Страница 11 из 16
– Не знаю даже. Вряд ли это все правда. Чтобы жабу запугать, нужно рассказывать всякую страшную хрень – иначе она в бой не пойдет. Войсками вообще-то заправлял Наместник Зверя – вот его я видела.
– И как он выглядит? – заинтересовался Дорлан.
– Человек в плаще, вроде тебя, – ответила Глина. – Только у него тело все время светится, так что трудно рожу рассмотреть…
– Лицо, – поправил Дорлан.
Гадина равнодушно кивнула.
– Ну да… И он хороший колдун. Боевой колдун. Рассказывали, в рубке на одном из малых островов на него напало человек сто – так он их всех одним взрывом положил на месте.
Взволновано пройдясь по тесной комнате, Дорлан замолчал на некоторое время. Деревянные половицы скрипели под его ногами, и где-то в углу пищала мышь, спрятавшись среди множества пустых кувшинов.
– Я никак не могу взять в толк, – внезапно нарушил молчание маг, – почему Долла и ее сестры позволили себя убить. Ну, пусть Медведей было меньше, и колдуньи не смогли им помочь. Но зачем приносить себя в жертву?! Зачем она отдала свое тело на растерзание? Почему не могла переместиться куда– нибудь в безопасное место?!
Глина усмехнулась.
– Не-так то просто ей было переместиться.
– Почему это?
– Зверь с Наместником потрудились, – объяснила гадина. – Мне одна сеструха, Рага, рассказывала. Она служила рабыней– носильщицей у Наместника и видела, как тот игрался с пойманными голыми ведьмами. Они все в плену оказались после того, как попытались этот ваш… прямолуч что ли… сделать.
Дорлан удивленно поднял брови.
– То есть, ты хочешь сказать, что Зверь изменил законы пространства в Коруэне? И теперь, когда пользуешься там прямолучом, то попадаешь к нему в плен?
– Слушай, я всех этих колдовских заморочек не понимаю, – хрипло отрезала Глина. – Говорю, что слышала – и все.
Маг потряс головой, словно стараясь выбросить из нее назойливые мысли. Затем нерешительно взглянул на ссутулившуюся ящерицу.
– Мне не вполне ясно, что я должен делать со всем этим … – промолвил он. – Тебя привела ко мне воля Доллы, это несомненно. Но что она хочет от меня? Зачем мне знать о судьбе Коруэна?
Глина основательно подумала.
– Не знаю точно… – наконец, сказал он. – Но внутри меня сидит такое чувство, будто ты можешь… изменить все к лучшему. Вернуть Коруэну мир, что ли…
– Я? – изумился Дорлан. – Но как? Что я могу один?
Глина помотала головой и улыбнулась. Улыбка получилась кривая и уродливая, но совсем не злая.
– Что тебе сказать, Дорлан? У меня в голове каша. Трудно понять, когда я говорю от себя, а когда – от этой Доллы. Боюсь – дам тебе какой-то совет, а он окажется простым советом тупого глиняного гада…
– Что я могу один?! – повторил волшебник. – Многотысячная армия и маги-полубоги во главе! Даже если то, что ты говоришь, правда – а я в этом не так уж уверен – то ничего уже не изменить! Даже добраться до Коруэна не так-то…
Он вдруг осекся. Несколько секунд в комнате стояла полная тишина.
– Кстати, как тебе удалось в одиночку доплыть сюда из Коруэна? – в голосе Дорлана прозвучало недоверие.
Глина снова усмехнулась.
– Хороший вопрос. А ответ будет еще лучше. Не помню.
– Не помнишь? Как это?!
– А вот так. Брела по проклятому снежному полю – там, на острове. Мысли в голове жгли, как уголья. Я потеряла сознание – и очнулась здесь, в Танакее, на песчаном берегу. А рядом была большая синяя лодка.
– И это все, что помнишь?
– Да. Знаю еще, что между битвой и моим появлением прошло довольно много времени. С Медведями драка была в конце весны, а сейчас – уже середина лета…
Дорлан смотрел на гадину в упор, чуть прищурив глаза.
– Остров Коруэн – самое труднодоступное место в мире, – тихо сказал он. – Он огражден вечными магическими лабиринтами. Найти их – а тем более пройти через них – не так– то просто. Даже в драконий Круг Вулканов дорогу отыскать проще.
