Но настроение Насти резко упало. И дело было не только в Борисе. Этот парень ей не нравился, и его длительное отсутствие она восприняла с большим облегчением. Подумала, что он все понял и решил оставить ее в покое. А оказывается: вот, в чем дело!
Насте стало жутко. Жившая в ней безмятежная уверенность, что справедливость всегда торжествует, рухнула в одночасье. Выходит, человека можно обвинить в чем угодно, если это кому-то выгодно. Даже невиновного! И ничего не докажешь. Боже, в каком страшном мире она живет! И люди, которых она считала всесильными, даже такие, как ее отец, ничего с этим поделать не могут. Наоборот, сами могут нарваться на неприятности. Конечно, ведь их вмешательство может повредить чьим-то меркантильным интересам.
Бедный Борис! Как ему, наверно, там плохо и страшно! И не на кого надеяться. Ведь если даже его отец не может помочь, ? иначе бы парень уже был на свободе, ? то кто же может?
А она еще была с ним такой недоброй! Презирала его. А собственно ? за что? За то, что нравилась ему, что он этого не скрывал. Но ведь он не виноват, что любил ее, ? как умел. Разве за это презирают? Ведь она тоже любит, правда, другого. Но могла бы хоть попытаться понять Бориса, посочувствовать ему.
А вдруг это он сорвал цепочку? Ведь она его почти не знает. А если это правда?
? Настенька, что-то случилось? ? Тревожный голос Вадима оторвал ее от тягостных размышлений. Рассказать ему или не стоит? Интересно, как он отнесется к чужой беде?
Едва подумав об этом, Настя уже поняла, как. Конечно, не останется равнодушным. Потому что ? Настя вдруг ясно почувствовала ? она тоже нравится Вадиму. От этой мысли состояние безнадежности сразу испарилось. У нее есть Вадим, он всегда ее защитит, не допустит, чтобы с ней случилась беда. И когда-нибудь они будут вместе.
Она взглянула ему в лицо, и горячая волна счастья хлынула ей в душу. Какой он красивый! Вроде бы в отдельности все обыкновенное: лоб, брови, глаза, губы… Но собранное воедино ? нет прекраснее! Этот взгляд ? внимательный и такой… острый, как укол в сердце. Его рука на ее талии, а в другой ее ладонь. И эта улыбка ? сочувственная и все понимающая.
Наталья куда-то исчезла, и они остались вдвоем. На какое-то время мысли о Борисе покинули ее. Она наслаждалась музыкой, близостью Вадима, самим танцем ? таким плавным и нежным. Танго. О, танго! ? ты танец моей любви.
Краешком глаза она заметила Никиту, танцевавшего с незнакомой высокой девушкой. Он улыбнулся Насте, но его улыбка была какой-то невеселой. А может, ей показалось. Оркестр заиграл быстрее, пары разделились, и каждый стал танцевать, кто во что горазд. Настя залюбовалась ловкими красивыми движениями Вадима, тоже задвигалась в такт музыке – и вдруг почувствовала острую боль в пятке. Жавшие туфли, наконец, дали о себе знать.
Она отошла за колонну, стянула туфельку и потрогала кожу над пяткой. Мокро ? и как больно! Водянка. Да такая здоровенная! Она попыталась натянуть туфельку и едва не вскрикнула от боли. Так и осталась стоять на одной ножке под сочувственным взглядом Вадима.
? Не могу надеть, пятку растерла, ? жалобно сказала она и чуть не заплакала. Что теперь делать? Идти в раздевалку босиком или прыгать на одной ножке? Вот опозорилась!
? Давай номерок, я принесу сапоги, ? распорядился Вадим. ? Ничего страшного, пойдем, прогуляемся.
? Что случилось? ? подошел к ним Никита. ? Ногу растерла? Как тебя угораздило?
? У мамы туфли стянула, ? призналась Настя, ? а они жмут.
? Ну и лапы у вас с Натальей! Кстати, ты ее не видела?
