И, дабы продемонстрировать доказательство, Дольгарст без лишних слов развязал шнуровку у ворота своей парадной рубахи, явив всем собравшимся точно такой же символ на груди, как и у меня!
– Поверить не могу! – прошептал я, уставившись на двойника своей татуировки. – Как она оказалась у него ровно на том же месте?
Зал заполнился гулом голосов с поздравлениями и пожеланиями долгих лет счастья паре молодых, а отец невесты, взяв руки обоих суженых прилюдно соединил их, тем самым дав и свое родительское благословение на этот брак. Кубки с вином вновь поднялись вверх, и гости радостно принялись произносить тосты за здоровое и красивое потомство, которое продолжит древний благородный род Северных эльфов. Хозяин дома пообещал вечером устроить бурное застолье с музыкой, танцами и всем, что обычно прилагается к торжеству, а вот мне было совсем не до веселья.
Я смотрел на реакцию Лантарин и не мог понять, что с ней произошло. Та бойкая девчонка, с которой я путешествовал по местному ландшафту совсем недавно, никому не давала спуску и всегда находила, что сказать, чтобы отстоять свои интересы, но сейчас она просто молчала, будто ушла в себя и окружающие события ее мало волновали. А что, если отец заставил ее силой согласиться на замужество с Дольгарстом? Хотя вряд ли бы она сопротивлялась притяжению метки. Эта волшебная штука здесь действует, как магнит, поэтому эльфийка должна выглядеть, как минимум, мечтательной и влюбленной, а не отрешенной от всего мирского, будто ей плевать на происходящее.
Да уж, поведение Лантарин было странным, но все же бо́льшую подозрительность у меня вызывал знакомый символ, теперь красующийся на груди ее жениха. Полная копия моей татуировки и на том же месте! Совпадение? Не думаю.
– Кажется, пора кое-что прояснить, – с этими словами я решительно направился сквозь толпу гостей к виновникам торжества.
Захватив один из кубков с горячительным напитком у мимо проходящего слуги с подносом, словно один из приглашенных, я приблизился к хозяину дома, стоявшему уже в центре зала в окружении именитых эльфийских фамилий, и уверенно произнес:
– Примите и мои поздравления по случаю скорой помолвки вашей дочери!
Наверное, не с такого дерзкого замечания стоило начинать знакомство с отцом моей ненаглядной подруги, но эта мысль пришла мне в голову слишком поздно.
Йордар медленно перевел взгляд на меня и его единственный здоровый глаз в недоумении уставился на наглого незнакомца, неожиданно возникшего перед ним. Судя по всему, он попытался сообразить, как человек оказался среди его гостей-эльфов, поэтому на несколько секунд между нами повисла пауза.
– Почему же скорой? – наконец, нахмурившись, поинтересовался он и тон его вдруг принял угрожающий оттенок.
До меня не сразу дошло, что своей недвусмысленной фразой я прилюдно намекнул на возможное «деликатное» положение его дочери, из-за которого и объявили о свадьбе. Но я же совсем не имел ввиду, что она может быть беременна! На мгновение меня прошиб холодный пот. А ведь я об этом даже не подумал. Что, если Лантарин и правда…? Нет, не может быть! Хотя, почему не может? Как ни крути, а получается, я единственный претендент на отцовство, ведь до меня наследница клана была девственницей…
Из ступора меня вывел новый вопрос хозяина дома, отчего я перестал глупо таращиться на местную принцессу, величественно беседующую с гостями неподалеку, и снова встретился глазами с грозным взглядом Йордара, теперь уже казавшимся мне и в самом деле суровым:
– Так, почему же скорой? Моя дочь вернулась домой несколько недель назад, а вскоре после этого Дольгарст попросил ее руки, и на днях она ответила согласием.
Отец явно желал избавиться от лишних намеков в ее адрес, а вот я неожиданно осознал, что время в здешнем мире идет и в самом деле гораздо быстрее, чем в моем. Проведя у себя дома всего несколько часов, я успел потерять тут несколько недель, а если бы провозился дольше, то вернулся бы сюда уже к моменту, когда моя эльфийка стала бабушкой!