– И что? – Глина пожала плечами. – Это значит, я все вру?
– Либо врешь, либо… либо ты очень могущественный маг.
Внезапно Глина резко дернулась всем телом, взвыла и схватилась за голову. Дорлан мгновенно поднял руку, сложив пальцы в защитном жесте – но гадина не собиралась нападать. Ее лицо скривилось в болезненную гримасу, а глаза… в них снова зажглось то болезненно знакомое выражение, которое так поразило Дорлана в квартале верхоглядов.
– Что с тобой происходит? – онемевшими губами прошептал маг.
Гадина так же резко опустила руки и, выдохнув, посмотрела на него.
– Взгляни на все, что творится вокруг тебя, дорогой Дорлан. Тебе не кажется, что зло растет во всех душах, а весь мир неизлечимо болен?
В грубом голосе Глины вдруг послышались удивительно мягкие, даже мелодичные нотки. Она покачала головой и продолжила:
– Какое еще доказательство тебе нужно, чтобы понять, что Коруэн умирает? Он умирает – и умрет, если не прийти на помощь.
Дорлан смотрел на Глины широко раскрытыми глазами.
– Долла… – прошептал он. – Неужели это ты?
– Нужно прислушаться к поступи судьбы, – сказала гадина. – Только немногие могут ее слышать. Это судьба зовет на остров всех вас.
– Неужели это ты?… – повторил маг, чувствуя, как слезы наворачиваются ему на глаза.
Но Глина опустила голову, и блеск в его глазах потускнел.
– Нет, это не она, – своим обычным голосом произнесла она. – Это я. Просто ее колдовские знания иногда прорываются сквозь мои глиняные мысли. Трудновато им уживаться вместе…
– Что все это значит, Глина? – немного растерянно спросил Дорлан. – Что за зов судьбы? Я не понимаю…
– Придется повспоминать, – ответила гадина. – И пока не вспомнишь, я от тебя не отстану – ведь иначе идеи этой чертовки меня совсем с ума сведут.
Они посмотрели друг на друга – статный волшебник и безобразная сутулая ящерица – и одновременно рассмеялись.
– Да, Долла была еще та выдумщица, – смеясь, выговорил Дорлан. – Хоть вся эта история и странная донельзя, все–таки это на нее похоже.
– Да, повезло мне…
Внезапно их разговор прервался жалобным криком с улицы. Вслед за ним послышался грохот падения каких– то тяжелых вещей.
– Что это? – Глина и Дорлан подбежали к окну.
На мостовой, бессильно распластавшись в ореоле дрожащего воздуха, лежала лицом вниз молодая женщина. Она была одета в длинное серое одеяние, такое же, как у Дорлана. Вокруг нее были разбросаны предметы домашнего обихода – разбитое зеркало, рассевшийся платяной шкаф и намокший в придорожной луже ковер.
– Какая-то ерунда… – все еще ухмыляясь, сказала Глина. – Твои дружки– волшебники похоже часто по этой улице хаживают. Но чтобы все свое барахло с собой таскать…
– Погоди– ка… – Дорлан прильнул к пыльному стеклу, всматриваясь в лежащую женщину. – Неужели?…
Магические потоки вокруг нее стали исчезать; она медленно перекатилась на спину, подставив лицо под тусклый фонарный свет.
– Да это же леди Калана! – вскричал Дорлан.
– Ты ее знаешь? – заинтересовалась Глина.
Не отвечая, волшебник бросился к выходу. Чуть помедлив, гадина последовала за ним.
Оказавшись на улице, они увидели подходящих к лежащей Калане троих горожан. Похоже, ее появление на улице привлекло нескольких Торрских пьяных гуляк.
– Ого-го, посмотрите– ка! – воскликнул дюжий бородач в засаленной холщовой рубахе; державший в руках большую бутылку. Язык у него порядком заплетался. – Кто это такую красотку выгнал из дома? Да еще и с вещами!
Компания дружно загоготала. Калана пыталась приподняться, но могла только бессильно скользить руками по мостовой.
– Наверно, неласковая была с мужем, – смеясь, предположил второй – толстый, с заплывшим лицом и длинными грязными космами. – Не соглашалась, поди. Одета-то в халат какой-то – прям из постели, видно, выкинули.
