– Ничего. Мне будет достаточно того, что я уже озвучила, – сообщила я.
– Тогда переговорам быть. Но взамен на неприкосновенность аннунаков ты выполнишь просьбу нашего вождя, – выставил свое условие рептилоид.
– Ничего не обещаю, кроме того, как выслушать эту самую просьбу, – возразила я.
– Через двадцать минут мы заберем тебя к нам на корабль. Будь готова, – сказал рептилоид и отключился.
- А моего желания перейти к ним не спросили, - подумала я. - Но пора облачаться в скафандр. Как раз к тому времени как они будут готовы принять меня – я вернусь на капитанский мостик, одетая в скафандр.
Можно сказать, что моя энергия восстановлена на треть. Это уже хорошо. Значит, сумею взорвать там все к чертовой матери, если что–то пойдет не так.
Вдруг мне показалось на тысячную долю секунды, что где–то на корабле присутствует Нибиру. Ощущение тут же пропало. Но так просто такие ощущения не возникают.
– Нибиру, я знаю, что ты не ушел, – произнесла я. – Я жду.
Из пульта выросла полупрозрачная фигура мужчины.
– Я не мог тебя оставить, – извиняющимся тоном оправдывался Нибиру.
– Я же тебе приказала уходить, – удивилась я. – Как ты смог ослушаться приказа?
Нибиру никогда раньше не давал мне повода усомниться в том, что мои слова для него прямое руководство к действию, читай, приказ. Я не злилась сейчас, мне хотелось понять, что же произошло.
– Ты не приказала, а сказала, что просишь меня, – ответил Нибиру.
– А раньше почему слушал просьбы, не подкрепленные приказами? – уточнила я.
– А раньше таких ситуаций не было. И мне не нужно было выбирать. Если бы ты приказала, то я бы не смог ослушаться. Твоя воля – приоритет. Но ты просила. А это не то же самое. Тут у меня есть выбор.
– Ты меня в нехорошем смысле удивил, Нибиру, но мы с тобой потом это обсудим, сейчас я направляюсь на корабль к рептилоидам на переговоры. Ты остаешься тут. И наводишь все мощности лазера на тот корабль, где я буду. Я тебе сообщу по нашей мыслесвязи. Если ситуация потребует, то ты должен будешь расстрелять корабль из лазера. И это приказ. Все, что я сказала – приказ, это понятно?
– Слушаюсь, моя царица, – ответил смиренно Нибиру. Я так и не поняла, он шутил или ответил на полном серьезе.
В это время активировался переход между кораблями. Я не знаю, чем он мне не понравился. И я потребовала сообщить на каком из кораблей конечная точка и показать мне на схеме помещений корабля рептилоидов, где именно меня ждут.
Рептилоиды выполнили мое требование и я, не прибегая к их переходу, перенеслась на их корабль, чем вызвала дополнительное напряжение у принимающей стороны. Шлем скафандра был у меня закрыт. Я ждала любых отрицательных сюрпризов от них.
– Я – Шарасана, – произнес рептилоид, стоящий в окружении других. – Это мои корабли.
– Я – Анна, – опять представилась я.
– Ты заставила себя уважать, – констатировал рептилоид. – Мы ценим силу. Только она имеет значение. Нет силы – ты еда.
– Это не близко моему мировоззрению, – ответила я. – Но не буду с тобой спорить. Меня интересует договор между вашей расой и расой аннунаков. И твой народ обещал мне выкуп.
– А ты можешь вести такие переговоры? – недоверчиво уточнил Шарасана.
– У меня есть необходимые полномочия.
– Твои условия от имени всей расы я принять не могу. Я не вождь всего моего народа. Если хочешь получить необходимое, то поможешь мне взойти на трон. А пока тебя проводят к выкупу.
– Как я могу помочь взойти тебе на трон? Я не заменю собой армию. Чего ты ждешь от меня?