– О, простите. Я вовсе не хотел… – начал оправдываться я, ощущая на себе испытующий взгляд сердитого отца, на непогрешимую дочь которого какой-то человечишка вдруг попытался бросить тень сомнения.
Однако, мое и без того глупое положение длилось не долго, потому что в следующую минуту меня заметил Дольгарст и тут же, подскочив ближе, удивленно воскликнул:
– Ты?! Что ты здесь делаешь?!
Теперь уже взоры абсолютно всех присутствующих устремились на нас в центр зала, где начинал назревать скандал между женихом и странным незнакомцем. Лантарин увидела меня, но, то ли не узнала, то ли я ей был попросту безразличен… в общем, она никак не обнаружила интереса к моей персоне. А вот ее отец напротив, весьма заинтересовался бурной реакцией своего протеже к никому не известному парню:
– Если тебе знаком этот человек, Дольгарст, представь его нам, – скомандовал он.
– О нет, мой лорд, это… Он никто! Этот человек не стоит вашего внимания. Ему вообще здесь не место! – запинаясь перед главой клана затараторил будущий зять, глядя на меня с подозрением, словно я явился испортить дело всей его жизни. Хотя, что греха таить, за этим я и пришел – отобрать его невесту!
Не обращая внимания на попытки Дольгарста угрожающе играть желваками в мой адрес и яростно сжимать кулаки, я представился сам:
– Меня зовут Ярослав, и, что бы кто ни говорил, я – истинный жених вашей дочери!
– Лжешь! – тут же воскликнул взбешенный эльф, готовый разорвать меня на мелкие куски.
Толпа вокруг зароптала и послышались удивленные шепотки. Все внимание было приковано к нам двоим и только поэтому мой соперник изо всех сил держал себя в руках, дабы не выставлять себя в худшем свете.
– Не лгу, – парировал я и, коварно улыбнувшись, добавил. – Я могу доказать!
Бросив взгляд на Лантарин, я снова убедился в ее равнодушии, а вот ее отец, напротив, с любопытством осмотрел незваного гостя. Не каждый день к нему заявляются на свадьбу дочери самозванцы, публично предъявляя на нее права.
– Хм… звучит самонадеянно и весьма нахально, – задумчиво пробасил Йордар, поглаживая густую рыжую бороду. – Предъяви свои доказательства, человек! Ведь, коли лжешь, то Дольгарст будет вправе расквитаться с тобой здесь и сейчас, как с клеветником, опорочившим его честное имя и польстившимся на его невесту!
А вот и посыпались реальные угрозы. Да, не зря, видимо, местного феодала прозвали Суровым, хозяин поместья не привык бросать слов на ветер, а разбирался с проблемами быстро, но, надо отдать ему должное, справедливо. Все-таки, отец Лантарин предоставил мне шанс доказать правоту.
Испытывать терпение враждебно настроенных эльфов я не стал и, обнажив верхнюю часть грудной клетки, подкрепил слова демонстрацией собственной метки, точно такой же, как и у Дольгарста! Вот только моя была истинной, я это знал наверняка, потому как, стоило мне приблизиться к эльфийке, красноватое сияние символа усиливалось, а по телу распространялось знакомое тепло. Так что, отступать назад я уже не планировал!
Глава 3
В большом приемном зале мгновенно послышались изумленные голоса и шокированные вздохи свидетелей появления двух меток одновременно. Судя по округлившимся глазам местной знати, такого отродясь никто не видывал.
– Как сие возможно?! – медленно произнес Йордар, уставившись на пульсирующий знак на моей коже.
Переведя вопросительный взгляд на Лантарин, мы оба заметили ее замешательство. Эльфийка изумленно поднесла руку к тыльной стороне шеи и коснулась пальцами собственной метки, словно хотела убедиться не чудится ли ей то самое тепло, которое ощущал в данный момент и я. Изящные пальчики, унизанные золотыми кольцами, пробежались по белоснежной коже, а сама девушка казалась при этом ничего непонимающей и явно обескураженной.
– Лана, ты тоже это чувствуешь? – с надеждой обратился я к ней.
