Страница 2 из 3
– Не надо! – отрезал Александр, но поздно заметил в своем голосе излишнюю резкость. Ему было неприятно, что отец за него все решит, – я…я все сделал сам, договорился кое с кем.
– Молодец. Но все равно, звони, если что, я помогу. Удачи.
– Спасибо, отец.
Сыщик положил трубку, попытался отдышаться. Снова посмотрел на часы. Скоро вылет. Он наскоро умылся, надел походные ботинки, плотные штаны, кофту и неброскую серую куртку с защитой от ветра и дождя, взял ключи и застыл в коридоре у закрытой двери, покачал головой.
Этот день должен был закончиться совсем не так…
– Да! – рявкнули из- за двери, и Александр зашел внутрь.
Всё здание выглядело повидавшим виды: глаз следователя сразу отметил недавно прошедшую бомбардировку. Трещины в стенах и пыль, тонким слоем лежащая на всех горизонтальных поверхностях, говорили сами за себя.
В Лирмонте, полевом аэропорту Четвертой ударной его встретили на удивление вежливо. Даже командир дивизии нашел пару минут, чтобы поздороваться и попросить передать привет отцу.
Притом сам Александр интересовал военных чуть больше, чем никак. И это парня, скорее, даже порадовало.
С личным водителем командира дивизии Филатова отправили ближе к передовой: туда, где базировался нужный ему полк. Очередной КПП, где пришлось оставить смартфон, и получить вместо него дежурный телефон. Тот был потрепан временем, и функция у устройства была одна – звонить.
И вот парень уже добрался до передового штаба. Отсюда стоит начать.
Командир полка, худой и какой- то тщедушный мужчина лет сорока пяти, никак не ассоциировался со своим громовым голосом:
– Что? – он отложил в сторону пистолет, сборкой которого, видимо, был занят до визита Александра.
– Александр, – представился вошедший. Нехотя добавил, – Филатов.
– Извини, вскакивать не буду. Что нужно?
Видимо, из дивизии его никто не предупредил. Следователь почувствовал, как челюсти сжимаются сами собой, непроизвольно.
– У меня спецразрешение на проведение расследования, – он постарался вышвырнуть из своего тона все эмоции, – у вас числится без вести пропавшей Агата Лан…
– К начальнику штаба! – резко оборвал полковник, не дослушав, – и пусть доложит, как закончите.
– Я понял, – больше общаться желания не было. Да и Александр видел по дороге поцарапанную табличку «Начальник штаба, полковник Юрьев А.К.»
– Давай, иди, – не дождавшись, пока гость покинет кабинет, офицер вернулся к своему занятию.
Постоянно зрела ассоциация с какой- то бюрократической структурой. Время тянулось и тянулось, как паутина, а он пока не добился ровным счетом ничего.
– Слушаю, – начальник штаба полка не почему- то не вызывал такой неприязни, несмотря на свой вид: высокий, широкоплечий, с жесткими черными волосами и грубыми чертами лица он больше всего напоминал монстра Франкенштейна.
– Я по спецразрешению, – не став уже в десятый раз называть фамилию, Александр сразу перешел к делу. Заметив в погасших глазах искру интереса, он протянул офицеру документ.
– Так, так. Вижу, – проговорил тот. Речь полностью соответствовала внешности: тяжелая, неторопливая, – какое нужно содействие?
Наконец, что- то сдвинулось с мертвой точки:
– Прежде всего – что вы можете сказать о пропавшей? Агата Михайловна Лантратова, – повторил парень, – прибыла к вам в расположение полтора месяца назад.
– Да. Помню. Вам бы лучше обратиться в кадры, – проговорил мужчина, – но ввиду последней бомбежки кадры – это я.
Ни один мускул на его лице не дрогнул. Филатов же едва не выдохнул с облегчением, чего тут же устыдился.
– Могу присесть? – он бросил взгляд на один из стульев.
Начальник штаба кивнул и продолжил:
– Общие сведения я дам, но основное нужно смотреть в личном деле. Дела я не дам: понимаете, почему.
Офицер сцепил могучие руки и хрустнул пальцами.
