Алина Савельева "Будешь Борзовой!"

Улетая на каникулы в Россию, я была уверена, что в моей жизни есть все! От престижного универа и любимых гонок до самого обалденного бойфренда. Но Мирон Борзов считает иначе. Он уверен, что в моей жизни очень не хватает его!«Ты будешь моей!» —заявил мне самоуверенный нахал!«Тогда попробуй, догони!» – рассмеялась я.От автора: # ХЭ# Герой циничный и наглый!# Героиня взбалмошная и капризная!

date_range Год издания :

foundation Издательство :Автор

person Автор :

workspaces ISBN :

child_care Возрастное ограничение : 18

update Дата обновления : 15.02.2024

ЛЭТУАЛЬ

– Полиция нравов! Все, расходимся, секса не будет! – громко заявляю я, подходя ближе.

Конечно же, никогда раньше Андрей не разрешал мне присутствовать на его закрытых пати, но сегодня я очень зла и мне пофиг, что он будет недоволен. Но братик даже не повернулся в мою сторону, ровно как никто и не отреагировал на мое вторжение, что, наверное, неудивительно. В таком разнообразии девушек я слилась с этой толпой и мой писк пропал в прочих голосах.

Решив, что в квартире родного брата я могу позволить себе и выпить, прошла за стойку, изучая ассортимент. В Штатах мне по закону еще пить нельзя и за этим строго следят, поэтому я совершенно не представляю, что из всего этого мне может понравиться на вкус.

Выбрав красивую бутылку с голубым ликером, решила начать с него, вычитывая на этикетке информацию о нем.

– Разве правильным девочкам не пора в постель? – прозвучал вопрос за моей спиной.

Обернувшись, я, естественно, увидела Борзова, его голос я узнала сразу. Я поняла, почему мне показалось, что его глаза светятся в клубе. Они у него удивительные, в самом деле, я таких ни у кого не видела. От зрачка радужка светло-серая с легким, очень бледным оттенком оливкового, а контур радужки насыщенный серый. В придачу к этому угольно-черные ресницы и брови. В клубе неоновые лучи сыграли такую шутку, ведь на всем светлом они играют ярче, и удивительная радужка койота, как в капкан, поймала их, ограничив темной полосой по краям.

Он стоял, опершись спиной на стойку бара, перекрестив свои длинные ноги в узком проходе, так, что мне придется через них перешагнуть, чтобы выйти. Вот он вымахал, верзила! На гормонах ростах его, что ли, держали с пеленок?

– В твою? – усмехнулась я, давая понять, что знаю, что это он меня трогал на глазах у всех!

Брови нахала дернулись вверх, и снова эта дерзкая улыбочка озарила лицо, и без того идеальное. Он как высечен из скалы скульптором, влюбленным в этот камень. Острые скулы при освещении уже не казались такими хищными, как в клубе, но от этого были не менее привлекательными. Такой же точеный нос и четкий контур губ, которые к моей досаде были намного притягательнее, чем тонкие губы Кевина.

– Нарываешься на близость? – опять ухмылялся Борзов, шагнув ко мне и загнав в угол.

Мне совершенно некуда было отступать, а гадский извращенец, выбрав бутылку на полке, абсолютно не обращая на меня внимания, наполнил стакан кусочками льда и налил в него янтарного цвета жидкость.

На секундочку я отвлеклась, наблюдая, как надо делать напиток, и ответила как нормальному человеку:

– В клубе прелюдия не впечатлила, поэтому с удовольствием откажусь!

В его глазах просто издевательский смех, и Мирон молча протянул мне свой стакан, наблюдая за моей реакцией. Надо было сказать ему, что он идиот и пить из чужих стаканов после лесных волков для меня неприемлемо, но его насмешка, словно он не верит, что я это выпью, меня злила!

Жидкость обожгла горло, будто я горящего бензина хлебнула, и на вкус гадость страшная, горькая! Глаза заслезились и я, хватая воздух, пытаясь вздохнуть, нечаянно махнула рукой, облив хохочущего надо мной гада.

– Фак, Мирон! – вырвалось у меня ругательство, и Мирону это понравилось.

Схватив меня за запястье, он вывернул мне руку за мою спину и толкнул к себе, так что я оказалась прижата к нему всем телом. Вторую руку Мирон опустил на мою задницу все в тех же шортах, и бесстыдно тискал ее.

Его действительно заводит, когда в любую минуту нас могут застукать за этим люди? Весь все, что нас спасает от взглядов веселящейся толпы, это барная стойка и то, что пока никто не обратил внимания, развлекаясь по-своему.

