Ветер гонял пыль по мостовым. По извилистым улочкам слонялись полусонные дружинники князя Ратимира, торговцы, служанки и усталые гуляки. Всё, как в обычном городе. Дома каменные и деревянные вперемешку, с островерхими двускатными крышами и кирпичными печными трубами. В центре, рядом с замковой горой, высилась воздушная пристань. Интересно, почему странствующий посредник не пользуется браннерами? Куда безопаснее, чем наземные тракты. И куда быстрее.
Должен признать, никакой жути в Крумске я не заметил. То ли врут байки, то ли сказывают про удалённые озёрные городки.
На постоялом дворе «Дымный горшок» было людно. Стойла и конюшни забиты почти до отказа. Из-за повозок и экипажей не протолкнуться. Однако, стоило Коэну открыть кошель, ситуация коренным образом переменилась. Крестьянина, торгующего мёдом, взашей вытолкали прочь, и велели искать иное место для постоя. Моментально освободилась парочка смежных комнат на втором этаже. В очередной раз я убедился, что звонкие монеты по силе воздействия ничем не уступают магии. Владелец «Горшка» всячески старался нам услужить и даже предоставил Коэну мальчишку-посыльного для особых поручений.
– Послушай-ка, любезный, – обратился к трактирщику Коэн. Мы поднимались по узкой лестнице наверх. – У вас ведь в городе есть мастер ножей?
– А как же, – обиделся тот. – Чем мы остальных-то хуже?
– Значит, – Коэн понизил голос, – вы знакомы с рлоками.
Трактирщик вздрогнул. Выглядело это комично при его комплекции. Трясущийся мешок с жиром.
– Доводилось видеть, – залепетал наш хозяин. – Жуткая тварь. Рыщет ночью по улицам, честных граждан пугает. Но вы не волнуйтесь. Витеслав редко его выгуливает. И не в нашем районе.
– А чего бояться, – сказал я. – У нас свой есть.
Мы стояли на площадке второго этажа. Трактирщик переводил затравленный взгляд с меня на Коэна. Снизу раздавалась увесистая поступь отставшего Грорга.
– Но, – Коэн вложил в потную ладонь хозяина горсть золотых монет, – ты его почти не будешь видеть. А если и увидишь – тотчас забудешь.
Толстяк часто закивал.
– Конечно… Непременно… Как вам будет угодно…
– Чудесно, – оборвал его излияния Коэн. – Веди нас в покои.
«Покои» не страдали избытком роскоши, но нам этого и не требовалось. Не тесно, три кровати, ниша с рукомойником, грубый шкаф и комод, крепкий стол, добротные стулья с деревянными спинками. Скрипучие половицы. Я выглянул в окно: балкон, кадка с чахлым растеньицем и лестница чёрного хода. Отлично. Вот как мы протащим сюда рлока.
Едва за гостеприимным хозяином захлопнулась дверь, и мы остались втроем, Коэн заговорил, обращаясь ко мне:
– Я рассчитываю на твоего зверя, Ольгерд.
Я ждал.
– Понимаешь, – продолжил мой наниматель, – мы здесь можем задержаться на несколько дней. Мне нужны кое-какие сведения. И, знаешь ли, нами кое-кто интересуется. Если интерес приобретёт нездоровый характер… я возлагаю надежду на твои ножи, меч Грорга и клыки…
– Рыка, – подсказал я. – Так его зовут.
– Да. Рыка.
Он шагнул к двери.
– Ты куда? – спрашиваю.
Коэн оборачивается.
– У меня дела. В городе.
Я качаю головой.
– Так не годится. Я отвечаю за твою жизнь. Значит, обязан сопровождать.
– Это нежелательно. Ты услышишь вещи, которые лучше не слышать.
– Мне плевать. Ты платишь мне за защиту. Я не люблю получать деньги задарма.
Секунду Коэн колебался.
Потом смирился.
– Ладно. Грорг займётся нашим багажом. Иди за мной.
Мы вдвоём покинули комнату. Спустились по лестнице на первый этаж, пересекли обширный холл с очагом в центре, дым от которого тянулся к отверстию в крыше. В дальнем углу холла размещалась стойка, где жена трактирщика разливала эль и раскладывала еду по тарелкам. Нескладные и некрасивые служанки сновали меж столов, доставляя всё это постояльцам. Кто-то играл на флейте. Мелодия сопровождала нас до самой двери.
– Как тебе Крумск? – спросил Коэн.
Я пожал плечами.
– Много слышал о нём.