– От тебя, Анна, потребуется разрушить силовую установку, питающую защитное поле вокруг нашей материнской планеты. Силовая установка состоит из пятнадцати космических платформ. Ты должна все их вывести из строя. А потом мои воины сделают все остальное. Став царем, я могу заключить нужный тебе договор. А сейчас, иди, смотри выкуп за то, чтобы ты отпустила наши корабли.
Шарасана повернулся и пошел. За ним последовали все рептилоиды. Мне жестами показали следовать за Шарасаной. Между ним и мной была приличная стена из защитников. Они не понимали, что для меня сейчас они все не помеха.
– Нибиру, ты навел на корабль лазер? – спросила я мысленно.
– Да, – последовал ответ.
– Все слышал? – уточнила я.
– Я подключился к камерам скафандра, все происходящее записывается. И, конечно, я все вижу и слышу, – развернуто ответил мне Нибиру.
– Судя по всему, вы направляетесь в грузовой отсек, – сообщил мне Нибиру.
Я приняла информацию к сведению. Защиту скафандра усилила, черно–золотые ячейки засверкали сильнее. Внезапно один из идущих рядом рептилоидов попытался выхватить оружие и направить на меня. Моя реакция была молниеносной: черно–золотой жгут энергии прошил его насквозь и остался только пепел, кроме того, вокруг меня тут же образовалась сфера, которая отражала рикошетом все, что в нее летело сейчас. Шарасану оттеснили от места нападения. В меня сейчас стреляли всем, что у них было при себе. Но так, чтобы не повредить обшивку корабля. Я настороженно смотрела на происходящее и готовилась отдать приказ Нибиру о том, чтобы он стрелял на поражение. Нескольких наиболее активных стрелков я уничтожила.
Но тут прозвучал приказ Шарасаны: "Прекратить". Сферу я убирать не спешила.
– Ты прошла проверку. Твоя победа не была случайностью, – высокомерно произенес Шарасана.
– Тебе не жалко своих соплеменников? Скольких из них ты готов еще отпарвить на проверку моих возможностей?
– Они все – солдаты. Это их задача - выполнять приказы. Идем, больше проверок не будет.
Вскоре мы пришли в грузовой отсек. Я сначала не поняла, что вижу. А потом до меня дошло, что передо мной клетки, где содержатся аннунаки, сирианцы, плеядцы, центраврианцы и еще непонятно кто. Я о таких расах даже не слыхала и видела их впервые. Они были просто набиты в клетки, как скот. Многие избиты и сильно травмированы.
– Это что? – спросила я, стараясь не показывать свой ужас от увиденного.
– Это твой выкуп. Мы отдадим тебе их в обмен на беспрепятственный уход из этого сектора, – равнодушно сказал Шарасана. – Мы готовы отказаться от этой еды, чтобы получить право беспрепятственного прохода.
– Это разумные существа, – автоматически поправила его.
– Это еда. Они не смогли себя защитить. Так берешь их? – уже раздражаясь, произнес Шарасана. – Мы договорились?
– Что насчет второй части про мою помощь и твое обещание? – спросила я.
– Мы не заключаем договоры, мы даем клятвы. Если нарушим, то тогда нас ждут последствия, – ответил мне Шарасана.
– И какие последствия вас ждут? – уточнила я.
– Какие оговорим при даче клятвы, – обтекаемо ответил Шарасана.
– Значит, это будет клятва, в которой ценой будет ваша жизнь. Всех, кто тут есть, – решила я.
– Только в обмен на твою, что ты уничтожишь платформы, – согласился Шарасана.
– То есть сейчас мы даем предварительные клятвы, что ты заключишь вечный мир с аннунаками и не будешь больше на них нападать и использовать в пищу, если я помогу тебе с силовой установкой, независимо ни от чего отдаешь мне твоих пленников, а пообещаю отправиться с тобой, чтобы уничтожить так мешающую защиту планеты? Правильно?
– Правильно.
Мы принесли друг другу клятвы.
