Льюис задумался и после небольшой паузы ответил:
– Что касается второй просьбы, обычно мы не предоставляем все полномочия частным детективам. Однако, учитывая масштаб катастрофы, мы готовы сделать исключение. Вы получите необходимый карт-бланш для эффективного пересмотра дела.
– Благодарю вас, глава полиции Бейн. Я приеду в участок завтра в 14:00. Прошу, соберите всю команду в это время на совещание. Там мы обсудим детали расследования и определим план действий, – попросил детектив и завершил звонок.
– Хорошо… Алло?.. Алло? Эй, что за…? – Льюис был удивлен, когда детектив неожиданно положил телефон, создав неловкий прецедент. Но, решив не терять времени, Бейн схватил свой рабочий телефон на столе и начал набирать номер помощника.
– Да, шеф? – ответил помощник, его голос слегка приглушался фоновым шумом офиса.
– Сколько у нас было задействовано человек в расследовании взрыва на заводе? – поинтересовался Льюис.
– Около двадцати пяти человек, шеф.
– Отлично. Выберите троих лучших полицейских и трех лучших агентов ФБР из этой группы. Нам нужно собрать команду для пересмотра дела. Срочно!
– Понял, шеф. Сделаю, но пересмотр дела… Это означает, что что-то пошло не так? – подозрительно поинтересовался помощник.
– Да, это означает, что мы будем пересматривать всё, что у нас есть, – раздраженно ответил Льюис. – Граждане Америки, жители этого города доверяют нам, и мы не можем их подвести. Дело о взрыве до сих пор будоражит общественность, и мы должны предоставить им объективные и главное – перепроверенные факты. Скажи это тем шестерым, которых выберешь, если вдруг они начнут возмущаться. И то же самое скажи репортерам, если пронюхают что-то. Запомнил?
– Запомнил, шеф. Будем держать вас в курсе, – заверил помощник, положив телефон.
***
На следующий день два агента ФБР, Алекс и Бобби, прогуливались по коридору, выражая общее недовольство ситуацией. Алекс, высокого роста, с харизматичной внешностью. Его темные волосы и аккуратная борода дополняли изысканный облик. Он носил темный костюм, строго подчеркивающий его статус. Бобби, напротив, был невысоким и немного полноватым. Ранее им сказали прийти на совещание в конференц-зал заранее, до прибытия детектива.
– Почему они все так усложнили? Мы уже закончили это дело, – бурчал Алекс, махая руками.
– Ага, – согласился Бобби. Выглядел он раздраженно. – Мне тоже не ясно, почему нам приходится тут сидеть. Я уже планировал ехать домой в Вашингтон к семье. Мне обещали повышение. А я до сих пор здесь.
Алекс кивнул:
– Ты прав, это дело для всех нас – золотой билет. Не понимаю, почему этот детектив вмешивается. Мы уже все проверили, все разложено по полочкам. Теперь еще эта перепроверка.
– Как думаешь, Алекс, – заинтересованно спросил Бобби, – что если этот, как там его, Альвин, найдет новые улики и придет к другому выводу?
Алекс строго посмотрел на друга, затем пробурчал:
– Думаю, Бобби, тогда не видать тебе твоего повышения. Будешь умолять начальство, чтобы не уволили за твою некомпетентность.
Лицо Бобби отражало грусть. Ему было страшно представить, как он привезет семье не новую должность и большую зарплату, а лишь позор.
Два агента ФБР вошли в конференц-зал и направились к столу, где уже сидели четыре человека. Один – агент ФБР, который что-то читал в телефоне; и три полицейских в своей рабочей форме обсуждали что-то шепотом. Алекс и Бобби заняли свои места.
Атмосфера в помещении стояла напряженная. Никто не хотел заново проверять свою работу. Только Майк, друг Стива, был не против. Он не участвовал в окончательных принятиях решений по делу, скорее, был хорошим помощником. Поэтому мысль о работе с новым детективом придавала интерес.
Спустя несколько минут в конференц-зал вошел детектив Альвин. Он был среднего роста, с немного растрепанными, не слишком длинными, черными волосами. Его облик не соответствовал стереотипам детектива или опытного работника; скорее, парень напоминал студента, недавно закончившего университет. Детектив снял свое черное пальто и повесил на спинку стула. На нем осталась серая рубашка, с одной растегнутой пуговицей. Он поприветствовал всех присутствующих и присел на свое место. Планшет с большим экраном, который он принес с собой, положил на стол.
