– … Лишь кровь хранителя может сливаться с энергией жемчужины.
– Совет знает о ней?
– Да, но пока не догадывается о пропаже. – Мне было интересно, о чём всегда думает загадочный мужчина, что до сих пор считает нас родственниками. – Об этом знают лишь несколько подчинённых и ты.
Когда он произнёс последнее слово, то жутко посмотрел на меня, как бы говоря: “Ты не должна рассказывать никому живому о произошедшем.”
Хотела задать очередной вопрос, но мужчина неожиданно посмотрел в сторону двери и после обратился ко мне:
– Не беспокойся, тени не тронут тебя. Усиленная защита не позволит им снова оказаться внутри, а если и проберутся, то я тут же узнаю, но постарайся не выходить за пределы замка одна. Прости, мне нужно идти, поговорим немного позже, отдыхай.
Какое-то время я сидела на краю кровати и смотрела в никуда, обдумывая слова Блэка. История набирает обороты, а я не знаю, чего ожидать от будущего и где искать подвох. Известна причина, по которой меня хотят похитить, но для чего именно – непонятно. Может, эти тени и кто-то ещё собираются проникнуть в другие миры и устроить там апокалипсис, а может, высвободить чудовищ и разрушить Миртарион, имея в арсенале реликвию, открывающую все межпространственные двери.
Спустя минут десять в палату зашла миссис Барин, проверила моё состояние, поставила на ноги и проговорила:
– Если почувствуешь слабость или боль, приходи обратно. Молодой человек уже ожидает тебя за дверью.
Выйдя из комнаты, я заметила облокотившегося на стену задумчивого старосту. Увидев меня, он резко выпрямился и, не сказав ни слова, позвал за собой. Так, в тишине, мы дошли до моей спальни.
– С самого начала по просьбе господина Блэка я обязан сопровождать тебя. В тот день, перед последним поединком, выполняя поручение директора, я увидел, как студент бродит по коридорам академии, где никого быть не должно. Он двигался в эту сторону, – парень взглядом указал на коридор, в котором стояли только мы вдвоём, – я окликнул ученика,и он тут же ускорился, а затем скрылся за той дверью.
Староста говорил о дальней пустующей комнате, как и остальные, кроме моей. Я внимательно слушала, но только наши глаза блондина встречались, он тут же отводил взгляд. Парень вернулся к прошлому состоянию, рассказывая всё, словно отчёт.
– Ты его поймал?
– Нет, в комнате никого не оказалось, а когда хотел выйти, дверь была заблокирована. Я не успел и выбрался под конец инцидента, надеюсь, ты поймёшь и примешь извинения.
– Здесь нет твоей вины. – но эти слова никак не отзывались в нём.
– Такого больше не повторится, – холодно говорил староста, – впредь я буду сопровождать тебя везде.
– Незачем, – мне было не по себе от его настроя, – тем более Блэк сказал об усилении защиты внутри академии, а снаружи территории мне делать особо нечего, так что всё нормально.
– Господин Блэк.– Поправил меня он.
– Неважно.
– Это не обсуждается, увидимся завтра утром, – на том парень не стал ждать ответа и удалился прочь.
Померещилось ли? Староста в лазарете вёл себя иначе, что казалось, мы могли даже подружиться, ну, или хотя бы поладить. Теперь же я врезалась в толстенную непробиваемую стену, что он воздвиг между нами. Причина была в его самоистязании за случившееся?
Я осталась наедине со странным ощущением в груди. Вот недавно солнце пробивалось сквозь облака, предвещая ясную погоду, но теперь всё поменялось, как и поведение старосты, заслоняя небесное светило чёрными тучами, предвещая дожди.
– Что ж, – обратилась я к месту, где недавно стоял вампирёныш, – увидимся утром.
V Глава
Кошмары.
