– Мир будет наш. Новый мир.
– Новый мир, – повторил зал.
– И еще раз напоминаю. Подальше от больших городов.
– Подальше от больших городов.
– Все так. И напоследок – вопрос на засыпку. Где мы встречаемся в следующий раз? – спросила она.
– В Тофино.
Она повернулась к залу:
– Ну вот и хорошо… А теперь – главное… Банкет!
Зал рассмеялся.
На стул забралась хрупкая девушка в серебристом платье со стразами.
– Коллеги, – зазвенел ее голосок, – мы совсем выбились из графика. Банкет уже начался. Прошу, следуйте за коллегами в синих жилетках. Пожалуйста, поспешите, нас все ждут.
Зал оживился, и у небольшой двери за ширмой запасного выхода мгновенно образовалась очередь.
– Ты где пропадал? – Олли вынырнул из толпы. – Быстрее же, ну!
Яна рассматривала портрет на стене.
Олли схватил его за руку.
– Ну же! Он же сейчас уйдет!
В углу, у проектора, небольшая кучка людей окружила коренастого человека с бокалом в руке. Смокинг, более похожий на военный камзол, чуть полнил его. Длинный нос, вытянутый, узкий подбородок – его, пожалуй, можно было принять за итальянца. Если бы не его глаза.
– Поздравляю. – Один из собеседников хлопал его по плечу, коверкая английские слова. – Это великое, феноменальное достижение.
– Ну что вы, что вы, – отмахивался тот, довольно покачивая головой.
Олли дождался, пока в потоке комплиментов образуется брешь.
– Артем, привет. Поздравляю!
Итальянец склонил голову, пожимая протянутую ему руку, готовясь к новой серии комплиментов.
– Артем, позволь мне представить тебе…
Артем повернулся и улыбка застыла у него на лице.
– Ну здравствуй, Грег, – сказал он, наконец. – Давно не виделись.
– Так вы знакомы?! – воскликнул Олли, растерянно переводя взгляд с одного на другого.
Артем снова улыбнулся.
– Никогда не знаешь, где встретишь старых друзей. Правда, Грег?
– Да, знать бы, где встретишь старых друзей… – Грег стоял, убрав руки за спину.
На мгновение Олли замялся, моргая. Затем махнул рукой и выпалил:
– Грег, я в двух словах рассказал Артему о твоей передряге. Он согласился помочь.
– Неужто? – исподлобья спросил Грег.
– Ну конечно, – улыбнулся Артем. – Для чего же еще нужны старые друзья?
– Ну вот и хорошо, – Олли потер руки. – Вот и хорошо! Как славно!
Подвал пустел. Лишь в углу пара синих жилетов возилась с проектором, да Яна прогуливалась вдоль стены, задумчиво рассматривая фотографии.
– Покажи, – Олли шепнул Грегу, – Ну, покажи же ему скрипт…
– Коллеги, ну что же вы отстаете! – зазвенел голосок. Девушка со стразами огибала их, сбивая в кучу как пастушья собака. – Банкет уже начался. Прошу, коллеги. Вот, сюда. – Она указала на запасной выход за гардинами.
Первым исчез Олли. За ним, бросив на них мельком взгляд, проследовала Яна.
Они стояли друг напротив друга, впиваясь глазами друг в друга.
– Ну же, коллеги! – Девушка со стразами беспомощно уставилась на них. – Коллеги?
На полголовы ниже Грега, Артем разглядывал его с легкой насмешкой. Сильный одеколон едва скрывал кисловатый запах. Грег незаметно втянул в себя воздух – да, пахло чем-то… Едва заметно. Словно запах пота, но нет, не он… Чем-то странным. Странным и кислым.
– Коллеги? Сейчас же начнется… Все же ждут!
Отчаявшись, она подбежала к двери и открыла ее, придерживая ногой.
– После вас, уважаемый мистер Ра. – Артем кивнул на дверь. – Вы же слышите, все ждут!
Глава 6. Премия
Снежинки кружились в свете прожекторов, исчезая в серой пустоте.
– Сюда. Пожалуйста, сюда, коллеги. Вот в эту дверь.