Выйдя с постоялого двора, мы сразу свернули в одну из боковых улочек. Очень узкую, двоим не разойтись. Окна – на уровне второго этажа. Балконы почти смыкались над головами, кое-где между ними протянулись бельевые верёвки, на которых сохла выстиранная одежда.
– Да, сказки об Озёрщине. – Коэн уверенно ориентировался в каменном лабиринте. – Оборотни, ворожеи и прочее. Сам что думаешь?
– Нет дыма без огня.
Посредник расхохотался. За нашими спинами добрая женщина выплеснула в проулок помои.
– Правильно. Весь фокус в том, что Крумск – это ещё не Озёрщина. Последний оплот цивилизации, чей князь – вассал вашего короля. Как и ярл Ламморы. Которому подчиняется бургомистр.
– И что?
– А то. Мощёные дороги, каменные дома, воздушная пристань. Постоялые дворы, банки и ростовщики. Лавки, Храм, представительства гильдий. Все прелести привычного мира. Они закончатся, когда мы въедем в заповедные пущи на западе.
– Это случится?
– Да. Скоро.
Мы выбрались на рыночную площадь и теперь проталкивались сквозь толпу галдящих покупателей. Мимо лотков с едой, дешёвыми тряпками, пряностями, дублёными шкурами и мехом, воском и свечами, плетёными корзинами и сумками, скобяными изделиями и оружием, глиняной и керамической посудой – к улице, ведущей в сторону замка. Я внимательно посматривал по сторонам – в таких местах водятся уличные воришки.
Наконец, мы пересекли площадь и вновь углубились в городские ущелья. Правда, теперь они были шире и выглядели приличнее. Один раз мне почудилась крылатая тень, но, подняв голову, я увидел лишь полоску неба, сжатого балконами и черепичными крышами.
– Мы идём к князю? – не выдержал я.
– Слишком много вопросов для телохранителя.
– Ты обещал на них отвечать.
За следующим поворотом нас ожидала широкая улица, опоясывающая замковую гору. Справа и слева теперь вздымались дома знатных горожан – с роскошными фасадами, широкими окнами и террасами, увитыми плющом, мраморными балюстрадами и аккуратными жестяными водостоками. Солнце скрылось за шпилем воздушной пристани, к которой сейчас причаливал браннер. Мы попали в престижный район Крумска.
– Да. У меня дела с Ратимиром. Я ведь посредник, не забыл?
Больше я вопросов не задавал.
Мы свернули в переулок, поднялись по гранитным ступеням с пробивающейся кое-где травой и оказались на дорожке, проложенной вдоль замковой стены. Отсюда открывался шикарный вид на море красных и оранжевых крыш, проплешины площадей и росчерки улиц.
Дорожка привела нас к воротам замка.
Крепкие стражи из личной дружины Ратимира преградили нам путь, скрестив копья. Их кольчуги слепили глаза на солнце. Оба воина были бородаты, длинные русые волосы перехвачены кожаными шнурками.
– У меня княжеский знак, – сказал Коэн.
– Покажи, – буркнул тот, что справа.
Коэн снял с шеи амулет – выпуклый диск с гербом «Погоня» и непонятной надписью на озёрном наречии. Родовой символ Ратимира. Страж протянул руку, но посредник тотчас спрятал знак в ладони.
– Пропусти нас.
– Его тоже? – мужик кивнул на меня.
– Привилегия распространяется на всякого, кто под моей опекой.
Копья раздвинулись.
Мы пересекли широкий двор и взошли по ступеням. У массивной дубовой двери с металлической оковкой и ручкой-кольцом нас опять задержали. Знак не подвёл и на сей раз. Мы попали в длинный коридор, освещённый факелами. Всё это не увязывалось в моей голове. Озёрные князья жили в деревянных детинцах, а здесь… Крумск ничем не уступал Танневергену, Ламморе, Сиверусу и другим крупным городам королевства. Город выстроен на пересечении торговых путей и воздушных маршрутов, у его южных ворот несёт свои воды могучая Тичь. А в замковый комплекс вросла башня волшебников, что говорит о богатстве князя и его связях с Гильдией Магов. Удивительно, что крумские князья не сражались за политическое влияние и господство на западе…
В тронном зале тихо.
Высоко под сводами – люстры с сотнями свечей, сейчас, правда, не горевших. Дневной свет проникал сквозь стрельчатые окна, у которых несли вахту лучники. В противоположном конце зала стоял пустой трон, вырезанный из дерева и кости. Трон был пуст. Рядом с нами выросла закутанная в парчу сутулая фигура распорядителя.