Раздумывая, Алекс проводил взглядом детектива, угадывая его возраст:
«Сколько ему лет? Двадцать пять или двадцать семь, точно не больше. У него даже волос на лице нет».
– Как думаешь, начальство решило над нами поиздеваться? Кого они нам прислали? – обернувшись к Бобби, прошептал Алекс.
Бобби не ответил, но было видно, что он задается тем же вопросом.
Альвин, внимательно глядя на присутствующих, сделал небольшую паузу, чтобы привлечь внимание, а затем выразил признательность:
– Благодаря вашей проделанной работе и работе ваших коллег, мне представилась возможность внимательно изучить все факты дела. Я согласен, как было написано в отчете, что случившееся не является результатом теракта или действий иностранных спецслужб. Также я согласен с причинами аварии – критическое давление в трубах реактора.
После вступительных слов, в зале наступила более приятная атмосфера. Напряженные выражения лиц присутствующих немного расслабились, создавая более располагающую обстановку.
– Однако, – продолжил детектив, – я думаю, что взрыв не был случайным. Скорее всего…
– Более двадцати профессионалов участвовали в расследовании, – перебил агент Алекс, его реакция напоминала маленький взрыв. – Вы приходите и говорите, что все мы не правы. Пожалуйста, поясните, где именно мы допустили ошибку?
Алекс с заметным раздражением откинулся на неудобную спинку стула. Альвин оставался спокойным, как будто ничего не произошло.
– Понимаю, дело закрыто, но раз детектив тут, давайте сначала выслушаем его, а потом будем делать выводы, – Майк постарался разрядить обстановку.
«Я должен вести себя мягко и уважительно, – подумал Альвин. – Их можно понять. Они вели такое громкое дело, а я ставлю их работу под сомнение. Никто такое не любит».
Детектив снова использовал свой любимый трюк – сделал паузу, чтобы вернуть внимание присутствующих.
– Повторюсь, вы сделали основную работу. Я лишь предлагаю проверить мою гипотезу, – объяснил Альвин.
– И что это за гипотеза? – настороженно спросил Бобби.
– Думаю, один сотрудник при проверке давления в трубах плохо отнесся к своим обязанностям, что повело за собой взрыв.
Алекс хотел снова возразить, но мысль о том, что он может выглядеть несдержанным и глупым, его остановила. Остальные внимательно слушали. Офицер Сабина записывала.
Детектив продолжил:
– Я обратил внимание на график проверки труб. Согласно ему, каждую среду два сотрудника из отдела безопасности должны проверять давление. Всего в этой должности работает десять человек. Они меняются по сменам, и каждый может проводить проверку, когда ему удобно, это никому не мешает. Следовательно, если взять прошлые отчеты о графике проверки труб реактора, будет видно, что каждый работник в среду мог проводить проверку в любое время, с утра до вечера. Необходимо было только пометить в электронном журнале, что ты начал проверку.
– Так и есть, – воспользовался Бобби небольшой паузой детектива, – однако мы проверили, была ли проверка труб в день взрыва. Журнал был пустой, значит, проверок не проводилось. Видимо, в тот день проверку давления хотели произвести позже или вечером.
Все слушали Бобби, понимая, о чем он говорит, потом повернулись обратно к детективу. Им уже стало интересно, что он нашел, раз подозревает человека.
– В тот день, в среду, до взрыва или в момент взрыва должна была проходить проверка труб, – спокойно ответил Альвин.
– Агент Бобби ведь сказал, что журнал проверок был пуст, значит, никаких проверок не проводилось, – повторно подметил за всех Майк.
– Именно это и странно, – быстро парировал детектив.
Он взял в руки планшет, включил его и повернул к присутствующим. Все немного наклонились к нему.
Альвин показал непонятный график и пояснил:
– Послушайте меня внимательно. Работники могли делать проверку в любое время. Однако в день катастрофы на смене работало два сотрудника – Мегги Мелл и Эмилия Грейв. Я создал статистику их совместных проверок, на которую вы сейчас смотрите. В этом графике видно, что когда Мегги и Эмилия работают вместе, они практически всегда делают проверку до обеда или сразу после. Взрыв же произошел после обеда. Другими словами, в тот день сотрудники безопасности все же проводили проверку труб. Что касается электронного журнала, должно быть, запись о проверке удалили.
