– Отсутствие результата – тоже результат. Недавних грузов нет, значит, археологи забирают своё, но при этом не трогают чужое.
– Как будто их нет.
– Точно, – согласился Стэнли, – присутствие оставляет следы, надо обыскать замок.
– Но он здоровенный!
– Значит, осмотреть. Если не найдём свежих следов, это будет означать одно: нам усердно пудрят мозги.
– Да ты гений! Я это ещё дома заметил. Надо бы с базой связаться.
Выйдя на крышу для лучшей слышимости, они переговорили с Андреем, сообщив свои наблюдения без выводов, тщательно выбирая для разговора курсантские жаргонные словечки. Вокруг «Беспечного Ловца» царила тишь да гладь.
Солнце ещё было достаточно высоко, а им не улыбалось ночью бродить по замку, разгоняя пыль и призраков с тысячелетним стажем. Поэтому ревизию решили продолжить. Дверь тихо прошелестела, открывая тёмный зев с единственным светильником над площадкой внизу. Стэнли сделал шаг на ступеньку и остановился. Только что он стоял на тёплой, прокалённой крыше, где приятный свежий ветерок легко обдувал их. А с лестницы пёрло холодом и затхлостью. Металлическая полоса порога отделяла белый кирпич площадки от тёмной плитки ступенек. Несколько шагов вниз, дверь закрылась за ними, и всё стихло. Рука сама потянулась к бластеру и скинула страховочные замки. Се повторил его действия.
– Чушь какая-то, – пробормотал Стэнли, – Майя спускалась сюда?
– Да, она ходила на нижние уровни и не выказывала никакой настороженности.
Это частично сняло напряжение, но всё равно затылок покрылся потом. Они выдвинули окуляры анализаторов и двинулись вниз.
Два уровня под складом имели ту же облицовку, что и хранилище. Пластиковые панели стального цвета, держащие стабильную температуру в помещениях, нашивали на камень. Пол пружинил, значит, имелось подпольное пространство. Кахетовые панели, которые не любили из-за того, что в их свете всё отливало мертвечиной, освещали коридоры достаточно. Принюхавшись, Стэнли и Се принялись исследовать помещения.
Майины коды открывали любую дверь, многие комнаты были не заперты. В общих чертах эти два уровня немного походили на их корабль, та же многофункциональность, экономичность и простота. На втором уровне располагались кухня, столовая, большой зал с рядами кресел и зал поменьше с обстановкой: диванчики, шкафы, панели телесистем и компьютерные терминалы. Вся электроника рассохлась от старости. Один терминал был проломлен посередине. Себастьян, слегка коснувшись, превратил часть сенсорной панели в труху. Мебель выглядела лучше и даже выдержала их вес.
Немногочисленные книги на незнакомом языке не позволили узнать что-то ценное, но в общих чертах становилось ясно, что эвакуация была планомерной и неспешной. На третьем уровне располагались жилые комнаты, пара санузлов и несколько лабораторий. Там удалось найти немного инструментов, но тоже ничего существенного.
– Знаешь, что меня раздражает больше всего. – Прошептал Се. – Мы чувствуем, что дело не чисто, а ухватиться не можем. Всё время кажется, что вот-вот найдём доказательства, и опять утыкаемся носом в их правдивую ложь.
– Это легко объясняется паранойей. Мы слишком долго в космосе.
– Ты им веришь?
– Нет. – Чуть помялся Стэнли. – Но думаю, надо последовать примеру Майка и по окончании рейса взять отпуск.
Между вторым и третьим уровнем было две лестницы, а ниже вела только одна, находящаяся в башне. Они вышли на полутёмную площадку, светильники стали наливаться призрачным светом. Жёстко вделанная в стену каменная лестница уходила наверх и вниз, окон нигде видно не было. Здесь облицовка отсутствовала, и от стен веяло сыростью, температура заметно была ниже. Ступени держали крепко, на стенах отсутствовали признаки разрушения, кое-где попадался бледный налёт, но под окуляром он не проявлял признаков жизни. Плесень с расстояния в полметра всегда светилась ярко, но сейчас Стэнли в тепловизоре Се, полыхал оранжевым на синем фоне стены.
