Поверхность объекта была очень близко, а, возможно, мне так казалось.
Тренажёры – это, конечно, хорошо, но реального опыта управления этим кораблём у меня не было. Не было на это времени. Миссия была секретной. Тренировались и мы, и прочие в условиях «максимально приближённых», так сказать. Стартовали в условиях полной секретности. За время полёта «Отважным» управляла только Алиса. Но… я уверен, что смогу это сделать, почти уверен. И тут же корабль снова ткнулся вниз носом.
После этого произошли сразу несколько событий.
Сначала я увидел вспышку и мерцание по всем экранам.
Затем корабль подпрыгнул, будто на волне. Нос задрался, корма пошла вниз. Я это остро почувствовал.
Затем в корму будто кто-то врезался, хотя, если верить экранам и показаниям приборов, мы были от объекта на высоте шестнадцати метров. Корабль мотнуло в сторону и вниз, с большим креном.
Вспышка, второй удар, вращение. Что-то затрещало, раздался неприятный звук. Его было отчётливо слышно даже через аудиосистему скафандра. Я старался не терять контроль. Руки тянулись к пульту, но я не трогал клавишу. В такой ситуации Алиса быстрее, точнее, надёжнее.
Увидел, как перекошено лицо Фишера.
Поймал взгляд Дамиана, руки его тоже лежали на пульте.
Всё вышло из-под контроля. Страх липкой тварью скользил по спине. Загорелась целая куча красных диодов и индикаторов, сигнализируя о поломках и проблемах. Мы выходили из штопора. Высота то увеличивалась, то уменьшалась. Мы всё ещё шли параллельным курсом.
– Басик краль! – раздался в ушах голос Стефана. И голос этот был на грани истерики.
– Что ты орёшь? – взвизгнул Фишер.
– Внимание! – интонации Алисы звучали как гром, – Зафиксировано разрушение защитного генератора. Зафиксировано отключение системы снижения губительного воздействия космических реликтовых излучений. Зафиксировано разрушение четвёртого двигателя. Зафиксирован сбой системы жизнеобеспечения.
– Алиса, заткнись, – заорал Фишер, – приостановить доклад о повреждениях. Уточнения по генератору.
– Не надо никаких уточнений, – влез Стефан, – я уже всё проверил. Нам конец.
– Отставить панику, – рявкнул Дамиан, – Алиса дай прогноз живучести корабля.
– Да, Дамиан, – неожиданно мягко сказала Алиса, ранее такого не было, – докладываю по порядку, по пунктам: первое – я способна сохранять навигационные качества корабля, второе – способна обеспечивать безопасность груза, – Дамиан в этот момент зыркнул на Фишера, но тот и бровью не повёл, – третье – обеспечивать безопасность членам экипажа на борту – отрицательно, четвёртое – я способна обеспечивать пожарную безопасность, – корабль продолжал нырять и рыскать в разные стороны, было очевидно, что Алиса с трудом удерживает «Отважный» в стабильном положении и есть серьёзные факторы, которые влияют на это, однако мы продолжали слушать доклад, – пятое – способна обеспечивать живучесть техники и оборудования на борту, шестое – запас управляемости и маневренности корабля шестьдесят три процента и уменьшается, седьмое – герметичность корабля нарушена – утечка кислорода в седьмом, восьмом, девятом отсеках. Произвожу расчёты для поиска вариантов решений, – искусственный интеллект резко замолк, будто просто исчез.
– Вариантов? – подал голос Стефан, – вы серьёзно?
– У тебя есть другие предложения? – вклинилась Синтия.
– Здесь не будет решения, генератор разрушен, а это автоматически лишает нас защиты от той дряни, которая окружает нас, – он указал рукой на Синтию, – сквозь тебя, меня и всех остальных сейчас пролетают мириады частиц, маленьких невидимых убийц, что уже начали нас разрушать изнутри, – его голос сорвался, и он замолчал, громко дыша. Похоже, у него была паническая атака.
Удивительно, ни Фишер, ни Гафт не вмешались в этот диалог. Красавчик, казалось, вообще не дышал. Замер как заяц перед фарами. Я посмотрел на Сашу, она смотрела на меня. Холодная змейка страха и оползень разочарования будущей нелепой гибелью, расползались внутри меня. Насколько мне известно, спасательной капсулы или челнока на корабле нет.