– Мои обещания не распространяются на то, чтобы доставить подаренную тебе еду куда-либо. С этим сама разбирайся, – самодовольно сказал мне Шарасана уже после клятвы. Видимо, считал, что это поставит меня в тупик.
– Ничего, справлюсь, – ответила я, глядя на то, как он недоуменно переглядывается с близстоящими рептилоидами.
– Нибиру, как мне объединить клетки в одну общую цепь, чтобы перенести сразу всех? – задала я вопрос Нибиру.
– Отмени приказ о запрете покидать корабль, – попросил Нибиру.
– Отменяю.
Через миг Нибиру показался в грузовом отсеке. Он очень быстро облетел всю площадь грузового трюма, что–то делая с запорными устройствами клеток.
– Все, можешь переносить, – дал добро Нибиру.
– Что ты сделал? – захотела узнать я.
– Каждая клетка автономна. Энергия в них циркулирует замкнуто. Я оставил часть твоей энергии в каждой из этих клеток, они пока что часть тебя. Ты перенесешься, и твоя энергия потянется за тобой. Это мой эксперимент, но, надеюсь, он будет успешен, – пояснил мне Нибиру.
– Я не буду уточнять про безопасность и ответственность. На Сириус? Тут много кто есть, кроме аннунаков, а на Сириусе лечить умеют всех, – полувопросительно, полуутвердительно сказала я.
– На Сириус, – подтвердил Нибиру.
Я улыбнулась Шарасане. Я не знаю, знает он или нет значение улыбки, но то, что он не ожидал, что все, кто есть в его трюме из пленников, исчезнут сразу, отразилось на его мимике. В этот раз перенос был чуть медленнее. Сначала все, что было связано моей энергией, засветилось, а потом мы стали исчезать, так что у меня было время понаблюдать за Шарасаной.
И вот мы во дворе самого крупного медицинского центра на Сириусе. К нам выдвинулся медицинский персонал. Усилием я уничтожила клетки, и все, кто там был, теперь лежали прямо на газонах в ожидании помощи. Медики направляли кого и куда, обходя пострадавших в плену по очереди. Я тоже решила обойти пленников. Мне хотелось поближе увидеть тех инопланетян, кого я никогда не видела и даже не знала об их существовании.
Я сделала несколько шагов и тут меня окликнули:
– Анна, – позвал мужской голос.
Я оглянулась, не понимая, кто зовет. Но тут один из пленников с трудом взмахнул рукой, и я увидела звавшего. Это был Хендурсанга. Я подошла к нему.
– Эн Хендурсанга, помощь скоро будет оказана, потерпи, – пообещала я ему.
– Нин Анна, я летел на встречу с Ишумом в созвездие Лебедя на планету Жилли. Он вызвал меня. Но с ним что–то случилось. Похоже, что с его сознанием кто–то поработал. Это выглядело так же, как если бы к нему применили таблицы Ме. Он перехватил меня по дороге и сдал рептилоидам. Ты знаешь, что с ним произошло? – хрипя, спросил Хендурсанга.
– Я пытаюсь это выяснить, – не вдаваясь в подробности, ответила я.
– Ему нужна помощь. Помоги ему, – просил меня Хендурсанга. – Рептилоиды как–то связаны с происходящим.
– Все будет хорошо, – заверила я Хендурсанга.
В этот момент пришли медики, и я отошла от него. Ситуация усложнилась. Если задействованы таблицы Ме или их аналог, то личность Ишума может быть вообще стерта. Надо возвращаться к рептилоидам, и искать там ниточки к Ишуму.
– Нибиру, ты что–нибудь понимаешь? – спросила я.
– Мало данных, – уклонился от ответа Нибиру.
Через секунду я стояла на корабле рептилоидов в грузовом трюме перед Шарасаной.
– Держишь слово. Хорошо. Идем, – позвал Шарасана за собой.
