Еще мои остановились, тоже не несутся наверх, похоже, Кнопф приказал не лезть и не мешать Мастеру захватывать ворота.
Так и случилось, перед парой беглецов резко подняли решетку, замок остро нуждается в защитниках стен после столь сокрушительного разгрома объединенных армий, похоже, сразу трех небогатых замков.
Решетку подняли, две лошади с низко пригнувшимися всадниками пролетели в замок, а вот обратно она не смогла опуститься, какая-то здоровенная жердь с загогулиной так неудачно оказалась под решеткой, что мешает отрезать замок от приближающейся погони.
Кто-то из женщин из донжона истошно кричит о наметившейся проблеме в обороне замка, теперь оба стражника соскакивают с коней, спеша освободить решетку от странного и непонятно откуда взявшегося здесь предмета.
Только ничего у них не получается, уже размахнувшись мечом, они внезапно падают без сознания под эту же саму решетку, оружие вываливается из рук и грохочет по камням, приводя в неподдельное отчаяние сдобную хозяйку замка и ее миловидных дочерей.
Я пока взлетаю по ступенькам на стену, где так же плашмя глушу одного целящегося куда-то стражника с арбалетом, забегаю в башню и там уже очень хладнокровно убиваю приближенного к власти пожилого кнехта с толстой мордой.
Не обращая внимания на пару замерших при виде крови мужиков выхожу на другую сторону башни, там дотягиваюсь снова плашмя до отскочившего от распахнувшейся двери последнего защитника замка. Молодой парень так же падает на основание стены, теперь совсем некому закрыть ворота и оборонять замок.
Наши уже в сотне метров, наемники опережают моих воинов, видно, что Кнопф придерживает мужиков, как я ему и сказал заранее. Что не нужно первыми подставляться под сюрпризы, которые могут быть припасены у защитников замка.
Дверь в донжон распахивается, и я вижу прекрасную картину, симпатичная вдова с распущенными волосами сломя голову бежит с двумя дочерьми-подростками, чтобы самостоятельно опустить решетку и закрыть ворота.
Я даже спускаюсь посмотреть вниз, как у них вообще такое получится и несколько секунд наблюдаю немым свидетелем за остервенелыми, но безнадежными попытками вырвать жердь из-под тяжести решетки.
Тут уже наемники оказываются прямо около ворот, ортесса получает кулаком в лицо и улетает на тела оглушенных стражников. Дочки пытаются убежать в донжон, где уже я вышел из умения, поэтому просто перехватываю их за руки и держу около себя.
Псы войны умело захватывают и одновременно грабят замок. Я им не собираюсь мешать, они вынесли большую часть нападавших, понесли какие-то потери и только присматриваю, чтобы дворянку не пустили по кругу, как принято в таком случае. Поэтому показываю на тело ортессы появившемуся Кнопфу, а на остальных кнехтов, пока валяющихся без сознания, остальным стрелкам.
– Давайте их всех в кучу собирайте и вяжите. Пойдут с нами к новой жизни! Искупать свою вину!
Потом провожу быстрые переговоры с командирами наемников, отдаю им весь замок на разграбление, однако требую не убивать никого, замковая прислуга – теперь мой трофей.
– С чего бы это, ваша милость? – называет по привычке меня один из капитанов.
– Потому что это я захватил замок! И эту жердь тоже я лично подставил под решетку! – показываю я на дело своих рук. – Вы давайте, время не теряйте, берите, что хотите. А людей я сам забираю, мне они в своих землях сильно потребны, будут вас же кормить и обслуживать!
Еще при замке нашлись две уже запряженные подводы с возницами, похоже, наивные орты собирались набить их снятым с нас оружием и доспехами, а в результате все добро именно с них поедет на этих подводах.
Спасибо им, конечно, за такую заботу, очень облегчили нам перевозку всякого добра до наших земель.
Связанные кнехты и прислуга и так нормально пешком пойдут, дворянку с дочерьми придется в связанном виде под сеном везти, чтобы не привлекать излишнего внимания. Ничего, так я им жизнь спасаю, наемники вряд ли пожалели бы их в любом случае, пустили бы по кругу с очень большим удовольствием.
Вскоре в углу двора собрана солидная толпа прислуги, человек двадцать мужиков, парней, девок и баб. Четверо связанных стражников и так же три дворянки в путах, да еще с кляпами во рту.
