А. Райро "Охотник на богов. Том 1"

Крепко обхватив дугу лука и прицелившись, я отпустил тетиву.

Стрела из синих молний метнулась вперёд, превращаясь в яркий синий луч. Он ударил точно в приближающуюся птицу.

Снова раздался крик, теперь уже не боли, а ужаса.

Ястреба скрутило лучом, который стал гибким и превратился в петлю, а потом его потянуло в мою сторону. Птица неистово задёргалась, пытаясь вырваться, но её неумолимо приближало к луку.

– Ты что твори-и-и-и-и-ишь?! – завопил парень. – Пытаешься захватить бога?!! Сдуре-е-е-е-е-ел?? Ты его не удержишь!!!

Он замер, ухватившись за рычаги.

Кажется, от истошного вопля у него сел голос. Он просипел что-то невнятное, таращась на небо. Самой птицы он не видел, в отличие от меня, но тут и дураку было понятно, что эта гигантская тварь вот-вот рухнет точно на нашу лодку.

Ну а я держал лук всё крепче, потому что тот дрожал, раскалялся в моей руке и постепенно выскальзывал из вспотевшей ладони. Пришлось задействовать вторую руку и отцепиться от сиденья.

– А-х-х-х-ч-ч-ч-ч-ч-ч… – От натуги я выдал что-то нечленораздельное, стиснул зубы и упёрся ногами в борт.

От силы рвущейся птицы меня потащило с лодки и резко дёрнуло вверх, но лук я всё равно не отпустил. Интуитивно я понимал, что если отпущу – то сразу стану немного мёртвым.

– Тайде-е-е-ер! – в ужасе заорал мой напарник. – Не отпускай!!!

Он бросил рычаги и кинулся с кормы в мою сторону, ухватил меня за ноги и вцепился клещом. Если бы не он, я бы точно улетел в небо!

– Тащи вни-и-и-и-из! – заорал я во всю глотку.

И он потянул изо всех сил.

Птица тем временем рвалась вверх.

Ах ты ж, мать вашу, меня будто пытались разорвать! Укушенную ногу охватила такая боль, что я взвыл, опять провопив не понять что:

– А-а-а-м-м-м-в-в-в-в-а-а-а-а-а-в-в-в!

«Я бы на твоём месте не верещал, а помолился во имя моё… ну и не отпускал бы до последнего», – снова, как бы невзначай, сказали в голове.

Ястреб сделал ещё один рывок и замер на пару секунд. Натяжение луча ослабилось. Этого мне хватило, чтобы рухнуть в лодку, прямо на моего напарника. Я тут же вцепился одной рукой в борт, а второй ещё крепче сжал лук, хотя казалось, что крепче уже невозможно.

Луч-петля сильнее стянул птицу, а та дёрнулась ещё раз и стала уменьшаться на моих глазах. Ястреб пронзительно закричал, его попытки вырваться из ловушки теперь не могли стащить меня с места. Он метался в стороны, но его всё быстрее притягивало к луку и уменьшало в размерах.

Крик утихал.

Луч увеличивал мощь и силу.

А ястреб, наоборот, слабел.

И вот настал момент, когда его стянуло до размера голубя, он потерял облик птицы и превратился в аморфное облако золотой энергии. Свет синего гибкого луча окутал его полностью, а потом окончательно притянул к луку.

На моём пальце сам собой раскрылся камень перстня, а затем всю энергию птицы засосало внутрь него. И как только это произошло, лук в моей руке перестал светиться, тетива снова исчезла. Жемчужина на кольце испустила струйку золотистого дымка, и череп на перстне зажал её в челюстях, будто проглотил.

Я не удержался и завалился обратно на тюки, плюхнулся на спину и нехило приложился затылком о сиденье, аж в глазах заслезилось.

В этот момент гребной винт глухо провернулся, потом ещё и ещё раз. Лодку толкнуло вперёд.

Мой ошарашенный напарник уставился сначала на золотой лук, потом – на мой накопитель, будто не веря глазам, и только бульканье гребного винта выдернуло его из ступора. Парень быстро отпихнул меня от себя, перевалился на бок, отчаянно вытянув руку, и ухватился за румпель.

– Е-е-е-есть! – Он вывернул ручку до предела.

От его паники и шока не осталось и следа. Не отпуская румпеля, он уселся на корму и уверенно повёл лодку вперёд. Ковчег поднял нос и заскользил по волнам на бешеной скорости.

Мы снова неслись по озеру.

Винт рокотал позади, брызги отлетали от бортов, десятки гор с храмами проносились мимо за секунды, а впереди маячил густой белый туман. Мы мчались прямо на него.

– Граница бли-и-изко!! – радостно заорал напарник. – Там Бра-а-ана!!

Теперь за нами больше никто не гнался, зато горы вокруг задрожали, озеро забурлило, воздух раскалился, и в нём зашептали тысячи голосов, вода почернела.

Храмы на вершинах накрыли тени.

