Виктория Владимировна Дорофеева "Странные люди, порой великие"

– Пять лет… – тёмная фигура приблизилась вплотную к Еве. – Ты будешь со мной. Всего пять, сестрёнка. Тебе так дорога эта вселенная? Я не трону её, пусть будет. Пока ты там, в войну играла, я нашёл ещё одну, совсем пустую. Ты будешь со мной и поможешь создать нечто совершенно новое. Согласна?

– И в чём подвох? – с трудом сглотнула Ева слюну.

– Подвох? – хмыкнул голос.– Ну, ты чего? Я не желаю больше ссориться, сестрёнка, ведь люблю тебя. Можешь избить меня, если хочешь, но должен заметить, что твой удар был тоже не слабым. Рассыпаться на молекулы очень больно, между прочим. До сих пор не могу оправиться…. Всего пять лет, я прошу…. Очень соскучился, хочу побыть вместе. Согласна?

Ева задумалась…. В конечном счёте, эта война ни к чему не приведёт, кроме разрушения. Они могут хоть до бесконечности выхватывать куски друг у друга, принося лишь страдания тому, что будет окружать…. Пять лет срок не большой, особенно, когда на кону вселенная.

– Хорошо, я согласна – кивнула Ева. – Дай мне немного времени сообщить, что война закончена, и попрощаться.

– Угу – согласилась тёмная фигура. – Я буду ждать тут. Ты увидишь, там так просторно…

***

Стоя за спиной Палиуса, Ева наблюдала, как человек старается помочь чудному существу. Это вызвало улыбку. Столько всякого пришлось пережить этому человеку, но милосердие по-прежнему, живёт в его сердце…

– Ой! Девочка, чего пугаешь так?! – обернувшись, подпрыгнул Палиус. – Случилось что?

– Привет, шаман – кивнула Ева. – Есть хорошая новость – брат отступил. Теперь, жизнь постепенно возьмёт своё, и естественный порядок восстановится. Тебе не придётся смотреть на боль и смерть, что очень меня радует.

– А плохая? – с трудом вымолвил Палиус от напряжения.

– Плохая? – переспросила Ева и улыбнулась. – Плохой новости нет, извини, если разочаровала.

– Ты убила его? – облокотился о стенку рядом стоящей палатки Палиус, и схватился за сердце.

– Нет – помотала головой Ева в знак отрицания. – Брат жив. Всё в порядке, шаман, не стоит так нервничать.

– Как же тогда… – не понимал Палиус.

– Ты достойный человек, хоть и шаман – подошла Ева и обняла Палиуса. – Всё хорошо теперь, правда. Передай дяде, что мне жаль. Тот разговор не должен был состояться…. Долгой жизни тебе, шаман! Увидишь папу, передавай привет! – щёлкнула она пальцами, и исчезла.

***

Мирослав медленно шагал к своей спальне. Грустные мысли отказывались покидать голову. И вроде, дела идут, но… любимой рядом нет, и ничто не предвещает, что когда-то исполнится желаемое…

– Ева… – прошептал Мирослав, войдя в комнату, и быстро прошагал к кровати.

– Привет – пропищала она, как и прежде стараясь не говорить о том, что объятья слишком крепкие.

– Ты прости, ладно? – уткнулся Мирослав носом в волосы Евы.

– За что? – попыталась Ева вздохнуть.

– Просто, я так скучаю, и… – схватил Мирослав Еву за плечи, и чуть отодвинувшись, посмотрел в глаза. – А ты чего грустная такая?

– Наоборот – улыбнулась Ева. – Брат отступил. Мы победили…

– И? – почувствовал что-то неладное Мирослав. – Ева,… пожалуйста…

– Мне сложно всё это – опустила Ева взгляд вниз. – Ты же знаешь, мне не стать человеком. Да и хранителем, пожалуй…. Я то, что я есть, прости.

– Ты сейчас что имеешь в виду? – на глазах Мирослава стали выделяться слёзы. – Уйти собралась опять? И на сколько в этот раз? Сколько мне ещё тебя ждать?