– Ты сказала: «Фак ми… Рон»? Так меня ещё никто не просил, детка! Мне нравится.

Придурок извернул мою фразу, вложив в нее совсем другой смысл!

Я вынуждена была снова дышать его ароматом и нехотя отметила, что от него пахнет мужчиной, настоящим самцом, от которого подкашиваются ноги у любой выбранной им девчонки.

Он все плотнее прижимал меня к полке за стойкой, и я не могла не почувствовать, как он возбужден, по упирающемуся в мой открытый живот члену, жар которого я чувствовала даже через его джинсы.

Он смотрел мне в глаза, наклонившись и в это же время, перестав тискать мой зад, пробрался рукой под топ, медленно очерчивая окружность груди пальцем.

– Пойдем к тебе, Ленточка, – шепчет мне в губы Мирон и скользит своими по щеке, и я опять ощущаю его дыхание на шее.

Как и в клубе, он проводит носом вверх до уха, только теперь одновременно с этим он еще и сделал движение бедрами, толкаясь в меня своей каменной ширинкой.

Этот горький алкоголь так быстро меня опьянил от одного глотка, что у меня кружится голова и пульс зашкаливает как на гоночном треке.

– Ты еще скажи: «Пусти переночевать, не разочарую» – упираюсь я в его торс ладонями, пытаясь сдвинуть с места.

Опять эта улыбка альфа-самца, в которой искрится такая насмешка, будто я сказала какую-то глупость несусветную! Сдвинуть его не выходит и хуже того мне нравится чувствовать твердый рельеф его мышц под ладонями.

Уверена, что это именно лишние градусы крепкого напитка, пробуждают во мне желание, увидеть стальные мышцы Мирона… в своей постели.

– Я не разрешала себя трогать! – задыхаясь от возмущения и злости на реакцию своего теля на его совершенно недопустимые вольности.

– Ошибаешься, Аристова. Входя в клетку к голодным хищникам, не стоит выглядеть как сытный ужин! – утробным голосом прорычал мне Мирон и его глаза потемнели, вытесняя светлую часть радужки.

Да что с ними не так? Во всем мире давно признаны права женщин, в том числе и  одеваться, так как им хочется, и никто не считает это провокацией, только здесь, если девушка в мини юбке – сто процентов хочет секса. Налетай, торопись!

– Ты как аналоговое устройство в цифровом мире! – отталкивая от себя его руки, шиплю в ответ, – что за устаревший формат мышления?

–Возвращайся на свой подоконник, Лена, – проигнорировав мой вопрос, Борзов глаза свои прищурил, и отступил, пропуская на выход.

Вот глазастый койот! Он видел меня с улицы и решил, что я ради него прибежала сюда? Идиот! Взгляд у Мирона стал холодным и что-то мне подсказывает, что он намеренно меня лапал и пугал своим напором, что бы я сама сбежала отсюда и не мешала им развлекаться.

Обернувшись на веселящуюся толпу, я поняла, что за голодные звери в этой клетке. Это не вечеринка, это небольшой разогрев перед оргией, судя по тому, как парни тискают девушек самым откровенным образом. Да и девушки не скромнее себя ведут. Пожалуй, мне и правда пора! Тем более Кевин уже, наверное, проснулся! Эта разница во времени сильно мешает общаться с ним нормально.

– Да, я тоже думаю, что не найду тут стоящего парня! – фыркнула я, просто из вредности и поспешила к выходу, пока этот озабоченный не трахнул меня тут на глазах у всех.

– Что? – опешил Мирон, догнав меня у двери и выходя в подъезд следом, – Я, на секундочку, по версии «Maxim», признан самым сексуальным мужчиной!

Конечно, я поняла, что речь идет о мужском журнале, где ежегодно кому-нибудь присуждают такую премию, но не съязвить не могла:

– Я не знаю, кто такой этот Максим, но «Сексуальный мужчина на секундочку» звучит… унизительно!

Сочувственно опустив глаза на его ширинку, я с трудом сдерживалась, чтобы не рассмеяться, от его офонаревшего вида.

Так-то, Ми-Рон! В следующий раз не будешь хвастаться!

– Расскажешь об этом, если не охрипнешь, крича «О, май гад, Мирон», пока я буду тебя трахать, Ленточка! – сам уже охрип отчего-то Мирон, но мое имя, как все привыкли называть меня с детства, с его губ слетело совсем иначе, будто он вкладывает в него какой-то еще смысл.