? Она танцевала с каким-то рыжим парнем. Но это было еще в начале дискотеки. А больше не видела.
? Опять кого-то подцепила! Ведь договорились идти домой вместе. Ох, допрыгается моя сестренка!
? Извини, Никита, но мы тоже уходим. – Вадим прямо посмотрел другу в глаза. ? Танцевать Настя больше не может. Пойдем потихоньку домой.
? Да, конечно. Я немного задержусь, одну девушку хочу проводить. Здесь недалеко. Знать бы только, где Наталья. Ладно, пока!
И он ушел. А Настя с трудом натянула сапоги, и, прихрамывая, направилась в гардероб.
Выйдя на улицу, они остановились от неожиданности: на город опустился густой-прегустой туман. Свет фонарей с трудом пробивался сквозь его плотную пелену, на расстоянии нескольких метров уже ничего не было видно. Размытые силуэты прохожих двигались, как в замедленной съемке, и автомобили непрерывно гудели, предупреждая друг друга.
? Как же мы домой дойдем? ? растерялась Настя. ? Ничего не видно!
? Сориентируемся, ? успокоил ее Вадим. ? Держись за меня, старого туриста. Так что у вас опять приключилось, если не секрет? Чем тебя подруга снова расстроила?
И Настя рассказала про знакомство с Борисом, про их встречи и его арест. Только о поцелуе умолчала.
? Он тебе нравится? ? помедлив, спросил Вадим.
? Нет, совсем нет! Но мне его очень жаль. Понимаешь, Борис простой парень, может, не очень умный, но не подлец ? это точно. Не мог он так поступить. Очень хочу ему помочь, но как, не представляю.
? Настенька, а ты на сто процентов уверена в его невиновности? Насколько я понял, ты и виделась с ним всего несколько раз. С кем он дружит, как проводит свободное время? А если ты в нем ошибаешься? Может, пусть лучше в этой истории разберутся те, кому положено? Тем более, что у тебя к нему ничего нет.
? Наверно, ты прав, ? согласилась Настя. ? Но у меня такое чувство, будто он ждет от меня помощи. Ведь не зря Сережа с Натальей поделился, ? знал, что она мне расскажет. Может, Борис его просил об этом?
? Но что ты можешь сделать?
? Не знаю. Может, для начала с папой поговорить? Он ведь заведует кафедрой, ? у него всякие студенты учатся. Может, у кого есть родители из милиции.
? Что ж, попробуй. Хотя я бы не советовал. Думаю, у твоего отца своих проблем хватает, ? у кого их нынче нет. Ладно, был бы этот парень вам близким человеком.
? Но ведь должен же кто-то за него заступиться? Нельзя же так! А если со мной беда случится и все отвернутся, ? каково мне будет? Ты только представь!
? Нет, не надо, не пугай меня. С тобой ничего плохого не должно случиться! Но я прошу: если тебя что-то тревожит, делись со мной. Хочу, чтобы ты считала меня своим другом, настоящим другом, хорошо?
? Хорошо, ? улыбнулась Настя, ? спасибо тебе. Ты такой добрый!
За разговором они незаметно добрались до Настиного двора. Туман стал еще гуще, ? свет фонаря почти не пробивал его. Они остановились у ее подъезда и постояли некоторое время, молча.
Он решает, можно ли меня поцеловать, вдруг поняла Настя, еще подумает, что я только этого и жду. Надо прощаться. Но как не хочется!
? Я пойду, ? нерешительно сказала она.
? Как нога? Болит? ? участливо спросил он.
? Да я как-то притерпелась. Но немного печет.
? Обязательно помажь «Спасателем». У вас есть?
? А что это?
? Мазь такая ? сразу боль снимает. И заживет намного быстрее.
? Впервые слышу.
? Давай я в аптеку сбегаю, куплю. Она меня не раз в походах выручала.
? Ой, мне неудобно тебя утруждать!