Чтобы поменьше орали и командовали своим людям на нас нападать, не вносили ненужные движения в уже полностью захваченном укреплении.
Наемники достаточно быстро управились с замком, ну, он не особо большой и богатый такой, иначе не заманивал бы его бывший хозяин нас такими гигантскими суммами в один золотой далер за службу.
Завалили свои подводы припасами, немного мебелью, парой очень дорогих тут зеркал, теперь мародерят стражников около опушки и своих готовят к погребению.
Все живые лошади тоже собраны в немалый такой табун, и наши трофейные, и те, которые теперь принадлежат наемникам. С нами отправятся дальше, неплохое прибавление в ездовой составляющей народной республики.
– Мастер Серый, пора поговорить, – ко мне подходят несколько лейтенантов и все капитаны. – Что теперь делать будем? И что это вообще было?
– А что было, мы просто защищались, вот и все! – усмехаюсь я. – Вы все сами видели, что произошло! Открыли ворота и понеслись на нас строем, что тут еще сделаешь? Не уговаривать же разойтись по-доброму!
– Так, а делать-то что сейчас? – похоже, начальство наемников в большой растерянности.
Я их понимаю, ехали себе – никого не трогали, вдруг трубят рога и несколько дружин с ортами во главе пошли в самоубийственную атаку. Не отбиваться оказалось нельзя, ибо совсем самоубийственно, потом увлеклись немного, замок пограбили, только оказались теперь вне закона в этих землях.
Никуда не скрыться и не спрятаться от чужих глаз, скоро все окрестные орты узнают, кто захватил замок и перебил военную силу еще из двух соседних вместе с хозяевами. Были бы они самые крайние владения перед Клепером, тогда можно совсем незаметно уйти, однако нам еще два дня ехать мимо множества замков на глазах у всех жителей и местных дворян.
Такой мини армией передвигаться не очень сложно, вряд ли дворяне успеют собрать соответствующие силы, если только не увидят связанных и орущих дворянок в нашем обозе. Будут про себя понимать, конечно, что барахло трофейное, тех же лошадей и прислугу связанную мы точно где-то честно не купили, мы же наемники – сброд бесчестный и корыстный.
Только на почти две сотни настоящих воинов со своими дружинами однозначно воевать не полезут по отдельности.
Вот когда уже дойдут до них пугающие вести про избиение трех дворянских дружин и разграбление замка, то нас уже и след простынет.
Теперь только королевский отряд в Клепере мог бы нас перехватить попробовать, впрочем, мы сам город на большом удалении обходим. Да и не узнают они ничего в ближайшие пару дней, чтобы выйти на перехват нашего каравана. До Клепера отсюда четыре дня пути, пусть гонец за три дня справится с доставкой такой вести, однако мы теперь сразу начнем уходить в сторону своих замков, прикрываясь, тем более с одного края остатками армии маршала Комменволя.
– Собираемся и едем, в корчме обед заказан, перекусим нормально, отметим славную победу и быстро поедем в наши края, – отвечая я.
– Уехать то можно, вот только вернуться обратно не получится, – замечает один из капитанов, тот коренастый мужик с переломанным носом.
– Почему они вообще на нас напали? Да еще в таком малом количестве? – все не могут успокоиться наемники.
– Спросим у пленных по дороге! – показываю я рукой. – Давайте весь замок еще обыщите как следует, под каждую козу или свинью залезьте, чтобы свидетелей произошедшего здесь не оставлять.
Главное сейчас, занять народ мародеркой и другими интересными делами отвлечь от лишних вопросов.
И что вы думаете, еще двух пареньков наемники нашли при углубленном обыске хлевов и овина, они прибавились в наши трофеи.
– Так, собираем вещи, свои и чужие тоже, все, что нравится – забирайте с собой, пойдете с нами к новой жизни, – сообщаю я прислуге и народ реально начинает рыдать, прощаясь с местом, где прошла вся жизнь.
Люди они подневольные, что сказали делать мужики с оружием в руках, то и положено исполнять без сопротивления.
После чего под присмотром моих воинов расходятся по местам, где жили и собирают свое барахло. Все, кроме пленных кнехтов и дворянок, об их наследстве уже наемники позаботились как следует. Поэтому я разрешаю воинам тоже одеться потеплее, а дрожащих от холода в легких платьях дворянок закутывают в чьи-то крестьянские шмотки. Потом складывают связанными на подводы и щедро прикрывают сверху всякими трофейными гардинами и шторами из замка, чтобы не замерзли по дороге.