Пожарный выход вывел во внутренний дворик, зажатый со всех сторон сплошными кирпичными стенами без окон. Гул ветра поднимал снежные вихри. Пожарная дверь в здании напротив была приоткрыта.
– Надо аккуратно выбирать двери, – скользнув рядом, Яна исчезла в проеме.
– Ты слышал, Грег? Не задерживай, – сказал Артем, и вошел следом.
Ветер гудел, и вихри снега метались между стен. Они появлялись из ниоткуда, чтобы мелькнуть и снова раствориться в холодной пустоте.
Грег перешагнул через порог.
– Сэр, позвольте предложить вам пиджак. – Швейцар, почтительно склонившись, держал блейзер на весу.
Высоко под головой свисали флаги с буквой «Н». Пестрел барельеф, и с бордовых стен, окантованных дубовой вязью, на него смотрели полустертые временем лица. Олли нигде не было видно.
– Прошу, – швейцар встряхнул пиджак, пахнущий нафталином и коньяком.
Он чуть болтался в плечах.
– Сэр, – скептически осмотрев Грега, швейцар взглядом указал на противоположный конец прихожей, где блестела стеклянная дверь до самого потолка.
Небольшой коридор остался позади, скрипнула еще одна дверь, и у Грега перехватило дыхание.
– Дорогие друзья, – голос заполнял огромное помещение, раздаваясь эхом, – на правах гостей, предлагаю поблагодарить Манхэттенский клуб Гарвардского университета, уже в пятьдесят третий раз подряд столь любезно соглашающийся терпеть в своих стенах нашу разнузданную вечеринку.
Зал рассмеялся.
Люстры сверкали сталактитами света, отражаясь в зеркальных окнах. Столы с тарталетками и фруктами на серебристых подносах подковой огибали помещение и вокруг, в широких проходах, среди черного моря смокингов, между островками оголенных плеч, вспыхивающими бриллиантами, снисходительно фланировали официанты. В ближнем углу, у стола с каскадом фужеров, небольшая очередь позвякивала бокалами.
– Кхм-кхм, – недовольно покашлял микрофон.
В самом центре, над целой батареей телевизионных камер, в лучах прожекторов возвышалась кафедра, укрытая красным бархатом.
Грег осторожно вдохнул и безумство запахов обрушилось на него, словно он попал в парфюмерный магазин.
– Для Нобелевской премии этот год не прошел зря, – продолжил ведущий, когда зал, наконец, притих. – Звездный, по-настоящему звездный состав. Открытия крупного калибра, какое ни возьми. Есть из чего выбрать. У нас здесь и прорыв в понимании генетики рака, и теория хаоса сложных систем. Про открытие интерференции гравитационных волн я вообще молчу – я сам до сих пор под впечатлением, должен вам сказать. Грандиозно. Грандиозно!
Зал сдержанно похлопал.
Грег снова попытался вдохнуть. Miss Dior и Escentric Molecules переплетались, давая адскую смесь, но защитные реакции уже активизировались, выключая обонятельные рецепторы. Ещё немного, и Грег смог дышать.
– Так вот, – продолжил ведущий, – обо всех них мы сегодня еще, без сомнения, услышим. Но первым я хочу предоставить слово человеку, который стал по-настоящему открытием, триумфом этого года. Прорывом воистину вселенского масштаба. Сверхновой мира экономики. Его революционная теория цифровой нео-монетарной политики дает всем нам шанс на построение по-настоящему справедливого общества будущего. Открытие, которое дает всему, не побоюсь этого слова, человечеству шанс на выживание.
Ведущий окинул взглядом зал. Где-то в углу приглушенно хлопнула пробка.
– Итак, позвольте представить… Выпускник Гарварда, профессор Чикагского университета. Ведущий экономический консультант Белого дома. Лучшие умы планеты ищут возможности с ним встретиться. Сам президент, поговаривают, вынужден заранее записываться к нему на прием…
Зал рассмеялся.
– И вот наконец-то – долгожданный шаг. Заслуженный шаг! Нобелевская премия по экономике… На передовой экономической науки. Дамы и господа, позвольте вам представить…
Ведущий осмотрел зал.
– Артем Тор.