– Гет лост*… Рон, – снова я споткнулась на имени, потому что это гребанное «Ми» искажает смысл полностью. (исчезни* – прим. автора)

Два этажа в четыре лестничных пролета, я пронеслась меньше чем за минуту и была уверена, что Борзов остался у квартиры Андрея, поэтому вздрогнула, услышав за спиной:

– «Объект дома, больше не теряй».

Мирон Борзов стоял на последних ступеньках, наблюдая за мной и до меня дошло, что вся наша охрана, включая моего личного телохранителя, из агентства Борзовых! Он просто знает, что я тут канарейка в золотой клетке, под постоянным наблюдением, вот и поигравшись немного, сплавил домой! Просто выполнив работу своих подчинненых.

– Хороший песик! Дай лапу! – рявкнула я от злости.

Как же я хочу домой! Подальше от этих недалеких людей и тотального контроля! И поближе к нормальному парню, который ни разу не позволил себя лишнего, как этот сероглазый извращенец!

Захлопнув дверь перед носом злого пса, я довольная, что последнее слово осталось за мной, поспешила набрать Кевину по скайпу. Хоть с цивилизованными людьми пообщаться!

Но радовалась я недолго, после обычных: «Привет, детка! Как ты?», Кевин сообщил что они с друзьями едут кататься на досках, потому что сегодня шикарная волна. А я должна сидеть все каникулы под колпаком! Ненавижу!

Еще и этот Рон-Мирон теперь точно настучит, что я не сижу дома, как папочка желает! И без того короткий список того, что мне можно, наверное урежут!

Глава 4. Ленточка

С раннего утра субботы ко мне завалился старший брат, уже успел и на пробежку свою любимую, и с мокрой шевелюрой после душа спустился ко мне, разбудив.

– Кофе буду черный, – радостно скалясь, плюхнулся на стул Андрей.

– Ты меня разбудил, потому что сам не можешь кнопки на машине нажать? – возмутилась я его наглости.

– Не угадала. Сегодня едем за город, на базу отдыха «Дольче вита».

– Я с тобой? – обрадовалась я хоть какой-то возможности не сидеть дома, а учитывая, что Андрей уезжает, клуб мне точно не светит.

– Да. Стефи просит помочь. Она на очень опасном задании! В логове афериста и мошенника Самойлова! – намеренно пугающим голосом, как в фильмах ужасов, сообщил мой братец, но перестав дурачиться, рассказал, что нужно делать.

– Основная задача: перепробовать все блюда и выявить несоответствия, не основная отдыхать, купаться и веселится. Будет клуб, бодиарты, шоу группы поддержки его регби-клуба. Все понятно?

– Да! Взять купальник, солнцезащитные средства и позвать девчонок! Можно же?

– Зови. Все едут. Но не младше восемнадцати, – строго приказал мне братец. – Завтракать идешь?

Блин, столько вопросов сразу в голове! А если Сонечке Липновой без трех дней восемнадцать, можно или нет? И самое главное! Кто это все? И Борзов? Тогда однозначно бикини! Хотя он уже, наверное, не голодный хищник. На вчерашнем пати было столько блюд, что вряд ли этот дикий койот не полакомился!

Купаться в такую жару это просто заветное желание, пусть это и не южный пляж Майами, но хоть что-то!

Со мной Андрей не поехал, подозреваю, что ему не слишком нравится моя манера вождения, но мне так даже лучше, вдруг он решит уехать рано, а мы с девочками сможем повеселиться в клубе базы сколько захотим!

Ну, всех так всех! Я позвала с собой и Санечку и Соню, жалко, Вика только завтра прилетает, она та еще зажигалочка.

Не знаю, почему Стефи, подруга моего брата, считает, что хозяин базы мошенник, по мне так он очень старается угодить гостям. Несмотря на то, что с блюдами они действительно мухлюют, все остальное мне безумно понравилось: огромная ухоженная территория, беседки в глубине зеленых насаждений и самый настоящий пиратский корабль в масштабе один к одному. Жалко, без Джека Воробья.

Единственное, что я не люблю, это всякие бодиарты, поэтому пока девочки ушли наносить на свою кожу замысловатые блестящие рисунки, я отправилась на пляж.

Честно говоря, я не ожидала, что на оборудованном песчаном пляже будет столько народу. Хотя лето и на базе многие отдыхают семьями, куча бегающей ребятни и на берегу целый ансамбль песочных замков.

Решив прогуляться по береговой линии дальше от густонаселенной зоны, была разочарована каменистым берегом. Черт! Это, конечно, безумно красиво, но и так же опасно. Хоть в этом озере и нет волны, но поскользнуться можно запросто.

Немного посомневавшись, я все же скинула платье и спустилась в воду. От жары уже кружится голова, так что хоть немного охладиться не помешает.