Двумя витками ниже встретилась дверь без замков. Осторожно проникнув внутрь, Стэнли и Се обошли комнаты, благо их было немного. Пустые помещения, ни одного окна. Стены на сканере показывали сплошной камень. Гнетущая тишина давила на нервы. Два следующих уровня повторяли предыдущий. Они постояли немного на площадке, раздумывая, следует ли спускаться дальше. От бравады Се не осталось ни следа, замок производил гнетущее впечатление, а они спустились всего наполовину. В итоге решили идти до конца. Следующий пролёт убедил их, что внизу что-то можно найти. Лестница поменяла шаг ступеней и немного угол наклона.
– Смотри, – показал Стэнли на прожилку в стене башне, – кирпич поменял форму, он стал на десятую часть крупнее. А щели глубже. Эта часть замка древнее, чем над нами.
В этот раз пришлось сделать три витка до двери, пролёт составил одним махом метров четырнадцать. Дверь со скрипом распахнулась, и они вошли в зал.
Это уже был другой слой времени. Зал занимал весь этаж, несколько массивных колонн поддерживали свод, две короткие перегородки делили его на две части, но между ними оставался широкий проход. В зале имелись окна, наглухо заделанные и замазанные. Вдоль стен стояло то, на что язык находил всего лишь одно слово: скрижали. Толстые серые панели из композитного материала (сканер вернул отклики пластика и металла), высотой по плечо и шириной в метр, стояли с лёгким наклоном назад. У пола они изгибались и образовывали ножку, на которую опирались, будто толстый кусок картона с которым игрался великан и поставил так, чтобы было удобно читать.
Поверхность скрижалей была гладкая, так что силуэт руки при приближении отражался, при этом на них мелким почерком были вырезаны тексты. Не целиком по всей поверхности, а так что оставались поля. Символы надписей совершенно незнакомые.
– В Галактике есть разные системы письменности, – пробормотал Стэнли, – но в наших созвездиях все используют схожие алфавиты, даже Гваждариис. Только эсхибы Сардоников пишут по-другому, но это вроде не их письмена.
В академии они проходили стилистику написания предупреждающих надписей на эсхибских языках, что-то в голове осталось, поэтому Себастьян согласно кивнул. Попытавшись сосчитать количество разных символов, Стэнли дважды ошибался и, только добравшись до полусотни, махнул на это рукой.
Для проформы, сделав снимки скрижалей сканером, они направились дальше.
С нижними комнатами им не повезло. Один уровень был пустой, второй наоборот, забит так, что дверь толком не сумели распахнуть. Гора песка с обломками кирпича и штукатурки подпирала её изнутри. Немного заглянуть удалось, но в отличие от предыдущих этажей, на этом отсутствовали светильники. Благоразумие взяло вверх и, оглядев комнаты в инфравизоре, они оставили темноту в покое.
Очередной длинный пролёт, новая дверь, а за ней…
– Лаборатория?
– Скорее исследовательский кабинет. – Уточнил Стэнли.
Комнаты заполняли современно выглядящие столы. На тонких металлических ножках они смотрелись чуждыми под высоким потолком. Возникало странное ощущение падения, потолок находился дальше, чем имелось пространства между стенами. На длинных столиках под выключенными лампами лежали части скрижалей, каменные плиты без надписей прямоугольной, круглой и прочих форм. В углу валялись деревянные ящички с набором кисточек, металлических и пластиковых пинцетов, стамесок, отвёрток, стены были уставлены многоярусными шкафами. В них на пайолах лежали другие остатки древностей. Под столами лежали целые валуны окаменевшей земли с торчащими рукоятками, касками, стальными деталями механизмов и прочего.
– Долбанные археологи. – Пробормотал Себастьян.
– А ты хотел пиратское гнездо найти?
