– И кто же счастливчик, которому надо укоротить язык?
А это было сильно. Впрочем, учитывая характер его работы, я даже была рада услышать не только жесткость в его голосе, но и намерение кое-кого проучить. Хм, похоже, у Дэнниса появился достойный противник в красноречии и прочей мужской фигне.
– Неважно.
– Если есть проблемы, то я могу помочь.
– Спасибо. – Я улыбнулась, думая об одной конкретной проблеме, которой следует придерживаться постельного режима. Уф. Да, я с ума сошла такое думать! – У меня все под контролем. – Почти. Если Дэннис пересечет допустимую черту, я спущу на него всех собак. Видит бог, я даже бровью не поведу, стоит только ему превратить хорошую дружбу в домогательство.
Притормозив у управления, я обвела взглядом пятиэтажное здание с прямоугольными окнами из темно-серого камня. Широкая лестница, с двумя центральными входами. Парковочная зона с кучей машин без опознавательных знаков. Стеклянная дверь почти не закрывалась: в нее постоянно кто-нибудь, да входил или выходил. Офицеры, мужчины в гражданских одеждах, женщины в деловых костюмах. Там кипела жизнь. Опасная по всем правилам. Глянув на копа, я усмехнулась, наблюдая за его неловкими попытками отстегнуть ремень безопасности.
– Он заедает. – Я отвела его руку в сторону, другой, надавив на механизм сильнее, чем нужно. По-другому, эта дрянь не понимает. Вэл вскинул на меня взгляд… потому что я все еще держала его за запястье и только сейчас почувствовала легкое покалывание на коже, словно ухватилась за обнаженный провод, по которому пробегало электричество. Глаза копа упали на мои губы. Я интуитивно облизнула их. Проклятье. – Ну, вот. – Одернув руку, я выпрямилась.
Детектив выскочил из машины и, обогнув ее, подошел ко мне.
– Я позвоню вам, как только мы закончим сеанс. – Он рассеяно провел ладонями по волосам.
– Я буду ждать.
Лаааадно… я видела, что Вэл не хотел уходить, а я, к своему стыду, не хотела уезжать.
Давай же, Бэт, скажи то, что у тебя на уме. Ты взрослая девочка, сможешь через это пройти. Дай этому случится, а после продолжишь, как Джейн Остин.
– Не хотите поужинать сегодня? – выпалила я. Детектив был, мягко говоря, удивлен, если не сказать – шокирован. Выпучив на меня глаза, он на несколько мгновений завис, точно каменное изваяние. Не думала, что приглашение на ужин, может оказать на него точно такой же эффект, что и нервнопаралитический газ. Я же не тороплю события? О, пожалуйста, какие события? Это всего лишь прием пищи за одним столом. Ничего особенного. – Хотя, забудьте.
– Нет-нет, я хочу поужинать с вами. – Он снова провел рукой по голове.
– Заодно и расскажете, как прошел сеанс. Думаю, живой разговор будет лучше, чем по телефону.
– Да, конечно. – Коп нахмурился.
– В восемь? Я отправлю вам свой домашний адрес. – Я чертыхнулась. – Хотя, вы его уже знаете, верно? – он кивнул. – Ну, тогда, до вечера.
Отъехав, я посмотрела в зеркало заднего вида. Вэл так и стоял, прикуривая сигарету, и провожая меня взглядом. И ты собираешься пригласить его на ужин? Да, ты же толком не знаешь его… если соединить точки, то в целом всего два часа разговоров не дает тебе полного представления о мужчине со значком. Ах, Бэт-Бэт… он сильный и агрессивный мужчина, с которым ты не справишься. И приемы самообороны, и мэйс и элекрошокер… ничего из этого ты не используешь, потому что захочешь того, что он предложит. Быстрый, жесткий и отчаянный секс – вот, как закончится ужин. Может, этого я и хотела, чтобы дать этому вечеру другой конец?
Каждый день похож на предыдущий: подъем. Душ. Чистка зубов. Завтрак. Работа. Общение с людьми/коллегами. Обед. Дорога домой. Душ. Ужин. Телевизор. Сон/бессонница.
