Колыбель

Рикан кивнул, активировал звукоизоляцию салона и переключил двигатель в беззвучный режим. Машина плавно тронулась в путь.

* * *

– Уже приехали? – заспанным голосом пробормотала Ниса, выпрямляясь на заднем сиденье.

Рикан держал её за руку, и на лице его читалось непонятное волнение.

– Больше минуты пытаюсь тебя разбудить. Давай ты всё-таки передумаешь, и я отвезу тебя домой?

Ниса снисходительно вздохнула и вышла из машины. Она повернулась к Рикану, чтобы попрощаться, и в этот момент он сказал:

– Я хочу поговорить с твоим отцом. Мне всё это надоело.

– Рикан, послушай…

– Что? – резко перебил он, вытаращив глаза. – Что ещё я должен услышать? Ты работаешь сверхурочно, не спишь, почти не ешь, а теперь ещё и этот… осмотр. Твоё здоровье страдает от упрямства и работы. Раз уж с первым я вообще ничего сделать не в состоянии, то, может, достучусь до Кобэна, чтобы хоть он на тебя повлиял.

– Ты, значит, решил достучаться до самого упрямого человека на планете? – подшутила она. – План так себе, если честно.

– Ниса, я серьёзно! – огрызнулся он так, что Ниса поджала плечи, испугавшись его реакции.

Рикан рассерженно отвернулся от неё и замолчал. Около минуты он приходил в себя, легонько постукивая кулаком по крыше машины. Затем, уже значительно более мягким тоном, но с заметной досадой в голосе спросил:

– Почему чем больше я стараюсь ради нас, тем больше мне кажется, будто тебе это не нужно?

Ниса спрятала взгляд, оставив его вопрос без ответа именно в тот момент, когда каждая секунда её молчания делала всё только хуже.

– Прости, – вдруг сказал Рикан.

Ниса вновь встрепенулась, но на этот раз от неожиданности.

– Не лучший момент, я… не должен был. Извини, – продолжал он. – Ещё я действительно опаздываю на дежурство, так что поеду, пожалуй.

Рикан обошёл машину и открыл дверь с водительской стороны.

– Я приеду домой, – запинаясь, протараторила Ниса. – Сегодня!

Выдавленная грустная улыбка сдала его разочарование с потрохами.

– До вечера, – сказал он, сел в машину и завёл двигатель.

* * *

Ниса прошла через холл, а далее направилась на нижний уровень инженерных лабораторий. На выходе из лифта она встретилась со старшим ассистентом отца и разузнала, где он сейчас. Тот направил её в серверную, откуда как раз и был послан наверх за приборами. Двигаясь дальше по комплексу, она миновала не один пост охраны и через некоторое время добрались до серверной. Ниса вошла в холодное помещение, заставленное рядами трёхметровых серверов, по полу которого вились сотни переплетённых между собой толстых кабелей; одни вели к источникам питания, другие – к мейнфрейму, у которого и стоял Кобэн, раздавая указания нескольким своим лаборантам.

Ниса подошла к ним и собиралась обратиться к Кобэну, не дожидаясь, пока тот закончит говорить, но он заметил её ещё на подходе и, не дав даже открыть рот, с ходу отчитал:

– Ты почему не в спецодежде? Немедленно выйди и переоденься!

– Я не твоя подчинённая, – ответила Ниса.

Кобэн ещё больше заострил свой и без того сердитый взгляд на дочери.

– Что происходит? – строго спросил он.

– Нам нужно поговорить, сейчас.

Он махнул рукой в омерзении, будто попытался отогнать стаю назойливых насекомых.

– Если работать не собираешься, не отвлекай, – бросил он и попытался вернуться к работе.

– Раз ты так хочешь, я уйду и больше никогда тебя не побеспокою, – сказала Ниса, повернувшись к отцу спиной, и уверенным шагом пошла вон из серверной, как он велел.

По дороге она слышала, как Кобэн накричал на лаборантов за то, что те стояли как вкопанные и до сих пор не приступили к выполнению выданных им поручений. В шаге от дверей из серверной Кобэн догнал её и схватил за плечо так крепко, будто хотел проломить пол под её ногами, лишь бы та осталась на месте. Ниса по привычке не сопротивлялась. Всех её сил не хватило бы на то, чтобы разорвать эту хватку.

– В кабинете, через десять минут, – рассерженно произнёс он Нисе в затылок и сразу же отпустил её.

Потом Кобэн вернулся к лаборантам и как ни в чём не бывало продолжил работать.

* * *

Шла тридцатая минута, но Кобэна всё не было. Ниса продолжала его ждать уже просто из принципа, и вот спустя почти что час Кобэн ворвался в кабинет и прошёл к своему столу, снимая перчатки.

– Ты всё-таки вспомнил обо мне или просто зашёл за документами?

– О чём ты хотела поговорить? – сказал он, копаясь в бумагах.

– Да просто пришла в голову одна мысль…

– Не томи, у меня мало времени.

