– Да, точно, – развернулась в сторону бизнес-центра и заставила себя переставлять ноги. Все время хотелось сжаться рядом с ним, исчезнуть. В лифте прислонилась спиной к прохладной стенке и уставилась в стену за его плечом, мучительно отсчитывая в голове секунды до этажа.
– Кать, – опомнилась уже на своем рабочем месте, а Аверин нависал над столом, пристально рассматривая, – у тебя что-то случилось?
– Случилось? – я сглотнула.
– Ты не ответила на два моих вопроса, пока мы шли по коридору, и выглядишь бледной.
Черт, похоже, нервы все же подвели и меня выключило ненадолго. Все словно как в вате было. И голос Аверина на фоне, пока мы шли, и окружающие люди вокруг, словно тени. Наверное, это шок.
– Я просто… – смотрю на сумочку, что до сих пор у меня в руках, потом на Аверина и не понимаю, что ему сказать. В голове вообще нет ни одной толковой мысли. – Все нормально.
– Нет, не нормально, – он обошел стол и сел рядом со мной на столешницу. Его бедро практически касалось моей голой руки и кожа начала покрываться мелкими пупырышками. Внутри поселился животный страх. Перед ним, перед Матвеем, что появится с минуты на минуту. А еще есть Диана, над которой будут издеваться, если я не смогу сейчас ничего ему ответить.
– Я взяла такси утром, и мы ехали, – откладываю сумочку в сторону и тут же беру ручку, которую начинаю вертеть в руках. Явно чувствую, как от напряжения взмокает спина. – И нас подрезала другая машина, внедорожник.
Облизываю губы и поднимаю глаза на Павла Сергеевича, который смотрит на меня, не мигая.
– И мой водитель ее зацепил, – пытаюсь сглотнуть, но горло пересохло. Совсем нет слюны во рту, словно пустыня. – Они остановились и кричали. Тот водитель даже ударил таксиста, – понимаю, что меня совсем накрывает, и опускаю локти на стол, лицо само падает в ладони, – я никогда не видела, чтобы дрались. Он в лицо ударил, я испугалась и убежала. Поймала другое. Простите, я как истеричка.
– Ты просто испугалась, – моего плеча коснулась теплая ладонь и тихонько сжала. Странно, но мне стало легче. И от этой высказанной частички правды, и оттого, что Аверин проявил участие.
– Да, – опускаю руки и робко смотрю вверх.
– Может, тебе домой?
– Нет, – качаю головой, – там в четырех стенах я точно буду и дальше об этом думать. А на работе проще, мне еще кучу дел переделать, – опускаю взгляд на ладонь Аверина, что все еще поглаживает мою руку.
– Так лучше, да, – он быстро ее одергивает и встает. – Позвони, как Матвей появится.
– Хорошо, – выдавливаю дежурную улыбку и раскрываю папку с письмами, которую еще с вечера мне начальник оставил.
– Кать, – почти дошедший до двери, Павел Сергеевич обернулся, – точно все хорошо?
– Да, забудьте, я действительно перенервничала, но мне уже лучше, честно.
– Если что-то понадобится, ты знаешь, где я, – он тепло улыбнулся, – не стесняйся.
– Аха, – я кивнула и уткнула глаза в бумаги, давая понять, что меня уже можно ставить в покое.
Когда Аверин вышел и закрыл за собой дверь, я безжизненно откинулась на спинку офисного стула и уставилась в одну точку перед собой. Новая реальность навалилась, как лавина.
Мне нужно украсть документы из кабинета Матвея. Важные. Такие, что лишат его и Аверина больших денег. Те, что станут билетиком для моей Ди. Те, за которые меня могут посадить.
Это ведь промышленный шпионаж. Об этом я немного знала даже из университетских лекций. Сейчас копнуть глубже и изучить вопрос тянуло до зуда в пальцах. Можно даже на рабочем компьютере погуглить.
Только я не дура и так делать не буду. Если потом начнут искать крота, то первым делом проверят все компьютеры, жесткие диски, истории поиска и прочее. Мне подобный компромат не нужен.
В чем-то Довлацкий прав, мне двадцать два. Я не хочу в тюрьму только потому, что оказалась втянутой в их игры.
Кроме Дианы, у меня еще и мама с маленькой сестричкой. Их я тоже не могу подвести. Они в другом городе живут, совсем небольшом, где все друг друга знают. К ним Довлацкому подобраться будет не так просто, как к Диане.
