– Понятно, где-нибудь буду носить, – Мирослава задумалась, куда бы положить мешочек с подаренным хризобериллом, чтобы он всегда был с собой.
– Сейчас, – Евгений Викторович вышел из комнаты. Он провозился около пяти минут в коридоре, после чего с довольным лицом вернулся и протянул дочери небольшое кожаное изделие. – Мирослава, дарю тебе вот эту необычную ключницу, носи с удовольствием.
Мира рассматривала кожаную ключницу темно-синего цвета у себя в руках, сделанную в форме жилетки. Она застегивалась двумя клепками впереди и была украшена узорным выжженным рисунком.
– Забавная, – засмеялась Мирослава.
– Согласен, необычная, – поддержал Евгений Викторович. – Она специально сделана больше по размеру и, в отличие от всех других, у неё есть два внутренних кармана, в которых удобно умещаются камни.
Мирослава раскрыла жилетку и увидела на внутренней стороне два небольших кармашка, затянутых сверху резинкой.
– Эта ключница поможет тебе носить с собой камни, скрывая их от посторонних глаз. Правда, жалко, что она рассчитана на обладателя, – задумался отец.
– Что это значит?
– Обладатели редко способны объединить больше двух камней, поэтому карманов всего два.
– Мне достаточно, – улыбнулась Мирослава.
– Это пока, – загадочно протянул отец. – Ты же наблюдатель, и, вероятнее всего, твоя коллекция камней пополнится и очень быстро.
– Значит, пришьем еще пару карманов, – засмеялась Мира.
– Думаю, Паша сможет придумать что-нибудь другое. Завтра ему позвоню. У него большая коллекция камней. Я уверен, что он знает, как их лучше спрятать, – Евгений Викторович сел на диван с довольным видом.
О том, что он был рад, свидетельствовало желтое свечение, исходящее от него. Мирослава наблюдала, как переливы свечения перемещались по отцу, создавая небольшие волны.
– Мира, когда будешь размещать по соседству камни, попробуй почувствовать их реакцию, – подсказал Евгений Викторович, – а лучше поговори с духами камней, не будут ли они против соседа, а то потом могут быть неприятные последствия.
– Я попробую поговорить, – воодушевилась Мирослава.
– Молодец. Попробуй, – поддержал её отец. – Спасибо, что успокоила, но на будущее, лучше мне сразу рассказывай правду, – он обнял дочь. – Давай отдыхать.
– Пап… – протянула Мира.
– Что?
– Я тебя еще в зоопарке хотела спросить, – замялась Мирослава, чем еще больше вызвала интерес отца. – Как можно защититься от эмоциональных атак?
– На тебя успели напасть? – растерялся Евгений Викторович.
– Да, сегодня в школе, – четко ответила Мирослава. – Алина сказала, что это было эмоциональное опустошение.
– Ещё и запрещенным приемом? Завтра поговорю с Пашей. Надо его предупредить, что за бардак устраивают клановые в его школе, – разозлился отец. – Эмоциональные атаки влияют на тех людей, кто неуверен в себе или расстроен. Чтобы защититься в момент атаки надо вспоминать больше позитивных моментов и быть уверенной в себе и в своих силах. Будешь в хорошем настроении, атаки будут неощутимы.
– Антон сказал, что атака была от сильного обладателя.
– Ты не могла сосредоточиться?
– Да.
– В таком случае, я рад, что Антон находится рядом и присматривает за тобой в школе, – неожиданно признался Евгений Викторович. – Уверен, Дмитрий Иванович не просто так перевел Голубевых в твою школу, но это к лучшему, – задумался он. – Атаковать мог не обязательно сильный обладатель. Ты была не готова к подобной атаке и не знала, как с ней бороться. В следующий раз будет намного проще.
– Как в случае с переходом в нулевое измерение? – уточнила Мира.
– С ним то что?
– Первый раз, когда меня в него направил Дмитрий Иванович, было больно, я даже упала в обморок, – вспомнила Мира, – а сейчас переходы безболезненны.