– Иммунная система, которую моделируют микромашины, специально настроена на разрушение половых клеток?

Кобэн бросил заниматься документами и медленно повернулся к Нисе.

– Знаешь, – произнёс он, тяжело вздыхая, – я уже порядком устал от этого.

– Просто скажи, что это так, и дело с концом.

– Нет! Ты хочешь услышать что угодно, но только не правду. Разговор окончен!

Кобэн, не глядя, сгрёб кипу бумаг на столе, швырнул в неё перчатки и направился прочь из кабинета. Когда он был на пороге, Ниса с горькой насмешкой сказала:

– Так и знала.

В гневе Кобэн потянул ручку на себя с такой яростью, что рокот захлопнувшейся двери пронёсся по кабинету, словно выстрел из ружья. Он вцепился в обивку дивана, на котором сидела Ниса, и, наклонившись над ней, прорычал:

– Если так хочешь послать к чёрту дело моей жизни, хотя бы придумай что-нибудь получше, чем родить от узколобого патрульного!

Ниса обескуражено смотрела на сердитое лицо отца, наблюдая за тем, как вспышка взрывного гнева, которой он был одержим ещё секунду назад, постепенно угасает. С каждым глубоким вдохом возвращалась его фирменная холодная манера поведения. Вскоре Кобэн снова разогнулся в полный рост и сказал:

– Добилась, чего хотела?

– Вроде того. Не так уж сложно оказалось заставить тебя сказать, что ты сделал меня бесплодной!

– Не делал, хоть и должен был во имя здравого смысла! Я видел тебя на операционном столе больше раз, чем кто либо, уж мне ли не знать, что зачатие для тебя всё равно что самоубийство.

– Почему ты не можешь просто дать мне уйти?

– Да я никогда тебя не держал!

Ниса потрясённо воскликнула что-то нечленораздельное и стала ходить по кабинету, выслушивая продолжающуюся тираду отца:

– Ты здесь по своей воле! Всегда была, потому что в жизни у тебя нет ничего, кроме работы.

– И по чьей же это вине, по-твоему? – огрызнулась Ниса.

– Если бы ты действительно хотела уйти, то сделала бы это давным-давно и не занималась выдумыванием дурацких поводов. Но, видно, кишка у тебя тонка, поэтому давай я тебе помогу.

Кобэн стремительно пересёк кабинет и, настежь распахнув перед Нисой дверь, встал у порога. Он сказал:

– Если ты уверена, что крошечный шанс родить ребёнка, не умерев или не оставшись после этого инвалидом, стоит того, чтобы рискнуть, то вперёд! Я тебя заменить смогу, пускай тремя или даже четырьмя инженерами, но смогу, уж об этом не беспокойся.

Ниса исподлобья въедалась взглядом то в отца, то в открытую перед ней дверь, дрожа на месте как вкопанная. Спустя множество частых глубоких вдохов она склонила голову, закрыв лицо ладонями, и издала пару предательских всхлипов. Кобэн разочарованно вздохнул, глядя на неё, и произнёс:

– Что и требовалось доказать.

Медленной походкой он вернулся к дивану, у которого оставил помятые в гневе документы, собрал их и, вальяжно покидая кабинет, напоследок сказал дочери:

– С остатком своего выходного делай что хочешь.

Дилетант

Аксель нежно провёл ладонью по её бедру и скользнул пальцами под её трусики. Всё её тело источало жар и словно таяло в его объятьях. Он прикоснулся губами к тонкой шее и уткнулся носом в короткие пряди её волос, когда почувствовал, как она изогнула спину и подставила к нему ягодицы. Аксель уже входил в неё, как вдруг…

Он услышал бодрую трель будильника и оторвал голову от подушки. Сквозь слипшиеся веки Аксель посмотрел на циферблат, цифры на котором стройно застыли на полудне. Он уткнулся лицом в подушку, с которой всю ночь проспал в обнимку, тяжело вздохнул, а потом всё-таки нашёл в себе силы, чтобы встать с постели.

Он, как обычно, отправился на кухню, чтобы выпить воды, и по пути заметил тарелку со вчерашним недоеденным бутербродом в компании с полной окурков пепельницей и полупустой бутылкой хайта на столе в гостиной. Аксель подобрал тарелку, угрюмо выгреб остатки еды в утилизатор отходов и закинул её в мойку. Лишь после этого он наконец добрался до графина с водой.

* * *

Челнок парил на автопилоте, оставляя Акселю возможность погрузиться в свои мысли ещё ненадолго. Он всё же проникся архитектурой Верхнего кольца; доселе неприятная обстановка богатого района города начала увлекать его по пути в офис и обратно в отель.

Вскоре челнок достиг пункта назначения и приземлился в доке типового небоскрёба с блоками офисных помещений. Пока Аксель блокировал двери челнока, из-за спины раздался женский голос:

– Маро Аксель, доброе утро!

