Читать «Моё инферно. За гранью реальности» — Брюс Прайдер онлайн
Страница 11 из 29
— Выявляет слабые места.
Кот действительно жевал провод. Эм осторожно отодвинул его и получил взгляд сотрудника, чью экспертную работу прервали бюрократическим решением.
— Что тебе нужно?
Я отправил структуру архива.
Эм несколько секунд молча изучал данные.
— Тут всё вычистили.
— Спасибо. Именно ради этого мы позвонили.
— Не перебивай специалиста. Вычистили слишком хорошо. Настоящее удаление оставляет мусор, а здесь кто-то прошёл по каждому слою отдельно.
— Восстановишь?
— Нет.
— Эм.
— Я не волшебник.
— Ты называешь себя Богом DOS.
— Богом, а не некромантом.
Кот положил лапу на клавиатуру. По экрану пробежала длинная строка одинаковых символов.
Эм изучил её и вздохнул.
— Мой коллега предлагает попробовать.
— Сколько?
— Час.
— Быстрее.
— Два.
— Ты только что сказал час.
— Теперь ты вмешиваешься в процесс.
Он отключился.
Джессика проводила погасший экран взглядом.
— Почему он вообще с тобой работает?
— Уважает профессионализм.
— Чей?
— Кота.
* * *
Пока Эм собирал цифровой труп по частям, я поднял записи за предыдущие недели.
Кросс действительно приходил почти каждый день. Иногда один. Несколько раз через два стола от него садилась женщина в тёмном пальто. Она никогда не смотрела на него прямо, ничего не передавала и уходила раньше.
На большинстве кадров лица не было видно. В одном фрагменте женщина повернула голову к окну.
Короткие волосы. Резкий профиль. Черты, которые казались знакомыми, хотя я не мог сразу понять почему.
Система сравнения отказалась выдать результат:
СОВПАДЕНИЕ НИЖЕ ДОПУСТИМОГО ПОРОГА.
— Подними архивный поиск по связи Кросса с исследовательским центром Тэтчер, — попросил я.
Джессика не двинулась.
— Ты сейчас отдаёшь распоряжение начальнику?
— Я делюсь хорошей идеей.
— Редкое событие.
Но поиск запустила.
В документах Кросс значился консультантом по синтетической безопасности и бывшим подрядчиком исследовательского центра Эммы Элизабет Тэтчер. Несколько лет он обслуживал защищённые контуры памяти, затем исчез из официальных реестров.
— Что именно изучал центр? — спросил я.
— Когнитивную память и свидетельские протоколы, — сказала Джессика. — Доступ к части материалов закрыт решением Сената.
— Конечно.
— Эмма Тэтчер погибла.
— Когда?
— Четырнадцать лет назад.
— А женщина на записи?
Джессика запустила сравнение с архивными фотографиями.
Система думала двенадцать секунд, после чего выдала две строки:
ВОЗМОЖНОЕ СОВПАДЕНИЕ: ЭЛИС ТЭТЧЕР — 61%.
ВОЗМОЖНОЕ СОВПАДЕНИЕ: ЭММА ЭЛИЗАБЕТ ТЭТЧЕР — 60,8%.
— Удобная точность, — сказал я.
— Они сёстры.
— Близнецы?
— Да.
На экране появились две фотографии. Одно лицо с едва заметными различиями во взгляде и линии губ.
Одна женщина официально была жива.
Вторая официально погибла.
— Значит, система не знает, кого видит.
— Или фотография слишком плохая.
— Сегодня все системы удивительно плохо видят.
* * *
Эм вернулся через три часа. За это время я выпил четыре кофе, дважды вышел под снег и один раз подумал, что выполнить распоряжение Джессики и отправиться в медицинский центр было бы психологически здоровым решением.
Мысль показалась подозрительной.
— Нашёл, — сказал Эм.
— Ты говорил, что невозможно.
— Я соврал, чтобы ты меньше надеялся.
— Заботливо.
— Благодарность принимаю деньгами и кормом для кота.
Рыжий аудитор сидел рядом и смотрел прямо в камеру.
— Как восстановил?
Эм открыл схему.
— Рекламные панели возле окон синхронизировали яркость с изображением внутри. Остались световые слепки. Ещё куски ушли в кэш кассовых терминалов, дверных датчиков, пожарной системы и кофемашины.
— Кофемашина снимала убийство?
— Она фиксировала движение возле датчика выдачи. Не принижай технику.
— Звук?
— Столы записывали вибрацию для шумоподавления. Получилось грязно, но разобрать можно.
На экране появилась бургерная. Изображение дрожало, распадалось на полосы и временами теряло части помещения, однако происходящее оставалось видно.
После удара Кросс коснулся уха.
Эм усилил звук.
— Чистый стол.
Через сорок семь секунд двери открылись.
Вошли пятеро: трое людей в серой тактической броне и два искина, чьи движения были слишком точными даже для обученных бойцов. Они не проверяли сектора глазами, не переговаривались и не тратили ни одного лишнего шага.
Первый выстрелил в камеру. Изображение исчезло, затем восстановилось из отражения рекламной панели.
Кросс поднялся.
Один из людей закрыл его собой, а остальные начали зачистку.
Не драку.
Не спасение.
Методичное уничтожение всех, кто находился внутри.
Человек под столом получил пулю в затылок. Кассир поднял руки — искин рассёк ему горло встроенным лезвием. Женщина у окна закрыла собой подростка. Это не помогло никому.
Я смотрел до конца.
Не потому, что погибшим становилось от этого легче. Просто кто-то должен был увидеть, что с ними сделали, прежде чем система снова превратит всё в номера.
Группа вывела Кросса через служебную дверь. Перед выходом один из бойцов повернулся, и на внутренней стороне плечевой пластины появилась знакомая белая буква S.
— «Спектр», — сказала Джессика.
— Через час после оправдания.
— Запись всё равно придётся подтвердить независимой экспертизой.
— К тому времени независимые эксперты забудут собственные имена.