– Странно, – оценил её слова отец, – и в первый раз не должно было быть ничего болезненного. Я подумаю над этим, – пообещал он.
– Спасибо.
– Давай все же отдыхать, – повторил отец, направляясь к двери. – Спокойной ночи.
– Спокойной ночи, – Мира сжимала в руке подаренную отцом ключницу. Она хоть и устала за сегодняшний день, но решила не откладывать разговор с духами камней.
Мирослава достала ключи и мешочек с подарком Михаила Леонидовича. В одну руку она взяла брелок из гагата, в другую хризоберилл, и мысленно попросила вселенную перенести только её в третье измерение, чтобы поговорить с духами камней. Очередная просьба была исполнена в считанные секунды.
– Добрый вечер, хозяйка, – появился в комнате дух камня в облике Михаила Леонидовича.
– Добрый вечер, Бериллик. Можно просто Мира, не стоит звать хозяйкой.
– Как скажешь, Мира, – улыбнулся дух камня.
– Рад снова тебя видеть, – послышался голос Гагата.
Все тот же мальчик, только одетый в свитер и темные джинсы, появился рядом с Мирославой на диване.
– И я рада встрече. Простите, что я вас побеспокоила, – засмущалась Мирослава. – Я хотела спросить, не будете ли вы против вашего соседства между собой?
– Я не против, – тут же ответил Бериллик.
– Он же дар, а не эмоция, – сказал Гагат. – Как можно быть против него?
– Я не знаю, вдруг бы вам не захотелось… – задумалась Мира. – Я должна была спросить.
– Совсем не должна, – угольно-черные глаза Гагата скользнули по Мирославе. – Обычно у нас никто ничего не спрашивает, а делают, что хотят.
– Хочется, чтобы по-человечески все было и с обоюдного согласия, – оправдывалась Мирослава.
– Я буду не против любого дополнительного соседства, – улыбнулся Бериллик.
– Я тоже не стану возражать, если только в особых случаях, – поддержал Гагат.
– Спасибо, – обрадовалась Мирослава. – Тогда я возвращаюсь, всем пока.
– До встречи, Мира, – поклонился Бериллик и исчез.
– Подожди, – Гагат остановил переход между измерениями.
Мирослава заинтересовано посмотрела на мальчика, сидящего на диване.
– Он тебе хотел сказать, что у тебя в запасе будет год, – четко проговорил Гагат.
– Ты о чем? Какой год? – уточняла Мира.
– Я не знаю. Меня попросили – я передал. Я уверен, ты поймешь смысл его слов, – улыбнулся мальчик.
– Сказал бы с какого момента год считать? Или он уже идет? Отчего отсчет то вести?
– Мира, я не знаю, – Гагат покачал головой.
– Вот умеешь ты озадачить, а мне потом не спи ночами, решай ваши головоломки, –озадачилась Мирослава.
– Тебе же нравится, – Гагат подметил её настрой.
– Да, нравится, – честно призналась Мирослава. – Спасибо.
– До скорого, – дух камня махнул рукой и исчез.
– Пока, – Мирослава вернулась в реальность.
Она аккуратно вложила хризоберилл в кармашек ключницы, а брелок с гагатом повесила на один из предусмотренных карабинов, оценив удобство ключницы. Ключи от дома прекрасно помещались и не мешались камням. И содержимое всегда при себе и скрыто от посторонних глаз.
«Прекрасная вещица», – подумала Мира и легла на диван.
Она вспоминала и обдумывала события сегодняшнего дня. Если не считать, что Мирослава не созналась отцу про заданный вопрос, то в целом все сложилось неплохо. Эмоциональная атака в школе прекрасно компенсировалась походом в зоопарк, путешествием в десятое измерение с Бэл и приобретением дара общения с животными и птицами.
Насыщенность дня событиями впечатляла, а ожидание завтрашних соревнований Антона наполняло все тело радостью. В прекрасном настроении Мира выключила лампу-ночник, закрыла глаза и заснула.
