Страница 5 из 7
– Хирургию мобильную не видали? Куда же мне сдать раненого, истекающего кровью воина?
Какой-то наемник из европейской страны, должно быть, почувствовав соотечественника, спросил у Паши:
– Where are you from, countryman?
И тот ему ответил:
– From the pussy on skis.
Наемник надолго завис, осмысливая сказанное, а отходя, тихонько хрюкнул.
– Ты лучше стони, Павлик, а ереси не болтай.
– Не ссы, Серёга – прорвёмся или порвемся: третьего не дано. Мы приехали здесь деньгу срубить да местных героев ниже плинтуса опустить. Робких и вежливых никто не боится.
Порядка в блиндажах и окопах, как такового, не наблюдалось. Военный люд на чистоту жилого помещения абсолютно внимания не обращает. Не чистят между боями штатное свое оружие и стволы орудий не приводят в порядок – все по херу! Пускай дроны воюют, а бойцы будут прятаться. Такой настрой.
Однако всё-таки, что-то схожее с настоящей армией имеется. Степень боевой готовности войск выше, чем у территориальных батальонов. Милитаристический шовинизм и нацизм наблюдаются повсеместно.
А народ здесь разный. Набранные по призыву – ленивы и пугливы, норовят в плен сдаться или сбежать. Иностранные наемники невыносимо тупят и часто гибнут по этой причине. «Азовцы» и прочая профашистская нечисть являют рвение по всем направлениям – убивать, грабить, воровать. И только за родину умирать они не шибко охочи.
Наемники разные на фронте встречаются. И все меж собой, переняв у хохлов, называют американцев «пендосами». И не вышибить…
– Сука, ой… – в очередной раз хрипел Паша Семченко, держась за якобы простреленный бок, когда машину «польского корреспондента» остановил патруль в небольшом прифронтовом городке.
Сергей, суя документы им в руки, объяснял:
– Я польский журналист. А этого дорогой подобрал. Мне сказали, где-то ездит передвижной, типа, госпиталь – хочу сдать с рук на руки.
– Раненый – это морпех?
– Типа того.
Начальник патруля хмыкнул и покачал головой:
– Мобильного госпиталя здесь не видел. «Санитарки», бывает, приезжают.
В этот момент на фронтовой городок пошли москали в атаку – послышались крики и стрельба.
Патрульный предложил:
– Давай морпеха твоего занесем пока в подъезд – в машине сидеть опасно.
Так и сделали. Спрятались, переждали и попали в ловушку. Из дома шмальнули по наступавшим, и те принялись в ответ стрелять по окнам короткими очередями из автоматов.
Патрульные убежали на этажи. Сергей и Паша хоронились в подъезде, а потом перебрались в чью-то брошенную квартиру.
Пальба потихоньку начала стихать.
Сергею захотелось пить. Он пробрался на кухню и покрутил краны над раковиной. Они пошипели и выдали порцию грязно-коричневой жидкости, которую водой можно назвать с очень большой натяжкой. Пить это совершенно невозможно.
Открыл холодильник. Обнаружил две бутылки с этикеткой «Флуераш». Открыл, попробовал – вкусно и утоляет жажду. Одну тут же приговорил, вторую понес Паше. И тут оконное стекло разлетелось в дребезги, и в бок холодильника что-то с треском впечаталось.
Сергей даже не успел ничего подумать, ноги сами вынесли его из кухни и кинули на пол в соседней комнате.
Громыхнуло прилично – на голову посыпалась штукатурка, с потолка грохнулась люстра на пол, и висевший на стене ковер печально обвис одним углом.
Паша, лежащий на полу в соседней комнате, окликнул:
– Ты как там, жив?
– Из подствольника, наверное, влупили.
– Серый, что делать-то? Сейчас они в дом полезут. Ты-то корочками корреспондента прикроешься, а меня точно под раздачу.
– А ты лежи точно убитый – мабуть пронесет. А сильно гранатой-то приложило. Тебя не мутит?
– Да не все, как надо.
– Ты лежи, я в окошко гляну.
Глянул, вернулся к Паше, рассказал:
– Кажется, готовятся к зачистке дома.
– Вот мы попали!
– Не ссы! Сдадимся в плен. Тебе не привыкать.
– Давай на той стороне обстановку посмотрим.
Друзья перебежали подъезд в дверь напротив. Оказалось, что с этой стороны кромешная тишина – и окна целы, и людей, палящим из автоматов, не видно. А видна машина, припаркованная у кустов в углу двора. Пока патруль нес Пашу в подъезд, Сергей отогнал её туда.
Теперь, без шума растворив окно, друзья спустились во двор и, никем не замеченные, добежали до авто.
Паша прокомментировал ситуацию:
– И занесло же нас, идиотов, в кромешный ад.
До темноты дожили без происшествий, а потом все стихло, и показалось, что городок опустел – хохлы и кацапы взаимно и дружно отступили на противополжные окраины. А весьма довольные таким раскладом бывшие спецназовцы гнали машину до самого Киева. По прибытию в столицу, друзья напились и улеглись отсыпаться – Сергей у себя дома, а Паша в офисе.
Отоспались и созвонились.
– Что будем делать?
– Как что? Искать эту дребанную душегубку.
– Где?