– Светлый князь давно вас ждёт, – обратился он к Коэну. – Идёмте.
По винтовой лестнице мы поднялись на третий ярус замка, миновали ещё несколько длинных коридоров и оказались перед дверью библиотеки.
– Он там, – шепнул распорядитель. – Не утомляйте его излишними церемониями.
Коэн открыл дверь.
Мы вошли.
Комната с потолком, теряющимся высоко над головой. Стены закругляются. Значит, мы на верхнем уровне донжона. Стеллажи закручивались вместе с изгибом башни и возносились к своду. Книги. Массивные фолианты в коже, золотой и серебряной оковке, столько томов сразу мне ещё не доводилось видеть. А ещё – свитки, аккуратно помещённые в цилиндры и занимающие особый сектор. Ящички каталогов и картотек. В центре библиотеки – стол с расстеленной на нём рельефной картой, утыканной флажками. Ратимир стоял спиной к нам. Склонившись над картой.
– Ратимир, – позвал Коэн.
Да уж. Без церемоний…
Владыка Озёрного Края повернулся к гостям. Он был низкоросл, но широкоплеч. На груди – тот же герб, что и на диске Коэна. Поднявшийся на дыбы конь и воин на нём – со щитом и занесённым для удара мечом. Волосы Ратимира, тёмно-русые и волнистые, охватывал тонкий серебряный обруч. У пояса – короткий меч в простых, ничем не украшенных ножнах. На вид ему было около тридцати пяти.
– Рад тебя видеть, – князь приблизился к Коэну и крепко обнял его. – Добрался без приключений?
– Всё в порядке, – заверил его мой наниматель.
Ратимир перевёл взгляд на меня.
– Кто это с тобой?
– Ольгерд, – представил Коэн. Я слегка поклонился. – Мой телохранитель.
Князь оценивающе меня осмотрел. И вынес вердикт:
– Он выглядит, как мастер ножей.
– Он и есть мастер ножей.
Во взгляде Ратимира проснулся интерес.
– Из какого города?
– Ламмора, – сказал я.
– Почему же ты сопровождаешь моего друга, Ольгерд, а не стережёшь Храм?
Я молчу.
– Его изгнали, – нарушил неловкую паузу Коэн. – Долгая история. Как-нибудь потом расскажу.
Ратимир покачал головой.
– Нет. Сам расскажет, если захочет. Ведь это его история, а не твоя.
Я ощутил благодарность. И впервые с момента нашей встречи проникся симпатией к властителю Крумска.
Глава 5. Разговор в библиотеке
Еду и напитки нам подали в библиотеку.
Разговор, судя по всему, был серьёзный. Мы расположились в креслах, а Ратимир позвал слугу и велел передать распорядителю, чтобы его никто не беспокоил в течение ближайших часов.
Полуденное солнце уставилось на нас через западное окно. Я уплетал колбаски с хреном и острыми приправами. Запивал квасом. Отменным квасом, доложу вам, ламморское пойло здесь и близко не ночевало. Печёный картопль тоже был хорош. Как и салат, впрочем.
– Итак, – начал Ратимир. – Ты передал на Облака моё послание?
Коэн загадочно улыбнулся.
– А как же.
Я приблизился к окну. Поставил кружку с квасом на подоконник. Прищурившись, всмотрелся в ярусы крыш, сверкающую в нескольких стадиях к югу ленту реки. Вроде, никакой опасности. И всё же – что-то не так.
– Они согласны?
– Сложный вопрос, – Коэн подбирал слова. – Как ты знаешь, на Облаках нет единства. Небесные государства ещё более разобщены, чем наши. Для принятия общего решения им нужно собраться вместе, а это почти нереально. Поэтому я могу гарантировать поддержку лишь некоторых скитов. Правда, достаточно влиятельных.
Скиты. Скитающиеся заоблачные острова. В большинстве случаев – управляемые. Созданные неведомыми предтечами. Тамошние правители именуют себя кормчими и крайне редко вступают в альянсы с королями Тверди. Войны с земными жителями они тоже не ведут. Зато охотно торгуют с Внемирьем. Значит, мой наниматель – посредник между Твердью и Облаками. Занятно.
– Продолжай, – сказал Ратимир.
– Скит Пяти Ветров, Радужный Мост, Вертерис, Атолл Миядзаки готовы вступить в союз. Сейчас решается вопрос о сборе Небесного Совета. Если кормчие достигнут согласия, война закончится, не успев начаться.
