– Спасибо…
– Я тебя сожгу, – зарычал Летун. – А пока будешь гореть, сам всё расскажешь. Поверь, система работает как часы.
Барский в ужасе затархтел:
– Стой-стой-стой! Это подождет, я и так всё рассказываю. Да, лично я с ним не знаком. Но! Я у него что-то вроде менеджера по продажам. Мы действительно созваниваемся, когда ему надо загнать партию горелок или когда у меня есть интересующиеся клиенты.
– Ему? Кому? Кто он?
– Какой-то мужик, голос приятный, имени не называл, только погоняло, Звездочет.
– Как вы стали работать?
– Он позвонил на мой номер для бизнеса несколько недель назад… или месяцев… Не суть. Короче! Сказал, что у них солидная контора, что мне готовы башлять 5% с каждой сделки. Что им нужен человек, вроде меня, чтобы расширить аудиторию. Типа хотят масштабироваться. Пустить технологии в массы. Ну ты понял.
– Почему ты рассказываешь об этом так легко? Не боишься их? – поинтересовался Летун.
– Они убьют меня потом, а ты сейчас. Чего мне ломаться? Говорю же, знаю, что ты за псих. Доходили разговоры о том, что ты делаешь с преступниками.
Летун протянул руку:
– Дай свой телефон.
– Зачем? Ты что хочешь мою мобилу стырить?
– ЖИВО!
– П-п-погоди, там же куча другой конфиденциальной информации…
Летун схватил Барского за горло, оторвал его толстую тушу от дивана и со всей силы приложил об стол. Ствол револьвера уперся ему в висок.
Шура распластался на столе, издал жалобный стон и, поняв, что может сейчас умереть, стал послушно рыться в карманах пиджака, не отлипая от стола. Потом протянул телефон Летуну и остался обреченно лежать на столе, придавленный стволом револьвера.
– Пароль!
– Феничка14, – безропотно пискнул владелец клуба.
– Имя, под которым записан торговец.
– Ну так это… Горелки! Так и записано! Горелки. Хули усложнять-то.
Летун набрал номер и поднес телефон к капюшону.
БИ-БИ-БИИИП
– Неправильно набран номер… – сообщил дежурную фразу оператор.
Шесть светящихся красных глаз нависли над придавленным к столу лицом Барского:
– Даю одну попытку объяснить, почему номер недействителен, прежде, чем залью стол твоими мозгами.
– У них своя система, – охотно заговорил Шура. – Каждые две недели номер обновляется. Они звонят с нового номера. Я старый удаляю, новый записываю под прежним именем. Это всё, что знаю. Все факты. Других деталей нет.
– Ты меня почти убедил…
Раздался звук нажимаемого спускового крючка. Барабан в револьвере повернулся.
БАААХ!
Выстрел заглушил плеск заливающегося через пролом в крыше дождя и заставил стены клуба звенеть. Вспышка осветила заплаканное разбитое лицо Барского. Он зажмурился и приготовился умирать. От револьвера пахнуло жженым порохом.
– Тебе повезло. Сегодня я не за тобой, – прогремел грубый электронный голос.
– А? – не поверил в свое счастье Барский.
Летун встряхнул Шуру и пихнул обратно на диван. Тот плюхнулся и устало растекся, радостный, что, по крайней мере, он всё ещё живой.
– Хочешь еще раз меня увидеть? – из тени под капюшоном выдвинулась едва различимая металлическая маска с модульной броней.
Владелец клуба со страхом отвел взгляд:
– Нет… не хочу.
– Тогда подумай о смене карьеры. Я не шучу.
Летун забрал телефон Барского с собой и спокойно ушел. Минут через пять в клубе вновь включился свет.
В памяти телефона Шуры Бакрского оказалось много любопытных номеров. Летун их изучил и сделал полезные выводы на будущее. Но внимание он не растрачивал. Пробив номер торговцев горелками по базам, Летун обнаружил, что телефон зарегистрирован на мужчину из Оренбурга, который, как выяснил знакомый Летуна из органов, уже 10 лет как скончался и с криминалом связан никогда не был.
Стандартная схема для преступников – оформлять номера, машины, а порой и бизнес на мертвецов.
Удивительным оказалось совсем другое. Получив доступ к данным геолокации телефонного номера, Летун определил по вышкам сотовой связи, осуществлявшим соединение с телефоном торговцев, что этот номер последние два года всегда находился в одном и том же месте.