– Меня зовут Лантарин, – холодно ответила она, пресекая всяческие вольности от незваного гостя, в то время как разозленный жених бросился на меня с кулаками.
– Не смей говорить с моей невестой! – проорал он мне в лицо, отчего Йордару даже пришлось встать между нами, дабы не вышло кровопролития.
– Постой, Дольгарст! – рыкнул он на несдержанного эльфа, уже схватившегося за кинжал на поясе. – Я хочу услышать правду! Откуда у этого человека метка моей дочери?
– Он не заслужил ее! – снова рявкнул жених.
– Так, стало быть, ты знал, что есть вторая метка? – сделал вывод отец невесты. – И, давно?
На этот вопрос Дольгарст отвечать не стал, злобно стиснув зубы и продолжая буравить меня ненавидящим взглядом.
Тогда Йордар обратился ко мне:
– Я хочу знать, как вышло, что у моей дочери оказалось двое «истинных» мужчин? Как ты это объяснишь, человек?
Гордо выпрямившись и смело глядя сопернику в глаза, я заявил:
– Думаю, ответ тут один и очень простой. Кто-то из нас двоих самозванец!
– Ха! – усмехнулся Дольгарст, надменно скрестив руки на широкой груди. – Это очевидно даже слепцу! Эльфийская метка не может достаться человеку! Ты лжешь и поплатишься за обман! Я выпотрошу твои…
– Успокойся, Дольгарст! – снова пробасил Йордар, взяв на себя роль судьи, решившего разобраться в ситуации окончательно. – Если ты, человек, сможешь доказать свою правоту, в чем я, конечно, сомневаюсь, то я оставлю тебя в живых. Однако, если ты явился в этот дом лишь опорочить счастливую помолвку моей любимой дочери и ее избранника, то здесь и найдешь свою смерть!
Все. Кажется, я, наконец, нарвался на серьезный ультиматум и это уже не просто угрозы. Но в себе я был абсолютно уверен, а значит, лгал именно Дольгарст. У меня была всего одна попытка и если она не сработает, то…
Больше ничего не говоря, я шагнул к самоуверенно ухмыляющемуся амбалу, называющему себя истинным женихом Лантарин и с размаху выплеснул на него все содержимое кубка, который до последнего сжимал в руке. Такой наглости с моей стороны он точно не ожидал, поэтому, раскрыв рот и ошарашенно вытаращив глаза, просто уставился на меня, пока по его мокрой одежде стекали струйки бордового вина, пачкая парадную чистую рубаху с меховой отделкой из шкур убитых трофейных животных.
– Ты что творишь?! – едва не задохнувшись проревел он, от накипевшей ярости не особенно замечая капли, предательски сползающие по груди и увлекающие за собой метку, которая очевидным образом стала расползаться на глазах у всех и превращаться в кляксу.
– Я так и знал, – констатировал я, подтвердив свою догадку, тем самым обратив внимание окружающих на то, что открылось всей собравшейся публике.
– Да, я тебя на куски порежу! – кинулся на меня разъяренный эльф, но Йордар во время его осадил, иначе я и в самом деле рисковал остаться без нужных частей тела.
– Стой, Дольгарст! – грозно крикнул хозяин дома.
– Я убью этого наглого…!
– Нет, я сказал! – снова прогремел Йордар и тот, наконец, послушался.
– Мой лорд, прошу, позвольте мне наказать выскочку! Он унизил меня перед гостями и моей невестой! Я требую справедливого возмездия за его поступок!
– Требуешь?! – переспросил Йордар, сдвинув брови к переносице. – А в праве ли ты требовать?
Услышав ответ главы, высокий крепкий, эльф, прежде считавший себя любимчиком отца своей нареченной, растерянно захлопал глазами.
– Поступок этого человека открыл мне горькую правду, и она состоит в том, что Лантарин больше не твоя невеста! – громко объявил хозяин дома.
– Что? – едва шевеля губами удивленно произнес Дольгарст. – Но я не понимаю…
– Где твоя метка? – бросил ему Йордар, кивнув на расплывчатое мокрое пятно, ранее являвшее собой символ его триумфа.
