Страница 4 из 4
Просторный шалаш недалеко от берега рассены по приказу князя своего соорудили недавно, как раз для гостей. В центре его камелёк из камней соорудили, а над ним отверстие малое, чтобы дым наружу уходил. Вокруг камелька вязанки лапника нарубленного лежали, прикрытые кусками рядна.
На них и уселись князья друг перед другом. Близнецы остались внутри шалаша, но у полога входного. А вокруг камелька да переговорщиков шебутились две сестры младшие Аси, Арья и Дарья. Сама Ася в своём шалаше осталась за сынком малым присматривать.
Сестрёнки же её, глазами постреливая в сторону чужака и дюжих близнецов, плошки глиняные с ухой наваристой на чурбаках расставляли, ковригу хлебную на куски пластали, ложки князьям с улыбкой и поклоном в руки совали. Федун даже языком зацокал, наливая в ендовы из липы вино красное, пузырьками исходящее.
– Честно признаюсь тебе, друг Яроглав, давно я уже красоты такой женской не видел. Ах, какие девахи – кровь с молоком! У нас здесь женщин единокровок раз, два и обчёлся. В основном местными полукровками пробавляемся. Их ведь чистокровные аримане не жалуют и третируют нещадно,так что они к нам жмутся.
Видно было, как умаслились глаза Федуна, бессовестно разглядывавшего девушек. Он так и «ел» их взглядом.
– Да и то сказать, далеко мы и от Гардарики, и от южных русов, что по Ра-реке да на Танаисе живут. Оттуда к нам князья местные только парней для службы ратной шлют. Девки редко с ними сюда попадают. А тут лепота какая перед глазами!
Он снова застрелял глазами в сторону сестёр. А они, услышав комплименты в свой адрес, зарделись, зашушукались меж собой, да князь их из шалаша от греха подальше вон погнал.
– Ну, всё, сестрички милые, идите ужо отсюда, дайте с другом моим по душам потолмачить.
Чарка за чаркой, разговорились князья, развязались языки, каждый о своём наболевшем стал рассказывать. Бурдючок винный уже наполовину опустел, когда Федун уже без обиняков всяких стал предлагать Яроглаву остаться со своим племенем здесь, в этих землях даурских, и вместе границу от ариман стеречь. Не знал он, что Яроглав давно другую мысль вынашивал. Хотел он продолжить путь на запад и среди родичей обосноваться. Жизнь бок о бок рядом с воинственными ариманами его не прельщала. Учителя небесные, когда ещё о коварстве желтокожих отцам -дедам рассенов рассказывали. А Федун, приняв задумчивость князя чуть ли не за согласие,снова вина плеснул в ендовы.
– Говорили волхвы великомудрые да старики древние, что ещё до мора страшного через наши земли проходило племя огромное, вот как твоё. Баили они, что с самого севера пришло это племя сюда и пеше, и на лодках по Ле-реке, что на север воды свои несёт. И звались они…
Сморщил лоб Федун, память напрягая.
– Кривичами, во как!
– Куда же племя это ушло?
– На закат Ярилы, друже.
– Что же здесь-то не осталось?
Князь даурский плечами пожал.
– Неведомо мне, кто и как говорил из наших с князем пришлых, но точно помню, что большую рать кривичи выделили нам в помощь.
На лице Яроглава появилось досадливое выражение.
– Выходит, мы, чуть ли не след в след за кривичами пойдём тропой натоптанной?
– Эко ты досужий! Ведь говорю же – давно это было. А в степи и особенно в лесу дремучем уже и через пять лет всё травой и подлеском так зарастает, что и не найти следов прежних.
Опять задумался Яроглав. Выходит, не одни рассены с семаргами мыкались на севере, не одни они стронулись оттуда в земли восточные, южные да западные. И ещё подумал он, что волхва старого, Пехтю, расспросить надобно бы. До рождения сына часто балакал он со стариком, многое узнал от него. А теперь уж полгода старика не видел, жив ли? В середине пути, когда племя его пеше и на лодках по Аму-реке шло, сказывали ему, что трое из пяти волхвов его племени в тайге сгинули. И среди них любимец племени и отец духовный князя прежнего, старец Онтий. Вот кто был воистину кладезем знаний всяких! Он мог и мёртвого оживить, и камень взглядом расплавить.