– Я про другое. Это же надо так организовать деятельность, что тебя найти не могут. Получается, что Майя ни в одном слове не лгала, а что это означает? – Се ударил кулаком по булыжнику на столе. – По самым заброшенным уголкам нашего скопления разбросаны партии, которые занимаются бродяжничеством с перспективой остаться без припасов. Организаторы и снабженцы понятия не имеют, где находятся партии, устойчивой связи тоже нет. Я начинаю понимать, почему Майя впадает в отчаяние. Но всё равно выходка этого… наёмника, честно говоря, пугает.
– Пугает? Тебя?
– Нет, киловольт тебе в рот, твою бабушку! Не надо мне заливать, что перед первым выходом в космос у тебя коленки не тряслись. Половина роты боялась, что фалинь оторвётся и их сдует на планету. Свалиться с двух тысяч километров никому не улыбалось. Или, хочешь сказать, у тебя ни в одном глазу сомнений не было?
Стэнли пожал плечами, но Се не шутил.
– Мандраж был, как без него.
– Вот видишь, а этот умник шагнул за борт с расчётом, что через сутки его подберёт бывшая жена, с которой он договорился встретиться месяц назад в нескольких парсеках отсюда. Вселенский хаос в чистом виде. Я думал у терминальщиков бардак.
– Фимидианские нотки заговорили? – Ухмыльнулся Стэнли. Он взял Се за плечо и вывел его на лестничную площадку. – У меня в своё время такой же кризис был. Вначале негодование по поводу нашего безумного следования правилам, а потом против безрассудства инопланетников. Спустимся ещё?
Они заглянули в шахту. Тёмный провал снизу, мрак сверху. Кахеты загорались не дальше чем на пролёт впереди и позади них.
– Мне уже всё равно. – Себастьян устало поглядел наверх, над ними спиралью закручивалось не менее полутысячи ступеней.
– А мне кажется дно уже близко. Глупо не сделать последний шаг.
Жутковатые тени скользили под ними, проливаясь чёрными ручейками в бездонный колодец. Хотелось хоть как-то отсрочить неизбежный подъём.
– Хорошо. – Выдохнул Се. – Последняя дверь.
Четырьмя пролётами ниже они стояли на лестничной площадке, а шахта и не думала кончаться. Двери отсутствовали, но в стене имелся проход. Круглый, как туннель метро, с гладкими, почти стеклянными стенами. Он уходил метров на двадцать вперёд и скрывался за поворотом. Лампа стояла на треноге в конце коридора, отбрасывая полосы света на стены. Тонкий проводок тянулся из лестничной шахты к ней и уходил дальше.
Стэнли оглянулся на Се, тот пожал плечами, и они вошли внутрь. Туннель изгибался четыре раза, всякий раз под прямым углом, сохраняя северо-восточное направление. Через полсотни метров стало ясно, что они вышли за пределы крепости и находятся под городом. Только благодаря зеркальным стенкам, расположенные в коленах светильники охватывали коридоры. Однако, идти было не так легко. Из-за выгнутого пола им пришлось идти друг за другом, а мечущиеся тени и гулкие шлепки ботинок изрядно нервировали.
Спустя полкилометра они вышли в комнату, а из неё на балкон круглого подземного зала, поражающего воображение. Бледно-жёлтые огоньки, наливающиеся оранжевым, а затем розовым светом, расползались по сооружению метров двести в поперечнике и полсотни вглубь. Отшлифованный до блеска камень перемигивался с кахетами. Вскоре весь зал сиял тёплым светом, в котором серые оттенки удачно сплелись с розово-оранжевыми факелами.
Свод представлял собой широкую чашу, опирающуюся на несколько десятков колонн. Между массивными квадратными колоннами и стеной находился кольцевой балкон, опоясывающий весь зал, на котором и стояли Стэнли и Себастьян. Ещё одно кольцо колонн поднималось метрах в сорока от них, оставляя широкое свободное пространство в центре. Пол кольцами опускался к середине, как бы отражая выгнутость потолка, благодаря чему зал становился похожим на гигантскую раковину.
