Морана "Островное расследование. Разлучница"

Я пошатнулась. Накрывало осознание, что я его ударила. В ужасе я закрыла лицо руками и стала умолять простить меня. Лука вновь оказался напротив, он осторожно пытался отлепить мои ладони от лица. Было так стыдно за содеянное, что я не могла смотреть любимому в глаза.

– Милая моя, что происходит? – Лука не давал мне отвернуться.

Сквозь рыдания и чувство вины из меня наружу прорвались обвинения:

– Ты подлый изменщик! Та блондинка говорила правду.

– Какая блондинка? – спросил парень.

Я треснула его по груди за забывчивость:

– И где ты был?

– Вчера заходила хозяйка жилья. Ты не помнишь?

Смутные воспоминания вчерашнего вечера всплыли в голове. Владелица барака что-то говорила о покупке мебели и вроде просила нас о помощи. Я ехидничала о занятости и приговаривала, что Лука не только грузчик, но и способен помочь с ремонтом. Женщина, сдающая нам жилье, давно жаловалась на раковину в собственном доме, расположенном в пяти минутах ходьбы от барака.

Я осмотрела Луку. Грязный, мокрый и бледный. Последнее, кажется, из-за меня, а не сантехники в чужом жилье.

– Эл, а почему ты дома?

– А почему у тебя в тумбочке уродливые трусы?!

Лука округлил глаза, потом сощурился, затем глянул на тумбочку.

– Что за шутки? – буркнул парень хмурясь. – Я еще от девицы той не отошел.

– Дать тебе время отдохнуть, после встречи с любовницей?! – Я подскочила на ноги.

Мутило. Пришлось сесть на кровать.

– Не знаю, что опять происходит. Но я точно возмущен тем, что вновь слышу про любовницу.

– Хорошо, что ты всегда можешь перестать слышать, – саркастично произнесла я.

На душе погано, и от каждого плохого слова в сторону Луки становилось еще хуже. Я вновь всхлипывала. Ананасовая пицца воняла. Я следила за веснушчатым. Он открыл тумбочку.

Глава 5. Сюрприз

Лука брезгливо поморщился и пробормотал:

– Прямо на ноутбук. Надеюсь, это твоя шутка. Эл, скажи, что это твой розыгрыш, иначе придется сжечь рабочий ноут.

– Не смей! – заорала я. – Меня уволили. Я разбила телефон. Если ты еще и ноут выбросишь, то мы останемся совсем без денег.

– Тебя уволили? – удивился Лука оборачиваясь.

Я моргнула. «Какая разница, что он сделает с собственной техникой? Я же не буду с ним жить после обнаруженного в тумбочке». Я вытерла щеки. Плакать вновь не желательно, но при мыслях о кружевных не моих трусах, я опять разрыдалась, как последний нытик. Лука оказался рядом. Он обнимал меня и спрашивал, что случилось.

– Овощи и фрукты воняют, – с трудом выдавила я из себя. – Хочу макароны.

– Я сделаю, – говорил Лука, заглядывающий в мое лицо. Видимо, парню сложно понимать, что я говорю. – Давай, ты перестанешь плакать, и мы поговорим?

– Не буду говорить с тобой больше. В прошлый раз ты меня убедил, что не писал той девушке. А сейчас я возвращаюсь домой раньше времени и случайно нахожу чужое белье. Дважды это несовпадение, – прошипела я на внимательно слушающего. – Если тебе не нравится со мной жить, то мог бы сказать. Я же не заставляю.

На последнем предложении мой голос дрогнул. Я не представляла дальнейшую жизнь без Луки и его каждодневного испуга при виде очередного паука, предки которого заселили барак много лет назад. Веснушчатый в первое время пытался храбриться, но потом расслабился и просто стал звать меня на спасение от насекомых.

– С ума сошла? – обиженно буркнул Лука. – Не представляю, что мне нужно сделать, чтобы ты наконец серьезно отнеслась к нашим отношениям.

Парень отодвинулся. Мы сидели молча на кровати. Меня накрывало непроглядной обреченностью.

– Лука, – позвала я тихо.

– Что? – спросил он жестко.

Ощущение, что я вырвала его из серьезных раздумий.

– Кажется, я беременна.