Никаких сдвигов. Ничего, о чем бы я могла вспомнить и прокручивать это в голове, краснея, предвкушая или ненавидя себя за сделанное. Ничего. После смерти Элиота, я заперлась в холодной, серой и однотипной комнате без окон и дверей. Я превратилась в декорацию к черно-белому фильму, под названием – существование. Жалкое, никчемное и бесполезное существование… когда брат ушел, я лишилась твердости под ногами. Опоры. Я оторвалась от мира, который у нас был. Я откололась от гранита, чем была наша связь. Я разлетелась на кусочки, потеряв возможность собраться в целый кубик Рубика. Часть меня умерла и никогда не воскреснет. Глупо надеяться, что Вэл изменит мою жизнь. Секс не сделает ее счастливой, не восстановит меня, как личность. Не даст мне дышать полной грудью. Без Элиота я лишь оболочка, которая только думает, что живет. Людям не понять, каково это потерять близнеца. Отрубите себе руку и ногу, и вы будете ощущать фантомные боли. По привычке, будете тянуться к пятке, чтобы ее почесать, или тянуться рукой, чтобы что-то взять… но, когда до вас дойдет, что конечностей нет, вы ощутите себя дефектом, нежеланным гостем этого мира, потому что отличаетесь от других.
Боже, как же я люблю заниматься самобичеванием. Эта пытка длиться год и один месяц… сколько еще таких лет, мне предстоит убивать себя мыслями?
По пути домой, я заехала в магазин. Закидывая в тележку продукты, я думала об ужине, о том, что предпочел бы Вэл. Мясо. Скорее всего. Его мужскую натуру надо кормить мясом, никак иначе. Значит, приготовлю стейк. Элиот говорил, что это единственное, что у меня отлично выходило. Я толком не могла сварить пасту, чтобы вода не выкипела, и они не пригорели, но со стейком, я на – ты. Черт. Я снова думаю о брате. Думаю о прошлом.
И напитки. Вино? Сомневаюсь, что копу придется по нраву красное. Он мужчина, а значит, предпочтет что-то покрепче, вроде виски или скотча. Жесткий нрав, требует жестких напоминаний. Значит, мне надо в отдел с алкоголем. Двигаясь вдоль холодильников, я остановилась около того, где лежали упаковки замороженных овощей. То, что надо. Вытащив три, я бросила их в тележку.
– Бэт. – Я оглянулась, наткнувшись на Дэнниса. Черт. Его взгляд пробежался по мне, затем упал в тележку. Он понял. Учитывая, что у меня лежали две подложки со стейком, овощи, зелень и специи, Дэннис сделал вывод, что у меня намечается ужин на двоих. В его же, аккуратным строем стояли банки с супом, равиолли и прочей консервированной дрянью. – Привет.
– Привет, Дэннис. – Обогнув его, я схватила упаковку с розмарином.
– Ужинаешь с кем-то?
Почему его это вообще волнует? Опять же, ревность не уместна, когда мы просто коллеги и даже тот факт, что я ему нравлюсь, не дает Дэннису права, строить из себя Отелло.
– С другом семьи. – Я двинулась дальше.
– Ты простишь меня, Бэт? – Он поравнялся со мной. – Мне жаль. Мне действительно совестно оттого, что я наговорил.
– Ты прощен, Дэннис. – Я завернула в отдел с горячительными напитками. Выбор был огромным, а я понятия не имею, что Вэл пьет. Какую марку предпочитает и стоит ли вообще нагружать копа алкоголем? Вероятность, что это обернется последствиями – огромна.
– Я видел твою маму. – Я сглотнула. Черт. Очень уместно говорить о ней, когда мне и так плохо. – На Дэлавер-авеню. Она выходила из магазина.
Отлично. Если мама продолжает заниматься шопингом, да еще присматривает себе новую сумочку, значит с ней все хорошо.
– И как она выглядела?
– Хорошо. И, – он осекся, когда я взяла бутылку скотча и поставила в тележку. – Не знаю, уместно ли это говорить тебе.
– Говори, Дэннис. – Я прямо посмотрела в его карие глаза.
– Она была не одна. С мужчиной. Твоя мама держала его под руку и улыбалась.
Сердце сжалось от боли. Счастлива? То есть, она устраивает свою личную жизнь, вместо того, чтобы наладить со мной отношения? Разобраться с проблемами, принять меня, мама нашла себе ухажера и пытается двигаться дальше? А как же я?
– Я рада за нее. – Надо уходить. Уже четыре часа. Пока провожусь со стейком, Вэл уже придет. – Спасибо, что сказал. – Покатив тележку к кассе, я пыталась сохранять нейтральное выражение лица, но, черт, как же это было сложно. Мысли устроили моему мозгу настоящую бойню, выдавая нелепицу, начиная с того, что мать встречается с мужчиной, чтобы не сойти с ума и, заканчивая тем, что она окончательно вычеркнула меня из своей жизни. Теперь, она одиночка. Вдова без детей. Разве, это не предательство?
– Бэт, ты в порядке? Ты побледнела.
– Я в норме. Просто устала. – Враки. Мне будто в грудь всадили нож и проворачивают-проворачивают. Дэннис выбрал удачный момент, чтобы испортить вечер. Спасибо. Конечно, я не должна не него злиться, он рассказал о матери, зная, что она мне не безразлична.