– Девочке тут место предложили по знакомству, насколько известно. На передовую сама хотела. По личной беседе – энтузиазм так и бил. Молодые, – он выдохнул все с тем же каменным лицом, – с тыловиком конфликтов не было, как и с остальными. Наоборот, девчонка видная, привлекательная. Многие за ней бегали.
Александр взглянул на экран телефона: еще в полете он изучил все, что прислал Михаил. Девушка в самом деле была собой хороша. Густые волосы необычного рыжего оттенка, черты – острые, с выраженным подбородком. И, надо думать, ростом в отца.
И зачем её тоже потянуло в эту структуру?
– С кем- то они были особенно близки? – уточнил Филатов, на что хозяин кабинета покачал головой:
– Не думаю. По моему личному впечатлению – девка с характером. К первому встречному не прыгнула бы.
– А лично вы, – следующий вопрос прозвучал незамедлительно, – когда ее видели в последний раз?
Мужчина прищурился:
– Я – начальник штаба, – пророкотал он, – и круг общения у меня небольшой. Наверно, дня за два до налета. А уже в день, когда мы в бункер забились, её точно не было.
– Хорошо, – спокойно ответил Александр. Всю полученную информацию он аккуратно фиксировал в диктофоне, – и еще одна просьба. Можете дать мне сопровождающего? Или помощника, вдруг что понадобится уже на месте.
Густые черные брови сошлись на переносице, и все морщины на лице офицера стали глубже:
– У нас сейчас боевая готовность, – произнес он в итоге, – после атаки.
– Если атака уже была, – осторожно спросил Филатов, – то зачем сидеть в готовности?
Тут уже в собеседнике промелькнула скрываемая злость, но он все же ответил спокойно:
– Не моя прихоть. Так положено.
Общение с офицером не было таким неприятным, как с остальными, но Александр предпочел бы не общаться с ними всеми вовсе.
Но блуждать тут в одиночестве, тратя время на попытки понять, где что находится, он не собирался. А еще меньше хотелось бегать и задавать глупые вопросы местному начальству каждые пару минут.
– Извините, но я вынужден настаивать, – он указал на разрешение.
«Оказать содействие по мере запроса», – значилось там последним абзацем. Чуть ниже стояла гербовая печать командора.
– Используете все средства? Понимаю, – хмуро кивнул Франкенштейн, – подождите у дверей штаба, к вам подойдет боец. И держите в курсе, как всё проходит, – последнее прозвучало больше как просьба.
Он поднял телефон и нажал одну за другой четыре клавиши.
– НШ, – холодно бросил офицер в трубку, – пусть командир даст одного с вашей роты к штабу. В помощь гражданскому. Пока на день, потом будет видно.
Короткая пауза заставила мужчину измениться в лице:
– Любого, твою мать! Мне насрать, кто у вас где работает! Сдавай дежурство и через тридцать минут у меня в кабинете! Всё понял?
Александр поспешил удалиться: вся эта речь заставила его невольно поморщиться.
– Дегенераты, – услышал парень из- за спины.
Вновь захотелось перекурить. Выйдя на крыльцо штаба, Филатов представил, как затянулся бы табаком. Вот только места тут не найти.
Холодный осенний ветер пытался прорваться через пальто. К груди, к спине, к рукам и ногам – по всем направлениям разом.
Очередной выдох помимо дыма обернулся облаком пара. Кажется, за время его полета сюда успело похолодать.
Где этот чертов солдат? Даже ладони, спрятавшиеся в карманы пальто, уже начинала мелко подрагивать от пронизывающего ветра. Пальцы казались уже просто деревянными.
– Это к вам меня назначили? – приблизившийся боец выглядел лет на двадцать, не больше. Зато в нем виднелась энергия, а это было Александру на руку.
– Полагаю, да. Александр, – следователь протянул почти онемевшую руку, и солдат с готовностью пожал её.
На нем ладно сидела демисезонная форменная куртка серого цвета, вызывая у Филатова легкую зависть.
– Сержант Полянский, – представился солдат, прищурившись от налетевшего ветра, – в чем нужна помощь?