– Мать твою, Тайдер!!!! – Радость в голосе моего напарника сменилась жуткой паникой. – Хозяева гнёзд вернулись!!! Все вместе! Ты привлёк их внимание своими выкрутасами!!

В тёмной воде открылись глаза, десятки глаз – маленькие, большие, звериные и даже человеческие. Среди волн показались головы монстров, похожих на собачьи, жабьи, крокодильи. По корпусу лодки скребанули когти.

– Охранные идолы-ы-ы-ы-ы… – простонал парень.

Это было жутко, но ещё хуже стало, когда на наших глазах белый туман границы превратился в жёлтый, а потом на его месте прямо из воды начала расти кирпичная стена. Очень похожая на ту, что я уже видел на горе.

– Мы трупы-ы-ы-ы! – заголосил белобрысый. – Они закрывают границу!! Они нас сожру-у-ут!!

Я вцепился в борта лодки и проорал:

– Давай правее!

Надо отдать должное – пацан сориентировался молниеносно. С таким точно в разведку можно ходить. Он сразу понял, что я намекаю на пологую травянистую кочку, торчащую из воды близ границы.

Ковчег взял вправо и помчался точно на эту кочку. Парень сощурился, пригнулся и крепче ухватил румпель.

– А теперь держись!

Я и так держался, как мог. Пальцы уже ныли от той хватки, что я цеплялся за борта. Гарпун болтался в креплении портупеи за спиной, а золотой лук снова хранился между тюков. Выбирая, за что хвататься – за стальные борта или за золотой лук – я выбрал борта. Если разобьёмся, тогда и лук будет ни к чему, будь он хоть дважды золотой.

Напарник приподнял нос ковчега ещё выше, будто ставил коня на дыбы, а потом на чудовищной скорости налетел на пологий склон кочки. Нас подняло над водой. Посудина загудела в воздухе и перелетела через жёлтый забор.

Господи… вот это полёт!

«Спасибо, что выбрали наши авиалинии. И счастливого полёта!» – насмешливо пронеслось в голове.

Нас можно было бы назвать везунчиками, если бы не высота границы.

Сначала лодка процарапала килем верхний край забора, а потом в дело вступил винт. Раздался смачный хруст – лопасти винта переломились, и покорёженная лодка, перевернувшись прямо на заборе, рухнула в воду уже с другой стороны границы. Вверх дном, конечно.

Падая вниз, я успел схватить лук, а вот уйти от удара не успел.

Меня накрыло корпусом лодки, сильно приложив по голове злосчастным сиденьем. Тюки рухнули сверху, волна толкнула моё тело в борт. Снова был удар, на этот раз плечом, потом – спиной. Её обо что-то резануло.

Мутная вода окрасилась в красный.

Почти полностью потеряв ориентир от удара головой и болевого шока, я всё равно сделал мощный рывок в сторону и выбрался из-под тонущей лодки. Повезло, что плавал я неплохо, а кто-то в бассейне даже говорил, что «блестяще»

Вынырнув, я закашлялся.

Через пелену в глазах разглядел жёлтый кирпичный забор, торчащий из мутной воды. На волнах болтались тюки и мой зелёный рюкзак с пиццей. А вот переломанный винт так и остался висеть на заборе, как памятник нашей отваге (или слабоумию – тут ещё предстояло разобраться).

Лодка почти полностью ушла под воду, но моего напарника нигде не было.

– Э-э-эй! – позвал я, что было сил, надсадно закашлялся и уже собрался опять нырять, чтобы найти пацана, но тут сбоку услышал шум.

Ко мне мчалась ещё одна лодка – такой же треугольный ковчег с винтом. Им управляла худая русоволосая девушка, на вид явно старше меня и моего напарника.

Моё новое зрение сразу заметило вокруг девушки фиолетовый туман – тот безотрывно тянулся следом за хозяйкой и слегка касался её плеч, будто плащ.

Заглушив мотор, девушка бросилась к борту, чтобы помочь мне подняться.

– Тайдер! Давай сюда! Быстрее!.. Я найду Криса сама! – Она в панике закричала, оглядывая воду вокруг: – Кри-и-и-ис! Кристоба-а-а-ль!

Похоже, это была та самая Брана.

Только сейчас я заметил, что по всей линии правой скулы от подбородка и почти до уха у неё тянется шрам, будто оставленный чьей-то трёхпалой раскалённой ладонью.

– Держись, Тайдер! Давай! – Она протянула мне руку. – Хватайся быстрее! Ты же не умеешь пла-а-вать! Я усилю магический фон, и мы найдём Криса!

Вместо того, чтобы ухватиться за её ладонь и найти спасение в лодке, я сунул девушке в руку только лук, а сам сразу же нырнул и мощными рывками поплыл под водой за тонущей лодкой.

Та уже благополучно шла ко дну.

Я прибавил скорости, вглядываясь в силуэты в мутной воде. Возможно, тот самый Кристобаль остался в лодке и потерял сознание, или зацепился за что-то. Оставлять его там я не собирался.