– Эти доказательства смешны, – не удержался Алекс. – Они основаны на предположениях и статистике! И ради этого нам надо пересматривать все расследование?
Альвин посмотрел Алексу в глаза. Взгляд Альвина был холодным, но не агрессивным.
– С вами трудно не согласиться, – отреагировал детектив на критику агента, – однако у меня есть три дополнительных факта, которые могут изменить ваш взгляд. Первый факт – это деталь, которую обнаружил один из спасателей, работавших в день взрыва. Он заметил машину, стоявшую возле заднего входа завода, где мужчина ожидал свою жену. Спасателю это показалось странным, потому что все были эвакуированы, и он рассказал полиции. После опознания оказалось, что это была Эмилия, работница в сфере безопасности. Теперь вопрос: почему она выходила из задней части завода, когда её рабочее место находится совсем на противоположной стороне?
– Нам известно про этот факт, но нам не показалось это подозрительным, тогда после взрыва все бежали кто куда. Царила паника и растерянность, – попытался опровергнуть Бобби доводы детектива.
Альвин не обратил внимания на комментарий и продолжил свою аргументацию:
– Во-вторых, спасатель сказал, что муж обещал забрать жену и отвести домой, но есть записи с мобильных телефонов очевидцев, сделанные сразу после взрыва. На одном из роликов четко видно, как Эмилия сидит на скамейке, а к ней подбегает мужчина. Вероятно, её муж. Ролик был сделан в парке, недалеко от главного входа на завод. Вопрос: зачем после сильного потрясения ехать обратно к Заводу?
– Может… – снова хотел предположить Бобби, но по реакции присутствующих понял, что не стоит.
– И последнее, но не менее важное – записи звонков Эмилии, – Альвин переключил внимание аудитории на третье доказательство. – Несколько минут перед взрывом она разговаривала с мамой. Я связался с матерью Эмилии, и она подтвердила, что разговор был о новом ремонте в квартире. По её словам, Эмилия смеялась и звучала спокойно, затем чего-то испугалась и резко положила телефон.
«Не нравится мне, к чему он клонит», – подумал Алекс.
– Собрав все аргументы воедино, я думаю следующее, – детектив уверенно подытожил: – Эмилия Грейв, работница отдела безопасности, начала проверку давления труб после обеда. В процессе проверки ей позвонила мама, и она, отвлекшись на разговор, не заметила скачка давления. Быстро положив телефон, она не смогла предотвратить катастрофу. После взрыва Эмилия вышла через главный выход и села в парке, где к ней подошел её муж. Затем они направились к задней части завода, где Эмилия удалила записи о своей проверке из журнала.
Эта теория вызвала еще больше вопросов, и разделила аудиторию на тех, кто сомневался в её правдивости, и тех, кто уже начал размышлять о возможности такого сценария.
– Но ведь проверку могла производить другая работница – Мегги, и она могла допустить ошибку. А Эмилия, возможно, по какой-то причине решила прикрыть свою подругу, – предположил Майк то, что хотели предложить некоторые.
Детектив кивнул и ответил:
– Исключать этот вариант тоже не стоит.
– Так что дальше? – поинтересовался Майк.
– Следующим шагом будет вызов на допрос Эмилии и её мужа.
Он посмотрел на сидящую рядом женщину-полицейскую и спросил:
– Вы могли бы связаться с этой семьей и как можно скорее пригласить их на допрос?
– Конечно! – ответила девушка, слегка кивая и помечая что-то в блокноте.
Альвин выключил свой планшет, поднялся, накинул пальто, прошел взглядом по всем присутствующим и направился к выходу из кабинета, оставив за собой недоуменные взгляды. После того, как детектив покинул помещение, присутствующие обменялись взглядами, выражая недовольство тем, что им так и не удалось высказаться. По их мнению, детектив проявил мало интереса к их точке зрения, создав впечатление равнодушия.
Участники совещания, осознав, что оно завершилось, начали покидать помещение. Алекс, глядя на Бобби, намекнул, чтобы тот никуда не уходил.
– Что думаешь о новом детективе и его теории, Алекс? – спросил Бобби с любопытством и надеждой, когда остался с ним наедине.