Глава 4
Мы с Шарасаной вошли в большой зал. Мне вспомнилось, как в похожий зал меня приводили, когда я впервые попала к аннунакам.
– Мы можем видеть в тепловом спектре, – внезапно сказал Шарасана. – И я вижу, что ты отличаешься от аннунаков, у тебя другое тепловое излучение. Хотелось бы мне узнать, как пахнет раса "человек".
– Я – не еда, Шарасана, – отказала я. – Я думаю, что тебе стоит сосредоточиться на более важных обстоятельствах.
– Ты мной командуешь, человек Анна? – с удивлением спросил Шарасана.
– Нет, я предлагаю провести время максимально продуктивно, прежде чем я уйду на свой корабль. Сообщи мне координаты материнской планеты твоей расы. И расскажи, что знаешь об этой планетарной защите. Ты сказал про пятнадцать платформ. Как они защищают? Включают какое–то поле? Или стреляют на поражение в нарушителей?
– Ты летишь с нами. Я должен проконтролировать выполнение тобой твоей части сделки. Я же отдал тебе еду.
– Ты мне отдал их как выкуп, чтобы я позволила вам покинуть этот сектор космоса. Это не связано с моей клятвой в помощи тебе в твоих планах. Или ты решил нарушить свое слово?
Шарасана и его единоплеменники недовольно зашипели. Их хвосты несколько раз резко взмахнули из стороны в сторону.
– Шарасана, я не намерена нарушать клятву. Но если ты сейчас снова попробуешь на меня натравить своих солдат, то мне проще уничтожить вас. Это избавит меня от клятвы. Я не давала слова, что не буду вам вредить или не убью вас, перенеся в другой сектор космоса. Это ты во мне сейчас нуждаешься, а не я – в тебе. Ты задерживаешь меня, у меня были совершенно другие планы, которые никак не связаны с локальной войнушкой, которую ты решил устроить.
– А ты дерзка, человек Анна. Я бы посмотрел, как бы ты справилась с лучшими из нас без своих непонятных способностей. Поэтому не переходи границы. Я разрешаю тебе вернуться на твой корабль и сообщу тебе нужную информацию. Но не испытывай мое терпение.
– У меня есть к тебе еще один вопрос, .
– Задай, а я подумаю: отвечу или нет.
– Мне не так уж и нужен этот ответ, – как можно безразличнее сказала я. – Я, так или иначе, все равно узнаю эту информацию. Но если ответишь, то просто немного сэкономишь мне усилия и время.
– Задавай вопрос, – поторопил Шарасана.
– Один из твоих бывших пленников сказал, что его рептилоидам передал аннунак. Я хочу знать, кто это был и много ли таких работает на вас? – спросила я.
– Такой у нас не один. И даже не десять, – расшипелся Шарасана, что переводчик перевел как смех.
– Ну, так что, назовешь мне их? И чем вы их держите, заставляя предавать свой народ? – спросила я.
– Кто–то поддается на шантаж, кого–то запугивает один только наш вид, а кого–то обрабатываем специальными устройствами, внушая им то, что нам нужно, и заставляя действовать в наших интересах, – соизволил ответить Шарасана.
– А если я предложу тебе доставить твои корабли прямо к материнской планете очень быстро, буквально за тысячные доли секунды? А ты мне в обмен дашь эту информацию? – предложила я.
– Не буду заключать с тобой новых сделок. Но мы вернемся к этому разговору, когда я стану царем своего народа. Ты задашь мне снова этот вопрос, и я дам тебе информацию о тех, кого мы шантажируем и у кого обработали сознание. Сейчас эта информация не будет полной. На нашей планете содержатся соответствующие записи в полном объеме. Я даже согласен в обмен на достойную услугу с твоей стороны вернуть тем, у кого обработано сознание, их прежний рассудок. Ну, насколько это возможно. Чем дольше пребывание в таком состоянии, тем сложнее все откатить обратно, – смягчив отказ, перенес разговор на будущее Шарасана.