Яроглав ещё совсем мальчишкой часто слушал со сверстниками своими его байки. Говорил он, что не одни рассены с Арктиды материнской вышли. Отцы небесные несколько племён родственных на материк переправили, прежде чем канула родина их в пучину морскую. Одно плохо: детская память не всё в голове удержала. А когда Яроглав князем да отцом стал, всё недосуг было с волхвами по душам поговорить.
– Вот что, князь разлюбезный, – Яроглав приобнял за плечи захмелевшего Федуна, – оставаться нам здесь или не оставаться – пусть родичи мои на вече общем решают.
И тут же поднял ендову и голову склонил в сторону друга.
– А вино твоё красное очень добрячее, князь, никогда такого не пивал.
Заулыбался Федун от похвалы лестной…
ГЛАВА 5.
Двести пятьдесят парней с навыками ратными, да тридцать пять девах-невестушек оставил князь Гридай в степи даурской.
За эту услугу местные русы свою услугу предложили. Целый табун лошадей, целый обоз из крепких повозок теперь был у кривичей. На повозки они скарб свой сложили и не горбатились теперь под грузом тяжким.
Посылал князь Гридай гонцов к князю Булату в Голунь-град, да не вернулись они ни через год, ни через два.
Потому не пошли кривичи к столице сибирских русов, пошли южными степями бескрайними к Алтай-горам, на заход Ярилы. А тут к их обозу другой обоз малый прилепился. То купцы были аримановские.
Ведь и сейчас, в наши времена, китайцы-аримане мысль свою вынашивают – восстановить «шёлковый» путь для товаров своих многочисленных в края чужеземные.
А тогда, тысячи лет назад, только купцов аримановских русы в свои земли пропускали. Торговать – не воевать, дело это мирное. И доходили купцы эти и до Гардарики, и до Ра-реки, и за Южные горы спускались, и Хвалынское море обходили. Не умели аримане хорошо воевать, а вот в торговле равных им не было, всегда с наваром большим домой возвращались.
Поскольку с оказией купцы шли, местные русы охранную рать им выделять не стали.
Купцы Гридаю и рассказали, что если по северному ответвлению тракта идти, то придётся у Каменного пояса, где страна Гардарика лежала, через два больших водных потока переправляться: Оо-реку и Яик быстрый. Потому повёл князь племя своё по южному ответвлению тракта сибирского.
Дорога эта, как сказывали купцы, огибала с севера Арал-море и огромное Хвалынское море и через горы Южные уходила в междуречье Тигра и Евфрата. Этот маршрут шёлкового пути ещё со времён Хуан-Ди, Асура Великого наладился. После него ещё не одну тысячу лет по этому торговому пути купцы из Аримии свои товары будут возить, да войны и катаклизмы всякие прервут потом это дело мирное.
Иногда тракт проторённый шёл вдоль самых Змиевых валов, иногда недалеко отходил от них. Дивились люди творенью рук и ума Учителей своих небесных. Высокий земляной вал с наружной, южной стороны, был обрывист и неприступен. А за валом тем плескалась вода глубокая в канале-рве шириной не менее десяти сажен. На многие сотни, если не тысячи лет, Стена Великая, переходящая в Змиевы валы, стала санитарным кордоном, преткновением для тех, кто с юга хотел прорваться в земли северные, заповеданные русам их Учителями небесными. За многие дни и месяцы пути вдоль этих укреплений не раз попадались навстречу обозу разъезды малые дружинников, что стерегли Валы да следили за их состоянием.
В одном месте обозу пришлось остановиться надолго: нужно было дать отдых лошадям, перековать часть из них, отремонтировать повозки.
Вскоре в их лагерь пожаловала очередная дружина русов пограничных. Десятник дружины этой сообщил князю Гридаю, что встретил севернее этого места отряд конный, что от самого Голунь-града прискакал. Недовольство своё князь Булат высказывал, что мимо столицы кривичи решили пройти. Да теперь и подавно не хотел Гридай на север идти на поклон Булату. Только вперёд он смотрел, на заход Ярилы.
С трудами великими переправились кривичи через десятки бурливых речушек, с каменистым дном, и снова многие повозки пришлось чинить. И хотя купцы аримановские просили князя, несмотря на эти препоны, продолжить путь, Гридай им отказал в этом. Более того, когда дошли кривичи до верховий Оо-реки, где сейчас город Камень-на-Оби стоит, объявил он большой привал.
