что мы сможем дать этому ребенку будучи школьниками без образования и денег? Я не хочу всю жизнь перебиваться случайными заработками и довольствоваться заработной платой в триста долларов. Я хочу большего.
– Это неправильно. Деньги не самое главное в жизни, и есть вещи намного ценнее, чем материальные ценности и блага.
– И что же?
– Семья. В жизни дороже всего семья и любовь.
– Но эта любовь пройдёт, если в семье не будет денег. Ты это сама должна понимать, – фигура молодого отца подошла ближе к девушке, смотря в ее мокрые глаза. – Я люблю тебя, Мэри, и я не отказываюсь от тебя. Но я настаиваю на том, чтоб ты сделала аборт. Мы ещё заимеем с тобой детей, но сделаем это позже и обдуманно. Когда мы оба сможем дать этому ребёнку счастливую и достойную жизнь.
– Это твое окончательное решение? Аборт?
– Да, Мэри. И оно единственное правильное решение. Ты сама это поймешь со временем.
– Я пойму… Я все итак поняла, Ричард.
Девушка сильным рывком толкнула парня в грудь и стремительным бегом направилась прочь с крыши здания. Я прижалась к стене, прячась от девушки и ее взора. Она быстрым движением пробежала мимо меня, удаляясь вниз по лестнице. Фигура молодого отца осталась стоять на крыше с растерянным лицом. Его взор был пустым и безжизненным, а между глаз залегли глубокие складки напряжения. Наплевав на все страхи и сомнения, я вышла к молодому парню, выйдя на залитую светом солнца крышу.
– Привет, Ричард, – я понимала, что молодое сознание отца может не знать меня и не иметь представления, кто я такая.
– Кто вы? – парень дёрнулся, а его глаза наполнились сильным страхом. – Откуда вы знаете меня и что вам нужно?
– Поверь мне, я знаю тебя и довольно близко, – я попробовала изобразить улыбку на лице, но вот сдержать подступающие к глазам слёзы я не смогла. – Я хочу помочь тебе.
– Помочь мне? В чем? Кто вы?
– Я та, кому ты небезразличен и для кого ты очень дорог, – я сделала паузу, пытаясь взять все эмоции под контроль и вести себя собранно и рационально. – Можно сказать, что я твоя карма.
– Я ничего не понимаю. Вы несёте какую-то чушь, – фигура парня отшатнулась в сторону от меня. – Прошу вас, уйдите. Мне сейчас не до разговоров с душевно больными учителями.
– Ты думаешь, что я учитель? – я наигранно засмеялась. – Это слишком странно звучит, особенно с твоей стороны.
– Я все ещё не понимаю, кто вы такая и чего вы от меня хотите.
– Я школьный психолог, – в один момент мне в голову пришла довольно сомнительная идея. – И я случайно застала вашу с этой девушкой сцену.
– Психолог? Что вы делаете на крыше школы?
– Интуиция привела меня сюда. И как я могу заметить, не зря, – я изобразила максимально добродушной лицо. – Ты явно нуждаешься в небольшой терапии со стороны психотерапевта.
– Я не нуждаюсь в помощи психолога. У меня все в порядке с головой.
– Я знаю, но в этой ситуации ты нуждаешься в поддержке, – я подошла ближе к парню и положила ему руку на плечо. – Ричард, я половину своей жизни отдала изучению человеческой души. Я всегда хотела помогать людям перебарывать их страхи и доставать все хорошее из глубины их души. В твоем случае мне надо заглушить твою боль и доказать тебе, что ты хоть и совершил ошибку, но она была не настолько трагичной, чтоб пожирать себя в течении всей своей жизни.
– Вы самый странный психолог из всех, что я видел.
– Ты был у психологов? Расскажешь, по какому поводу? У тебя были проблемы?
– Пару раз был, – парень сильно замялся. – Мать пыталась наладить общение со мной и выяснить причины моей агрессии в ее адрес. А мне, всего-навсего, нужна была ее поддержка и понимание.
– Эстер бывает довольно жестокой и высокомерной. Не так ли? Поэтому ты так рано завёл серьёзные отношения. Ты желал как можно скорее начать взрослую жизнь и найти семейное тепло в ком-то другом.
– Наверное. Я не силён в психологии, как и в душевных разговорах.
– Я бы так не сказала. Ты силён, Ричард, а твоя душа чиста и светла. То, что ты совершил эту ошибку, никак не испортило тебя и не помешало тебе стать достойным и уважаемым человеком. Да, эта девушка не заслужила такого отношения с твоей стороны и если поступать по совести, то ты должен был поддержать ее и вместе поднимать этого ребёнка. Но в тот момент ты сам не понимал, чего ты хочешь. Тебе шестнадцать лет, а в таком возрасте мы не часто думает наперед.
– Но этот ребёнок испортит нам обоим жизнь. Как Мэри этого не поймёт? У нас обоих выпускные экзамены на носу и учёба в колледже. Я мечтаю добиться успехов и заработать хорошее состояние, чтоб моя семья никогда и ни в чем не нуждалась. Иметь детей сейчас самое глупое решение из всех возможных.
– Отчасти, я согласна с тобой. Заиметь детей в шестнадцать не лучшее решение. Тем более твоя мать явно не обрадуется подобной перспективе.