– Для начала – мне нужно в управление тыла. Правильно назвал?
– Так точно. Только «служба тыла», – быстро ответил сержант, – пойдемте, я отведу.
Вкупе с воющим ветром это «так точно» кольнуло сильнее обычного. Александр покачал головой и двинулся за бойцом.
Расположение полка было усеяно воронками от авиабомб. Тут и там суетились бойцы, приводя в порядок то, что повредили повстанцы.
«Служба» оказалась небольшим одноэтажным строением. Позади виднелись склады. Один стоял невредимым, у соседнего осыпалась одна из стен. На месте третьего Александр разглядел лишь груду обломков, да огромную воронку рядом.
– Бомба? – уточнил он у Полянского на всякий случай, и тот кивнул.
Переход до строения продлился куда дольше, чем предположил Филатов на первый взгляд. Развороченная снарядами повстанцев земля была рыхлой, да еще и холодный ветер бил в лицо.
Погода продолжала портиться.
– А у вас тут была такая девушка, – невзначай уточнил следователь, пытаясь догнать сержанта, – высокая, симпатичная. Как же её звали?
– В сентябре новенькую распределили! – перекричав ветер, ответил солдат, – как раз к тыловикам. Агата! – вспомнил он имя, – ничего такая.
– Ничего? – доверительно уточнил Александр, – близко знакомы?
– Ну, как, близко, – боец пожал плечами, – раз с отделением помогали ей коробки выгрузить. Ну, на чай потом зашел, минут на двадцать. Да и всё.
Филатов подозрительно взглянул на солдата, и тот словно почувствовал это:
– Ничего не было, – показал руку. На пальце красовалось обручальное кольцо, – да и потом её больше не видел. Нас кинули в разведку, а как вернулись – вот.
На «вот» сержант обвел рукой разрушенные склады.
– Много погибших было? – Александр сразу же переключил тему, – ваши разбирали завалы?
– Я ж говорю, позже мы пришли. Слышал, двенадцать человек всего. А уж сколько именно тут – не готов доложить. Только она и осталась, наверно.
Следователь кивнул.
Они, наконец, добрались до службы. Филатова уже трясло крупной дрожью от пронизывающего холода. Ничего, здесь должно быть получше.
– Я вас тут подожду, разрешите? – проговорил сержант, – там жарко внутри, подышу воздухом.
– Хорошо, – Александр пожал плечами, – и попробуй без своих «разрешите», если можно.
– Принял, – кивнул ОПЗМовец.
Филатов поспешил зайти в постройку. После слов солдата он рассчитывал согреться, но внутри ждало только разочарование.
– Начальник службы тыла, майор Паули, – торопливо представился хозяин помещения, только увидев гостя, – извините, к нам трубу отопления перебило взрывом, но могу предложить чай. Вы по какому направлению?
– Направлению? – удивился Александр. Кажется, его тут ждали. Вернее, ждали, но не совсем его.
Тыловик говорил быстро, складно, много жестикулировал и в целом казался более человечным, чем все, кого встретил Филатов до него.
– Вы не из комиссии? – удивленно переспросил офицер, на что следователь только покачал головой:
– Нет. Меня зовут Александр Филатов, и я здесь по поводу исчезновения Агаты Лантратовой.
ОПЗМовец изменился в лице. Оживление начало стекать с него, как грязная вода.
– Агата, да. Была квартирмейстером и хорошей опорой. В кои- то веки мог на кого- то рассчитывать, – он погрузился в воспоминания, – себе на уме она немного, но в остальном – профессионал.
– У вас были хорошие отношения? – парень решил начать с базовых вопросов. Если этот человек и был в чем- то замешан, то скрыл эмоции умело.
– А у нас отношений и не было, как таковых. Давайте начистоту: вы же знаете, чья она дочь?
Александр раздраженно кивнул. Что за привычка – судить о человеке по его происхождению?
– Ну вот. Я, признаться, не люблю таких, кто сам себе место выбирает, кого проталкивают серьезные люди. Вот она пришла, говорит: интересно в передовом секторе работать. А глаза еще молодые, наивные! Так мне показалось… чаю? – тыловик неожиданно прервался и извлек из незаметной до этого момента ниши электрический чайник, за которым последовали две чашки.