А может быть, я чего-то не знаю?
Почему молчит Фишер? Ждёт ответа Алисы? Надеется на какое-то волшебное решение? Или о чём-то знает и продумывает свои варианты?
Тем временем «Отважный» продолжал «блудить» вдоль объекта.
– Решение нужно принимать сейчас, – резюмировал Дамиан, – а что делать совершенно непонятно.
– Сверхнадёжный, ничего не угрожает, – голос Клепса в наушниках звучал издёвкой, – мне ведь это не приснилось? Вы мне Фишер, мать вашу, что обещали?
– Заткнись, Тони, – повысил голос Гафт.
– Да пошёл ты, Дамиан, – рявкнул Клепс, – заткнись сам, – он начал отстёгивать ремни, высвобождаясь из своего кресла, – Фишер, где спасательная капсула? – он встал в полный рост.
– Какая капсула? – тут же вскинулся Стефан.
– Нет никакой капсулы, – голос Фишера дрогнул, и тут я понял, что капсула есть.
– Что происходит, чёрт возьми? – Синтия тоже отстегнулась и рывком поднялась, оба космических десантника были на взводе.
Я медленно, не вставая, расстегнул ремни, ожидая худшего. Время, проведённое в полёте, всё-таки сказывалось. Мелкие шероховатости были всегда, но размеры корабля, большое количество различной работы, позволяли сглаживать назревавшие конфликты. Да и всё было хорошо, с серьёзными проблемами нам сталкиваться не приходилось.
Мой взгляд упал на экран. Из тёмного массива будто вырастала гора, и мы к ней приближались.
– Какого чёрта вы вытворяете? – голос Дамиана загремел в наушниках, даже система автоматической регулировки звука не справилась, – отставить тупые разборки! Наша задача – бороться за выживаемость корабля.
– Ты тупой, что ли, Дамиан? – Клепс был само презрение, – Кинг тебе прямым текстом сказал – генератор сдох, шансов нет.
– Ты перешёл все границы, Клепс, – Дамиан не уступал Клепсу в размерах и уж точно был неробкого десятка, он встал, оказывается, уже был отстёгнут, вечер переставал быть томным, хотя уже давно, если честно. Атмосфера накалилась.
– Что это? – Сашин звонкий голос разорвал гнетущую атмосферу.
Я посмотрел на неё. Она смотрела на экран. Я тут же упал в кресло и вжал кнопку, пытаясь перехватить управление.
– Несанкционированный доступ к ручному правлению, – голос Алисы прозвучал как колокол.
Ситуация развивалась стремительно – корабль с креном валился на поверхность. Или так просто, казалось?
– Алиса, отдай управление, – Дамиан уже кричал, сидя в своём кресле.
– Запрос отклонён, управление под контролем.
– Какой под… – крик Дамиана утонул в рёве корабельной сирены или в скрежете обшивки, я уже не понимал.
Корабль вновь ткнулся в странное свечение. Похожее на сработку силовых полей, как в кино. Только в этот раз это было не касание, это было столкновение.
Вспышка. Мгновение – и всё вокруг озаряется белым светом. Я почувствовал, как кресло вздрогнуло под мной, а затем будто ушло из-под спины. В ушах звенело. Ремни врезались в плечи. Я увидел, как одна из панелей на боковой консоли вспыхнула искрами, словно выблёвывая собственные внутренности.
Где-то сбоку кто-то закричал. Я не знал, кто. Может, Клепс? Может, Саша? Или я сам?
Время будто растянулось. Я услышал, как скрипит обшивка корабля – звук был низкий, почти глухой, будто глухонемой зверь медленно сгибался под ударами. В лицо ударил запах озона, металла и перегретой пластмассы.
Просто прижал голову к подголовнику, глаза на мгновение закрылись – и перед мной мелькнуло детское лицо. Даже не понял, откуда оно взялось. Но это было неважно.
Время замедлилось. Меня кинуло в сторону Дамиана. Я полетел и старался поднять руки, чтобы защититься. Медленно повернул голову, чтобы посмотреть на Сашу. Она была пристёгнута, как и Стефан.
Возникла и исчезла мысль, что это минус, если корабль сейчас расколется.
Как он может расколоться? Пришла следующая мысль.