В лесу, в 50 метрах от Пятницкого шоссе на участке между населенными пунктами, удаленном на 22 километров от Москвы. Это означало лишь одно. Человек торговцев горелками приезжал туда каждый раз, когда нужно было позвонить с этого номера. В результате отследить перемещения абонента становилось невозможным. Телефон оставался на одном и том же месте.
Съездив туда и изучив местность, Летун облазил каждое дерево, каждый камень и изучил каждую травинку. В итоге он нашел деревянную кормушку для птиц. В нее вполне могли класть телефон. Но сейчас она пустовала.
Летун цеплялся за каждую возможность. Он сорвал кормушку и увез изучить на предмет отпечатков и следов ДНК…
И абсолютно ничего не нашел.
Кем бы ни были торговцы горелками, они оказались профессионалами высокого уровня.
Все ниточки, которые у Летуна имелись, оборвались… Можно, конечно, надеяться, что торговцы горелками сами позвонят с нового номера на мобильный Шуры Барского. Но Летун понимал, скорее всего, либо сами торговцы разузнают обстановку перед тем как звонить, либо Шура Барский подаст им какой-нибудь предупредительный сигнал, чтобы они не выходили с ним на контакт.
Впрочем, этого даже не потребуется. С полсотни мутных личностей из числа посетителей клуба «Заря» видели, что к Шуре наведался Летун. Это подпортит ему бизнес и заставит деловых партнёров Барского залечь на дно. Весть о том, что работать с Барским в ближайшее время небезопасно, облетит криминальный мир за пару дней. И торговцы найдут себе нового связного.
Всё это Летун рассказал единственному собеседнику, посвященному в его тайны в своем логове-гараже. Он стоял в темном помещении посреди зарешеченных стеллажей с оружием.
– Мне придется начинать всё сначала, – завершил свою историю Летун, снимая бронемаску, испещренную множеством микросхем с внутренней стороны.
Седой возрастной мужчина в синей куртке и клетчатой рубашке сидел за столом в центре темного гаража и внимательно слушал Летуна, потирая серебристую щетину. Потом потянулся за пультом от телевизора и включил новостной канал:
– А инцидентов с горелками всё больше и больше, – Его уставшие бесцветные глаза обратились к Летуну. – Ты слышал про захват заложников в Кэнери-Уорф?
Летун снял капюшон. В полумраке показалось лицо тридцатипятилетнего шатена. Он выглядел еще молодо, но пара глубоких морщин скорби оставили на нем свой отпечаток. В пряди каштановых волос вплеталась ранняя седина.
– Нет, что это?
– Лондонский деловой квартал. Вчера там применили какой-то новый вид горелок. Судя по всему, сейсмическую пушку.
– Ты же знаешь, Лесаков, мировые проблемы меня не интересуют.
Седовласый профессор Лесаков объяснил:
– Источник проблемы в Лононе – всё те же создатели горелок, которых ты хочешь найти.
Летун стянул с себя свою темно-красную рясу, обнажив боевой костюм-экзоскелет, обвешанный пистолетами, ножами, газовыми и светошумовыми гранатами. Он взял пульт и сделал выпуск новостей погромче.
Репортер на фоне современных небоскребов лондонского квартала Кэнери-Уорф сообщал с экспрессивной дикторской расстановкой:
– Захват заложников в здании главного офиса Королевского Международного Кредитного Банка продолжается уже сутки. Полиция и спецназ сообщают, что контролируют ситуацию. Операцию по освобождению заложников курирует лично глава Скотлент-Ярда. Премьер министр созвал экстренное совещание. Пока обстановка тяжелая. К этому часу силовиками было предпринято два штурма. Ни один не увенчался успехом. Попытки переговорщиков со стороны властей связаться с преступниками продолжаются до сих пор. Но известно, что преступная группировка, захватившая заложников, не выходит на связь, отказывается от любой коммуникации и не выдвигает никаких требований. Что делает ситуацию в Кэнери-Уорф нетипичной. Обычно захваты заложников сопровождаются требованиями политического или финансового характера. У полиции пока нет достоверной версии относительного того, кто эти преступники и чего они хотят, но частные эксперты и криминальные аналитики убеждены, что общественности стоит готовиться к худшему. А именно к террористическому акту или показательной казни заложников. И уже после этого, какая-либо из террористических организаций, возможно, возьмет на себя ответственность за происходящее…
– Нет, – сказал Летун. – Преступники чего-то ждут.
– Чего? – удивился Лесаков.
Быстро прикинув и взвесив ситуацию, Летун предположил:
– Хотят опробовать горелки в чем-то крупном и серьезном.