«Тот слабоумный капитан ковчега – почти утопленник, – сообщил ехидный голос в моей голове. – Если что, можем забрать его душонку в накопитель. Я как бы ни на что не намекаю, я тебе прямо говорю: надо бы разжиться душонкой, лишним точно не будет…».

Казалось, во мне говорит второе «Я», едкое и циничное, но на самом деле я уже догадался, кто всё это время вмешивался в моё сознание.

Годфред.

Он сам себя так назвал.

Это был тот самый экзо-бог, которого я осмелился впустить в своё тело через ритуал Альманаха Богов.

Бог Вечной Ярости.

Тогда я не знал, что боги ещё и общаться с носителем умеют. Не знаю точно, что с нами произошло возле ворот интерната, но теперь мы вместе оказались в этом странном мире. И я был уверен на все сто, что именно зрением Годфреда я увидел ту невидимую птицу. Если бы не это, то я бы промахнулся с ударом гарпуна, да и со стрелой лука тоже. Годфред спас мне жизнь.

«Ну и где благодарность? – проворчало в ответ. – А ты, оказывается, не только криворукий, но ещё и туповатый. Дурило, я же говорю».

Мне было плевать, что он обо мне думает.

Выходило так, что его жизнь полностью зависела от моей, а про остальное поговорим позже, когда выберемся хотя бы из воды. Помнится, когда я приказал ему заткнуться, он беспрекословно выполнил мой приказ. Ну почти.

Но сейчас я всё-таки мысленно обратился к нему:

«Ты сказал, что тот парень – почти утопленник, и я могу забрать его душу».

«О, давно бы так! – встрепенулся Годфред. – Заберём его душонку, никто и не заметит! Души грувимов – это, конечно, хорошо, но человеческая душонка намного занятнее! Уху-ху! Во славу Вечной Ярости! Дай обниму!».

В моём теле будто вдвое прибавилось сил, а в лёгких – воздуха. Собственно, этого я и добивался. Знал, что бог отреагирует.

Сделав ещё пару рывков, я наконец добрался до лодки и ухватился за борт. Да, так и есть. Белобрысый парень был без сознания и уходил на дно вместе со своим ковчегом, его нога застряла между транцем и кормой.

Не знаю, как он умудрился сунуть туда ступню, но её вывернуло в сторону, а само тело теперь безвольно покачивалось в воде. Ну вылитый утопленник.

Я подтянулся, ухватившись за транец, и принялся быстро освобождать ногу «почти утопленника». Провозился не меньше минуты, пришлось развязать ему шнурок, чтобы снять ботинок с парня.

Воздух заканчивался, я торопился, а тут ещё голос в голове:

«Эй, криворукий, я не понял… ты его спасаешь, что ли? Мы же договорились ждать его смерти. Душонку у живого уже не заберёшь, или ты не в курсе? Открой накопитель и дождись, когда утопленник скопытится. Тебе что, сложно? Хорошие душонки на дороге не валяются…».

Пропустив мимо ушей его причитания, я наконец освободил ступню парня, схватил его за футболку и торопливо погрёб к поверхности. На это у меня ушло ещё около минуты, и всё это время мои силы подпитывал Годфред.

Этот засранец явно не желал, чтобы и я стал утопленником.

Вынырнув наконец, я глубоко вдохнул, откашлялся от воды и погрёб к лодке. Фиолетовый туман вокруг девушки уже прилично разросся над водой, магия касалась волн, будто прощупывая их.

Сама же Брана ждала у борта и тут же протянула руки, чтобы помочь мне перевалить бездыханного пацана в лодку. Вместе мы кое-как справились, и только потом за борт ухватился уже я.

«Нет, не выживет! – радостно подытожил Годфред. – Открой накопитель и забери его душонку! Тебе жалко, что ли? Ну хорошая же душонка, да и нам потом пригодится, когда ты меня возвышать будешь. Я же наперёд думаю. Кто-то из нас должен использовать мозги, чтобы выжить, и это, похоже, будешь не ты… дурило…».

– Заглохни, – тихо процедил я сквозь зубы, переваливаясь через борт.

Девушка была слишком занята, чтобы обратить внимание на мою странную реплику. Она очень даже профессионально делала парню непрямой массаж сердца и искусственное дыхание. Только парень ни на что не реагировал, его губы уже начали синеть.

– Нужен врачеватель Луин… – Девушка бросилась к корме.

Как только я завалился на дно ковчега, она быстро опустила рычаги и взялась за румпель. Винт зарокотал, и лодка начала набирать скорость. Водила Брана не так хорошо, как её друг, но всё же неплохо справлялась.

Фиолетовый туман уменьшился в размерах и последовал за хозяйкой, как приклеенный. Кажется, его мне удалось увидеть тоже благодаря зрению Годфреда.

Я бросил взгляд на жёлтый забор границы и не заметил ни единого следа нашего прибывания: ни тюков, ни моего рюкзака, ни даже винта, оставшегося от переломанной лодки прямо на заборе.

Ничего.