Как бы ни хотелось отказаться, холод все же сказал решающее слово:
– Будьте добры, – все тело знобило. Если так продлится, то можно и слечь. Вот еще и для Вики работа прилетит – ухаживать за братом. Оно им обоим нужно?
Офицер с готовностью разлил чай на двоих:
– Больше ничего предложить не могу: весь десерт отдали в госпиталь после бомбежки. Считаю, там нужнее.
– Что вам показалось? – уточнил Александр, сделав крохотный глоток. По горлу разлилось приятное тепло.
– Мне показалось, что она просто ищет новых ощущений. Ну, молодость играет в заднице. Вот и накидал ей работы по горло: все поставки – её. И продовольствие, и ГСМ, и вещевое довольствие. Врать не буду, сам только на документах сидел. А она ничего, справилась. Не побежала жаловаться папе, ничего.
Филатов пропустил последнее мимо ушей. В памяти всплыл недавний разговор с дежурным по штабу.
– А потом – сами знаете. Закидали нас бомбами, сволочи. И все. Нет у меня теперь правой руки. И левой нет. Одна голова осталась. Очень была девчонка способная, очень. Жаль, что так все закончилось.
Александр задумался. Обжигающе- горячий чай способствовал размышлениям. На первый взгляд – ничего полезного он сейчас не узнал. Но кто знает, кто знает.
– Я слышал, что у неё тут много ухажеров было, – произнес Филатов, – подскажите, с кем можно было бы переговорить?
Паули почесал подбородок:
– Да много, много с кем. Я же так пофамильно не скажу. Да и она работала почти всегда, вот это могу сказать наверняка.
– Вы все- таки постарайтесь вспомнить, хорошо? – вежливо попросил следователь, – и напишите список.
– Как смогу, обязательно, – уклончиво отозвался офицер, – дел много, видите. Я же теперь сам остался на хозяйстве.
– Заранее спасибо, – это Филатов произнес настолько мягко, насколько мог, – я еще сегодня общался с вашим полковником… секунду. С начальником штаба. Он хотел, чтобы вся моя работа закончилась побыстрее, и ничто ее не тормозило. Так что давайте сделаем все быстро. В чем проблема?
По лицу тыловика тут же пробежала тень. Кажется, Александру удалось нажать на нужные точки.
– Вас понял. Всё будет минут через тридцать, – покачал головой ОПЗМовец, – успехов вам в расследовании.
Не сказав больше ни слова, парень поспешил удалиться.
Они с терпеливо дожидавшимся его сержантом быстро добрались до завала на месте бывшего склада. Всего одно, даже не прямое, попадание бомбы превратило целый ангар в бесформенную груду камней. Где- то среди кирпичей и раскуроченного бетона угадывались очертания того, что хранилось в этом складе. Однако выцепить взглядом что- то определенное Александр никак не мог.
– Посмотри вот тут, – он указал солдату на что- то непонятное. Тот стащил в сторону перекрытие, отодвинул лист металла.
– Ого! – Полянский присвистнул, обнаружив три стальных ящика, – неплохо.
Филатов не сразу уловил суть:
– Что это?
– Вот, смотрите на маркировку. Кажется, рации. Связисты весь запас тут держали.
Следователь тяжело вздохнул. Нет, имущество связистов его интересовало в последнюю очередь.
Сержант с любопытством взломал один из ящиков. Достал небольшое переговорное устройство, повертел в руках и чем- то щелкнул.
– Рабочие. Я думал, тут хер что выживет.
Если сохранилась электроника, мелькнула мысль, то и человек мог бы выжить. По крайней мере, в теории.
Они метр за метром прочесывали развалины. Время шло час за часом, обед остался позади. Холод вновь начинал сковывать движения, но Филатов держался. Да и работа, пусть созерцательная, всегда лучше простого ожидания.
Однако когда боец окончательно устал, Александр и сам подключился к осмотру. Хоть бы один какой- то след, пятно крови.
Ничего. А может, есть, где- то под сантиметровым слоем пыли.