А тем временем я и метра не пролетел. Это что, сон?
Лицо Саши. Вот что сейчас в центре моего внимания.
Зарождающийся страх? Нет.
Нездоровое любопытство? Странно.
Корабль дёрнуло в очередной раз. Даже в таком, замедленном состоянии я это почувствовал. И ускорился. Экраны погасли. Дамиана перевернуло. Фишера я не видел.
Зато увидел Синтию и Клепса. Оба как пружины. Сгруппированы и готовы ко всему. В воздухе рядом. Лиц их я не видел.
Громкий хлопок. Тряска. Алиса, до этого говорившая бодро и чётко, вдруг перешла на срывающийся голос:– Зафиксированы множественные повреждения! Потеря герметичности… сбой управления… сбой… сбой… сб…
Голос исчез.
Я старался шире открыть глаза и встретился взглядом с Гафтом. Тот что-то кричал, но я больше не слышал. Всё заглушил низкочастотный гул, прокатившийся по всему кораблю, будто сама Вселенная вдруг выдохнула: конец.
И снова удар. Сильный. Направление другое. Меня мотнуло разворачивая. Теперь, кроме потухших экранов я больше ничего не видел. Но судьба приготовила мне сюрприз или, лучше сказать, посадила меня в первый ряд этого странного шоу. Сильный удар расколол шедевр человеческой инженерной мысли. Каверна разверзалась, заставляя воздух с огромной скоростью покидать мостик, увлекая меня за собой. Я ускорился в сторону разлома, подхваченный этим потоком. И тут время вернулось к своей обычной скорости. Почему для меня это стало неожиданностью, теперь неважно. Сильный удар головой о разлом и свет померк. Меня накрыла мёртвая темнота и пустота.
***
Обломки разной формы плыли сквозь безмятежность безразличного космоса, сопровождая гигантский чёрный объект, летящий сквозь звёздную систему, именную местными жителями Солнечной. То тут, то там видны были ярко-белые человекообразные силуэты. Облачённые в скафандры покорители космического пространства не шевелились. Авария или катастрофа разрушила корабль полностью. Шансов выжить, столкнувшись с такой глыбой, у корабля, не имеющего генератора силового поля, не было. Редкие миры способны создавать настолько крепкие материалы.
Среди обломков можно было разглядеть один крупный, который, казалось, был целым и каким-то автономным, что ли. Он был шарообразной формы. Без видимых повреждений. Если предположить, что он полый, то с большой вероятностью внутри него могли поместиться три-четыре человека в скафандрах.
Космос холодно взирал на всё происходящее. В его жизни это был настолько мелкий, даже крохотный эпизод, что он не мог его никак заинтересовать.
Чёрная глыба продолжила свой полёт. Теперь сопровождаемая высокотехнологичным мусором, который спустя какое-то время рассеется и прекратит своё существование.
* – (Alise -ArtificiaLintelligencesystem).
Интерлюдия 1
Технологическая революция конца двадцатого века не пошла дальше изобретения смартфона. Разрушение некогда великой державы изнутри, остановило множество проектов. Стартовавший в начале века бурным ростом технологий и изобретений Советский Союз, к восьмидесятым забуксовал – сказалось долгое отсутствие влияния Великого вождя народов.
Нет стимулятора – нет гениальных решений.
Казалось бы, нонсенс, но история это доказала. Сталин был не тираном и убийцей, как его рисовали те, кто всеми силами пытался избавиться от сильнейшего конкурента, вдруг появившегося на месте толпы люмпенов, которые призваны были, дабы разрушить мощнейшую Русскую империю, но всё произошло с точностью до наоборот – ушедшая в лету имперская власть, выпустила свободную мысль, которая получила полный карт-бланш в советском мире, от того самого «тирана и убийцы». Вождь точно знал куда идти и что нужно делать и, несмотря на множество ошибок, которые неизбежны для того, кто действует, он двигал страну к процветанию, как бы это ни называлось, социализм, коммунизм, разницы нет, главное, чтобы люди были свободны, сыты, имели право на труд, творчество, отдых.