Он повернулся и увидел свою помощницу, одетую в красный комбинезон. Её стрижка боб походила на шлем и в сочетании с комбинезоном создавала несуразный клоунский вид. Бегающие глаза, прижатый к животу планшет и то, как она раскачивалась на носочках туда-сюда, выдавали, что не для приветствия она спустилась в доки. Она ничего не делала просто так. Аксель спросил её:

– Что случилось?

– Всё как обычно, – сказала она, поправив причёску.

Аксель помотал головой и вместе с ней направился к лифту.

– Она не выходит из кабинета и заявила, что передаст код только вам.

Двери лифта открылись, и оба молча вошли внутрь. Аксель задрал голову вверх, прислонился затылком к стене и закрыл глаза. Помощница нажала на кнопку, и лифт начал подъём. Она робко встала напротив начальника и с минуту набиралась смелости, чтобы сказать:

– Так не может продолжаться. У нас горят сроки, а она…

– Не страшно, – перебил её Аксель. – Я устанавливаю сроки.

Они доехали до своего этажа и вышли в холл, затем поднялись по лестнице ещё на ярус выше. Помощница прошла вперёд и открыла пропуском дверь, через которую Аксель прошёл сразу же вслед за ней.

Коробки с разобранной мебелью валялись на полу в проходе небольшого полукруглого офиса, заполненного ящиками для вещей и оборудования вполовину больше, чем столами для работников офиса. Аксель прошёл мимо столов своих немногочисленных подчинённых, изредка кивая и здороваясь с теми, кого запомнил. Вместе с помощницей он подошёл к двери в один из двух кабинетов в офисе и обнаружил, что та открыта, а в самом кабинете никого нет. Аксель развёл руками и спросил помощницу:

– Ну и где она?

– Была здесь, – озадаченно ответила та.

Со стороны кухни раздался хлопок. Аксель посмотрел в коридор через плечо помощницы, которая тоже повернулась на звук. Ниса вылетела из кухни на гравитационной доске и с горой сладостей в охапке. Лавируя между коробками и столами коллег, она добрался до своей обители, спрыгнула с доски на пол и выронила часть сладостей при приземлении. Ещё часть она растеряла, когда одной рукой потянулась к двери кабинета, чтобы закрыть её на замок, но внезапно обратила внимание на гостей у порога.

– Шоколадку хочешь? – спросила она Акселя, а затем повернулась к его помощнице. – А ты?

Та поморщилась и посмотрела на Нису как на идиотку.

– Есть разговор, – сказал Аксель.

Ниса пнула доску куда-то к стеллажам и кивком пригласила Акселя внутрь. Она села за своё рабочее место, вывалила набранную гору батончиков на стол и плюхнулась в кресло, поправляя шапку на голове, пока Аксель закрывал за собой дверь.

– Ты за расшифровкой? – спросила Ниса.

Она не стала дожидаться ответа Акселя – оттолкнулась ногами от пола и на стуле доехала до стеллажа в углу, чтобы взять с него жёсткий диск. Ниса подошла к Акселю и отдала диск ему в руки, следом подобрала с пола одну из тех шоколадок, что выронила по пути, разорвала обёртку и вернулась в кресло, где с чувством выполненного долга разом откусила добрую половину батончика.

– Ты опять оставалась на ночь? – мрачно спросил Аксель.

– Ну да, – ответила Ниса, чавкая.

– Зачем?

– Я работала, – ответила она предвзято. – Над расшифровкой, которую ты держишь в руке. Мне лучше думается ночью.

Аксель посмотрел на диск, а затем на гору обёрток под ногами. Он отодвинул мусор подальше от входа и взглянул на свой ботинок, чтобы убедиться, что тот ничем не испачкан.

– Как прочтёшь, дай знать, что думаешь, – сказала она и откатилась на стуле обратно к своему столу, где сразу принялась паять какую-то схему. Она подула на только что спаянные контакты, облокотилась о стол и стала внимательно разглядывать схему у себя в руках.

Получив что хотел, Аксель оставил Нису и направился к себе в кабинет. Забросив ноги на свой рабочий стол, он носком ботинка дотянулся до кнопки активации интерфейса. Пока машина включалась, он повернулся на кресле и запрокинул голову на спинку, чтобы посмотреть в окно. Вскоре компьютер сигнализировал о старте системы, и Аксель вернулся из мира абстрактных фантазий, чтобы столкнуться с реальностью, где его поджидала куча неотвеченных сообщений. Помощница каждые десять минут маячила туда-сюда и приносила новые проблемы и новые срочные вопросы, которые следует немедленно решить. За работой Аксель игнорировал все звонки, которые ему поступали. Даже те, которые в одни и те же часы, одно и то же количество раз каждый день исходили из обители самого Визора. Попытками педантичного Шираля дозвониться до него Аксель отмерял время в течение рабочего дня, и, когда тот позвонил после обеда, он беззаботно встал из-за стола под гудение коммуникатора и отправился на перерыв, прихватив диск, чтобы почитать расшифровку в дороге.