Черт, Ди! Наверняка же снял тебя на ночь, а ты сама и пошла. Глупая дурочка без царя в голове. Как можно верить посторонним мужикам и прыгать по их койкам? Тут и тех, кто рядом, не до конца получается узнать, а что говорить о посторонних людях. Там же кто угодно может скрываться за обычной внешностью. Вот даже такой больной псих, как Довлацкий.
Всегда боялась, что из-за своей профессии сестра может втянуть меня в какие-нибудь неприятности, а оказалось наоборот, ее под удар подставила я. Простая секретарша, черт!
После обеда Матвей отправился на совещание к Аверину, прихватив с собой Арса. Я же воспользовалась этим временем и заперла приемную. Сама пробралась к начальнику в кабинет и осмотрелась.
Где находится сейф, я знала и так. Оставалась одна проблема, как его открыть. Прошлась по кабинету, пересмотрела все бумаги на столе на предмет нужных мне, но ничего не нашла.
Отодвинула в сторону рамку с грамотой, за которой прятался сейф. Код на нем был цифровой. Вот только где его достать и как?
Топнула ногой и еще раз осмотрелась. Черт, Матвей набирает его каждый день. Единственное место, где он хранит комбинацию – это его голова. Такой человек не стал бы записывать код в ежедневник или телефон. Паролем может служить все, что угодно – день рождения жены или дочки, его собственный, год смерти дедушки или номер машины соседа. Тут никакой подбор не поможет. Мне просто нужно увидеть, как он будет этот код набирать.
– Мне кое-что нужно, – набрала Довлацкому по номеру, что он мне оставил для связи.
– Говори, – раздалось в ответ спокойно.
– Микрокамера для скрытого наблюдения. Не wi-fi, обычная, где-то на восемь часов записи.
– Вечером будет у тебя в почтовом ящике.
– Хорошо, – вешаю трубку, с трудом удерживаясь, чтобы не спросить про сестру. Все равно ничего не ответит. Только дам ему дополнительный повод себя поторопить.
До конца рабочего дня напряженно высиживаю на рабочем месте. Хорошо, что с памятью у меня порядок и несмотря на рассеянность получается правильно отвечать на звонки и вопросы редких посетителей.
– Привет, – перед столом возникает Андрей, и я вздрагиваю. Сердце берет разгон до галопа. Я ведь даже не вспомнила о нем сегодня.
– Привет, – быстро обхожу стол и падаю ему в объятья. Такие теплые и родные, что хочется плакать. – Я так соскучилась.
– Правда? – он целует в макушку. – И даже не набрала за весь день, – комментирует он с укором.
– Был завал, – нагло вру и прижимаюсь еще сильнее. – Отвезешь меня домой?
– Конечно, – Андрей обхватывает мое лицо ладонями и нежно целует, – и даже останусь на пару часов.
– Супер, – запираю приемную, – тебя не было утром.
– Ты забыла, у меня на этой неделе по утрам учеба? – удивленно поднимает он бровь.
– Точно, – повержено опускаю голову, – вот тебе и хваленая память. Я тоже забываю.
– Ну, должен же в тебе быть хотя бы маленький изъян, – смеется Андрей.
– Оу, хочешь сказать, я идеальна?
– Для меня да, – он так пронзительно смотрит в глаза, что мне становится больно.
Никакая я не идеальная. И даже хорошей никогда больше назвать себя не смогу. То, что я сделаю, раздавит меня, я знаю. Это ведь предательство. Матвей взял меня к себе, доверяет, даже место хорошее для меня нашел. Аверин тоже ничего плохого мне не сделал….
Только выбирая между ними и сестрой, я выберу ее, потому что для Дианы я единственный шанс выбраться из ловушки, в которую та попала по моей же вине.
Глава 07
Аверин
Проводил взглядом идущую под руку по парковке парочку и завел машину. Андрей ей отлично подходит. Простой, спокойный, но с мозгами. Да и по возрасту ближе. Катя что-то устало ему рассказывала, может быть, и об утреннем происшествии. Когда услышал про разборки, возникло стойкое желание найти тех двух оленей и надавать по голове. Зачем так пугать девочку?