– Не жди, пожалуйста – с трудом сглотнула образовавшийся ком в горле Ева. – В этом нет смысла. У нас ничего не получается…

– Не получается? – выкрикнул Мирослав и отошёл к стене. – Вот так просто, не получается и всё, да? Как легко, Ева, спирать на всё что угодно! Всё как-то не получается, угу!

– Так лучше будет – глубоко вдохнула Ева.

– Да уж! Конечно! Кому и станет лучше, так только тебе! – вытер слёзы ладонью Мирослав и отвернулся к стене. – Скажи, если бы ты любила меня… – ударил он кулаком стену. – Всё равно, ушла бы сейчас? Ответь, пожалуйста.

– Да – задержала Ева дыхание, чтобы сдержать подступающие слёзы. – Прости, я…. Мне пора – щёлкнула она пальцами, и растворилась в воздухе.

Упав на колени, Мирослав упёрся головой в стену. Слёзы перестали наворачиваться на глаза. Он будто умер. Такая пустота внутри…. Казалось, даже сердце стучать перестало, а вместо него, огромная дыра… и не нужно уже ничего.

***

– Ну, что? – прозвучал голос за спиной. – Готова? Попрощалась?

Ева обернулась, и вытерла слёзы. Брат больше не был в образе тёмной фигуры. Ева даже немного удивилась.

– Ты опять собака? – изумлённо уставилась она на брата.

– Друг человека – топнула собака лапой. – Что? Ты же человек на малую часть! Не нравится?

– Очень мило… – улыбнулась Ева, и пошагала рядом с братом в зияющую дыру на другой стороне далёкой галактики…

Глава 21

Зактору – планета, некогда едва вступившая на путь эволюции, теперь была полна жизни. Розовато-голубое небо и много кислорода…. Так много, что даже закружилась голова. Летящие чудные аппараты, заметно, что рукотворные, парят над самыми облаками, а поверхность усеяна растительностью…. Только гул электростанции немного портит картину. Хотя… куда без прогресса? – подумала Ева, и улыбнулась.

Высотные здания, видимо, остались в далёком прошлом. Небольшие трёхэтажные комплексы, огороженные заборчиками, и расставленные скамейки, возле детских площадок.

– Горки и качели – продолжала Ева улыбаться. – Надо же…

Привлёк внимание шум и грохот. Ева нахмурила брови, машинально сжимая кулаки. Подойдя ближе к источнику шума, она с интересом уставилась на непонятное устройство. Машина большой железной штукой выдирала почву и грузила уже в другую, не менее странную машину. Пожав плечами, Ева с трудом сглотнула слюну. Продолжая наблюдать за этим процессом, одна фигура, в сером костюме и белой штукой на голове, показалась очень знакомой. Теперь уже Ева наблюдала только за этой фигурой. Вызывало улыбку каждое движение…. Как поднимает и машет руками, ругая одетых в рабочие костюмы…. Наблюдала Ева до тех пор, пока фигура в сером костюме не заметила её.

– Ева! – улыбнулся мужчина и быстро пошагал к ней. – Ты…. Как ты? – прижал он крепко Еву к себе. – Я так рад тебя видеть!

– Дядя… – слёзы сами потекли по щекам. – Прости меня за тот разговор. Я надеялась, что ты сможешь простить…

– Да ты что, дитя?! – Паланиратий схватил Еву за плечи и, посмотрев ей в глаза, улыбнулся. – Всё в прошлом…. Даже не думай об этом! Ты моя племянница, и это не обсуждается! А эта планета, теперь, наш дом. И твой тоже…. Что бы ты ни делала, и куда бы ни уходила, всегда знай, у тебя есть дом. Тебе есть, куда вернуться – вытер он слёзы со щёк Евы. – Поняла?

Ева кивнула в ответ. Лицо дяди, такое тёплое и родное. Даже голос…. Словами этого было не передать, поэтому Ева глубоко вздохнула и улыбнулась.