– Поедем теперь на курский фронт – там кровь рекой и осердей куча..
– Да шмаляют покруче Донбасса.
– Вряд ли мы найдем «душегубку» у себя дома.
Плюнув на всё, в том числе, и на жизнь, Паша согласился:
– Ну, приезжай за мной, милый мой.
В Курской области ситуации другая. Сначала наступали колоннами бронетехники, а как кацапы за них взялись, разбежались по кустам, пряча танки и орудия. Несколько приграничных поселений с жителями успели взять в заложники. И этим спаслись от немедленной смерти. Война обернулась другой стороной. Тут бы живыми уйти домой, а командование приказало – держитесь, герои, вы в России!
В таких условиях, как и где тут «душегубку» искать?
Возле трупа у обочины Сергей тормознулся – присел на карточки и начал его осматривать.
– Что там высматриваешь? – спросил Паша.
– Смотрю – оперировали или нет, – Сергей оценил павшего героя. – В башку попали, живот цел – только резать, морозить и продавать. Где дребанная «душегубка»?
Вернулся в машину. Паша ему:
– Какой бессмысленной хренью мы сейчас занимаемся. Давай вернемся в мирное время и будем отстреливать врачей-отравителей. Там все понятно и под рукой – на наш век хватит.
Сергей грустно хлебнул из банки пива и сказал:
– Может, ты и прав. Давай так поступим. Вернемся в Киев, Дам тебе денег – возьмешь машину напрокат и купишь АПБ. На флешку скину все фотографии отравителей – в офисе есть компьютер. И стреляй себе пентагоновских врачей на здоровье. Только деньги, учти, пополам. А я вернусь на фронт и буду искать «душегубку». Обещал серьёзным людям…
Паша напомнил:
– И за неё половина моя.
– Так будет лучше – подвел Сергей черту.
– Материться не будем: все нормально, – подал лапу Пашка, скрепляя уговор.
Сергей грустно обшарил окрестности взглядом и повернул машину на запад.
Через пару дней, попрощавшись с Иннесой обычным способом – кровать, ресторан – он укатил на фронт на ветхом внедорожнике, приобретенным по случаю, искать проклятую «душегубку. А Паша намеревался послужить родине, отлавливая и уничтожая врачей-отравителей.
На первой стоянке, а случилась она на заправочной станции – бензина не быго, но вот-вот должны завести – Сергей а инете искал любое упоминание о мобильном госпитале.
Как его выловить проклятущего:? – призадумался шеф сыскного бюро.
Время было, и он ввел в поисковик инета пару услышанных от Сани словечек – а ну-ка, зазырим! Полазил по темам, пошарил по форумам – много чего познал интересного, главного не понял, как разыскать «душегубку» на фронте?
Кликая объявления о продаже человеческих органов, Сергей влез в какую-то муть, Пора завязывать! К тому же, заправщик пришел. Хотел мобильник отключить – вдруг на глаза попала интересная ссылка: «Исполняем желания. Цена договорная».
Серега, ради прикола, последний раз кликнул по ней. По монитору побежала в ярких тонах надпись: «Программа исполнения желаний». Он включил и пока заправлялся, программка эта загрузилась в мобильник.
Сергей подумал, лажа какая-то, и остановил знакомство на потом. И снова запылила дорога на фронт. Оказывается, вдвоем не только веселей ехать, но и страха перед надвигающимися событиями вдвое меньше.
Патруль тормознул:
– Откуда, куда, зачем? Документы…
– Я журналист, из Польши. Вот аккредитация и паспорт.
– Ага, понял, – и офицер вернул документы, даже не взглянув на них. – В Рашку едете? Не такой-то машине? Не советую. Не москали, так свои обстреляют.
– А как?
– На перекладных. Вы же журналист. Мне вас учить?
Сергей иак и сделал – вернулся в Сумы, остановид машину на стоянке, а сам отправился искать попутку.
Тем временем, Паша, выследил тетку со строгой рожей учительницы, и выстрелил ей голову из АПБ в том же арочном проходе под домом. И сказал голосом американского героя из американского фильма:
– Ничего личного, извините, мадам, только бизнес.
Уже в офисе, наедине с водкой, взяв себя в руки, утешил душу мятущуюся грубой фразой:
– Однозначно, скотина!
А потом его развезло, и Паша отравился искать проститутку.
Возле ресторана одна шибко понравилась – в коротенькой клетчатой юбчонке, задорная шибко.
Заметив к себе внимание, призывно заголила стройную ножку до самых трусиков.
Паша облизнулся и вылупился во все глаза.
Девушка улыбнулась, но сказала строго:
– Но-но, не надо слюни распускать. Сначала деньги покажи. А то я знаю вас, защитников родины – всегда нахаляву ломитесь.
– А почем палка?
– Смотря, каким способом.
Услышав расценки, Паштян потер лоб. Перспективы почему-то были не радужные – стоило призадуматься. Однако, с другой стороны – он сегодня заработал кучу денег. Только в кармане пока пустота.
Девица потеряла к нему интерес.
– Послушай, никак нельзя договориться в долг – друг приедет, я деньги отдам. Или могу услугу оказать – у меня есть машина.
– Так покатайся таксером пару кругов
– Я выпивши…
