Света была дома и наблюдала за всем происходящим со стороны. Мишик предупредил о срочном заказе. Задержится допоздна.
Света с детства любила смотреть в окно. Этакий «реальный» телевизор. Ей нравилось наблюдать за проходящими мимо людьми, замечать мелочи и придумывать разные истории. Например, сегодня Марья Семеновна с пятого этажа вышла гулять в новом пальто, дядя Андрей из первого подъезда куда-то спешит с целой охапкой цветов, а дворник – студент Сережка часто не убирает за детской площадкой.
В детстве от окна ее могла оторвать лишь Наташка, которая приходила в комнату и включала по радио «театр у микрофона». По радио они слушали детективы и классику, полностью погружаясь в мир голосов ведущих, волнующих постановочных звуков. Как же тоскливо выл по радио волк, как страшно скрипели плохо смазанные двери, как громко билось от страха сердце главного героя и, как внезапно тишину взрывал голос тихо подкравшегося убийцы. В маленьких головках сестер рисовались целые фильмы. Иногда, послушав радио, они крепко обнимались – так было страшно, или хохотали во все горло – так было смешно.
Сейчас Света сидела у окна и думала. Как здорово быть дома в тепле, когда на улице отвратительная погода. Как здорово, что она нашла интересную работу, за которую еще и платят. Как здорово, что у нее есть Мишик, любимый, понятный, настоящий. И еще – как было бы здорово, если бы папа вернулся к маме и возродилась дружная семья. А пани Абсолют влюбилась бы в какого-нибудь богатого латиноамериканца и укатила бы подальше от них навсегда! Все произошедшее забылось бы как дурной сон, а в душе снова воцарилось потерянное равновесие.
В коридоре хлопнула дверь, и зажегся свет.
– Светка, опять на подоконнике сидишь?– крикнул из коридора Мишик.
– На табуретке, – ответила Света и вышла встречать мужа.
– Привет, – Мишик, чмокнул Свету в щеку и, потирая озябшие руки, вошел в зал.
– Соскучилась, – Света села рядом с мужем на диван и тесно прижалась к нему. – Слушай, как ты считаешь, зачем на земле живут такие тетки как пани Абсолют?
– Странные вопросы вместо доброго и традиционного «привет, любимый»! Почему о ней вспомнила?
– Да так, – покачала головой Света. – Просто размышляла сейчас о жизни, о нашей семье, о маме с папой. Разве не странно, жили-не тужили, но вдруг появилась тетенька, разрушающая чужие семьи. Неужели она для того и родилась? Почему именно нам попалась? Зачем ей наш папка, когда вокруг полно других мужиков! Нинка по миру постоянно ездит, могла бы и заграницей кого-нибудь к рукам прибрать.
– Ясненько, – Мишик сладко зевнул и потянулся. – Давай по порядку. Родилась она потому, что ее мама с папой так захотели. Это, во-первых. Во-вторых – почему ты во всем винишь пани Абсолют? Ваш папик, насколько я его успел узнать, вовсе не «бычок на заклании». Обычно, у взрослых людей отношения случаются по обоюдному согласию. Были, очевидно, предпосылки для расставания ваших родителей, а тетенька явилась как бы катализатором, ускорителем процесса. И, в-третьих – что ты вообще о Нине знаешь? Может она самая что ни на есть достойнейшая женщина, но так сложилась судьба. Может она в лице именно вашего папы нашла свою запоздавшую любовь? Ты, в первую встречу мне совсем не понравилась. Ничего особенного и возуждающего. Если помнишь, я на тот момент состоял в отношениях с довольно привлекательной особой.
– И что? – прищурив глаза, протянула Света.
– А то, что при второй встрече я в тебя без памяти влюбился! И даже женился!
– Неужели пожалел?
– К счастью нет, – Мишик прижал жену к себе. – Но, если честно, то для моей бывшей подруги, ты тоже – пани Абсолют! Появилась, понимаешь, охмурила мужика и всю жизнь под откос пустила.
– Да, ладно, – дернула плечами Света. – Вы не были женаты и детей не имели.
– А это не важно. Или, думаешь, моя бывшая подруга меньше страдала? Поди, тоже переживала, слезы в подушку лила и тебя гадкой, разлучницей обзывала. Взгляни на ситуацию с другой точки зрения.
– Да взглянула я уже, взглянула, – пробурчала Света. – Но папа мне родной человек, а пани Абсолют – совершенно чужая тетка
– Категорически с этим согласен, – Мишик провел рукой по Светиной груди. – Говорить мне сейчас хочется меньше всего.
7.
Приближался папин день рождения – шестое декабря. День Рождения был, а папы рядом нет. В гастрономах полно еды, которую он любит, в книжных магазинах полно книг, которые он обожает читать, в автосалонах полно машин, о достоинствах и недостатках которых он любит поговорить. Всего вокруг полно, а папы рядом нет.
Накануне вечером Света поехала к маме. Они мыли новый кухонный гарнитур и ставили туда посуду. Вместо старой белой мебели, мама заказала желто-бежевую и теперь откровенно любовалась ею.