Потом они шли к дальней парковке, обнимались, держались за руки. И все так естественно и без фальши, что стабильно брала зависть. У Юли натуральности ноль, несмотря на то, что актриса и должна же была научиться, если не умела. Но она вечно давит из себя что-то, изображает, позирует – живешь как в театре каком-то.
Бросаю последний взгляд на удаляющуюся тонкую фигурку и выезжаю с парковки. Пора бы заняться делами и выбросить из головы чужую женщину. Жизнь один раз уже научила, что значит – взять не свое.
Довлацкий появился на горизонте и мне неймётся. Чуйка в отношении него меня никогда не подводила. Слишком давно знакомы и слишком много вместе прошли.
Найти его оказалось проще всего, потому что Саша и не прятался. Ресторан «Опера», под ним подпольное казино «777». На входе обыскали, посмотрели документы.
Кирилл у бара с легкой издевкой смотрел на этот рядовой шмон, а потом отозвал охрану. Любит показуху и с годами ничего не меняется.
– Поиграть? – он отделился от стойки и подошел ближе, спрятав руки в карманы. – Давно не виделись.
– Давно, – кивнул ему и равнодушно посмотрел на столы. Вот что меня никогда не вставляло, так это игра. Лохотрон для дебилов. Всегда колотило, когда видел тут Сашу. Частично поэтому мы с ним и попрощались. – Довлацкий в випке?
– Угу, отдельный стол, – Кирилл махнул рукой в сторону бара. – Посиди со мной. Все равно сейчас не пущу, только игра пошла. Может, через минут двадцать.
– Давай, – присаживаюсь на высокий стул и оттягиваю галстук, – воду без газа.
– А ты совсем правильный стал, – Кирилл подмигнул барменше, которая занималась напитками. Та в ответ стрельнула глазками.
– Сафонов заходит?
– Иван иногда, Роман нет, – хозяин заведения усмехнулся, – правильный стал. Хотя с такой Анечкой, как у него, я, может быть, тоже завязал бы.
– Ты? – меня разбирает смех. – А кто тогда стричь бабло будет с этих придурков?
– И то верно, – кивнул Кирилл и зевнул, – хотя годы идут и надоедает, если честно. Думаю по белому начать работать. Толкну бизнес тому же Довлацкому и подамся в депутаты.
– Довлацкому нельзя, он его проиграет, – осматриваюсь по сторонам. Тут как всегда. Приятный полумрак, зеленое сукно, хорошенькие девочки-крупье и ночные бабочки. Вокруг разливается тихая и спокойная музыка, алкоголь подносят без напоминаний. Но на меня все равно не действует, как бы херово не было. Воротит и тянет подышать свежим воздухом.
– Все еще не изменяешь своим принципам? – Кирилл указал пальцем в конец барной стойки, где сидела роскошная девочка. – Если хочешь. Свеженькая, еще не сильно пользованная.
Я равнодушно скользнул по алому платью в пол, глубокому декольте и зазывному разрезу на ноге. По длинным темным волосам и пухлым губам. Она почувствовала мой взгляд и обернулась. Карие глаза быстро оценили мой уровень, и на губах заиграла заинтересованная улыбка. В глазах ни растерянности, ни сомнений. Стоит щелкнуть пальцами – и уведет меня в одну из комнат за залом. Обслужит по первому разряду.
В горле опять ком. Столько лет прошло, а меня все равно триггерит, когда вижу таких бездушных сук. Но что поделать, первую любовь и первую боль не забывают.
– Плесни немного коньяка, – отворачиваюсь от шлюхи и так же, как и Кирилл, подмигиваю барменше. С ней, похоже, тоже можно.
Рассеянно осматриваю ряд бутылок за ее спиной. В зеркале опять ловлю взгляд ночной бабочки. Ровно такой же, как был у Даши.
Первая любовь случилась со мной в семнадцать. Соседская девочка, милая и приятная. Но из очень бедной семьи. Мать и отец пили. Я помогал, чем мог, влюбился, обещал горы для нее свернуть. Только зачем ей были эти горы через пару лет, если она нашла способ получить все и сейчас.
Друзья подсказали, где я могу свою девушку найти. Долго не верил, а потом пошел вот в такое же местное казино. Может быть, только обстановка скромнее и клиенты попроще. А в остальном не отличить.
Ради того, чтобы меня пустили, пришлось взять у Саши дорогих брендовых шмоток, он на тот момент уже начал более-менее зарабатывать и звал меня в долю.