Но это… о, проклятье.
ГЛАВА 22
Склонившись над Ди-Боем, я всматривался в его лицо. Он был еще в отключке, а цвет его лица напоминал стены домов «Туннеля Смерти». Спереди на штанах, пестрело мокрое пятно и я сомневаюсь, что это из-за луж. Собственно, я чувствовал характерный запах, так если бы он наложил в штаны.
Похоже, дилер был чем-то напуган, оттого и потерял сознание, перед этим расслабив кишечник и мочевой. Забавно. Я не жалел его, как и его дом. Да, у него был товар, но низкого качества, но зато в достатке. К несчастью, большая часть тех, кто приходил к нему за дозой, в скором времени оказывались на пороге смерти. Не знаю, с чем он смешивал порошок, но он не только не приносил стоящего кайфа, он отравлял организм.
Наркотики сами по себе убивали, но эта дрянь, она была ядом, мгновенно поражающая нервную, кровеносную и прочую систему. Сейчас, мне кажется, что Ди-Бой делал это намеренно. Его можно было назвать вершителем человеческих судеб, с одним жирным исключением – никто не имеет права обрывать чью-либо жизнь, если на это нет железных оснований.
Он не бог и не дьявол.
Он не судья, а мы не преступники.
Мы заблудшие овечки, следующие за волком, под его сладкоголосое пение.
Так что, да. Мне ничуть не жаль дилера.
Выпрямившись, я повернулся лицом к эстакаде, наблюдая за потоком машин. Затем, обвел глазами улицу, наткнувшись на черное пятно, недалеко от лестницы. В голову пришли слова Виктора – ты брат той женщины, которая пыталась меня спасти.
Бэт.
Сестра моя.
Он видел ее или был знаком с ней? Отчего она пыталась спасти его? Я взглянул на огромного мужчину в кожаном плаще. На его суровое лицо: челюсти напряжены, губы сжаты, веки смежены. В голове никак не укладывалось, как сестра познакомилась с ним. От него же несло чистейшей угрозой, а с таким лучше не связываться. Боже, да такого увидишь в темной подворотне, и будешь умолять о чем угодно, лишь бы остаться в живых.
Но, меня смущала маленькая деталь. Раз я умер, а меня воскресил ангел, то кем является Виктор? Внешне, он человек из плоти и крови. В нем кипят эмоции. Он курит, так если бы был живым… тогда, почему рядом с ним был другой ангел?
Мог ли он тоже быть мертвым, как и я?
– Вы тоже мертвы, сэр? – спросил я, поежившись в толстовке, но не от холода, а от волнения. Вдруг мой вопрос неуместен и я только разозлю Виктора?
Мужчина подкурил сигарету, выпустив дым через нос.
– Да, парень. Уже, как сутки. – Он кивнул, взглядом указывая на пятно. Мой рот распахнулся в изумлении. Виктор покончил с собой. Здесь. Возможно, спрыгнул с эстакады и разбился, как это делали многие наркоманы или просто неудачники.
– Как вы узнали, что Бэт моя сестра?
– Ты очень на нее похож или она на тебя. Близнецы?
– Разнояйцовые.
– Ну, вот тебе и ответ. – Густо затянувшись, Виктор начал прохаживаться туда-сюда по улице. – Твоя сестра вызвала скорую, но было уже поздно. А ты?
Я опустил голову.
– Я мертв год и один месяц.
– Проклятье. – Проворчал мужчина. – Тебя вскрыли.
– Юджин сказал, что я смогу принимать пищу, несмотря на, – я поджал губы. Не уверен, что хочу пробовать есть. – Это.
– Ты голоден? – я покачал головой. – Ну, не скажу, что мне повезло, но кишки у меня на месте. – Виктор пропустил пальцы сквозь волосы. – Гребаные ангелы. И чего они не дают покоя мертвым. Твой куратор объяснил, для чего вытащил тебя с того света?
– Куратор? – помимо того, что они ангелы, они еще и наставники. Хм.
– Ну, да. Годвин себя так назвал. По мне, так они долбанные ублюдки, кому наплевать на покой мертвецов. Вместо того чтобы дать нам блуждать в другом мире, они притащили нас сюда с такой же дебильной целью – борьба против демонов, защита смертных и спасение душ.
– Погодите, – я оторопел. – Демонов? Они существуют? – поверить не могу, что они есть.
– Похоже на то. Лично я их не видел. Но, за каким хреном, спрашивается? Ладно, я, но ты-то давно мертв. Ты, бля, еще пацан.
Демонов… боже… это невозможно. Я должен буду сражаться с демонами.