– Строим тут немного… – указал Паланиратий на странные машины.

– Я заметила – кивнула опять Ева. – Качели и горки…. Очень мило. Я бы не отказалась от такого в детстве.

– Дети… – обнял Еву за плечи Паланиратий, и повёл в сторону работающих машин. – Нас мало осталось, а работы много. Поддержка молодых семей, так сказать…. Строим дома, отдаём молодёжи. Детки появляются…

– Идиллия – покачала головой Ева. – Не вспомню, когда такое было. Ты молодец, дядя.

Прозвучал громкий сигнал, и рабочие вылезли из машин, направляясь в маленькое здание неподалёку.

– Обед – пояснил Паланиратий. – Кушать хочешь?

Ева кивнула в ответ, соображая, когда в последний раз ела. Осознав, что это было много времени назад, живот свело от голода.

Жилище Паланиратия оказалось очень скромным. Небольшой столик, три стула, кровать и диван. Белые стены, и такие же, белые шторы на окнах. Никакой прислуги, дядя сам стоял у плиты, и поджаривал в сковороде что-то наподобие котлет. Ева восхищённо наблюдала за этим процессом, снова убеждаясь, что дядя остался точно таким, каким она запомнила его. Сильный, мудрый и справедливый, даже к самому себе. Никаких излишеств, да они и ни к чему, если ты не пытаешься пустить пыль в глаза, а просто делаешь всё правильно.

– Прошу прощения – появился на пороге комнаты Рилас. – Вы просили докладывать, если… – замер он, уставившись на сидящую за столом Еву.

– Угу – выдохнул Паланиратий. – Как всегда, с задержкой…. Ладно, садись, пообедаешь с нами.

Все трое молча, кушали. Ева сдерживала улыбку, наблюдая, как Риласа, буквально разрывает от любопытства, но он, мельком поглядывая на Паланиратия, продолжает молчать.

– Ладно, спрашивай – отодвинула тарелку Ева, и прищурила глаза. – Я слышу, как у тебя мысли в голове бегают.

– А что, можно? – уставился Рилас на Паланиратия.

– Раз тебе не терпится – глубоко вздохнул Паланиратий, и стиснул зубы.

– Ты, правда, свет? – радостно протараторил Рилас. – И как это? Ну, создавать из пустоты? Типа, добро, а твой брат зло? Как ты договорилась с ним? Он же не придёт больше, да? Ты с ним ушла куда-то на всё это время? И где ты была? Там интересно? Лучше, чем у нас тут?

– Заткнись – покачал Паланиратий головой.

– Друг… – развела Ева руки в стороны. – И на какой из вопросов отвечать?

– Простите – опустил голову Рилас.

– Ладно-ладно – вздохнула Ева глубоко, и расправила плечи. – Свет ли я? Ну, можно сказать, в каком-то смысле да. Точнее, извечная, что является светом.… Зло ли брат? Нет, представление твоё не верно. Я хаос, он покой. Придёт ли мой брат в нашу вселенную? Безусловно, но у него теперь есть своя игрушка, и на вопрос «а что если по-другому» ответ нашёл. Ушла ли я с ним? Да, таково было условие. На вопрос, где я была ответить сложно, так как, зарождения времени и пространства в том месте пока не планировалось. Что ещё, напомни, друг?

– Хватит – произнёс Паланиратий очень строго. – Ты дома, а не на допросе!

– Расскажи теперь, как твои дела – улыбнулась Ева. – Как живёт мой друг?

– Да, потихоньку – испуганно посмотрел на Паланиратия Рилас. – Работы много стало после… ну, ты сама знаешь чего. Начали жить заново. Новая программа появилась. Возрождаемся, так сказать. У меня свадьба через пару недель, представляешь?!

– Радостная новость – кивнула Ева. – Поздравляю! Кто же наша счастливица?