Стэнли заметил, что вцепился в перила, и при этом не дышал. Вдохнув полной грудью, он с удивлением отметил, что воздух гораздо свежее, чем в замке.
– Лестница. – Указал пальцем вправо Се.
До пролёта было лишь сто метров, но они минут двадцать шли до него. Виной тому послужил сплошной ряд резных панелей. Они имели площадь два на два метра и опоясывали весь зал по периметру. Тонкие линии штрихов не позволяли разглядеть рисунка издалека, но вблизи они складывались в занятные картины. Это были портреты людей или пейзажи с животными, грандиозные города, смело несущие тонкие башни в небо или стаи кораблей, парящие среди звёзд. Картины перемежались плитами, заполненными мелким убористым текстом, но не на всех символы были такие же, как на скрижалях, попадались и родной им алфавит, и знакомые буквы других культур. Но всё равно ничего прочитать не удалось.
– А не так уж это и сильно. – Хмыкнул Стэнли. – Резьба слишком тонкая, а картин и текстов слишком много, всё вырезали на станках, а не вручную.
– Наверняка. – Согласился Се. – Я б удавился, если бы мне надо было вырезать одну пластину. Особенно, после того как ненароком ошибёшься, и надо переделывать.
Они добрались до лестницы, и спустились вниз.
– Как думаешь, кто его построил и зачем?
– А что гадать, спросим напрямую у Майи.… Ты только посмотри!
Они вышли на границу внутреннего ряда колонн, и им открылся центральный свод. Весь он представлял одну большую картину на потолке. Люди, негуманоиды, причудливые создания, растения пытались поведать какую-то историю, но они оставались глухи к ней. Из руки бородатого человека, закованного в доспехи, тянулось длинное копьё со странной угловатой поперечиной у руки. Оно дотягивалось до центра свода, пересекая тонкую незавершённую окружность. По периметру картины шла длинная надпись.
Фреска настолько сильно внушала трепет и уважение, что они никак не могли решиться выйти под неё из внешнего кольца. Стэнли оглянулся на ближайшую колонну и обнаружил на ней такую же плиту, как на стенах. На ней изображались три человека: странно изогнутый внизу мужчина с хищным лицом, курчавой бородкой и кинжалом в руке. Языки пламени вырывались из-за края картины и пожирали его, но он смотрел на женщину, закрывавшуюся от него рукой. Ещё один мужчина в доспехах занёс руку с мечом для удара, но неизвестный автор сумел точно показать движения людей. Кинжал достигнет рыцаря раньше, чем он успеет обрушить меч на голову злодея.
Стэнли провёл пальцем по тонкому разорванному обручу, осенявший голову женщины подобно нимбу, но ничего кроме гладкого ровного стекла не почувствовал. На соседней колонне изображались, судя по коронам, два короля. Они играли в шахматы, взяв в левые руки по фигуре, но при этом правая рука одного сжимала меч, а второй поднял руку вверх и пальцем указывал на звёздное небо. Вокруг ладони была всё та же незавершённая окружность.
– Храм в честь принцессы Лун Леды Серебряной, – пробормотал Себастьян, не в силах оторвать взгляда от свода, – Месяц Афены, они ищут Месяц Афены.
– Думаешь, он? – Переспросил Стэнли, догадавшийся, что имела в виду Майя.
– А что это ещё может быть? Посмотри!
Себастьян пробежался между колоннами и на каждой указывал на тонкий разорванный обруч.
– Они везде, а изразцы – иллюстрации к истории, которая написана на обороте. – Себастьян поглядел на Стэнли осоловевшим взглядом. – Уверен, если бы мы могли прочитать эти строчки, то услышали бы не одну сагу Лагорны.
– Хорошо, хорошо. – Постарался успокоить его Стэнли. – Лагорна, так Лагорна, нам, что с того? Зал нашли давным-давно, а может и не теряли никогда, изучен вдоль и поперёк и может быть даже прочтён. Если и написана инструкция, как найти этот Месяц, то это уже сделали задолго до нас.