Довольно давно я в академии, сезон ветра подходил к концу, и приближался день фестиваля "Сон трёх сестёр". После случившегося староста долгое время сопровождал меня, не оставляя без внимания, что под конец пришлось сбегать, лишь бы не ощущать дискомфорт от ужасающей ауры.
– Ваш покорный слуга не хочет составить компанию и прогуляться? – обращался ко мне Мар, смотря на закатывающего глаза блондина.
– По-мо-ги, – беззвучно произнесла я, столкнувшись с вампирским дуэтом в коридоре, когда шла в сторону боевого корпуса…
– Пошли, а то ты совсем не уделяешь нам внимания, о святейшество, – продолжал Лаэль, но староста никак не реагировал.
Он не разговаривал со мной без причины, да и не шёл рядом, чаще всего на пару шагов позади, чтобы я находилась в его поле зрения в случае опасности. На мои вопросы, почему ему бы не заняться своими делами, вампирёныш всегда отвечал:
– Это и есть мои обязанности на данный момент.
– После состязания ничего не происходит и не произойдёт, – надеюсь, – потому не обязательно преследовать меня.
В редкие часы мне удавалось побыть одной, или без надзора блондинчика, например, на занятиях с Жаном или когда Роэн выкрала меня с Нирой, и мы спрятались во внутреннем саду замка.
– Меня это сводит с ума, – жаловалась эльфийке.
– Я поговорю с ним, – улыбалась та, – Анн всегда отличался неприступностью и сосредоточенностью на своих обязанностях.
– Мне кажется, он корит себя в случившемся и пытается так загладить вину передо мной или собой. Не знаю, но находиться под надзором целый день не по себе, кажется, и вовсе будет дежурить под дверью.
– Не преувеличивай, – растянулась на прохладной траве Роэн.
– Тебе легко говорить, – возмутилась на слова девушки, – за тобой не ходит светлоголовая высокомерная каланча, которая каждый раз так и норовит упрекнуть в том или ином.
– Он воспитан в вампирских традициях аристократов, для таких неуважительный тон и неподобающее поведение неприемлемо, – объясняла эльфийка, хотя сама была из знати. Правда, я не понимала, к каким именно социальным слоям принадлежат оба, но, думаю, они могут быть на равных.
– Тебе это не мешает.
– Анн не бунтарь, как я, – улыбнулась та, перекатываясь на живот и подзывая маленького друида, что кормила рыб у озера.
Из-за блондина я даже не могла встретиться с лесным другом, что не появлялся, если рядом со мной есть народ. Порой начинаю верить, что Йен и вправду дух этих земель, а не просто друид.
– Слушай, я всё понимаю, – не выдержала и решила разобраться с надзорщиком, – но прошло достаточно времени. Вижу, тебе так же это “приятно”, как и мне, потому предлагаю закончить.
– Дело не в…
– Тихо, недоговорила ещё, – перебила парня. – Вина в нападении монстра никак не может быть на обычном студенте, потому прекрати присматривать за мной. В случае чего я не дам себя в обиду , теперь уж точно.
Мои тренировки возымели прогресс, когда начала отбиваться от ударов Жана, но пока без возможности хоть чуть-чуть задеть того в ответ. Понимаю, этого мало, чтобы заявлять об успешной самозащите в критический момент, но у меня не было больше вариантов убедить старосту.
– Понял тебя, – угрюмо ответил вампир.
Парень стоял, не двигаясь с места, видно, ожидая продолжения тирады, но мне стало не по себе, и я неловко выпалила:
– Мне…идти надо… туда.
После такого побега мы больше не находились рядом, что блондин даже пропускал приёмы пищи.
– Думаешь, Анн обиделся на тебя? – понял мой бегающий взгляд по кафетерию Мар. – Он не из тех, явно занят заботами старосты.
– Чем вообще занимается староста и заместитель? – обратилась я к Роэн.