– Господи, посмотри, Светик, какая красота! Солнечно, радостно!
– И не говори, – Света с тряпкой присела на табурет и тоже оглядела обновленную кухню.
– Знаешь, – мама с любовью протерла дверцу очередного ящика. – Я такая счастливая!
– Наконец-то! – Света обняла маму. – У меня одна знакомая говорила, что чем хуже у на душе, тем чище дома. Она бешеной уборкой стресс снимала.
– Вот видишь, во всем есть свои плюсы!
– А я по-старинке, – вздохнула Света, – заедаю стресс.
– Родион в дни душевной смуты любил машину чинить.
– Ой, помню, – расхохоталась Света. – Потом приходил из гаража такой значительный, уставший и чумазый.
– Хотя машину после этого все равно в ремонт отдавали.
– Мам, – осторожно начала Света. – У папы завтра День рождения. Будешь поздравлять.
– Не знаю, – мама задумчиво пожала плечами. – Думаю, надо. Позвоню. Тем более, он кое-какие документы для развода должен донести.
– Страшное слово – развод, – Света облокотилась на стенку и заметно загрустила. – Вы прожили двадцать пять лет, а рухнуло все в одно мгновенье. Видимо, на свете нет ничего вечного.
– Так оно, доченька, – мама тоже присела за стол. – Даже Вселенная однажды, как утверждают гениальные умы человечества, закончит свое существование.
– Ты часто вспоминаешь папу?
– Пока да. Кухню новую привезли, установили, а я по привычке думаю –понравится ли Родику? Кровать новую приглядывала и тоже о нем мысли.
– А если не разводится?
– Какой смысл? – мама поправила волосы. – Но вы папу с Наташкой обязательно поздравьте.
– Подарок стоит дарить? Или так, устными поздравлениями обойтись.
– Не знаю. Сами решайте.
– Мы с Наташкой видели Нину Семеновну, когда тебе мебель выбирали. Такая цыпа-дрипа, придраться не к чему! Слушай мам, зря торопишься с разводом. Пусть бы тетенька помучилась еще с годик и пожила бы с папкой в роли любовницы. Любовница и жена – две разные вещи, с разной степенью престижности.
– Убеждена, что ей глубоко наплевать.
– Ой, сомневаюсь.
– Пусть берет коли надо, – мама махнула рукой и принялась помогать Свете расставлять посуду. – Не хочу больше жить в прошлом.
– Ну, тебе виднее. Давай подкопим денег и поедем в Париж!
– Боюсь, – мама, кряхтя, слезла с табурета, – это уже не так актуально.
– Глупости! – Света отодвинула маму и сама встала на табурет. – Париж актуален всегда! Подай-ка, мне супницу!
– Как в «Чайке» Чехова? Там, правда, в Москву рвались. А мы в Париж желаем. Знаешь, когда мы с Родиком впервые за границу попали, в Венгрию, у меня случился самый настоящий культурный шок! Боже, оказалось можно жить по другому. Родик чуть ли не возле каждой машины плакал . Я же слезами в магазинах заливалась. Красивые вещи, необыкновенно вкусные продукты. Все другое! – мама махнула рукой и снова с любовь стала поглаживать желтые шкафчики. – Моя новая жизнь продолжается!
Мама еще что-то говорила Свете, рассуждала о перспективах, о гарнитуре, о поездках. Света слушала не очень внимательно. Как за столь короткое время мама стала другой?
В самом начале казалось, жизнь разрушилась навсегда. Казалось, маму не вытащить из болота тоски и отчаянья. Но прошло четыре месяца и она уже почти спокойно говорит о разводе, о перспективах.
– Ты, правда, отпустила папу? Извини, – Света смутилась.
– Я не то чтобы отпустила, – мама задумалась и замолчала, подбирая слова. – Чем больше времени проходит, тем Родик становится дальше от меня. Сейчас уже на расстоянии вытянутой руки. Вроде близко, но не вместе. Он словно родственник. Любимый, понятный, может и не самый лучший, но родственник. Мне до сих пор больно, тоскливо и одиноко. Только не так остро, мучительно.
– Мама, мама, – Света обняла маму. – Как бы я хотела возвратить прошлое. Но ничего не возвратить, правда?
–Ничего, – мама погладила Свету и села за стол. – Господи, какая у меня красивая кухня.
Папа пригласил Свету с Наташкой на свой День Рождения в ресторан, клятвенно пообещав дочерям отсутствие «мымры».
Наташка радостно злорадствовала по телефону:
– Хорошо, что мы папке первыми полседьмого утра позвонили! Мымру точно разбудили. Нечего ей спать допоздна.
– А вдруг тетенька в полшестого утра встает, нашему папке кашку варит и гренки поджаривает? – веселилась Света.
– Прямо! – не унималась Наташка. – Папка с нами, между прочим, решил отпраздновать День рождения!
