– Надо собираться, – сказал Комендант, видя что его гвардия совершенно расслабилась. – Давайте возвращаться.
Он вздохнул, осмотрелся, и сам растянулся в полный рост возле рюкзака, прикрыв глаза. Солнышко пригревало, и ничего не хотелось. Что-то, словно вдалеке, произнес Конгруэнций.
– Ну и хорошо, – подумал Комендант и заснул.
Разбудил их голос Охотника, пришедшего за ними из замка:
– Спят, посмотрите-ка на них. Посмотрите на этих непобедимых воинов.
Комендант открыл глаза.
Дикий Охотник возвышался над ним, загораживая солнце.
– Я вас еле нашел. Давайте, просыпайтесь. Снилось хоть что-то героическое?
– Мы тут это, немного, – хрипло сказал Комендант, приподнявшись. Он потер щеку, к которой прилипла травинка.
– Немного? – хмыкнул Охотник. – Там в замке все от беспокойства с ума сходят. Хельга достала револьверы и пообещала перестрелять всех врагов вокруг.
С Коменданта слетел всякий сон. Огнестрельное оружие было под строгим запретом.
– Еще не хватало, чтобы она начала палить… к нам тут Орел решил пожаловать. С проверкой.
– Орел? – покачал головой Охотник. – Сам? Вот это да.
– Ну да, – кивнул Комендант, отыскал термос и сделал пару глотков. – Вот такие пироги, господа отдыхающие. Придется держать ответ за всё, что мы сделали, а особенно за то что не делали и не собирались.
– Дела, – присвистнул Охотник. – А сражение как прошло?
– Никак… это Здоровенный тут шутки шутит.
Охотник понимающе кивнул, подошел к спящему Кентавру и отвесил ему пару пинков.
Кентавр перестал храпеть, поворочался, повернулся, открыл глаза: – О, Охотник появился. Здорово, длинный! На помощь пришел или так, в зрительный ряд?
– За вами пришел. Вас там, в замке потеряли уже. Давайте возвращаться. Только чур, я верхом. У меня уже ноги отваливаются, столько исходил. Вас разве найдешь, залегли в траве как партизаны. Ладно еще Кентавр храпит на весь лес.
Быстро был устроен легкий перекус, каждому досталось по бутерброду. Через несколько минут, допив кофе и разделив кусок шоколадки со Всехним, Комендант объявил о возвращении в замок.
Конгруэнций окончательно пришел в себя и радовался жизни, глядя на Кентавра.
– Сейчас дела-то пойдут. С кентавром-то. Починим водопровод, укрепим стены, – говорил он, – навесы поставим, а потом за мост примемся. Совсем он плох, все доски как попало лежат.
– Ну началось! – воскликнул кентавр. – На мне уже готовы возить, пахать и гонять туда-сюда, как работника на окладе! Я за военные подвиги, а не трудовые. Перекусить бы, отдохнуть. Душа просит хлеба и зрелищ! Да и Гарри сто лет не видел. Он там не совсем еще рехнулся, в своем шалаше? Отличает реальность от вымысла?
Надо сказать, что когда-то Гарри был настоящим врачом, но попав в Кленовое Место, он быстро забыл всю медицинскую теорию вместе с практикой и лечил редких пациентов травяными настойками. Жил он скромно, в шалаше у озера, где его навещали лесные девы. За общительность и душевную простоту его безумно любили.
Комендант успокоил Здоровенного, заявив, что Гарри держится молодцом.
– Только, как мне кажется, он стал более задумчивым, – добавил Снут, – и взгляд его потерял выразительность. Это, видимо, из-за нового яблочного рецепта, – предположил он. – Лесные девы нашептали ему про чудесные ингредиенты – вот и результат.
Комендант поднялся, подхватил рюкзак. Несмотря на свой высокий рост, на фоне кентавра он смотрелся совершенно безобидно.
– Хм, хм, хм, – Кентавр устроил скачки, выписывая круги вокруг. – Ингредиенты. Звучит заманчиво. Да влезайте все на меня, быстрее будет, – он приглашающе опустился на землю. – А то же до замка полчаса плестись будете. Знаю я это ваше ковыляние, это ваше шаг за шагом, влево-вправо, видите ли вокруг них погода, природа, птички поют и прочие детали. А жизнь в это время проходит мимо.