Всё это бесило тех, кто привык паразитировать на других, тех, кто привык создавать колонии и грабить их. Свобода штука заразная и они всегда душили её в зародыше. Не счесть изобретений и идей, которые они положили на пыльную полку, просто потому что они вели к свободе, к свободной неограниченной энергии – двигателю любого технического развития. Именно поэтому все их силы были брошены на то, чтобы задушить зарождающийся новый мир. Они очень долго в этом практиковались и изрядно поднаторели в искусстве подлости, а потому, имея множество разных испытанных инструментов, всё же своего добились.
Советская империя, подрываемая изнутри потомками тех, кто ненавидел Россию на клеточном уровне, почила в бозе. Однако её научный, технический, а главное человеческий потенциал всё ещё существовал и ненасытные твари, понимающие, что их мир всё ещё под угрозой, продолжили добивать всё, что ещё шевелилось. Выкупали производства, а если не могли – разваливали. Всё, от пищевой до военной промышленности. Плевать они хотели на развитие и технический прогресс. Главное, чтобы они «любимые» были в безопасности, чтобы могли продолжать «доить и грабить». Именно поэтому развитие техники пошло по пути развития личных медийных гаджетов – новый уровень контроля, раб и не знает, что он раб, он рад и счастлив, у него есть иллюзия свободы, свободы слова и общения, свободы быть всегда и везде, не выходя из собственного жилья, не покидая своей рабской лачуги и продолжая работать, и приносить прибыль «хозяину».
Долгие пятнадцать лет они старательно разваливали древнюю державу. Нищета, практически отсутствие собственного производства, сырьевая держава, которую, по их плану, оставалось лишь разделить на несколько маленьких государств и окончательно высосать всё из её недр. Они поняли, что дело практически сделано и … расслабились. В тот момент к власти пришёл новый, умный, грамотный, смелый и расчетливый лидер, который до определенного момента не показывал своей силы. А когда заявил о себе, стало ясно, что Великая Держава не умерла. Она жива и встала с коленей после тяжёлого нокаута.
А позже и вовсе стало ясно, что пришёл Новый Великий Вождь и он начал возрождение. Дикий визг тут же разнесся по всему миру, то злобно верещали паразиты, долгое время убивавшие мою Родину. Колонизаторы поняли, что совершили серьёзную ошибку и вернулись «в ринг», с остервенением пытаясь вернуть свои позиции, но было уже поздно. Северный Медведь возродился, и он рассвирепел. Ярость закипела в нём от всего происходящего вокруг. От несправедливости, от наглости и спесивости тварей, круживших вокруг Державы, присосавшихся уже почти ко всем братским народам, некогда бывших в составе Великой Державы. И начал потомок Северного Борея чистку. Медленно, но, верно, отсекал он щупальца присосавшегося паразита, готовившего тайно, очередной подлый и коварный удар. Война, значит война, решил Вождь, но ни одной пяди своей земли мы врагам не отдали.
Такие события происходили в земной жизни, в политическом мироустройстве. В это же время в мире научном, в мире технологическом происходили не менее удивительные вещи. Возрождение России началось на всех уровнях и не в последнюю очередь именно здесь, в высоких технологиях, в космической программе. Были приглашены и собраны все, кто захотел, все, кто увидел перспективу развития и потенциал. Целый сонм ученых и инженеров со всего мира. И была поставлена амбициозная цель – отправить пилотируемый корабль к Юпитеру. Задача не просто амбициозная, практически неразрешимая, на первый взгляд, особенно для страны практически разрушенной, как считал враг, задавленной санкциями и с разорванной экономикой.
На деле всё было не совсем так, а скорее совсем не так. Стратегический партнер проекта, сильнейшая экономика в мире, самые трудолюбивые люди планеты, мощнейший азиатский потенциал. Западный мир представлял знаменитый на весь мир космический миллиардер и космполит – его команда со всем своим научным потенциалом также влилась в проект. То, что было впоследствии создано этим проектом, во-первых, было просто научной фантастикой для любого жителя Земли, во-вторых, по первой причине, всё было максимально засекречено.
За пятнадцать лет были созданы: секретная космическая верфь на спутнике Земли, разработаны несколько перспективных многоцелевых двигателей для космического межпланетного корабля, генератор поля, который способен защитить корабль и экипаж от мощнейших космических излучений и микрометеоров. И, собственно, был построен сам корабль, способный автономно путешествовать не только по солнечной системе. Много и других компонентов изобрели ученые для этого корабля, и, к началу третьего десятилетия двадцать первого века, он был готов к полету. Был набран и подготовлен экипаж и его дублирующий состав. Всё было готово к запуску. Но в один день планы резко изменились.
