Страница 6 из 12
Александр выбрался из машины и развел бурную деятельность.
Небо стремительно темнело. Зажигались звезды, фонари и окна домов. Иван смотрел на, лежащую рядом, жену и потихоньку трезвел. О чем она хотела поговорить? Может быть, решила пойти на перемирие? Вряд ли. Мама не позволит.
– Эх! – вхдохнул он. – Кабы не была ты такой маменькиной дочкой!
До Александры Надьке конечно далеко, но не намного. Возможно и такое, что её появление на свет обошлось без участия папы-ботаника, слишком уж типаж не тот.
– Ванька! – весело крикнул Александр. – Иди сюда!
Из дверей клиники рысцой выбежали два человека в белых халатах с носилками. Колобки подбадривали их неприличными словами. Надежду бережно уложили и, в том же темпе, поволокли лечить ей руку.
Иван выполз на свежий воздух и потянулся, зевая во весь рот.
– Все будет тип-топ! – сказал ему бандит. – У меня тут связи кругом. Я как-то раз лежал здесь… или не раз, не помню! Но дело не в этом, минут через двадцать-тридцать Нанадя будет как новенькая и рванем ко мне!
– Почему ты называешь ее Нанадей? – спросил Иван.
– Так это… она ж сама так назвалась.
– Надя! Надежда ее зовут! На-дя!
– На-дя, – удивленным эхом повторил Александр. – Слушай! За это стоит выпить! Ты как?
– Давай, – кивнул тот.
– Коля-ан!
– Ага…
Через полчаса Ивану стало лучше. Александр врубил музон на полную катушку, мешая спать обозлённым бандитским беспределом граждан.
– Подруга подкинула проблем! Сука! – вопил он, стараясь переорать звуки, вылетающие из динамика.
– Точно, – тихонько поддакивал Иван, мотая головой в такт музыке и думал, а почему, собственно, не пришла Александра? Обещала ведь зайти вечером.
– Санек, послушай! – крикнул он, но тот ничего не услышал.
– Эй, мафиозо! – Иван пихнул его в плечо.
Александр убавил звук и повернулся к нему.
– Чего?
– Давай твою жену разыграем.
– Как это? В карты что ли? Нет, не пойдет!
– Да ты чё, не понял, в натуре?
– А-а! – радостно осклабился тот. – Теперь понял! Разыграем. А как?
– Ну, я как был для нее, так и буду частным детективом. Пусть думает, что ты её в самом деле грохнуть хочешь.
– Клёво! – протянул Александр. – А нахрена?
– Так ведь клёво же!
– Точно! – тот поднял указательный палец. – И это главное, жить надо весело.
– В натуре!
Иван уже начал осваивать бандитский сленг и это пришлось ему по душе. Он уже вошёл во вкус, с водкой в голове и баксами в кармане многие проблемы отпадали сами собой.
– За это надо выпить, – сказал Александр. – Колян!
Спустя примерно час Иван вдруг вспомнил, что ему надо проведать жену.
– Санек, а чё, в натуре, Надька так долго? – пьяно спросил он.
– Пойдем поглядим!
Александр выполз из машины и слегка покачнулся. Хмель наконец-то добрался до его стриженой башки, а что касается самого Ивана, то он и вовсе упал на землю.
Бандит легко поднял его, закинул руку, лишённую рукава, стоимостью в сотку баксов, себе на шею и потащил в больницу. Иван брёл как в тумане, ноги перестали слушаться, голова постепенно наливалась свинцовой тяжестью.
– Держись, братан! – шептал .Александр. – Сейчас мы найдем её.
Они поднялись по ступеням и вошли в здание.
– Эй! – заорал бандит. – Есть тут кто?
Впереди маячила табличка с надписью "ПРИЁМНЫЙ ПОКОЙ".
Дверь была открыта, Александр заглянул внутрь.
– Вот сволочи! – ругнулся он. – Куда же все запропастились?
– Брось меня, – простонал Иван. – Я больше не могу, мне плохо.
– Ты посиди здесь, а я пойду найду кого-нибудь.
Александр затащил его в приёмный покой, уложил на кушетку и вышел в коридор.
Иван почувствовал, что летит. Полет был тяжелым и безрадостным, в голове вихрились какие-то неотчётливые тени, черно-белым калейдоскопом закручиваясь в гигантский смерч.