? Ничего, я быстро.
Он проводил ее до двери и убежал. Дома никого не было. Настя зажгла свет и разулась. Нога выглядела угрожающе: огромный пузырь и краснота вокруг. Она протерла водянку одеколоном и осторожно проколола иголкой. Из отверстия вытекла желтоватая жидкость, и стало легче. Вскоре прибежал Вадим. Настя помазала болячку белой, пахнущей травами мазью, и боль сразу утихла.
? Уже не болит! ? изумилась она. ? Просто, чудо! Давай, я тебе деньги заплачу, мазь, наверно, дорогая.
? Никаких денег! ? отказался Вадим. ? Как там рыба?
? Ой, я о ней совсем забыла! ? И Настя кинулась в ванну. Рыбина неподвижно стояла на дне. Но едва зажегся свет, она поднялась к поверхности и открыла рот, явно ожидая подачки. Настя опустила в ванну палец, рыбина поплыла к нему, коснулась губами и, недовольно шевеля хвостом, отплыла. Под брюхом у нее висела длинная черная цепочка. Вскоре она оторвалась и медленно опустилась на дно.
? Опять проголодалась! ? Настя покрошила хлеба и немного вареного мяса, ? все это толстолобик с аппетитом съел.
? Во прожорливый! ? Вадим потрясенно смотрел на рыбу. ? Наверно, неделю не ел. Надо у него воду поменять, ? вон сколько грязи на дне.
Во время этой процедуры в дверь позвонили. Настя пересаживала рыбину в таз, поэтому пошел открывать Вадим. Настя слабо надеялась, что звонит Наташка или, в крайнем случае, ее братец, но за дверью оказались родители. По затянувшемуся молчанию она поняла, что они изумленно разглядывают гостя. Плюхнув толстолоба в таз, Настя выскочила в прихожую.
? Папа, мама, познакомьтесь, это Вадим, Никитин друг, ? затараторила она, покраснев до ушей. ? Он мне помогает пересаживать толстолоба.
? Куда пересаживать? ? поинтересовался отец. ? И зачем?
? Он столько съел: и мяса, и хлеба ? ужас сколько! А теперь на дне ванны ? ну, сам понимаешь. Вот мы и решили поменять воду.
? Понятно. Что ж, приглашай своего гостя с нами поужинать. Вы, как я понимаю, с вечеринки. Кстати, я вспомнил: этот молодой человек встречал с нами Новый год. А где Наташа с Никитой?
? Мы их потеряли. ? Настя покраснела снова. ? Я ногу растерла, и Вадим помог мне дойти до дому.
? Чем это ты растерла? И кто тебе разрешил надевать мое новое платье? ? сердито спросила мать. ? Я за него еще даже не заплатила. Боже, да оно все мокрое!
? Так рыба. Мы же ее пересаживали.
? Нельзя было переодеться? Все платье забрызгала, ? теперь стирать придется!
? Извините, мне пора домой, ? заторопился Вадим. ? До свидания!
? Куда же вы? А поужинать? Да прекрати ты со своим платьем! ? сердито прервал жену отец. – Не уходите, оставайтесь!
? Нет, нет, спасибо, мне пора! ? И Вадим быстренько ретировался.
? Чего ты к ней прицепилась? Постеснялась бы при молодом человеке! ? напустился отец на Галчонка. ? Платье пожалела, а дочь позорить не жалко?
? Подумаешь, молодой человек! Рано ей еще кавалеров заводить ? пусть сначала школу окончит! Берет без разрешения мои вещи, а ты потакаешь! Если хочешь знать, это платье я взяла у нашей лаборантки, еще сама не мерила. А твоя доченька уже успела его выпачкать!
Не желая больше слушать перебранку родителей, Настя переоделась и пошла в ванную. Толстолоб смирно сидел в тазу, свернувшись калачиком. Вода не покрывала его спину, но он терпел.