***
Сергей Михайлович Комов глава Центра управления полетами и заместитель руководителя ЦНИИМАШ на этом посту отработал более пятнадцати лет. Большая часть этого времени была посвящена проекту, который курировал сам Президент. Несмотря на пробуксовки, из-за множества согласований на начальном этапе, они двигались к намеченной цели приличным темпом. Собранная международная команда ученых и инженерных работников на удивление слаженно функционировала. Комов не мог сам себе признаться, что не в меньшей мере благодаря именно его руководящему таланту проект так успешно реализуется. Полет к Европе, который во всех документах называется, как полёт к Юпитеру, интересен и ему самому. Довелось ему изучать эту тему, и сегодня он был на девяносто процентов уверен, что экспедиция получит потрясающие результаты. Через несколько лет мир вздрогнет от сенсации.
Резко зазвонивший телефон заставил самого Комова вздрогнуть. Одного короткого взгляда хватило, чтобы понять «какой» телефон звонит.
– Доброе утро Владимир Владимирович, – сказал он в трубку.
Глава 2. Реквием.
02.03.2026 г. 21-32 мск
Центр управления полётом. Космодром «Восточный».
Комов всегда плохо спал. Особенно здесь в подземном ЦУПе. Проект был секретный, а потому и всё управление им было под особым грифом. Спецдопуск. Минимум обслуживающего персонала.
Он стоял у самого зарождения проекта и хорошо помнил слова молодого тогда ещё Президента, а по-новому Правителя, в кулуарах его звали Вождём, хотя по мнению самого Комова, это имя подходило Правителю куда больше. Не в пример всем остальным руководителям страны, он точно знал, что делает и куда ведет Державу. Комов был горд тем, что живет в такое время и принимает участие в самом мощном и секретном проекте, который, без сомнения, изменит историю и вообще весь мир, когда будет полностью реализован.
Они не пошли по пути Запада с их стремлением вернуться на Луну и покорить Марс. Их проект был в разы круче, да что там, он был просто другого уровня. Юпитер самая загадочная и мощная планета системы. Масса лун, которые по всем показателям похожи на далекие экзопланеты, а стало быть, вполне могут быть обитаемы. В научной среде не принято было говорить о существовании жизни на лунах Юпитера, тем более о разумной, но он и не учёный. Самые смелые были уверены, что это не просто первичный бульон, не банальные инфузории-туфельки, а что там есть жизнь и она разумна.
Однако судьбе, в лице видных астрономов и астрофизиков, суждено было изменить историю проекта. И теперь самый современный и жизнеспособный корабль, когда-то созданный людьми, летит в погоне за межзвездным астероидом. Номинально переносчиком жизни, способным в прошлом занести жизнь на Землю. В кулуарах же «межзвездный странник», именуют древним кораблём, путешествующим между мирами. Как бы там ни было, команда из семи человек сейчас находится в считанных тысячах километров от этого объекта и совсем скоро, благодаря новейшим разработкам их проекта, они получат исчерпывающую информацию об этом «страннике» и даже визуальную.
В дверь стучали. Теперь Комов это осознал.
– Войдите, – хриплый голос выдавал его недосып, но он плевать хотел на это.
– Сергей Михалыч, вам лучше пройти в общий зал.
– Что случилось? – Комов почуял неладное, хотя голос у помощника был ровный, военная выучка делала своё дело.
Помощник молчал.
– Шведов, черт тебя подери, – рявкнул Комов.
– Потеряна связь, Сергей Михалыч. Стандартный сеанс связи… они на него не вышли.
***
Главный зал ЦУПа. Космодром «Восточный». Спустя десять минут.
– Сегодня в шестнадцать сорок по Москве мы получили сигнал бедствия, – Комов покосился на свои часы и продолжил слушать доклад, – следом за ним, с разницей в семь минут, пришёл сигнал о разрушении генератора БРИЗ*, оба сигнала были быстро идентифицированы, их прислала Алиса.
– Пять часов, – громко рыкнул Комов, – вы ждали пять часов, чтобы доложить мне, зачем? – он перешёл на крик.