– Улетаю-таю, таю… – промычал он и заунывно простонал.
– Ты давно тут лежишь? – услышал он голос.
– Не знаю.
– Что у тебя?
– Мне плохо.
– Да, вид у вас, батенька, неважнецкий. Машенька, готовьте инструменты, будем оперировать. У парня явный аппендицит.
– Хорошо, Виктор Степанович.
Иван открыл глаза.
– Ты чё гонишь, в натуре! – заявил он.
– Кого? Да вы лежите, голубчик, а то не дай бог, перетонит будет.
Иван и не пытался встать. "А что, – подумал он. – Вдруг и впрямь аппендицит?"
Он ощутил прикосновение чьих-то мягких рук и отключился…
Александр нашел Надежду спящей в больничной палате. Дежурные медсёстры даже и не пробовали остановить его, побаиваясь дородной, под два метра, фигуры.
– Надюша! – счастливо позвал он, приподнимая одеяло.
Та лежала переодетая в какую-то хламиду, правая рука, по локоть обмотанная бинтами, покоилась на равномерно вздымающейся и опускающейся груди. Тихое посапывание говорило о глубоком сне.
С соседних коек зашикали рассерженные тётки.
– Чего надо? – повысил он голос. – Отбой был, всем спать!
Тётки замолчали.
– Наденька! – ласково прошептал он снова. – Проснись, детка, дам конфетку. Да ты проснешься, стерва, наконец?!
Надежда зевнула.
– Кто там? – сонным голосом спросила она. – Лёшь, ты?
– Лёша? – удивился Александр. – Гы, гы-гы! Лёша!
Его пробил истерический смех. Тётки снова ожили.
– Гражданин, как вам не стыдно?
– Не мешайте спать!
– Пошёл вон! Ты, морда!
– Цыц! – сказал Александр. – Я ухожу. Но я ещё вернусь.
Он накрыл Надежду одеялом и вышел из палаты.
Хрупкая молоденькая медсестра толкала перед собой передвижную тележку с лежащим на ней телом. Девушка совсем недавно закончила медучилище и еще не привыкла к ночным дежурствам. Одно дело – гулять до утра, целуясь с парнями в тени парковых кустов, но совсем другое – работать, не закрывая глаз. Время еще детское, всего-то одиннадцать часов, это даже ещё не ночь, а вечер, но у бедняжки уже не было сил, страшно хотелось спать. А тут ещё дежурный врач, Виктор Степанович,(кстати, такой проказник!) велел готовить больного к операции.
Она зевала во весь рот, когда на пути вдруг возникла огромная черная фигура и со всего маху налетела на тележку.
– А-ам! – не успев прервать своего расслабительного зевка, сестра издала ни на что не похожий звук, да так и застыла с разинутым ртом.
Александр отшвырнул тележку прочь.
– Ты, корова! – проорал он. – Смотри, куда катишь!
Иван всё ещё летал в своем пьяном сне и вдруг ему приснилось, что он, наконец, приземлился. Причем довольно таки ощутимо и болезненно. Александр нечаянно наступил ему на ногу и он взвыл благим матом.
– Ванька, ты? – удивленно спросил бандит, узнавая в воющем теле дружка. – Что с тобой? Куда ты его везёшь?
– В операционную, – заикаясь от страха, сказала медсестра. – У него аппендицит.
– Чё, в натуре? Иван, ты слышишь меня?
– Под…под…
– Чего ты там бубнишь?
– Подними меня…
Александр схватил его за руку и поставил ногами на пол.
– Как тебя зовут, красотка? – спросил он девушку.
– Ма…Маша.
– Блин! Вы, в натуре, все сегодня охренели! То Нанадя, теперь Мамаша. Врача, чисто случайно, не папашей кличут?
– Нет, Виктором Степановичем.
– Веди к нему!
Машенька послушно повернулась(попробуй откажи)и, ежесекундно оглядываясь, повела их за собой. Александр вновь водрузил друга на тележку, чтобы не устать, и повез его за ней.
Виктор Степанович восседал в своем кабинетике за столом, накрытом серой простыней.
– Здорово, папаша! – поприветствовал его бандит.
– Ваши уже были, – грустно ответил врач. – Руку поправили, жить будет.
– Он меня зарезать хотел! – раздался из коридора голос Ивана.
– Ах, это? – врач снял очки. – У пациента аппендицит.