– Если, – подчеркнул Ратимир.
Коэн вздохнул.
– Не всё гладко.
– Что не так?
– Мы не единственные, кто ведёт переговоры с Облаками.
Повисла напряжённая тишина.
Я с интересом следил за их диалогом. Передо мной, похоже, разворачивалось действо, которое в обозримом будущем перекроит картину мира.
– Вармак? – предположил князь. – Хочет сразиться с Империей Трордора и Северным Альянсом за господство на континенте? Восстановить легендарную Державу Четырёх Сторон?
Коэн покачал головой.
– Не думаю. Вармака волнуют лишь пиры да охота. Королевством фактически управляет горстка министров. Их политика – не экспансия, а удержание некогда завоёванных земель и поддержание порядка на обширной территории. Танневерген больше тревожат набеги пиратов на прибрежные селения и горцы, спускающиеся с Курдского хребта, нежели Трордор и Альянс.
– Тогда кто? – в голосе Ратимира слышалось недоумение. – На континенте нет иных сил, способных претендовать на что-либо. Я не наивен, и понимаю, что Озёрщина ещё долго будет копить мощь, чтобы восстать. И нам понадобятся союзники. Придётся договариваться.
– Ты прав, – согласился Коэн. – Поддержка четырёх скитов не решит исход битвы. И твой союз с горцами – тоже. Прав ты и в другом – на континенте нет силы, способной восстановить древнюю Державу. Однако есть нечто за пределами континента.
Ратимир отодвинул кубок.
– Архипелаги?
Коэн скривился.
– Ты говоришь о дикарях, разделённых на сотни и тысячи племён. Разумеется, их нельзя рассматривать в игре.
Ратимир нахмурился.
– Облака сами готовят вторжение?
– Им это не нужно. Жить внизу – эта мысль для них невыносима. Есть раса, обитающая столь далеко, что ты и представить себе не можешь. Ни один корабль Тверди не заплывал в те области. У нас не настолько развита навигация и морское дело. Чего не скажешь о них. Второй материк, князь. Он существует.
Ратимир отмахнулся.
– Чушь. Есть пираты и жители архипелагов. Они избороздили весь Океан. У нас есть браннеры. Учёные и картографы совершают дальние экспедиции в поисках новых земель. Тебе ли не знать, ты вхож в Академию Трордора.
– Не просто вхож, – поправил Коэн. – Я действительный член-корреспондент Географического Общества.
– О чём и речь.
– Но, – посредник пристально посмотрел в глаза князю. – Предположим, некий учёный снарядил браннер для дальнего путешествия. И случайно наткнулся на наших друзей. Что с ним произойдёт?
Ратимир промолчал.
– Разумеется, – продолжал Коэн. – Его уничтожат. Никаких шансов вернуться. Я кое-что знаю об их расе. Достаточно, чтобы бояться.
Я подошёл к столу и наполнил кубок квасом.
– Тебе-то чего бояться, – сказал Ратимир. – Ты посредник. Сегодня здесь, завтра там. Готов спорить, у тебя есть убежище наверху, где ты отсидишься, если орды второго материка хлынут на Твердь.
– Допустим, – согласился Коэн. – Но у меня тоже есть враги.
Князь выгнул бровь.
– Есть, – повторил Коэн. – И они серьёзнее, чем ты думаешь. Те, кто владеет древними знаниями. Во всяком случае, их частью. Те, что незримо стоят за спинами владык вашего мира. Те, с кем я очень хотел бы познакомиться. Кто выше твоего или, скажем, Ольгердова, понимания. И эти существа склоняются к тому, чтобы поддержать второй материк.
Вот теперь стало жутко.
Даже мне.
– Они называют себя Посторонними, – закончил Коэн.
– Тише, – Ратимир предупреждающе вскинул руку. – Их нельзя упоминать. Беду накличешь.
– Беда, – рассудительно заметил Коэн. – Уже на пороге.
Князь нахмурился.
Но спорить не стал.
Они ещё долго говорили о планах, о том, кого надо склонить на свою сторону, кого подкупить, кому пообещать земли в случае победы. Перемещали флажки на карте. Оценивали вражеские силы. Но думали не об этом. Я чуял, что неведомая угроза накрыла библиотеку вороновым крылом, и теперь не будет нам покоя. И ещё. Не отвоёвывать Озёрщину надо Ратимиру. И не о переворотах помышлять. А смотреть дальше, сколачивать могучий альянс с владыками севера и юга, завязывать отношения с кочевыми племенами степей и пустынными жителями… Однако, солнце сползало к горизонту, и угроза, разлитая в воздухе, стала почти осязаемой. Я незаметно начертал на подоконнике руну обнаружения. Она вспыхнула ядовито-зелёным светом и рассыпалась в прах. За нами следили.