Еще я не люблю не прозрачную воду. Это совсем не лазурная океаническая вода, хоть тут и не застойное болото, но все же вода глубоко не проглядывается. В детстве мне всегда казалось, что в таких озерах живут чудовища всякие и могут, схватив тебя за ногу, утащить на дно. Глупости, конечно, но когда по моей ноге что-то проскользнуло, я, взвизгнув, погребла к берегу.

Как ошпаренная выскочив на берег, даже не поняла, скользкие камни или нет. Схватив полотенце и укутавшись в него, я разглядывала поверхность воды, потому что мне показалось, что кто-то действительно провел пальцами по моему бедру.

Не успела я себя пристыдить за излишнюю впечатлительность и богатую фантазию, как поверхность озера взорвалась возле огромного валуна, торчащего из воды метрах в двух от берега.

В разлетающихся брызгах воды, как герой какого-нибудь эпического фильма, появился Борзов.

Он оперся на камень руками так, что его мышцы заиграли по всему телу. Он настолько мощный, что напряженная мускулатура плеч, спины и груди рельефно выделялась, и треугольники, где ключицы, словно высеченные куски в этой скале, еще больше демонстрировали, насколько этот экземпляр совершенен.

Нет, это не койот и точно не песик! Это огромный цербер! Сильный, красивый, опасный…

Мне негоже пялиться на него, но я не успела отвести глаза, прежде чем он взглянул на меня исподлобья, сверкнув глазами.

Опершись на камень, Мирон одним рывком вскочил на него, ни на миллиметр не соскользнув с мокрой поверхности, встал на него, чтобы я слюнями подавилась, глядя на эти литые ноги!

Мне кажется, он даже под ноги не смотрел, вышагивая ко мне по черным камням.

– Десерт принесла, Аристова? – подходя ко мне вплотную, спросил Борзов.

– Это ты меня трогал, сволочь? Я испугалась! – вместо ответа наехала на него сразу.

– Так перестань за мной бегать, Ленточка, – дернув бровью, оскалился Борзов. – Следила за мной?

От такой наглости я растерялась, оправдываться, что я сюда пришла случайно, я не хочу! Да что он о себе думает? Неужели все за ним постоянно бегают, что он уже привык к такому?

Разозлившись на него за завышенное чувство собственной значимости и на себя за то, что не ушла сразу, все, что я смогла это только возмущенно выдохнуть и сунуть ему в руки свое полотенце. Потому что смотреть на его влажную кожу выше моих сил! Я вообще не должна так на него смотреть!

– Не заводись, Ленточка! – вроде дружелюбно сказал Мирон, но тут же добавил: – Я сам тебя заведу!

И тут же полотенце перелетело через меня, останавливая и прижимая спиной к прохладной, мокрой коже Мирона.

– Опять удрала от охраны? – лаская мое ухо губами, спросил Мирон.

– Я не виновата, что в вашем агентстве одни лузеры! – чувствуя, как начинаю дрожать и покрываться мурашками вовсе не от холода, постаралась влить побольше яда в голос.

Одна секунда, и мой пейзаж сменился. Как он перекрутил меня, что я оказалась со связанными полотенцем руками за спиной и лицом к нему, я не поняла. Поняла только одно: с ним точно шутки плохи!

Он прижал меня к себе и смотрел так, будто лениво разглядывает, как трепыхается добыча в его лапах. Самоуверенность этого зверюги явно давно зашкаливает до запредельных показателей! Наглый, распущенный, дикий койот!

– Ты… ты… так нельзя! – пытаюсь вырваться, чем еще больше его радую, судя по загоревшимся глазам.

Он откровенно нагло опускает взгляд на мою грудь, прижимающуюся к его гладкой и уже горячей коже, под которой его мышцы скалистой породы все больше раздуваются то ли от напряжения, то ли от того, что его дыхание становится все тяжелее, распирая грудную клетку.

Что же за ненасытный хищник этот Рон-Ми-Рон? Он снова возбудился до неприличия! Так, что его стояк при ходьбе будет опережать его на шаг. Очень твердый такой шаг.

– Отвяжись от меня, собака лесная! Что тебе нужно? – рычу я, больше всего испугавшись своей реакции на него.

Внутри словно все сжалось и заныло внизу живота, и я в шоке от того, что самое малое, что мне хочется, это испытать поцелуй этих губ, а уж о том, что рисует мне фантазия, лучше вообще не думать!

– Сходишь со мной в ЗАГС? Я один боюсь! – нахально улыбается мне Мирон.

Все книги на сайте предоставены для ознакомления и защищены авторским правом