Сородичи уже знали, что это значит. Три таких долгих привала было на пути от Даурии до этих мест. И на каждом из них задерживалась община на два, а то и на три года. За это время кривичи успевали пополнить зерновые запасы, распахивая и засевая местные тучные земли, а в табуне заметно прибавлялось жеребят.
Ещё с Даурии кривичи гнали немалую общинную отару овец, которая тоже разрасталась на глазах, и люди от этих животинок молоком, сыром да шерстью пробавлялись. На мясо шли только ослабленные или раненые овцы да бараны. Ведь следом за обозом и волки плелись.
Да в Даурии кривичи щенками разжились, и теперь собачки эти верную службу служили, не давая степным хищникам разгуляться. А уж мяса в виде дичи лесной и степной охотники добывали достаточно.
Купцы, узнав об очередной долгой остановке, буквально взвыли. Раньше путь от границ Аримии до Гардарики или Южных гор занимал чуть более года, а в этот раз шли они караваном без малого уже семь лет. Товары пылились в дороге, ветшали, теряли свой привлекательный вид, и грозило купцам разорение в этот раз и только.
И в один из дней, не прощаясь с князем, купцы, плюя в сторону лагеря кривичей, погнали свой караван дальше на запад, видимо, посчитав, что в землях русов хунхузов уж точно нет.
Через несколько дней, после того как отлепились от них купцы, заметили люди в степи облако пыльное. Оказалось, что сюда с севера шло скопище людское. Пеше, на конях и повозках сотни людей шли, ориентируясь на шатры полотняные, что кривичи на берегу речки поставили, да на дымы, что из землянок поднимались. Гнали они с собой ещё и табун лошадей да отару овец, словом, всё как у кривичей было.
Памятуя о хунхузах треклятых, приказал Гридай на всякий случай повозки кругом вокруг лагеря поставить. Этот приём оборонительный он от даурских русов перенял.
А от скопища пришлого три точки еле заметных отделились. Вскоре к повозкам кривичей прискакали три всадника. И это были не хунхузы, которые, по правде говоря, до этих мест уже не добирались. Покряхтывая от боли в ногах, князь с десятником Коськой да сыновьями Минькой и Бусом стали напротив спешившихся гостей.
– Чьи вы будете, люди добрые? – Гридай чуть опёрся на слегу повозки, давая отдых малый ногам натруженным.
Ратник, с мощной выпуклой грудью, бугрящейся мышцами, с еле заметной усмешкой осмотрел защитные редуты кривичей.
– Я – сотник Коврат с сотоварищами из дружины князя Булата. А ты кто, муж великомудрый?
– Гридай, князь кривичский. А это, – повёл он рукой вокруг, – сыны мои, Бус да Минька, да друг мой, сотник Коська.
Кинул Коврат хмурый взгляд на князя.
– Потолковать бы нам надо, князь светлый.
– Отчего не потолковать. Потолкуем.
Дал он знак, и сыновья его подняли вверх слегу одной из повозок, пропуская в круг пришлую троицу. В просторном шатре князя тут же появилось несколько толстых чурбаков, на которые все и уселись.
– Вишь ли, князь, – без обиняков начал сотник, – сейчас сюда идёт только малая часть людей из стольного Голунь-града, а скоро не протолкнуться здесь будет.
– Что же заставило стронуться вас с северов?
– А то и стронуло, что морозы зимние год от года всё крепче да лютее.
Усмехнулся понимающе Гридай.
– Это и мы познали в пути своём тяжком от низов Ле-реки до её верховий.
– Ещё и другая беда подступает к нам, княже. Диво дивное на наших глазах творится. Остановилось течение в Оо-реке и вода в ней всё выше и выше поднимается, уже все нижние покосы залила. А главное, лето-то сухое стоит, за два месяца с неба не упало ни единой дождинки, а вода всё прёт и прёт.
Закрутил головой князь. Через полог открытый из шатра своего видел он, как стремительно неслись вниз воды молодой Оо.
Коврат проследил за взглядом Гридая, усмехнулся.
– Князь, в верховьях Оо прибыток водный ещё на взгляд не заметен, а Голунь-град на притоке Томи, что в Оо впадает, стоит, так там вода уже вспять повернула.
– Да отчего так то? – всё ещё недоверчиво проговорил Гридай.
Коврат сделал несколько глотков из ендовы, в которой плескалось аримановское вино, и отёр тыльной стороной ладони взмокревшие усы и бороду у губ..