Лука закатил глаза и протяжно вздохнул. Парень поднялся, прошелся по тесной комнате, остановился напротив меня и бесцветным голосом сказал:

– Не смешно. Завязывай с этим. И эти проверки в честности изматывают. Меня обижает даже сам факт, что тебе пришло это в голову.

– Теперь ты обвиняешь меня за свои косяки? – В груди росла обида.

– Измена – это не косяк. – Лука сложил руки на груди. Он безотрывно смотрел на меня сверху вниз. – Это слишком жестоко. Если считаешь, что я на это способен, то зачем прилетела ко мне?

Я горько усмехнулась:

– Не ты ли посылал мне виде?ния с другими девушками?

Лука отвел взгляд:

– Ты про те видения, время которых совпадало с вашими с Оскаром встречами?

Колко. Метко. Я всхлипнула и встала. Ноги понесли к шкафу. Лука сделал сюрприз, купив его. Я вернулась со смены и, увидев аккуратно развешанные вещи, выругалась от восторга. В тот момент думала, что живу с лучшим в мире мужчиной. Ночью шкаф рухнул, потому что Лука его криво собрал. В тот момент я решила, что живу с самым забавным в мире мужчиной. Его абсолютное неумение заниматься домашними делами меня веселили.

Сейчас я не понимала, куда делись все хорошие чувства. Я доставала вещи. Сумка лежала на шкафу. Не получалось ее достать. Я безуспешно подпрыгивала, не желая просить Луку о помощи.

– Ты что делаешь? – раздалось встревоженное со спины.

Я не оборачивалась. Страшно, смотреть на Луку. Опять заплачу, если увижу его.

– Собираюсь.

– И в чем смысл? – возмутился говоривший.

Я свела брови:

– В том, чтобы разъехаться.

– Если хотела бросить меня, то были менее жестокие способы. Зачем тогда обвиняла в измене и придумала беременность?

Шорты с полки полетели в Луку.

– Думаешь, ребенок – это шутка? – орала я. – Меня сегодня уже трижды стошнило. Дважды на работе. На талии шорты перестали застегиваться. Я неделю мечтаю поесть хрустящих макарон.

– Я тебя возможно удивлю, но мы предохраняемся, – ерничал парень.

– Спасибо, кэп, а я не знала. – Я достала все вещи из шкафа.

«Зачем я вообще ему что-то пытаюсь объяснить? Лука не слушает и не признается в измене!» – Я глянула на тумбочку с ненавистным содержимым. Злость придала решительности. Я приблизилась к своей тумбочке и потащила ту к шкафу. Вместе с тяжелым предметом я с трудом обошла, молчаливо наблюдающего за мной, Луку и поставила тумбу у шкафа. Залезла на нее и достала сумку.

Вещи собраны. Я раздумывала, как бы выжить на райском острове, не принесшим счастья. Денег почти нет. Телефон разбит.

– Мне нужна наличка, – не надеясь на успех, сообщила я.

Мы с Лукой уставились друг на друга. Он не двигался. Казалось, даже не дышал.

– Эл, ты мне изменяешь? – Парень хмурился.

На шутку вопрос не походил. Я не понимала, с чего вдруг он решил метать стрелки. Я на автомате возмутилась:

– Нет.

– Ребенок, который не мог появиться у нас. Твоя внезапная ревность, возможно, вызванная чувством вины. И ты предложила разъехаться. К кому ты съезжаешь? – Лука совсем побелел.

– Ты идиот? – ругалась я.

«Ладно. Разберусь без денег. Какой же бред, изменщик обвиняет меня в измене», – пронеслось гневно в голове. Я посмотрела на пиццу. Секунду обдумывала, не взять ли еду с собой. При виде желтых квадратиков на тесте я едва сдержала рвотный позыв. Прикрыла рот рукой. Решила, что лучше буду голодать, чем брать про запас вонючую еду.

Я покинула барак, стараясь не дышать. В сумке немного вещей, но она тянула к земле. Я топала вдоль дороги. Мимо проезжали редкие машины. Я дошла до пустой остановки. Не знала, куда еще пойти. Села. Сумку положила у ног.