Долго упрашивать не пришлось. На его широкой спине разместились все, хоть и пришлось потесниться – а Всехнему так и вообще пришлось забраться Коменданту на плечо.
– Давай, старая кобыла, – подбадривал волк кентавра. – Вперед, кляча! Покажи, на что ты способен, мешок с навозом!
– Вот кто-то попадется мне сегодня вечером, в тихом месте, – пообещал кентавр, пускаясь в путь.
– Ладно вам, – произнес Комендант, отмахиваясь от волчьего хвоста. – Время подвести итоги. Я так скажу, было трудно, но мы справились. Как бесстрашных воинов и величайших богатырей, я поздравляю вас с убедительной победой над всеми обстоятельствами!
Конгруэнций прокричал «Ура!» и ударил в барабан.
Охотник молчал – он сидел последним, и его положение было самым рискованным. Кентавр несся во всю прыть, ветер бил в лицо и на дорогу лучше было не смотреть – всё мелькало со страшной быстротой.
– Мы возвращаемся победителями! – крикнул Комендант навстречу ветру. – Нас ждут восхваления, почести, любовь золотоволосых дев и слава!
И в замке их, действительно, ждали. Сразу за главными воротами толпилась компания мелких бесов во главе с заместителем Конгруэнция.
Элькин торжественно показал Всехнему ошейник с заклепками.
– Вы спросите, что это? – спросил он. – Так я вам отвечу! Это указание самой леди Хельги! Схватить господина Всехнего!
Волк прижал было уши, и собрался смыться, но его стащили с Кентавра и быстро окружили.
– По какому поводу? – поинтересовался Комендант, спешиваясь и потягиваясь.
– Вы спрашиваете, по какому поводу? – уточнил Элькин, затягивая на волке ошейник. – Повод значительный! Леди Хельга обнаружила полную пропажу чего? Всех драгоценностей! И приказала Всехнего – что сделать? Повесить. Что и будет исполнено!
– Я – герой войны! – возмутился волк, безуспешно пытаясь высвободиться.
– Именно героев первыми и вешают, – утешил Комендант, разминаясь после верховой езды. Всё тело с непривычки болело.
– Победителей не судят!
– Не судят, почему? – спросил Элькин, покосившись на Конгруэнция, и сам же ответил: – Потому что нет распоряжения судить! Есть распоряжение – повесить!
Конгруэнций растеряно стоял в сторонке. Ему и Всехнего было жалко, и с Хельгой связываться не хотелось.
– Давайте договоримся! – предлагал Всехний. – Назовите цену!
– Ты уже договорился, – заметил Комендант. – Сегодня у тебя день такой, что ошейники так и липнут. Угораздило же наложить лапу на ее шкатулку. Что, жить расхотелось?
– Не сдержался, – уныло ответил Всехний, прижимая уши и припадая на землю.
Снут воспринял новость излишне серьезно и обеспокоившись, предложил вернуть драгоценности законной хозяйке, но на это волк только помотал головой – лучшие украшения Хельги давно превратились в звонкие монеты.
– Ох, болтаться тебе в петле, Всехний! – захохотал кентавр, гарцуя неподалеку и осматриваясь. – А жаль, мог бы хорошо погулять с нами. Сейчас такой шашлык замутим! Я вам так скажу, когда на столе много мяса – это прекрасно! Без всяких этих салатов вполне можно прожить. А без мяса – нет. Я допускаю, что вся эта капуста богата витаминами, но мясо – мясо это вещь!
– И овсянка, – поддакнул неслышно подошедший к ним дворецкий.
– Харольд! – воскликнул кентавр. – Старина! У меня для вас пренеприятное известие! Жизнь все-таки прекрасна! – И он захохотал, похлопывая себя по лоснящимся рыжим бокам.
– Я рад приветствовать вас в нашем Кленовом Месте, – искренне ответил Харольд. – А что за культурное мероприятие тут происходит?
– Всехнего вешают.
Дворецкий неслышно упал на колени и возвел тонкие руки к небу:
– Наконец-то! Воистину, это великий день!
5. Первая стадия
– Раззявы, тупицы и хвостатые ослы, – Хельга сидела в кресле Коменданта и высказывала свое безграничное возмущение. Конгруэнций и Пестрый стояли перед ней навытяжку. Оба выглядели так, словно проснулись минуту назад. Оба мечтали сейчас только об одном – смыться отсюда, как можно быстрее.