– Вот и мы озадачились чудом этим невиданным. Но ещё год назад, когда поняли мы, что с Оо-рекой неладное творится, поговорил князь Булат с верховным волхвом Туграем, и решили они отправить вниз по реке три лодки с гребцами крепкими. А два месяца назад вернулись гонцы. Правда, одна из лодок во время шторма сильного вместе с людьми сгинула, а вторую лодку с людьми уже на обратном пути в водо-ворот страшный затянуло.
– Эко беда какая приключилась, – вздохнул Гридай.
– Та беда – ещё не беда, князь светлый…
Ярило уже к горизонту клонилось, но лучи света ещё заливали шатёр, и было видно, как побледнело лицо сотника.
– Страшное узрели в низовьях Оо-реки наши гонцы. Стена из льда с севера на юг надвигается, князь. Потому препоны из торосов ледяных и остановили движение вод реки к морю Северному. Летом ещё удаётся великой Оо промывать свой путь через льды, а зимой мороз реку до дна прошибает, вот она и пятится вспять. А поскольку Ледник северный и не думает отступать, а всё дальше на юг ползёт, решил князь Булат людей из Голунь-града да деревень нижних загодя на юг в эти земли отправить. А ещё разведчики наши поведали князю, что перед Ледником Оо стала вширь разливаться. Места там низкие, и, если Ледник и дальше на юг ползти будет, море бескрайнее скоро и до столицы нашей дойдёт…
Прав был сотник. Ледник северный, неотвратимо наползавший на более южные земли, со временем перекроет сток всех великих сибирских рек, и от Каменного пояса до Колымы-реки возникнет огром-ное море Сибирское. А когда переполнится и оно, хлынут воды его через Тургайскую ложбину в Туранскую низменность и два местных озера в тех краях – Хвалынское озеро-море и Арал – настолько переполнятся, что станут на долгое время единым морем безбрежным. Но это произойдёт через сотни лет после описываемых событий…
По кругу людскому пошла воистину княжеская ендова, огромная и почти до краёв наполненная. Тяжело вздохнув, принял Коврат ендову, сделал два жадных глотка из неё.
– Хотели мы в этих местах пока обосноваться, дождаться, когда талые воды схлынут с гор, да теперь вижу, тесно нам будет здесь вместе.
В голосе сотника не то что угроза послышалась, но упрёк – это точно. Своей считали местные русы эту землю и, видимо, делить её ни с кем не собирались.
Склонил Гридай седую голову на грудь и надолго замолчал, собираясь с мыслями.
– Ты, сотник, не тужи зря. Мы то, что весной засеяли, осенью соберём да дальше двинемся, так что освободим эту землю, не боись. Хотя ещё бы на год задержались. Больно хороша здесь землица, особенно для ржи.
– Да куда же вы путь свой держите?
Князь, неопределённо хмыкнув, только руками развёл.
– Земляки наши, семарги, на восток пошли. Там, за океаном Великим, Новая Земля лежит, ещё краше этой. Но Учителя наши небесные не только про Восточный, но и про Западный океан баили. Вот до него и хотим дойти.
Ничего не сказал в ответ Коврат. Только знал он от служивых, что прибывали сюда с запада, от князя Булата – чем западнее, тем многолюднее племя русов.
Ну да его какое дело, главное, место для переселенцев освободится…
Глава 6
На вече большинство рассенов высказалось за то, чтобы идти дальше на закат Ярилы.
Мимо их лагеря не однажды артели рыбаков да охотников проходили. От них переселенцы всё тревожней новости узнавали. Трещала по швам Стена пограничная. Не всегда русы успевали латать проломы в ней. А через них кто только не проползал на их земли. Всё больше и больше становилось хунхузов и других безродных и воинственных бродяг в степи.
Хоть и велика была Стена, на тысячи вёрст раскинулась, а защитников, особенно после мора, сильно поубавилось.
Бандиты во все времена своё звериное ремесло насилием да кровью разбавляли. Немногие семьи, несогласные с решением вече общего, решали отпочковываться от общины и жить своей жизнью. Но вот незадача: никогда, ни с кем рассены не воевали, так как не с кем было на северах воевать. И если племени огромному наскоки мелких банд были не страшны, то семьи малые, что ушли из общины, хлебнули лиха. Мало кто из них успел угнездиться на новых местах да корни прочные пустить. Но именно вокруг них потом стали возникать десятки новых племён со своим укладом жизни, языком, верой.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