– А что тут было после бомбардировки? Кто- нибудь поднимался? – озвучил он свои мысли.
– Как положено, через тридцать минут после последней бомбы. С предварительной доразведкой! – отрапортовал Полянский, тяжело дыша.
– Как думаешь, она могла сама выбраться и уйти куда- то?
– Э… зачем? – на лице бойца появилось непонимание, – санчасть здесь. Там – линия фронта. Там – наши позиции, но до них двенадцать километров. Ну а там – лес, вроде. Чего ей там делать?
– В состоянии шока… – начал было Филатов, но непонимание в глазах солдата ответило ему красноречивее любых слов.
Хотелось выругаться. А еще сильнее – снова затянуться сигаретой.
Нет. Злоупотреблять не стоит. Две за день, три – край.
– Слушайте. Тут ни хера нет, мне кажется. Может, там внизу лежит тело, но я его не откопаю. Инженерный взвод надо вызвать, они вам тут всё перелопатят.
– А у вас есть? – Александр оживился.
– Не, у нас нет. Ну, через полковника можно в дивизии запросить, я так понимаю. Да вроде уже и запросили.
– Да? Когда будет? – к атаке вопросами боец явно был не готов.
– Не по окладу вопрос, не доложу вам. Поговорите с командиром лучше. Только знаете. От такой бомбы там все в кашу перемешалось. Ну, это чисто моё мнение.
– Ладно. Спасибо, – кивнул Филатов, – давай на сегодня все. Нужно пообедать и отдохнуть. Продолжим завтра утром.
В своих словах следователь сразу же начал сомневаться. Вряд ли они что- то пропустили – невнимательностью Александр не страдал.
И все же зацепок больше не было. Тонкая ниточка надежды вела к показаниям тыловика и – в потенциале – людей, на которых он укажет.
Парень снова заглянул к Паули. В самом деле, пока они искали улики, тот успел подготовить список, составленный неожиданно грамотно. Звания, должности, фамилии и даже приписки, кто и когда общался с Агатой. Пусть примерно.
Сержант Полянский Максим Федорович, кстати, в списке тоже присутствовал. Всего – восемнадцать человек.
Это еще на день расспросов. Полдня, если сильно постараться. Он рассчитывал, что будут четыре- пять фамилий.
Пожав руку сержанту, Александр, погруженный в размышления, направился к штабу. Короткий диалог с Юрьевым – на отсутствие успеха тот отреагировал в своей манере: никак. Однако пообещал собрать перечисленных людей к вечеру.
Филатову для отдыха достался пустующий кабинет замполита. Что стало с его предыдущим владельцем, следователь догадался сам.
Дело никак не хочет складываться, думал парень, лежа на простой военной койке и глядя в потолок. Подняв полученный на КПП телефон, он собрался совершить звонок.
Как и во всех сложных ситуациях, Александр решил посоветоваться с сестрой.
Но сам телефон зазвонил раньше. Вика снова предугадала намерения брата:
– Без лишних приветствий, – начала она, – как всё продвигается? Могу чем- то помочь?
– Может быть. Пока все сложно, – Филатов рассказал, что успел узнать за день, – склоняюсь к тому, что погибла она под той бомбежкой. А тело либо не смогли найти, либо его уже и не найдешь.
Виктория задумалась. Больше минуты оба молчали, пока, наконец, звенящая тишина не прервалась размышлениями девушки:
– Я бы разве что обратила внимание на этот огромный список, – произнесла она, – похоже, что этот Паули просто накидал тебе всех подряд, чтобы вымотать. Ну не может у девушки, которую все описывают как поглощенную работой, быть так много поклонников, с которыми она еще и успела пообщаться. Особенно – за месяц.
Слова сестры звучали логично. Но в то же время…
– Согласен. Но, понимаешь, это же просто догадка. Их ведь в самом деле могло быть много. Тот же сержант – сам все рассказывал.
– Решай сам, – голос выдал в девушке доброжелательность, – ты ведь ведешь дело. Я могу только посоветовать.
– Спасибо. Буду держать в курсе, если что- то изменится. Завтра займусь опросом всех свидетелей. Может, и правда инженеров подключим, чтобы уже развеять сомнения.