Но надежда развеялась, когда Бобби заметил не добрый взгляд друга. Такое он видел редко и ничем хорошим это не заканчивалось. Бобби знал, что Алекс был опытным специалистом, и если он недоволен, значит на это есть весомые причины.
– Это всего лишь предположение, основанное на вероятности. Думаю, при допросе Эмилии мы увидим, что она настаивает на своей невиновности, и если детектив не найдет в её показаниях противоречий, то наше решение окажется верным, – ответил Алекс, глядя вперед, словно предвидя исход событий.
***
Эмилия была погружена в чтение, когда телефон внезапно прозвенел. Её рука как бы сама собой потянулась к аппарату, и в её глазах мелькнуло изумление, когда ей сообщили, что её ожидают на допрос.
– Допрос? Но дело ведь уже закрыто, – возмутилась девушка.
– Все объясним на месте. Вы можете приехать со своим мужем через час? – спросил голос с другого конца провода.
– Хорошо, если надо, мы приедем через час.
Стив, услышав разговор, подошел к жене с беспокойством на лице.
– Что случилось? Почему тебя вызывают на допрос, если дело закрыто?
– Не знаю, Стив. Наверное, хотят что-то еще узнать, – ответила Эмилия, смотря на телефон. – У меня плохое предчувствие.
Эмилия и Стив вошли в участок, где их встретил полицейский. Здание полиции представляло собой небольшое строение, где в коридорах царил запах старых бумаг и дерева. Стены были окрашены в нейтральные оттенки, а мебель состояла из старых, но ухоженных столов и стульев. Муж огляделся, пытаясь понять, что происходит. Полицейский указал рукой и направил Эмилию в комнату для допроса.
– Мисс, у вас есть право на адвоката. Мы можем вызвать для вас представителя, если хотите, – предложил полицейский, провожая девушку.
«Почему ей предлагают адвоката? В прошлый раз, когда Эми вызвали на допрос, про адвоката никто не говорил», – подумал Стив, подозрительно смотря на полицейского.
– Нет, мне не нужен адвокат, – быстро отказалась девушка. – Я не понимаю, почему меня вызывают снова.
Эмилии никто не ответил, и она исчезла в одной из многих комнат коридора. Стиву предложили подождать в холле. Пока он сидел на скамейке, ему стало ясно, что происходит что-то плохое для них. Он поднялся, решив, что нужно что-то узнать. Пройдя по коридорам участка, он наткнулся на Майка, который наполнял свою кружку каким-то напитком из старого автомата.
– Майк, что происходит? Почему Эмилию вызвали на допрос? – спросил Стив, стараясь подчеркнуть тревогу в голосе.
Майк огляделся, уловив напряжение в вопросе Стива.
– Слушай, Стиви, не переживай. Просто допросят и отпустят. Наверняка.
– Но почему? – настаивал Стив. – Если дело уже закрыто, зачем её вызывают?
Майк вздохнул, понимая, что ему нужно что-то сказать, чтобы успокоить друга:
– Появился новый детектив, Альвин. Он решил перепроверить дело. Вот и всё.
Стив взглянул на друга с недовольством:
– Почему? Он что, сомневается в заключении предыдущего расследования?
– Не знаю, Стиви, но, похоже, у нас тут какие-то новые обстоятельства. Ну, ты не беспокойся, – ответил Майк и ушел с маленькой чашкой эспрессо.
Стив вытащил телефон, его пальцы скользили по экрану в поиске информации о детективе Альвине. Удивительно, но он не нашел ничего конкретного, лишь пару упоминаний и никаких подробностей.
«Это странно, – подумал Стив, продолжая свой поиск, – в нашем веке технологий довольно необычно, что про человека так мало написано».
Наконец, Стив наткнулся на статью. Имя Альвина мелькнуло в одном из расследований в Нью-Йорке. Стив вспомнил, что слышал об этом деле. Полиция подозревала одного депутата в Нью-Йорке, но затем дело передали в ФБР. Похоже, Альвин присоединился к расследованию, и вскоре вскрылась целая сеть по продаже молодых девушек в третьи страны. Стив продолжал копать в интернете, открывая все новые и новые дела, связанные с детективом Альвином. Он обнаружил, что Альвин принимал участие в аресте серийного убийцы, который терроризировал Сидней в течение восьми лет. Кроме того, детектив также активно участвовал в расследовании коррупционных схем министра образования Великобритании.