– С ней он после дома спокойно за рюмочкой коньяку посидит. Пани Абсолют своего не упустит, будь уверена.
– Ну и пусть!
– Подарки делать будем? Я вчера в парфюмерный магазин забегала. Давай одеколон купим. Будет брызгаться и нас вспоминать.
– А его мегера пусть нюхает и бесится.
– Думаешь, будет беситься?
– Конечно! Мымра может прямо из городу Парижу привезла одеколон за тысячу евро, а тут мы встрянем с брызгалкой за три тысячи рублей. Папа каждый день будет душиться и бесить ее, – хмыкнула Наташка. –Договорились? Встречаемся в семь у ресторанчика. Только еще раз предупреждаю, я минут на десять попозже зайду. Ты посмотри реакцию и потом расскажешь.
– Дура ты, Наташка!
– Сама знаю. Пока!
Света сидела в ресторане с папой. Но, к счастью, слезы уже не душили и на душе царил относительный покой. Папа изменился. Во взгляде исчезла расплескивающаяся мутная неуверенность, отчаянье и тревога. Уверенный, благополучный, спокойный. Впрочем, это быстро прошло, поскольку папа в ожидании Наташки стал нервно поглядывать на часы и посматривать на телефон.
Света слегка улыбнулась, представив, как сестра, отсчитывая минуты, стоит около кафе.
– Пап, Наташа обязательно придет. Ну, немного задерживается. Дорога, пробки и прочее. К тому же, подарок у нее.
– Господи, да какие там подарки! –взволновано ответил папа. – Я так рад вас видеть, так соскучился. Встреча с вами – лучший подарок!
– Чего ты тогда не встречался с нами раньше? – не удержалась и съязвила Света.
– Хотел, чтобы страсти маленько улеглись. Тем более, Наташенька негативно отнеслась к моему уходу.
– Позитивно к твоему уходу из семьи отнеслась только мымра. Хотя, – Света осеклась и погладила папу по руке, – у тебя сегодня День рождения. Давай больше не говорить о плохом.
– Я только за! – папа облегченно улыбнулся. – Даже не знаю, как у меня получилось вырастить таких чудных девочек! – в папиных глазах блеснули слезы и он, смутившись, отвернулся.
Через пару минут, выждав положенное время, в ресторан вошла Наташка. Она решительно подошла к столику, и даже не снимая шубу, сразу вручила папе пакет с подарком.
– Папа, это от нас со Светкой. Надеюсь, понравится. Поздравляю! – Наташка быстро чмокнула отца в щеку.
– Спасибо, девочки, – папа вскочил и помог Наташке снять шубу.
– Будешь брызгаться и нас вспоминать.
– Да, я и не забывал, никогда, – папа быстро распаковал подарок и радостно улыбнулся. – Ой, спасибо, мой любимый аромат! Знаете, Ниночка привезла мне из Испании пару каких-то новых дорогущих духов, но они не очень нравятся.
– Прямо, как в воду глядели, – фыркнула Наташка. – Мы тебя знаем намного лучше пани Абсолют.
– Конечно, конечно, – папа примирительно закивал головой. – Ну, давайте для начала сделаем заказ, а потом поговорим. Согласны?
Ужин прошел прекрасно. Пусть ненадолго, но они снова стали одной семьей. Было о чем рассказать друг другу, чем поделиться и что обсудить. Долгая вынужденная разлука сделал их еще ближе. Снова не было никаких стен, препятствий, чужих злобных тетенек, пытающихся сделать больно. На кофте у Наташки, красочно расписывающей трудности ремонта в маминой квартире, поблескивала новая брошь, подаренная папой. Света тут же не преминула проконсультироваться по поводу банковского вклада. А папа советовался с дочерьми на счет перехода на более оплачиваемую и престижную должность. Снова идиллия. Не хватало только мамы.
В середине вечера у папы зазвонил телефон. Он ответил и радостно заулыбался:
– Любочка! Спасибо, родная. Да доченьки со мной в ресторане. Может, тоже подъедешь? Нет? Приезжай, буду очень, очень рад! Ну, как хочешь. Документы? Хорошо, тогда часиков в восемь вечера домой завезу, —папа резко осекся и помрачнел, – к тебе домой завезу. Конечно, не затруднит. Договорились, еще раз спасибо за поздравление! До завтра, пока.
Папа отключил телефон и отстранено посмотрел в окно. Возникла неловкая пауза. Света не выдержала и спросила:
– Мама?
– Да. Как она?
– Нормально, учитывая обстоятельства, – Света пожала плечами. – Завтра встретитесь. Квартиру не узнаешь. В ней все другое.
– Теперь и мы другие, – папа стряхнул с себя грусть и радостно продолжил. – Давайте выпьем, что бы наши мечты сбывались.
– За сбытие мечт пить нельзя! – отрезала Наташка.
– Почему? – удивился папа.
– Можно сглазить. Пьют только за перспективы!
– Как интересно! – хмыкнул папа и подозвал официантку. – Девушка, еще бутылочку игристого вина.