– Ты что не понял? – Воззрился на него Се. – Месяц Афены ищут они, Майя и Элец! Она как одержимая болтала о тех фактах, которые никто не хочет замечать. А Элец? «Майя, это здесь, на Билзене». Ненормальный полёт без маршрута, срочный взлёт, как только появляется, будто на хвосте полиция сидит, мутный разговор, о том, что Элец достал необходимые документы. А этот,… как его там, мужик в Эворе, к которому Майя отправилась на корабль…
– Салех. – Машинально вставил Стэнли.
– Точно. Он прямо сказал, что её идеи признаны бредовыми.
– Думаешь, она на самом деле знает, где находится этот Месяц?
– Да бездна с ним! – Воскликнул Се. – Каковы шансы, что за несколько тысячелетий артефакт найти не смогли, а у неё получится? Она втянула нас в авантюру, полностью скрыв истинные цели полёта. Ты понимаешь, что это значит?
– Она нам лгала. – Задумчиво сказал Стэнли.
– И не только…
– Этого достаточно, – остановил Се Стэнли, – если наниматель врёт, надо слать его куда подальше. Вот только…
– Что ещё?
– Она сама дала нам пищу для размышлений. «Додумаетесь сами», и ещё намекнула на последнее путешествие Василя, что в нём?
– Принцесса Лун Леда Серебряная. Но это ничего не меняет, в экспедицию,… тьфу ты, фрахтовали нас для перевозки грузов без дополнительных задач. Не надо иметь семи пядей во лбу, чтобы понимать, чем грозит поиск «особо ценных» артефактов. А если она наследила? Ведь уже не важно, есть этот артефакт на самом деле или нет. Из тысячи головорезов кто-нибудь обязательно решит проверить, что за шум она подняла.
Стэнли не отрывал взгляда от картины королей. Фигурки на доске и в руках сильно походили на маленьких людей. Они корчились на местах и укрывались от взглядов великанов, игравших ими.
– У нас есть право отказа. По любой причине. – Проронил Се.
– Мы поговорим с ней.
– Просто поговорим?
– Мы поговорим с ней! Она ничего конкретного не говорила. На данный момент, мы по своей воле стоим, Джоунз знает где, ведомые алчностью и любопытством. И если…
Погас свет и вновь загорелся.
– Что за…
– Подожди. – Поднял руку Се. – Свет ярче стал.
Под потолком на металлических поясах вокруг колонн крепились светильники, освещавшие потолок. Но сейчас вместо розового света они наливались желтизной.
– Что-то мне это не нравится.
– Давай выбираться отсюда.
Стэнли шагнул к лестнице, но Се задержал его и указал на дальний конец зала. На балконе в стене виднелась ещё одна круглая дыра, из которой лился свет кахетов. Даже отсюда было видно, что туннель там уходит под наклоном вверх.
– Вероятно, археологам тоже надоело лазить сквозь замок. Предлагаю попробовать.
Свет вновь моргнул.
– Быстрее. – Согласился Стэнли.
На лестнице их настиг новый скачок, а следующий на балконе у входа в тоннель. Они пробежали по штольне и остановились перед лестничным пролётом наверх. Свежий ветер обдувал их ночной прохладой. Прищурившись, Се разглядел дверной проём и кусочек потолка, расчерчённого тенями в нескольких метрах над ними.
– А здесь кахеты не мерцают. – Заметил Стэнли.
Свет в зале мигал уже с периодом в десять секунд, а два светильника в начале и в конце пандуса излучали ровный мёртвый свет.
– Стой, не дури!
Но Стэнли уверенно вернулся, а потом поманил к себе Се. Тот осторожно подошёл к входу в туннель и выглянул. Мгновения темноты чередовались со вспышками такого яркого света, что казалось, весь потолок обуяло жаркое летнее солнце. Прыжки света всё ускорялись, глаза заболели, и парни отвернулись.
– По-моему надо уйти.
– Не дрейфь, – улыбнулся Стэнли, – нас выгнали, и теперь ничего не случится.