Даша сидела вот так же, как и эта проститутка. При моем появлении даже не смутилась. И оправдывать себя не стала. Да, хочет денег и нормальной жизни. Переехать из своего гадюшника к какому-нибудь спонсору. А раз уж я все узнал, то прости, Паша, но гуляй.
А у меня тогда, молодого пацана, столько всего в голове крутилось. Как мы болтали ночами, как занимались любовью, как я зарабатывал и все до последней копейки на нее тратил. Как придурок верил, что вместе выберемся и сможет.
Потом злость какая-то появилась, на Дашу, на мир вокруг, на этих мужиков, что ее ночами трахали. Стало похер на эту любовь, денег захотелось больших. С Сашей связался, начались шальные заработки.
В то казино ходил и Дашу снимал, пока не опустило. Сейчас даже не знаю, где она. Может, и исполнила свою мечту, может, и выбралась. Да похуй.
– Пожалуйста, – барменша ставит передо мной бокал, и я делаю небольшой глоток. Алкоголь теплой волной разливается внутри, и в груди вроде как меньше ноет. В голове опять всплывает образ Кати. И почему мне на пути вот такая не попалась когда-то, нормальная и верная. Катя бы точно в шлюхи не пошла, характер не тот. Она вон как за своего бедного Андрея держится. Наверняка же видит, что нравится мне. А вот я, если бы пальчиком поманила, скорее всего не удержался.
– Чего задумался? – Кирилл пододвинул ко мне блюдце с нарезанным лимоном.
– Да чет вспомнилось, – слегка трясу головой, чтобы прийти в себя окончательно. За этими мыслями совсем расклеился и забыл, чего пришел. – Давно Саша к тебе таскается?
– Недели две, – он сам знает, простую информацию скрывать смысла нет. Все равно узнаю, если захочу. Так что нарабатывает себе плюсы. Умный и хитрый. Если реально завяжет с казино, то можно и к себе позвать. Хотя кого я обманываю: тут такие бабки крутятся, что отказаться от них будет слишком сложно. Кирилл, скорее всего, несерьезно балаболил.
– Много проиграл? – этот вопрос уже посерьезнее.
– Пока в ноль, – Кирилл морщится. Не любит он такое. Для него все игроки, как дойные коровы. Приходят сюда, чтобы бабло свое слить. А все эти истории о выигрышах – полный бред. Ну, или на шару кому-нибудь редко стреляет удача.
Саша не из удачливых. Но пока что, похоже, держится.
Двери випки приоткрылись, и пара мужчин в костюмах вышли в сопровождении девочек. Один недоволен, видимо, уже проигрался, второй еще держится.
– Я войду.
– Давай, перерыв у них.
Соскользнув со стула, медленно побрел между столов, над которыми висел сигаретный кумар. Нервничают бедняги, так выиграть стараются. Один над картами потеет так, что вся рубашка на спине в разводах. Слабак, и на руке обручальное кольцо. Его не жаль, а вот ту, что дома ждет, очень даже.
Толкнул дверь в випку, шагнул в небольшое помещение. Тут свет лишь от одной лампы в центре над столом. Вокруг полумрак. Саша, закинув руку за голову, привычно курит. Сто процентов крепкие, других никогда не признавал.
Пиджак на спинке стула, галстук развязанным висит на шее. На столе перед ним стопки фишек и деньги. Похоже, он сегодня в ударе.
– Привет, – замечает меня и кивает на стул рядом. Я прохожу по кругу и сажусь напротив. – Заскочил поздороваться?
– Да, раз уж ты в городе, – упираюсь локтями в зеленое сукно стола и складываю руки в замок. Брезгливо смотрю на стол. Карты, мятые купюры, пятна от разлитого алкоголя, фишки врассыпную… воротит от всего. – Сам не показываешься.
– А смысл? – он стряхивает пепел с сигареты в хромированную пепельницу, полную бычков, и опять затягивается. – Хочешь позвать выпить или, может, шлюх снять и в баню? – Бывший друг смотрит на меня с легкой издевкой.
– Смешно, – нетерпеливо постукиваю пальцами по сукну, – хотел предупредить.
– У меня твои предупреждения знаешь где, – он приставил два пальца к шее.
– Все не угомонишься, – хлопаю ладонью по столу и поднимаюсь, – ты сам все просрал Саша. Я просто не дал тебе утащить и меня за собой.