– А может, она просто гулящая, а? – молодой парень в рваной куртке, снятой явно с чужого плеча, приблизился к Калане и присел на корточки возле ее головы.– Ну, мы таких девок любим, правда, мужики!
– Где…я? – слабо проговорила женщина, переводя взгляд с одного пьяницы на другого.
В ответ все трое снова расхохотались.
– Точно, потаскуха! Даже не помнит, куда ночью ходила! – они сгрудились вокруг бедной Каланы, скрывая ее из вида.
– Эй, вы! – крикнул Дорлан Лаэд, подходя ближе. – Эта женщина со мной!
Пьяницы обернулись и смерили мага взглядами с головы до ног.
– А ты кто такой? Муж ее что ли? – неприязненно проговорил бородач.
– Не ваше дело, – отрезал Дорлан. – Оставьте ее и идите своей дорогой.
– А то что? – с вызовом спросил молодой.
– Вам лучше не знать. Катитесь подобру-поздорову.
Резкий тон мага произвел на компанию гуляк такое же действие, какое красная тряпка оказывает на быка. Позабыв Калану, они стали плечом к плечу и медленно пошли на Дорлана.
– Сейчас ты свою бабскую одежонку в собственном дерьме замажешь, – задушенным голосом пообещал толстяк, сжимая кулаки.
Дорлан не двинулся с места и поднял правую руку, вытянув ее по направлению к противникам. Воздух над его ладонью начал явственно дрожать.
Внезапно, со стороны дома, из которого вышли Дорлан и Глина, послышался хриплый смех гадины. Пьяницы, услышав его, замешкались – оказалось, защитник женщины был не один.
– У него кореш есть! – бородач указал пальцем на темную фигуру Глины.
– Ничего, справимся. Один – переодетый в бабу, второй – урод. Шлюшка наша будет, – заверил молодой.
Глина, однако, не спешила вступать в ссору. Она просто смеялась, стоя у раскрытой двери и смотря на пьяных горожан.
– Знаешь, Дорлан, – наконец, сказала она, отсмеявшись, – зря я, наверное, так переживаю за свою тупость или злобу. Смотрю вот на этих трех красавцев – и вижу точь-в-точь жабьих прыгунов из армии Зверя. Видно, не все люди добрые и честные.
Волшебник, не смотря на Глину, мрачно кивнул.
– Да. Среди людей тоже много гадин…
– Да что мы эту херню слушаем, ребята? Вали их!! – закричал бородач, и все трое бросились на Дорлана с кулаками.
Маг улыбнулся хищной улыбкой. Дрожащий воздух метнулся с его ладони им навстречу и превратился в призрачный вихрь. Раздался громкий гул, словно на улице вдруг разбушевался ураган. Прозрачное завихрение окутало пьяниц и подняло их извивающиеся тела в воздух. Дорлан взмахнул рукой – и через секунду все трое скрылись из виду за крышей одного из домов, уносимые волшебным вихрем.
На улице снова стало тихо.
– Это было неплохо, – подойдя, одобрила Глина. – Совсем как в рассказах про Наместника. И ты еще говоришь, что не можешь ничего сделать для Коруэна?
– Об этом в другой раз, – отмахнулся Дорлан. Он подошел к Калане, опустился на колени и осторожно помог ей усесться на мостовой.
– Дорлан?… – удивленно прошептала Калана. – Ты? Значит… Но как я могла? Я же не знала, где ты…
– Что с тобой, дорогая? Почему ты оказалась здесь? – он нежно поддерживал ее, не давая снова упасть. – И почему ты в таком состоянии? У тебя совсем нет сил!
Калана вдруг беспомощно всхлипнула как маленькая девочка.
– Ох, Дорлан… Я и сама не могу поверить…
– Во что?
Она посмотрела не него полными слез глазами.
– Меня изгнали из Школы. Главный Хозяин отнял у меня волшебную силу.
Дорлан изумленно помотал головой.
– Тебя? Как? За что?!
– В группе, которую я вела вместо тебя, произошла драка, и один ученик убил другого. Хозяин обвинил в этом нас с тобой. И еще… оказывается, они считают меня твоей… любовницей… – сказав это, Калана откинула назад голову и бессильно заплакала.