– Это как посланник между студентами, учителями и директором, несмотря на существующих помощников господина Блэка, – рассказывала эльфийка. – В моём распоряжении организация студентов для фестивалей, состязаний и прочих мероприятий, а также поиск нарушителей и хулиганов. Но это так, на словах звучит серьёзно, в общем, я сотрудничаю с помощником директора Вайзуре, которая всем этим занимается.
– Никогда не слышала о ней и не видела. – Пыталась вспомнить хоть кого с таким именем среди персонала академии.
– О, это неуловимый призрак Фаркелена, – смеялась эльфийка, – если заметишь русалку с длинными голубыми волосами и безумным взглядом, знай – это она.
– Ясненько.
– А староста же напрямую взаимодействует с директором и его помощником, но чаще всего только с господином Блэком. По идее, любые учебные вопросы ложатся на плечи Анн, как помощь для первогодок, заселение в общежитие, и прочие неинтересные дела.
К слову о фестивалях. Со всей суетой забыла вам рассказать ещё одну отличительную черту Миртариона: времена года. Всё довольно просто, относительно… В году триста шестьдесят пять дней, без високосного, но вместо двенадцати нам привычных месяцев, здесь пятнадцать, цикл каждого равен двадцати четырём дням, за исключением последнего месяца сезона ветра, месяц Лик.
Сначала про сезоны, это удивительная вещь, их пять, и каждый относиться к своему элементу. Земля – весна, следом идёт ветер, дух – это вроде лета , огонь – осень и вода – зима. Так вот, сейчас самое интересное время, время ветров и переменчивой погоды, месяц троелуния – Лик или же Мирана. Это невообразимое зрелище, когда ты смотришь на небо, а на нём расположилась небольшая луна, точнее, Мира, и её две младшие сёстры – Рана и Нари. Всё это я вычитала в книгах из библиотеки. Меня привлекло название “Легенда про трёх сестёр”.
“Много времени назад родились три сестры: Мира, Рана и Нари. Но двое из них несли в себе проклятье, что забирало силы с каждым годом, и поэтому Мира заботилась о них, совсем не жалея себя. Однажды она подошла к краю скалы и спросила у чёрного-чёрного небосвода, усыпанного яркими звёздами:
– Почему мои сёстры увядают? За что всё эти страдания выпали на их детские души?
Но небо молчало.
– Как бы я хотела снова видеть на их лицах улыбки, снова слышать их звонкий смех, снова играть с ними у воды.
После этих слов девушка заплакала горькими слезами, растворившись в ночи, а на небе появилась первая луна.
Сестры, словно засохшие бутоны, смогли распуститься вновь, только вот старшую никак не могли найти. Рана и Нари искали Миру долгое время, и девушки обратились к небу на том же утёсе.
– Скажи нам, куда же пропала сестра?
Но небо молчало.
– Мы стольким ей обязаны, все бы отдали, чтобы хоть раз увидеться с ней.
И девушки заплакали, так же как и плакала их сестра. Ночь забрала и их, но вместо этого на небе засияли ещё две небольшие луны, и так желание сестёр исполнилось, они снова встретились на небосводе.”
Эта легенда гласит о самоотверженности одной из них, забывшей о себе, и желании счастья своим сёстрам, погубив тем самым собственную жизнь. Сестры же не виноваты, такова их судьба, но протянуть долго без помощи они не могли и погибли. Озарив землю своим сиянием в ночи.
Каждый раз, в последний месяц сезона на небе загораются ещё две луны, две слабые сестры, возле одной яркой и большой, и гаснут втроём в последний день, засыпая на долгое время. Только в этот день все три сестры вместе, поэтому принято провожать их тремя танцами, которые девушки так любили в детстве, после чего всегда крепко спали.
– Ну и рожа, – Сказала отражению в зеркале. Спала прекрасно, без задних ног. Почему тогда под глазами мешки?
Несмотря на события, в академии не было места для пропусков занятий, да и зачем, если всего два предмета заставляли мозги работать с утра, не шесть или восемь пар, как я когда-то выжидала на последнем издыхании в университете.