На несчастные головы бесов обрушивался весь пыл и гнев хозяйки:
– Как вы додумались выкопать могилу у самого входа?
– Вы сами сказали…
– Что я сказала?
– Вы приказали повесить Всехнего, – монотонно забубнил Конгруэнций. – Мы спросили – где?
– Ты спросил, – уточнил Пестрый.
– Я спросил. А Вы сказали – на Западной башне. Мы спросили, что с ним делать потом…
– Ты спросил.
– Я спросил, что с ним потом делать, вы сказали – похоронить. Я спросил – где…
– И?
– Вы сказали – где угодно.
– Замечательно! – воскликнула Хельга. – Сначала этот серый прохвост болтался полдня на веревке, ноя и требуя воду, еду, жвачку и прочую дребедень… потом вы таскали его в гробу по всему Кленовому Месту и распевали песни… причем покойник у вас постоянно вываливался и орал громче всех! Где, кстати, вы взяли настоящий гроб?
– Так это…
– Нет! Нет, я не хочу этого знать! Потом вы гуляли весь вечер, столы эти повсюду расставили, сколько денег ушло, я представляю!
– Так это, поминки были, – начал оправдываться Конгруэнций. – Традиция.
– А фейерверк?
– Покойник любит эффекты.
– Видимо, из-за того что он любит эффекты, я и обнаруживаю могилу прямо у входа! Какого черта вы ее выкопали в таком месте?
– Там земля мягче…
– Мозги у вас мягче! А текст этот бездарный на камне кто писал? От каких еще благодарных потомков?
– Сам Всехний и писал. И даты он поставил.
Хельга покачала ногой. Вся эта история, с появлением кентавра и пропажей драгоценностей, начисто выбила ее из колеи. Она вздохнула в десятый раз за утро и поинтересовалась, на какие деньги был устроен вчерашний разгул.
– Наследство, – объяснил Пестрый. – Поскольку завещания не было, все сбережения Всехнего Комендант приказал употребить…
– И вы их радостно употребили, – закончила мысль Хельга. – Вместо того, чтобы вернуть мне деньги, чтобы я могла вернуть драгоценности… А-ах-ах, – она всплеснула руками, поняв, что весь банкет был за её счет. – Ах, вы подумайте, я еще и оплатила эту гулянку! А где сам Комендант, где он, где этот ловелас, бездельник, лежебока и трепло, я вас спрашиваю! – накинулась она. – Что вы мямлите всё, как будто можете не знать, где ваш дорогой любимый начальник, в хвост его и гриву, чтоб его приподняло и шваркнуло об стену, чтобы у него отсохло всё, и язык, и мозги?
– Так это, – ответил Конгруэнций, отступая на шаг, – он, кентавр и Гарри…
– Он, кентавр и Гарри! – воскликнула Хельга. – Вот это компания! Ну тогда вопросов больше нет! Я более чем уверена, что Лу-Лу тоже нет в замке! Послушайте вы, тетерева, если вы сию же минуту, сию же секунду не приведете сюда Коменданта, я вас отправлю в подвалы! Лично заберу у Харольда ключ, отправлю вас туда и закрою наглухо, на неделю, навеки! Чтобы у вас было время обо всем подумать и хоть немного в себя прийти, мозги прочистить, если они у вас вообще были когда-нибудь, в чем я лично уже давно сомневаюсь! Бестолочи!
Конгруэнций вздрогнул и уныло повел хвостом. Пестрый уже давно стоял, оглушенный начальственным гневом и ни на что не реагировал.
– Оба вон отсюда и чтобы через минуту были здесь с Комендантом! А если он не в состоянии идти – то принесите мне его в любом виде, хоть из-под земли достаньте! Найдите, где бы он ни был! У вас десять минут! Десять – и из них пять давным-давно прошло! Какого черта вы еще здесь, проходимцы, вы ждете чтобы я вас сама вышвырнула в окно или пинками выставила за дверь?
Бесы ринулись из комнаты и скатились вниз по лестнице, не имея ни малейшего представления о том, с чего начать поиски.
Возле входа Харольд неторопливо сгребал в кучу пустые коробки и пакеты; был он по обыкновению задумчив и о Коменданте ничего не слышал. Чуть дальше, рядом с поваленной статуей, Здоровенный храпел так, что было ясно – будить его бесполезно.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