– Мне дали второй шанс все исправить. – И все из-за того, как я ушел из жизни. Кем я стал, когда подсел на наркотики.
– Слышал я эту песню. – Виктор затянулся сигаретой, переключив внимание на Ди-Боя. – Хочешь еще поглазеть на своего дилера или свалим отсюда? – он усмехнулся, когда я потрясенно раззявил рот. – Да, ладно, Элиот. Это же очевидно. Мы оба были его покупателями. Оба сидели на игле. Этот урод травил всех, кто у него скупался. Жаль, что я спалил только его убогий притон, а он остался жив. – Мужчина потер челюсть. – Так, мы идем или как?
– Да. – Я покрутился по сторонам. – Но, куда? – квартира, где я отсиживался, едва ли можно назвать хорошим местом для отдыха. Я не хочу туда возвращаться. И здесь я тоже не хотел быть. Это место… я словно оказался запертым в узком коридоре с единственной лампочкой, да и та, едва горела.
– Ко мне. И, эй, – Виктор отвернулся, зашагав в сторону архитектурных строений, которые давно считались нежилыми и только ожидали подтверждения на снос. В Нью-Йорке много подобных зданий, но правительство старается сохранять культуру старых времен, поэтому их так много. Пустые, потрескавшиеся и разрушенные. – Я не педик, чтобы ты там себе не придумал.
– Я вовсе не думал о вас, как, – пропыхтел я, догнав Виктора. – Мне нравятся девушки. Нравились.
– Прошедшее время, потому что ты мертв? – отшвырнув окурок, он закурил еще одну. – Не парься. С женщинами, как и с едой, у тебя будет порядок. Если сам захочешь.
О, сомневаюсь. Я еще не пришел в себя после воскрешения, а думать о девушках… это последнее, чего мне хочется.
Виктор резко остановился, ухватив меня за предплечье.
– Попробую переместить нас. – Он закрыл глаза. Я, как придурок, смотрел на мужчину, не чувствую ничего похожего, когда Юджин перенес нас сюда. – Дерьмо. – Виктор приоткрыл один глаз. Его зрачок шарил по кругу. – Гребаный янки. Просто пух и все. Ага, как же. – Зажав сигарету губами, он встал передо мной, удерживая меня за плечи. Шумно вдохнул и выдохнул… и…
Удар в грудь, словно я врезался ребрами в стену, вышиб из меня воздух. Я задохнулся от мощного толчка, скосившись от боли и покачнувшись, шмякнулся на задницу. Перемещение Виктора напоминало прыжок с высотки без парашюта: жесткое и болезненное. Не буду говорить – смертельное, так как я уже мертв. Но, физически, это было мощно.
– Извини, это мое первое перемещение. – Пробормотал Виктор, встав передо мной. Я вскинул голову, поймав его хмурый взгляд. Затем, мои глаза пробежались по скудно обставленной комнате. На стенах, частично отсутствовали обои, обнажая куски пористого бетона. Потолок с желтыми пятнами. Матрас, со смятым бельем, как будто на нем устроили бойню, ну, или ворочались от кошмара. Справа, открытая кухня с минимум техники и шкафчиков. По крайней мере, здесь чище, чем в той берлоге, где я жил. Наааамного чище. Он протянул мне руку, помогая встать.
– У тебя уютно.
– Ага. В курсе, что нам нужен еще третий для полного комплекта? Женщина. – Виктор выругался, двинувшись в кухню. Открыл холодильник, закрыл холодильник. Взяв стакан, он налил себе воды.
– У нас будет вроде команды? – трое против демонов… а не маловато? Они, как я помню по фильмам, обладают не дюжей силой.
Быстро осушив стакан, мужчина вытер ладонью рот.
– Меня другое смущает. Я, со своим прошлым, гожусь для этой работы, а вот ты, – Виктор сузил глаза. – Держал когда-нибудь пушку в руках?
– Нет, сэр.
– Давай-ка, договоримся, – пройдя к столу, он опустился на стул. – Никаких «сэр» или «вы». Мы не в том положении, чтобы сохранять субординацию. Усек?
– Да, с… – я причмокнул. – Да, я понял.
– Так, ты стрелял из оружия? – потянувшись в карман, он достал сигареты. Виктор, и вправду много курит. Даже для того, кто уже мертв.
– Нет. Никогда.
– Дрался? – густо затянувшись, и выдыхая струю дыма, Виктор смотрел на кончик сигареты.
– Конечно. В старших классах, я играл в американский футбол, а там без драк не обходилось. – Я улыбнулся, припоминая, как много схваток пережила наша команда, чтобы стать победителем. Я всегда был на линии нападения, тем, кто пробивал защиту противников и освобождал путь для своих.
– Агрессором был, да?