Я смахнул пепел.
– Проси, чего хочешь, – наконец вымолвил властитель.
– В этот раз я не возьму денег, – сказал Коэн. – Мне нужна помощь.
– Какая именно?
Посредник задумчиво огладил бороду.
– Я намерен попасть в некое место, пользующееся дурной славой. И мне, как ты догадываешься, требуется проводник. Также не повредит десяток воинов. Для сопровождения. Всякое ведь бывает в дороге.
Князь вертит в руке серебряную вилку.
– Что ты ищешь?
Взгляд Ратимира не предвещал ничего хорошего. Правда, Коэн его выдержал. И ответил:
– Пропащий Град.
Князь зло сплюнул.
– Опять ты за своё.
Коэн пожал плечами.
– Я никогда не отказывался от идеи его найти. Сейчас у меня есть карта. Но нет проводника, ведающего тайные тропы, возможные опасности и обходные пути. Град поможет мне кое в чём разобраться. Получить знания, которые, вероятно, пригодятся в будущей войне.
– Всё это дурно пахнет, – буркнул Ратимир. – Ты всегда делал странные вещи. Но служил верой и правдой моему отцу. Я помогу тебе.
Коэн склонил голову.
– Спасибо, князь.
Ратимир встал, давая понять, что аудиенция окончена.
– Где вы остановились?
– В «Дымном горшке».
– Та ещё дыра… Жди гонца. Как только я найду проводника и наберу добровольцев – ты выступишь.
Коэн слегка поклонился.
– Распорядитель проводит вас.
Они пожали друг другу руки.
– И вот ещё что, – Ратимир перешёл на шёпот. – Если твои теории верны – не высовывайся из «Горшка». Будь осторожен.
Коэн кивнул.
– Постараюсь.
– Старайся лучше. Ты мне живым ещё пригодишься.
Глава 6. Предупреждение
В наше отсутствие Грорг перетащил весь багаж. Распряг коней и отвёл их в стойло. Велел местному кузнецу проверить подковы. В общем, золото, а не возничий. Всё, что нам оставалось – незаметно доставить Рыка в покои. Заниматься этим при свете дня было глупо. Так что мы, не сговариваясь, двинули на первый этаж – в уютную харчевню Тётушки Фло. Именно так величали супругу нашего хозяина завсегдатаи «Горшка». Время приятнее коротать за дружеской беседой, вкусной едой и добрым элем – так оно летит быстрее. Я заказал горячий бульон, а потом переключился на квас.
– Одумайся. – Коэн приложился к кружке с ледяным пивом. Кружка была глиняной с откидной крышечкой. Напиток пенился, как и всякое приличное пиво. – Тебе не помешает отдых.
– В другой раз, – отказался я.
А вот северный варвар не гнушался радостями жизни. Объёмы, поглощаемые им, вызывали приступы восхищения.
– Я видел птицу.
Коэн насторожился.
– Опиши её.
– Обычная ворона. Кружила над нами, пока мы ехали по тракту. А потом – в городе. Но я не уверен, что та же самая.
Посредник вдруг схватил меня за локоть.
– В следующий раз убей её. Понял?
Киваю.
Его хватка слабеет.
– Это их глаза и уши.
– Нас выследили?
– Похоже на то.
– Чем это грозит?
Коэн задумался.
– Много чем. Держи ухо востро.
Грорг громко отрыгнулся. Его тарелка была пуста. Коэн подозвал невзрачную девчушку, дал ей монету и велел принести ещё еды.
За окнами сгущались вечерние тени. Ветер усилился, вдалеке громыхнуло. Я набрал полную грудь воздуха. Свежего. Предгрозового.
Появился хозяин с мальчишкой-посыльным и начал зажигать свечи. В дверях возникли две фигуры в лёгких доспехах – дружинники Ратимира. Осмотрели холл и тихо исчезли.
Раскат грома.
Ближе.
К нашему столу приблизился Андрис. Мальчишка-слуга с испуганным взглядом и вечно взлохмаченной копной рыжих волос. Он протянул Коэну серый конверт, без каких-либо знаков или надписей. Посредник взял письмо и подозрительно его осмотрел.
– Кто тебе это дал?
– Человек на улице. Велел передать вам.
В нервных, суетливых движениях Коэна – тревога.