? Бедненький! ? пожалела его Настя. ? Сейчас я тебе свежей водички налью, страдалец ты мой!
Зашедший в ванную отец заметил:
? Все равно ему в этой воде не выжить: она же хлорированная. Давай его почистим и пожарим? Так охота рыбки жареной!
? Только через мой труп! ? отрезала Настя. ? Интересно, ты сам ему будешь брюхо вспарывать или меня заставишь? Ты погляди: он же смотрит на нас человеческими глазами!
? Спусти воду, и он уснет.
? Нет! Он не уснет, он задохнется!
? Так что, он теперь здесь навсегда поселится? А купаться где?
? Буду его в таз пересаживать. А потом обратно.
? И долго это будет продолжаться? Может, его сразу отправить в реку, коли так?
? Там вода ледяная, а он уже привык к теплой. Может простудиться. У него начнется воспаление легких.
? У рыбы нет легких, у нее жабры! Чему вас в школе учат?
? Ну, воспаление жабр. Или жабер? Нет уж, пусть живет здесь, пока не потеплеет. Нечего было такого живого приносить! А теперь терпите. Через месяц выпущу его в Дон.
Галчонок с интересом слушала их диалог. По выражению ее лица было видно, что она уже простила дочь и одобряет ее решение. ? Что с Федором? ? спросила она. ? Почему он из-под дивана не вылезает?
? Пытался поймать толстолоба лапой и свалился в ванну. Так толстолоб ему чуть хвост не отъел. Он так орал! Наверно, никак в себя не придет.
Во время их разговора рыбина стояла у края ванны, будто прислушиваясь. Заметив, что Настя опустила ладонь в воду, она подплыла и взяла в рот Настин мизинец.
? Щекотно! ? засмеялась девочка. ? Он снова есть хочет.
? Нет, вы обе, определенно, чокнутые! Кому расскажешь, со смеху помрут. Ну, шут с вами, делайте, что хотите. ? Махнув рукой, отец направился на кухню. ? Мы сегодня будем ужинать или нет?
? Сейчас толстолоба покормлю, и будем. Мам, достань яйца и ветчину. И муку ? я омлет сделаю.
После ужина отец заглянул в комнату дочери. Та сидела на диване с книгой и усиленно пыталась делать вид, что увлечена чтением.
? Переверни книгу! ? хмыкнул отец, ? она у тебя вверх ногами. Значит, этого красивого юношу зовут Питером?
? Нет, ? улыбнулась Настя. ? Но он у меня с ним ассоциируется. Вадим родом из Питера и очень на него похож.
? И что у тебя с ним?
? Ничего. Просто друзья. Он из Никитиного класса.
? Это я уже слышал. Значит, просто друзья? ? Отец испытующе глянул на дочь. ? А может, не просто? Ну-ка посмотри мне в глаза.
? Ну, он мне нравится, ? покраснела Настя. ? А что?
? Нет, ничего. Похоже, здесь симпатия взаимная. Что ж, пятнадцать лет ? возраст первой любви. Только ты не теряй голову, ? а то у вас, нынешних акселератов, все слишком быстро происходит.
? Папа!
? Ладно, ладно, не тушуйся. Как там с физикой?
? А ничего хорошего: скачем галопом по Европам. Уже электричество заканчиваем, а задач толком не решали.
? Не страшно, вы к этому материалу еще вернетесь в десятом классе. Ты, главное, готовь программу лицея: решай побольше задач по механике, у них на вступительных проверяют, в основном, этот раздел. Но зато задачи дают довольно трудные. Ты хоть в них разбираешься?
? Да вроде, разбираюсь. Мы с Наташей уже почти всего Рымкевича прорешали. Лизавета сначала делала на нас квадратные глаза, а потом махнула рукой, ? учите, что хотите. Даже не спрашивает. Говорит, чего вас спрашивать, ? вы и так все знаете.
? Ну, хорошо, дочка, отдыхай, не буду больше тебе докучать.