Теперь им так два дня катиться, кормить с рук прислуга своих бывших хозяев будет, в туалет, правда, развязывать все равно придется голубую кровь, только такое в совсем безлюдных местах можно делать.
Я уже три часа, как отправил посыльного из своих в корчму, чтобы готовили на две сотни народа горячий обед и денег ему выдал, чтобы хозяин корчмы мог закупить у односельчан свиней и овец.
Поэтому сильно сам не спешу и наемников вообще не подгоняю. Они ничего, что в преступники попали по местным законам, пока искренне радуются, что просто выжили сегодня, хорошо трофеями подводы отрядные и мешки набили.
Такая у них профессия- жив после схватки и даже не покалечен, значит, уже все хорошо получилось.
– Сколько у вас убитых и раненых? – спрашиваю я у капитана наемников.
– Шестеро сразу умерли, двое отходят, легко раненых десяток. Эти сами на лошадях поедут, на подводах уже места нет, – коротко отчитывается он мне.
– А у вас сколько погибло? – понятный интерес от профессионала.
– Кнопф, сколько у нас потерь?
– Так, Мастер, двое ранено и все, кнехты ножами закидали, когда поняли, что им конец пришел.
Капитан серьезно потрясен тем, как мы легко разделались с превосходящим нас количеством отрядом нападавших.
У тех около десяти трупов на земле валяется, а у нас всего двое раненых, да еще легко.
– Здесь хоронить будете? – спрашиваю я еще раз довольно здорово потрясенного нулевым количеством наших убитых капитана.
– Нет, повезем на лошадях, найдем место подальше отсюда и там схороним своих. Еще в Храм заехать придется по дороге, чтобы попрощались они с жизнью, как положено Квинтом, Богом нашим, – и мы все вместе сделали религиозный ритуальный жест.
По дороге, конечно, рассказали пленные кнехты наемникам, почему в замке столько ортов со своими дружинами собралось. Почему они на нас напали и как были очень удивлены появившейся из леса толпе воинов себе навстречу.
Только именно про то, что узнали о нашем возвращении местные дворяне от заранее предупрежденного мной хозяина корчмы, пленники не рассказали, потому что сами ничего подобного не знают, откуда такие сведения взялись у их хозяев.
Ну и ладно, даже если наемники узнали бы о моем заказе в корчме обеда на тридцать персон, ничего бы это уже не изменило. А мои люди будут молчать о спланированной подставе железно, в них я не сомневаюсь.
Только наемники ничего не узнали, а то известие, что я лично зарубил на дуэли вызвавшего меня дворянина, очень крутого по слухам воина, всем очень понравилось.
Есть взаимная нелюбовь у дворянства к псам войны и наоборот тоже имеется.
Да, ведь жизнь наемника вся такая – только успевай хоронить своих приятелей и пропивать то, что нашел в кошеле и мешке товарища за его упокой души.
Хозяин корчмы, конечно, ожидал смерти неминуемой от нас, однако, я даже похвалил его за такую услугу. Мужик ничего не понял, но спорить не стал благоразумно.
Поэтому мы славно пообедали и тронулись дальше, где в одном Храме при дороге отпели погибших. Отставшие от каравана наемники похоронили их честь по чести на местном кладбище и потом догнали нас.
Так мы и дальше добираемся до своих земель в окружении скалящих зубы ортов. Только просто скалящих, ибо с нашей силой воинской повыбивать можем их все до единого, особо даже не напрягаясь.
Стоит им в чистое поле выехать и что-то нам пообещать.
Потом проехали вдали мимо крепостей и деревень маршала, я отправил к нему посыльного рассказать, что у нас случилось и куда мы ездили, а к вечеру третьего дня появились такой большой колонной около Жомбурга.
Стража около ворот уже выставлена из замка, значит, Кромес нашел для нужного дела подходящих стражников и желание помочь горожанам.
Он сам тут же прискакал, как только ему доложили, что мы вернулись в больших силах.
С наемниками, целыми полутора сотнями, с тремя десятками пленников, еще с табуном лошадей и с двумя полными подводами.
Размещают на ночлег новых мужиков с бабами и всех наемников по местам проживания уже Кнопф с Кромесом.