Подозревая самое худшее, Дольгарст опустил глаза вниз, а затем испуганно уставился на отца своей невесты:
– Я могу объяснить…
– Не надо! – перебил его глава клана. – Теперь мне все ясно! Что ты использовал, чтобы чернила светились? Пыльцу фейри? Надеялся обмануть меня таким образом? А ведь я доверял тебе, как родному сыну, Дольгарст! Но ты предал меня! Выходит, ты и есть самозванец!
Вокруг снова послышались тревожные шепотки от гостей и осуждающие взгляды разом хлынули на незадачливого жениха. Собравшиеся стали качать головами и поглядывать на него с презрением, минуту назад он был фаворитом всех этих знатных фамилий и древних родов, а теперь он никто. И все из-за гнусного человечишки, свалившегося на его голову.
– Ты мертвец! – сквозь зубы процедил Дольгарст и ринулся на меня.
Успев отпрыгнуть в сторону от острого клинка, в следующую же секунду я ощутил удар в челюсть и свалился на каменный пол. Огромный эльф навалился на меня с кулаками, но его все же успели оттащить соплеменники, пока он окончательно не сделал из меня котлету.
– Довольно! – прорычал хозяин дома, и все присутствующие разом притихли, не рискуя испытывать гнев грозного бородача на себе. – Твой обман раскрыт, Дольгарст! Отныне ты больше не жених моей дочери! За ложь и предательство я лишаю тебя всех привилегий и изгоняю из нашего клана! Я более не желаю видеть тебя в наших краях!
– Нет! – в отчаянии воскликнул тот. – Мой лорд, прошу меня выслушать! Я виноват, но этот человек не заслуживает руки вашей дочери! Метка ему досталась случайно! Она должна была стать моей! Лантарин не должна принадлежать ему!
– А это мы сейчас выясним, – пообещал отец невесты и обратился к молчаливо стоящей неподалеку рыжеволосой красавице. – Милая моя девочка, по какой-то неведомой причине твоя парная метка оказалась у этого незнакомца. Скажи, знаешь ли ты его?
Затаив дыхание, я, также как и все, следил за тем, что скажет Лантарин. Она по-прежнему в недоумении смотрела на меня, будто видела впервые. Однако, спустя мгновение согласно кивнула.
– Вот оно как! – удивленно поднял брови Йордар и продолжил допрос. – А, где вы встречались?
– В лесу. Он не из нашего мира, – ровным голосом ответила она и он показался мне совсем безликим.
– Не из нашего? – на какое-то время призадумался Йордар, а затем спросил. – Как же человеку не из нашего мира досталась твоя метка?
И тут Лантарин сдала меня со всеми потрохами:
– Он ее себе сам нарисовал, и она его сюда затянула.
– Что?! – мгновенно взревел ее отец, теперь уже разозлившись на меня. – И ты сам нарисовал?!
Вот, черт! Я совсем не ожидал, что Лантарин вот так запросто сдаст меня своему папаше. Похоже, сейчас в его глазах я буду выглядеть не лучшей партией для его дочери, чем обманщик-Дольгарст.
– Ну… в целом, да, – пришлось согласиться мне, так как с фактами не поспоришь.
Далее события стали развиваться по вполне предсказуемому сценарию. Йордар уже гневался на нас обоих, обзывая самозванцами и проклиная на чем свет стоит:
– Значит, вы оба вздумали лгать мне! Ни один из вас, так называемых «женихов», не получил метку честным путем по воле Богов! Оба ее себе нарисовали! Вас следует обоих четвертовать на месте за наглую ложь!