– Давай, успехов, – пожелала Виктория, – я посмотрела фотографии, которые прислал её отец. На меня похожа, не находишь? Даже вот цветом волос.
– Может быть, немного, – усмехнулся Александр, – но ей до тебя далеко.
Девушка смутилась, это он почувствовал даже через телефон.
– Все, Саш. Пора продолжать работать. Думаю, Михаил уже скоро позвонит и будет спрашивать. А мне пока нечего ответить.
Филатов перевернулся на правый бок. Кровать протяжно скрипнула под его весом. Приложив усилие, поднялся и сел.
– Боюсь, ты снова права, – произнес парень, – нужно работать.
Перекусив, Александр взглянул на часы. Время позволяло отдохнуть еще немного, но в организме еще теплилась энергия.
Далеко идти не потребовалось. Следователь спустился на первый этаж, и заглянул в небольшой конференц- зал.
– Все устраивает? – Юрьев, мрачно изучающий какую- то таблицу, светящуюся на экране, обернулся к вошедшему, – соберу всех тут.
– Если можно, – вежливо попросил Филатов, – хотелось бы наедине поговорить с каждым.
Офицер кивнул, не став спорить.
– Думаю, это может затянуться. Наверно, не стоило собирать всех сразу.
Глаза начальника штаба округлились:
– Подождут. Ничего страшного. Назначишь всем разное время – опоздают и собьют порядок.
– Разрешите? – после негромкого стука в зал заглянул первый из списка. На плече, которое просунулось в проем, красовался лейтенантский погон.
– Заходи, – Юрьев не стал препятствовать.
Еще раз посмотрев на таблицу, он добавил:
– Ты начальника РЭБ видел? – прозвучал требовательный вопрос.
– По полку дежурит, – быстро ответил лейтенант.
– Хорошо, – начальник был мрачнее тучи, – теперь у него проблемы.
Стоило полковнику покинуть зал, как гнетущее ощущение чуть свалилось с плеч. Хотя усталость дня уже начала сказываться, Александр гнал её прочь.
– Передайте остальным, чтобы заходили по очереди, – попросил он лейтенанта, – вы будете первым.
Тот кивнул и на минуту скрылся снаружи, прежде чем вернуться к Филатову.
Следователь указал на одно из сидений, а сам устроился напротив.
– Я попрошу вас ответить на несколько вопросов, – начал он, – и не буду задерживать.
– Запросто, – молодой офицер устроился в кресле, как на троне.
Александр приступил к добыванию информации. Сперва задал осторожные базовые вопросы, а потом уже начал подбираться к Агате и всему, что с ней связано.
В целом, не удалось узнать абсолютно ничего нового. Да, красивая девушка. Да, пересекались несколько раз. Да, пытался установить контакт, но в итоге натолкнулся на решительное «нет». На том и разошлись.
– Я не знаю, кто вам меня назвал, – с улыбкой завершил лейтенант, – но он с тем же успехом мог почти весь полк подать. И истории у всех примерно одинаковые.
– Хорошо. Спасибо за содействие, Александр попрощался с ОПЗМовцем. Любезности любезностями, а у него еще полтора десятка таких же. Паули, кажется, не скупился добавлять фамилии.
Долгий опрос, к окончательному разочарованию следователя, так и не дал ничего нового. Все отвечали по единой схеме: пришла. Занялась работой. На ухаживания не поддавалась. После нападения – никто её не видел, как и в день бомбежки.
Особое внимание он уделил группе, которая обследовала развалины первым делом. Те могли что- то видеть, что сейчас укрылось под слоем пыли и грязи. Но, к сожалению, результат был одинаков:
– Я пытался её найти, когда мы раскапывали развалины, – признался один из солдат, – но там вообще ни хрена не разобрать. Все разворочено.
Знаю, знаю, думал Филатов. Уже видел.
– Сейчас уже всё равно, – доверительно проговорил молодой прапорщик, осмотревшись по сторонам в поисках камер, – но вам это может помочь.
Александр напрягся. Неужели, какая- то информация?