Пришлось сменить привычные задние ряды на лекции по алхимии, ведь очки канули в Лету, а я забыла забрать эликсир у Харка, что поддерживает отличное зрение для таких кротов, как я.
– Не забудь сегодня, – прошептала Нира, заметив, как я растягиваю глаза и щурю их, пытаясь разглядеть профессора Цина у доски. – Давай сходим вместе после занятия.
– Договорились.
Как же приятно видеть мир без размытия. Теперь снова могу сидеть подальше от профессора Фэра, который вещает о политических договорах, возникших между несколькими землями эльфийских народов, и начале сотрудничества по постройке кораблей… Каюсь, но было лень слушать его, хоть и вещал он довольно интересно. В тот момент в голове проскальзывал вопрос: кто вытащил меня из лап монстра?
На обеде я наблюдала, как Лаэль и Нира о чём-то мило беседуют, пока Роэн загружает Мара для помощи в подготовке к фестивалю.
– Не-не-не, – возмущался болтун. – Вон смотри, сколько рук свободных.
– Бал совсем скоро, не увиливай, я знаю твои возможности, – пригрозила девушка тому, – это не просьба, а задание без вариантов обжаловать.
– Дружище, а ты чего молчишь?– парнишка пытался вытянуть хоть слово из старосты, который просто ел. Периодически я поглядывала на него, но Анн же ни разу не посмотрел в мою сторону.
– Мар. – суровый взгляд эльфийки пронзил болтуна.
– Я понял, о великая.
– Будешь паясничать, сверху накину.
– Почему этим должен заниматься я? У нас больше нет рук, попроси у старших.
– Их я тоже запрягла.
– Почему последние курсы не занимаются такой работой? Почему вообще не кто-то из старших староста и заместитель? – я украдкой взглянула на блондина, но тот даже бровью не повёл.
– В конце среднего курса можно пожеланию стать рабом, или тебя просит помощник директора об этом, и ты до конца обучения занимаешься подобным, – говорил Мар, но, кажется, такое объяснение пришлось не всем по душе. Анн недовольно цыкнул, а Роэн влепила подзатыльник болтуну.
– Заслуженно, – расхохотался Лаэль, а я следом за ним.
– Чего ржёте? – хмурился вампир, потирая голову.
Внезапно к нам подошёл ученик младших классов, протягивая мне конверт:
– От директора.
– Спасибо, – беря в руки, мальчишка тут же удалился прочь. Впервые Блэк связывается со мной таким способом, интересно, что случилось?
“Это не займёт много времени, зайди в мой кабинет.”
В одиночестве я побрела на встречу с “дядей”. На удивление в коридорах было шумно, студенты закончили свои занятия и занимались подготовкой к фестивалю, видно заслуга Роэн. А ещё в меня чуть не врезалось нечто на сверхзвуковой скорости с голубым шлейфом за собой. Гадала поначалу, есть ли призраки в этом мире, вот один из них был.
Подойдя к месту, из кабинета до моих ушей донеслись голоса. Определить количество присутствующий не смогла, но их точно было больше трёх. Не стала прибегать к подслушиванию и постучала в дверь, давая о себе знать.
– Проходи, – спокойно произнёс директор.
Как и предполагала, внутри оказалось несколько персон, не принадлежащих к академии. Невысокий мужчина в возрасте, но по виду не скажешь, что в нём осталось мало сил и энергии. Длинный тёмный хвост выглядывал из-под пальто, плавно покачиваясь, как у кошачьих. Судя по голосу, это был тот самый лорд Верге. Позади него стояли две молчаливые особы в одинаковых одеждах, похожих по стилю с нарядом мужчины, вероятно, это его помощники или охрана. Помимо него, в кабинете находились айлайт, киртха и фи, каждого по одному от своей расы. Остальных членов совета я не заметила.
Увидев меня, лицо дайнмера исказилось в странной недовольной гримасе, и он тут же отвернулся к директору.
– Главный советник, – произнёс лорд Верге.