На телеэкране появились кадры хроники событий.
Под заголовком «С ЧЕГО ВСЁ НАЧАЛОСЬ» показывали нарезку из съемок очевидцев. Летун увидел, как раскачивались небоскребы, как гроздьями летели стеклянные осколки тысяч окон, как трещины ползли по зданиям, как большие воды Темзы, заливали улицы, а среди бегущих в панике толп двигалась группа из дюжины вооруженных головорезов.
Внезапно вещание переключилось на новостную студию и ведущий спешно сообщил:
– И сейчас мы выходим в прямой эфир с экстренной съемкой с места событий: в Лондоне появилась сверхженщина, известная как Нола.
Лесаков заметил, как инстинктивно сжимается кулак Летуна.
На тревожных кадрах прямой трансляции сверкали всплески плазмы, разрезая стены домов, словно масло. Между небоскребов мелькала красно-черная фигура Нолы. В смертоносном кружении она то укорачивалась от зарядов плазмы, то встречала их, закрываясь руками. Но неустанно она летела вниз, к источникам пальбы.
– Вот, кого они ждали, – сказал Летун.
Лесаков вскинул на него изумленный взгляд.
– Думаешь?
– Да. Однозначно. Заложники, землетрясение, одна из главных европейских столиц, внимание мировых СМИ – всё это слишком вычурно. Но это тот уровень, которым занимается Нола. Её туда выманили!
– Кто в здравом уме захочет тягаться с ней?
Летун уже знал ответ. Он раскусил безумный план злоумышленников:
– Создатели оружия. А захватчики заложников – лишь расходный материал. На самом деле это проба истинных возможностей горелок. Они устроили декорацию глобальной проблемы и заманили туда сверхженщину, чтобы создать самую впечатляющую рекламу оружия в истории!
– Демонстрация для потенциальных клиентов?
– Именно так. Они рассчитывают, что горелкам удастся одолеть Нолу.
Неожиданно на кадрах прямого эфира раздался трескучий грохот. Между зданиями поднялось огромное облако пыли. Люди за кадром стали кричать. К месту событий устремились воющие спец-сигналам машины спецназа, скорой и пажарных.
Произошли взрывы, осветившие весь квартал.
Одно из зданий стало падать на глазах у тысяч телезрителей.
– Боже мой! – вздохнул Лесаков.
На обрушение страшно было смотреть, особенно при мысли, что подобное может повториться у нас, на знакомых и родных улицах.
Когда клубы пыли снесло ветром, и начинало казаться, что на этом всё закончилось, в темном небе вновь появилась Нола. Она переносила заложников по двое к дежурящим машинам скорой помощи. Толпа заликовала, зааплодировала.
Лесаков с облегчением выдохнул.
– Похоже, наша супердевочка справилась с мерзавцами. Не знаю, насколько верна твоя теория, только вот у них ничего не вышло.
Но Летун продолжал неотрывно наблюдать за происходящим на экране.
Он уже знал, что создатели горелок – профессионалы. Они практически не ошибаются. И не делают необдуманных ходов. Летун чувствовал, что они опасны. Даже для Нолы. Хотя особых симпатий к ней он не испытывал, он затаил дыхание, наблюдая за тем, что происходит в Лондоне.
Нола перенесла последнюю партию выживших заложников и приветливо помахала толпе.
– Ну же улетай, – прошептал Летун.
Журналисты ломанулись к сверхженщине в красно-черном костюме с гвалтом вопросов. Как всегда, Нола не заговаривала с репортерами. Она развернулась в воздухе и стала плавно набирать высоту и скорость, чтобы не пугать толпу резким сверхзвуковым рывком.
Когда Нола оказалась достаточно высоко, с одного из уцелевших зданий сверкнула вспышка энергии. Не снаряды, не отрывистые пучки плазмы, но желтый слепящий луч ударил Нолу в спину, явно причинив ей боль. Её маленькая фигура изогнулась высоко под облаками. Нола потеряла скорость.
И камнем полетела вниз. Плюхнулась в воды Темзы и исчезла в потоке реки.
Летун закрыл глаза.
– Не верю, что только что увидел это, – мрачно проговорил профессор Лесаков.
Они прождали пятнадцать минут вместе со всем миром в полном молчании, ожидая, что Нола вынырнет и вновь взлетит. Однако, этого не произошло. Диктор сообщил, что они уходят на рекламу, но позже обязательно вернуться в эфир.
Летун выключил телевизор.