– Сантара – глаза Риласа стали ещё радостнее. – Ну, помнишь, за партой с тобой сидела? Работали вместе и вот, получилось так…. Надеюсь, ты придёшь? Я был бы очень рад, да и Сантара, тоже. Такой праздник запланирован! Белые голуби даже будут, представляешь? Там все будут, ну кто остался с нами. Не все же согласились с хранителями остаться… – поняв, что сказал лишнее, Рилас вздрогнул.

– Почему? – удивилась Ева. – На покой захотели?

– Заткнёшься ты сегодня или нет? – прошипел злобно Паланиратий.

– А что, дядя, это не принято обсуждать? – ещё больше заинтересовалась Ева. – Секрет, или что?

– Сейчас не время – посмотрел Паланиратий на Еву с сожалением. – Тебе отдохнуть нужно.… Всё потом, дитя.

– Вот теперь я точно хочу знать – нахмурила брови Ева. – Говори уж до конца, друг, раз начал.

– Когда ты исчезла… – неуверенно продолжил Рилас. – Некоторые отказались иметь любой контакт с хранителями…. Точнее один отказался – посмотрел он на Паланиратия, и вжался в стул.

– И что? – не поняла Ева. – Один отказался. Бывает, не критично. Говори нормально уже!

– Это твой Мирослав – быстро протараторил Рилас. – Он отказался обучаться и… выгнал нас с планеты. Ты знаешь, у нас так не принято. Мы всё равно наблюдали за Незои… и…

– Да скажи ты уже, наконец! – разозлилась Ева. – Отказался и отказался, в чём проблема?

– Он женился, Ева – тихо ответил Паланиратий, и опустил глаза. – Три года назад…. Когда я пришёл, он показал мне ребёнка. Мальчик…

– Так, это же хорошо – с трудом смогла проглотить слюну Ева. – А сообщаете об этом, будто он умер. Как раз поддерживает программу новую.… Я обязательно, приду на твою свадьбу, друг – выдавила она улыбку. – Работы, говорите, много? Новенького возьмёте?

Рилас и Паланиратий переглянулись. Действительно, работы очень много, а свободные руки в дефиците. Но, каждый из них ожидал совсем другой реакции на новость о женитьбе Мирослава. Паланиратий, первое время, мучился от бессонницы, подбирая правильные слова, чтобы рассказать однажды Еве…. А теперь оказалось, что и не нужно было.

– Если ты хочешь – пожал плечами Паланиратий. – Только, сначала заполни в канцелярии несколько бумажек. Порядок такой сейчас…. Ничего без согласования нельзя сделать.

– Канцелярии? – хмыкнула Ева. – Что ещё такое?

– О! – поёжился Рилас. – То место, куда отправляют на пытки, не иначе.

– Пойдём, провожу – ударил Паланиратий Риласа по шее, и улыбнулся Еве.

***

Заполняя третью пачку бумаг, Ева почувствовала боль в пальцах. Подумав о том, что это не самая приятная новая штука, которая происходила с ней, она жалобно посмотрела на молодую женщину, принёсшую ещё одну огромную стопку пустых заявлений и объяснительных.

– Кофе? – чуть улыбнулась женщина, посмотрев на Еву понимающим взглядом.

– Ведро, пожалуйста – обречённо вздохнула Ева и продолжила заполнять документы.

Погрузившись полностью в правильное заполнение, Ева не заметила, как в кабинет вошёл кто-то. Не услышала она и приближающихся к письменному столу, быстрых шагов. Лишь, когда перед лицом возникла рука с подписанным заявлением, Ева вздрогнула, и подняла глаза.

– Привет – будто не удивившись «гостю» произнесла Ева, и продолжила заполнять документ.

– Подпиши – настойчиво произнёс «гость», и положил заявление перед Евой.

Быстро прочитав содержимое заявления, Ева глубоко вздохнула.

– Ты уверен? – покачала Ева головой. – С меня учитель, мягко скажем, отвратительный. Давай, я подберу самого опытного?

– Подпиши – продолжал «гость» настаивать.