Глава 7. Соревнования
Мирославе снились красочные сны, которые не прерывались темнотой и светящимся силуэтом. Такими спокойными ночами Мира могла редко похвастаться в последнее время. Проснулась она от звука будильника, который специально был установлен пораньше, чтобы успеть неторопливо собраться на соревнования Антона.
Мира умылась и направилась на кухню. Родители готовили завтрак, а Матвей еще спал.
– Всем доброе утро, – радостно сказала она.
– Доброе, – сонно поздоровался Евгений Викторович.
– Доброе утро, что так рано? – мама посмотрела на часы.
– Чтобы нормально заплести косу, – объяснила Мирослава.
– Ну да, за час ты точно успеешь косу заплести, – улыбнулась Ирина Валерьевна.
– За час она и Матвею успеет её заплести, – посмеялся отец.
– Ладно вам, не спится, что тут такого? – засмущалась Мирослава.
– Всё мы понимаем, не переживай, – мама ласково посмотрела на дочь.
– Лучше покушай, – Евгений Викторович поставил перед Мирославой тарелку с горячими бутербродами и налил чашку ароматного кофе.
Мирослава с нескрываемым наслаждением ела завтрак, стараясь сидеть как можно спокойнее. Она изо всех сил пыталась скрыть волнение, но понимала, что у неё плохо получается. Родители не приставали к дочери и никак не реагировали на её поведение, за что Мира им была благодарна.
Под конец завтрака Мирославы на кухне появился заспанный и лохматый Матвей. За минуту он умудрился уронить со стола вилку, разлить на стол из стакана воду и при этом съесть один бутерброд. Родители посмеялись над его состоянием, но оно было вполне обычным для утреннего Матвея.
Мирослава, не дожидаясь пока все поедят, убрала посуду и направилась в комнату под смешки брата.
– Едет отвлекать Антона от соревнований, – подшучивал он.
– Я никого не отвлекаю, – занервничала Мирослава, остановившись на полпути.
– Конечно, еще самый лучший наряд выберет, чтоб там все попадали, – не унимался Матвей.
– Вовсе нет, – злилась Мирослава. – Как к тебе приезжаю на соревнования, так и к Антону поеду.
– Ты и на моих соревнованиях привлекаешь внимание, – засмеялся Матвей, – только не замечаешь этого.
Мирослава залилась румянцем.
– Матвей, ничего плохого в том, что твоя сестра – красавица, нет, – заступилась за дочь Ирина Валерьевна.
– Вся в меня, – гордо сказал Евгений Викторович.
Все рассмеялись над его словами, зная, что Мирослава была похожа на маму, а никак ни на отца. Зато его шутка помогла скрыть смущение Миры. Она все же оставила семью на кухне и ушла собираться.
Излюбленные джинсы и лавандового цвета свитер были подготовлены еще вечером. Мирослава несколько раз пыталась заплести ровную косу, но у неё ничего не получалось. От волнения предательски дрожали руки, а ведь она всего лишь собирается на соревнования. Обычные соревнования, на которые она много раз приезжала поболеть за брата.
– Обычные, очередные соревнования. Зачем так волноваться? – она настраивала и успокаивала саму себя, но внушение не помогало.
Мира прекрасно понимала, что эти соревнования не обычные. Одно лишь участие в них Антона полностью меняло их статус и заставляло учащаться пульс.
– Помочь? – показалась в комнате мама.
– Не стоит, справлюсь, – Мирослава расплетала очередную неудавшуюся косу.
– И всё же, стоит, – Ирина Валерьевна направилась к дочери. Она усадила её на стул спиной к себе и стала аккуратно заплетать косу.
– Спасибо, – выдохнула Мира.
– Не переживай ты так, – успокаивала мама. – Если бы ты ему не нравилась, он бы тебя с семьей не пригласил на соревнования.
Мирослава лишь сглотнула образовавшийся ком в горле и глубоко вздохнула.
– После соревнований Антона у нас с отцом есть предложение, заглянуть в наше любимое кафе, – ненавязчиво добавила Ирина Валерьевна.