Мельком взглянув на Лантарин, я надеялся хотя бы на какую-то защиту со стороны эльфийки, ведь я вернулся сюда из-за нее, рассчитывая… А если подумать, не знаю, на что я рассчитывал. Мы с ней и в самом деле разные. Может, за то время, пока я отсутствовал она разлюбила меня и отдала свое сердце Дольгарсту? А любила ли она вообще? Или странное чувство необъяснимого притяжения мучило только меня, а сама эльфийка с легкостью позабыла о попаданце, так неудачно сделавшем себе татуировку и угодившем в ее мир? Глядя на Лантарин, я все больше убеждался в том, что она ничего ко мне не испытывает. Ее красивое и немного высокомерное лицо с яркими зелеными глазами в обрамлении густых ресниц выглядело абсолютно равнодушным. И даже если бы сейчас на ее глазах меня публично посадили на кол, она бы не проронила и слезинки. Что с ней стало? Неужели метки больше не работают и ее прежнее чувство уже не вернуть?
Пока я углубился в размышления, ее отец, яростно отчитав нас с Дольгарстом, вынес наконец, вердикт:
– Я суров, но справедлив, и наказание за одинаковый проступок будет одинаковым! Я изгоняю вас обоих! Моя дочь не достанется никому, покуда не найду я для нее достойного жениха, который станет моим приемником и наследником Северных земель, кои принадлежат моему роду испокон веков! Да и она сама видеть вас обоих не желает!
Дабы убедиться в своих словах Йордар оглянулся на Лантарин и та сдержанно кивнула, а я окончательно упал духом. Да, что не так с этой эльфийкой? Она мне мстит, что ли? Однако, в ее взгляде я не увидел ни толики хитрости, в нем отражалось лишь безразличие и надменная холодность, словно перед ней сейчас и правда находился грязный орк, недостойный ее внимания.
Довольно быстро уже без лишних разговоров охрана, состоящая из бывших сослуживцев Дольгарста, выдворила нас за пределы эльфийского городка. Его прежние сотоварищи из сочувствия к разжалованному командиру вернули ему его жеребца, но больше ничем помочь не смогли. Судя по всему, правила тут были такие: раз попал в немилость к Йордару Суровому, то сам и виноват, посему сам прощение и вымаливай.
Глядя на удаляющиеся фигуры эльфов, Дольгарст мрачно произнес:
– Ну все, ты – труп!
Это последнее, что я услышал перед тем, как мой напарник по несчастью размахнулся и направил увесистый кулак мне в лицо. Моя многострадальная челюсть еще не оправилась от его предыдущих ударов, поэтому новые я получать не спешил и уже был морально готов к его праведному гневу.
Отскочив в сторону на приличное расстояние, чтобы он сходу до меня не дотянулся, я попытался наладить диалог:
– Подожди! Сейчас-то нам драться зачем?!
– А мы не будем драться! Я просто убью тебя! – прорычал он и сделал еще один замах и снова мимо.
– Я против! – чудом выскользнув из-под удара, воскликнул я, при этом отрицательно замахав руками.
– Да, мне плевать! Ты лишил меня всего, к чему я шел долгие годы! Я теперь никто, такой же неудачник, как и ты! – рявкнул разозленный эльф и достал кинжал из-за пояса.
Дело стало принимать довольно опасный поворот и необходимо было быстро придумать, как успокоить эту разбушевавшуюся гору мускулов, иначе он и в самом деле порубит меня на фарш и даже не моргнет.
– Так, постой! – в примирительном жесте я выставил ладони вперед, осторожно поглядывая на лезвие. – Давай не будем ссориться. Мы оба попали в затруднительное положение и…
– Ты меня подставил! – заорал он, все еще угрожая мне оружием.
– Согласен. Но ведь ты же сознательно пошел на обман. Я понял, почему моя метка давала сбои, когда я попытался вернуться сюда. Все из-за тебя! Потому что ты нарисовал себе точно такую же, а три одинаковые метки в одном мире существовать не могут. Но если мне все-таки удалось сюда вернуться, значит, моя метка настоящая, а твоя – нет!
Дольгарст сделал очередную попытку кинуться на меня, но я снова увернулся. Это единственное, что я мог делать, стараясь сохранить свою жизнь, так как обороняться мне было нечем, да и силы были явно не равны. Оставалось только бегать от разгневанного амбала с кинжалом в руке.
– У меня есть пара вопросов, ответы на которые я найти пока не могу, – в момент передышки произнес я. – Первый: неужели, когда я исчез, моя метка не нашла тебя?