«Что дальше? Неужели я и вправду беременна?» – думала я, полностью опустошенная. Впервые я допустила серьезную мысль о существовании в моем животе подселенца при недавней ссоре с Лукой. До этого не появлялись столь четкие мысли на этот счет. Паника охватывала меня. «Тошнит уже пару недель. Быстро устаю. Постоянно хочу спать. Последние месячные были неизвестно когда». – Я не следила за циклом по двум причинам.

Первая – не сомневалась в Луке, ведь когда-то пересказывала ему слова Эйда про сифилис, отваливающиеся носы и про то, откуда берутся дети. Сейчас я понимала, что важность предохранения Эйд донес до меня во избежание ранней беременности, а не болезней. Наша компашка тогда просто не потянула бы младенца.

Вторая причина – при жизни с Оскаром долгие голодовки сбили цикл настолько, что тот стал совершенно непредсказуемым. Вроде как должен однажды восстановиться, но я не знала, когда этот момент наступит. А теперь у меня подозрения на беременность и это при том, что мы с Лукой всегда предохранялись.

«Это как так? – возмутился внутренний голос. – Наверное, нагнетаю. У меня же не было ни единого шанса залететь. Почему я напугалась?!» Сомнения в собственной адекватности развеял бы тест на беременность. Но денег нет, а тот, у кого я могла бы их попросить, подлец.

По щеке побежала слеза при мысли, что мы с Лукой расстались. Обидно, что я напугалась беременности, возможно, не существующей, а веснушчатый в ответ не успокоил меня, а обвинил в измене. «А сам-то!» – злясь думала я, вытирая мокрые глаза. Не хотела плакать, но плакала. Минут десять. Потом заметила Луку, идущего навстречу вдоль дороги с картонной коробкой в руке.

Ужасно обрадовалась его появлению. Места на лавочке для двоих. Пришлось пододвинуться. Лука сел и протянул мне плоскую коробку.

– Ты с работы же, не ела еще, – произнес парень, отводящий глаза.

– Там ананасы, – буркнула я.

– Ну да, – подтвердил Лука. – Твоя любимая пицца. Поэтому ее и заказал.

– Я ее больше не люблю. – Пришлось отодвинуться на край лавочки, подальше от противного запаха.

Лука положил коробку на свои колени и вздохнул:

– Мы все еще о пицце говорим?

Я свела брови. Пару секунд понадобилось, чтобы понять, что имелось в виду.

– Я бы не догадалась до столь сложного сравнения, – гневно выдала я.

– Не сравнение. Подумал, ты провела параллель.

Я посмотрела на Луку. Надеялась, что до него дойдет мое «Серьезно? Сейчас же самое время умничать».

– Извини, – сказал он и указал на пиццу. – Выбросить?

– Только ананасы.

Мы с парнем мгновение не моргали. Кажется, Лука обдумывал, насколько я серьезна. Не верилось, что веснушчатый выполнит идиотскую просьбу. Но он открыл коробку и стал убирать с пиццы желтые кубики. Периодически парень косился на меня, проверяя реакцию.

Я молча наблюдала за превращением пиццы из тошнотворной на вид в приемлемую. Кусочки ананаса оказались в углу коробки. Я наклонилась к протянутому мне куску пиццы. Понюхала.

– Все провоняло ананасами, – морща нос, сказала я и отодвинулась подальше.

Мимо остановки проехал пикап. Двигался медленно, как и все на острове.

– Давай вернемся домой, и я приготовлю макароны? – предложил парень, пряча пиццу в коробку.

– Мы разъехались, потому что ты лгун и считаешь меня изменщицей, – сопротивлялась я недовольно, хоть и не представляла, куда собралась уехать.

Казалось, даже автобус отказывается появляться на этой забытой миром остановке. Я покрутила головой, разглядывая асфальтированную дорогу. Пусто.

– Если бы ты в действительности была одинокой, то воспользовалась бы шансом поесть бесплатно.

Лука говорил разумно, но фраза возмутительная.

– Ты меня бросаешь?

– Нет, – ответил Лука. – Ты же меня бросила.

– Да, точно, – согласилась я нехотя.

Я собиралась передумать, ведь он разобрался ради меня с ананасами. «Но раз Лука не предлагает сойтись обратно, то и я не буду, – решила я обреченно. – И вообще, он изменщик. – Я всхлипнула. – Не могу я его ни с кем делить. Лучше уж тогда не мучится».