Раздались аплодисменты. Кто-то пронзительно свистнул.
Дождавшись, пока луч софита найдет его, Артем вышел из-за колонны и начал пробираться сквозь столы, пожимая руки и улыбаясь. На сцене он обнялся с ведущим, перебросившись парой слов.
– Друзья, – произнес он, когда зал притих. Усиленный стократно, его мягкий голос растекся по залу, целиком заполняя его собой, – это был непростой путь.
Он пошарил взглядом по залу. Найдя Грега, стоящего у двери, он приподнял бокал.
– Чертовски приятно видеть столько знакомых лиц. Столько людей, помогавших мне все это время. Еще более приятно осознавать, что это время было потрачено не впустую. Ведь теперь, благодаря Нобелевской премии, мы вплотную приблизились к решению одной из главных задач – архи-задачи всего человечества.
Он пристально посмотрел в камеру «CNBC», сделал сосредоточенное, озабоченное лицо.
– Мы живем в непростое время. Наше общество, вся наша планета раздираема противоречиями и конфликтами… Богатые богатеют, бедные беднеют… Несправедливость всюду, куда ни кинь взгляд… – Артем вздохнул, окинул взглядом столы. – Инфляция снова показала свой гнусный оскал. Прямо сейчас она размывает пенсионные накопления. Простые люди, они честно сберегали всю свою жизнь, отказывая себе в насущном. И что делает с этим инфляция? Они сжигает все подчистую… Все плоды их трудов… Чем они провинились? Инфляцию необходимо остановить. Чудовище должно быть укрощено. Ради всех нас. Во имя справедливости.
Артем дождался, пока стихнут аплодисменты.
– И нашим ответом инфляции должна стать ультра-новая цифровая монетарная политика…
Минут пять Артем говорил, вцепившись в трибуну, переводя взгляд с одной камеры на другую, пока официанты разносили напитки.
– Новая цифровая валюта… Эффективное распределение капитала… Пора отказаться от пережитков каменного монетарного века…
– Гладко говорит.
Грег покосился – стайка журналистов в потертых пиджаках окружила соседний столик, ловко жонглируя тарталетками с лангустом и красной икрой.
– Да, только ведь не понятно ни хрена, – возразил парень с бейджем «CNBC» на шее.
– Профессионал, что скажешь, – проговорил, пожав плечами, его коллега в жилетке «CNN», дожевывая канапе с беконом. Вилкой он пытался поддеть профитроль.
Парень с бейджем вздохнул.
– И тогда звериное лицо инфляции больше никогда не покажет себя, – басил Артем с трибуны. – В этом наша цель. Наше великое предназначение как ученых.
Стекла зазвенели от оваций.
– Г-господин Тор, – парень с бейджем взял микрофон, когда поток аплодисментов иссяк. – Энди Крем, телеканал «CNBC». У меня вопрос к вам как к экономисту… Как к главному специалисту по цифровым валютам. Вопрос, который волнует сегодня, пожалуй, всех. Скажите, пожалуйста, что вы думаете о Зое? Удастся ли ей расшифровать биткоин?
Артем снисходительно улыбнулся.
– Друзья, биткоин расшифровать можно, это не секрет. Вот только ответьте мне на простой вопрос. Зачем? Чтобы расшифровать один биткоин, сколько Зое понадобится электроэнергии? Вот так-то. В разы больше, чем стоимость самого биткоина. Cкажите, какой в этом смысл?
– Нет смысла, – согласился парень с бейджем. – Если Зоя платит за энергию. Но это ведь мы, владельцы зараженных телефонов, мы платим за нее.
– Скажите, – устало вздохнул Артем, – зачем кипятить океан, чтобы сварить одно яйцо? Создатели биткоина продумали этот вариант, уверяю вас. Биткоин достаточно хорошо зашифрован и защищен. Не стоит волноваться.
– Господин Тор, скажите, пожалуйста, – другой журналист перехватил микрофон. – Есть мнение – просто мнение, – что Зою создало правительство, чтобы расшифровать биткоин и убрать конкурента, так сказать. Что вы думаете на этот счет?
– Послушайте… как вас?
– Джон Келли, «Fox News».