Кого в Жомбурге, кого по селам ближним отправляют на постой, кого по замкам, где и так свободного места нет от новичков.
Центр жизни теперь для всех наемников – именно Жомбург, станут в него ходить за культурной жизнью и прочим пивом.
– За постой платить будем, немного, конечно, но исправно, пусть не переживают селяне и горожане, – успеваю сказать своим заместителям.
Сам я вскоре спешно нахлестываю коня в сторону Каны, где меня уже ждет лодка на берегу.
Вчера вечером срочный посыльный привез от Великого Мастера Норля донесение именно для меня.
Донесение на словах, конечно, местную грамоту приятель еще не выучил.
А говорится в послании вот о чем:
«Вчера в обед в Скале замигали огни, ранее не видимые. Потом через небольшое время раздался такой противный звук, что все сразу же выбежали из самой Скалы, закрывая уши. После чего двери закрылись и больше не открываются. На нажатие метки не реагируют, сами моргают красным цветом. Мастер Серый, приезжай скорее, как получишь это донесение».
Вот поэтому несусь я в ночь с парой охранников, чтобы вместе с приятелем встретить новую напасть, которая появится из Скалы, как я уверен.
Глава 5
Приехал в город под Скалой уже в ночи, уставший после дня пути в караване.
В такое время суток мы уже давно все спим на постоялых дворах и видим десятый сон, еще в хлевах и овинах, здорово умаявшись за целый день хлопот с раннего утра.
Тем более с такой ответственностью за жизнь всего каравана, которая лежит на мне. И народ подгонять нужно, и за пленниками присмотреть, и маршрут проверить, короче, хлопот на таких переходах много, да еще возможность нападения не откинешь так просто, даже с такой не совсем маленькой армией за спиной.
Конечно, сто шестьдесят хорошо обученных воевать мужчин в краю небольших дворянских дружин – могучая сила.
Да очень крутая сила, если только не дать времени ортам договориться между собой, тогда они и в два раза больше бойцов выставят, если у них будет пара дней для сборов.
Если им дать эти несколько дней на осознание случившегося и переговоры между собой.
Слава Квинту Прямоходящему, что подняться в сам город теперь можно прямо по мостам над речкой, не приходится утомительные круги вокруг гор наматывать. Еще один переезд на двадцать километров я бы уже не перенес.
Яркое последствие нашей общей победы над монополистами Стражами и улучшение лично нашей жизни.
Норля сразу разбудили, как я появился, так приказано им самим.
На мостах продолжают стоять дозорные, хотя теперь, в принципе, совсем некому явиться сюда зимой и что-то там захватить. И желающих таких не найдется ближе, чем армия в Клепере, только они еще могут и не знать ничего о том, что власть над Скалой поменялась.
Да вообще не принято здесь в морозное время воевать, нет еще такой традиции убивать друг друга в любое время суток.
Неприличное дело еще определенно по всем понятиям.
Да, еще только узнают через своих шпионов, что бывшие бунтовщики-крестьяне теперь сами стали Стражами, такая новость точно не порадует начальство над отрядами в Клепере.
«Как, интересно, отреагируют королевские командиры, когда подобные новости доберутся до Клепера, а потом и до короля? – размышляю я по дороге. – Ну, до короля вообще очень нескоро, если вообще доберутся!»
Что бунтовщики, которые самые отпетые, не разбежались до сих пор почему-то, а захватили Магическую Скалу и начали создавать свое государство, да еще такое, в котором совсем дворянство отсутствует, как эксплуататорский класс?
Мужчин беспощадно убивают, а женщин с детьми увозят куда-то на север?
Вряд ли кто-то сможет так быстро разобраться, кто именно управляет бунтовщиками, а кто уже замками на берегу Каны и территориями на левом берегу.
Дело вообще не быстрое, конечно, однако к началу весны возможны какие-то подвижки и разведка боем.
Сейчас у них сил атаковать и захватывать наши замки точно нет. Когда разберутся с маршалом и его отрядами, могут попробовать на наши земли вторгнуться. Поэтому желательно помочь маршалу внезапными нападениями на отдельные отряды королевских войск, оказавшиеся на флангах армии.
Когда они такого точно не ожидают, чтобы оставить небольшую армию маршала как прокладку между нами и армией короля. Хотя бы еще на один год, только надежды пока на такое у моих людей призрачные совсем.
