Но был бы у меня другой характер, я бы не сидела и не мучилась сейчас над вопросом “Кто я?”. Нормальные люди таких вопросов не задают. Они и так знают.
* * *
Так, толком не начавшись, закончивается моя первая попытка установить связь с подсознанием.
Но я делаю вывод, что мне необходимо, нет – просто обязательно, найти дело по душе – чтоб приносило и доход, и удовольствие.
И тогда, возможно, я смогу уйти наконец с работы.
* * *
Из дневника:
25 января, понедельник
“Есть люди, которые боятся потерять работу.
А я мечтаю её потерять…
Но она не теряется.
Мне ничего не грозит даже в случае сокращения, т.к. сокращать будут, в первую очередь, пенсионеров.
А их у нас больше 50 %.
И я не знаю, что должно случиться, чтобы меня уволили…
Хотя, нет. Знаю.
Должно пройти 9,5 лет, и тогда я выйду на пенсию.
Но это не точно.”
1 апреля, четверг
“Я живу какой-то странной жизнью.
Я будто заставляю себя жить….
Утром я заставляю себя встать….
Потом я заставляю себя идти на работу…
После работы я заставляю себя мыть посуду, готовить…
Даже смотреть вебинары… и это тоже я себя заставляю…
Но самое сложное – это заставить себя лечь спать.
А где радость, Карл?
И в чём, вообще, смысл?
Смысл жизни – он в чём?”
5 ЖИЗНЕЙ
Однажды, в один прекрасный или не прекрасный день, когда я провалилась в очередную депрессивную яму, успешно вырытую мною же в предыдущие годы безуспешных скитаний в поисках своего “Я”, Вселенная протянула мне руку помощи. Сейчас я воспринимаю это именно так.
А тогда это выглядело как маленькое психологическое упражнение на странице очередной умной книжки.
Там было много других упражнений, но взгляд выцепил почему-то именно это.
Выглядело упражнение так:
________
Опишите 5 жизней, которые вы бы хотели прожить: возможно, жизнь актрисы, путешественника во времени или резчика по металлу.
________
Шучу конечно. Там не было профессии резчика по металлу. Но не потому, что вряд ли кто-то захотел бы прожить жизнь резчика по металлу, а просто потому, что я не помню, какие профессии приводились в примере.
В памяти остался только собственный, который и положил начало тому, что моя жизнь потихоньку начала съезжать на другие рельсы, хотя поначалу я этого не заметила. Возможно потому, что рельсы выглядели ржавыми и старательно маскировались под запасной путь.
Тем не менее, я этот момент отметила, и даже записала.
А ведь несмотря на то, что я сама выделила это упражнение среди других, поначалу оно вызвало у меня лишь скептическую усмешку: я уже делала подобную технику пару лет назад, и это ничего не изменило. Только жизней там было 10. И их предлагалось расставить по ранжиру: та, которая займет первое место, автоматически указывает на приоритетную значимость – это важная часть личности, но по какой-то причине неосознаваемая. Ей и нужно уделять внимание в первую очередь.
Помню, я долго не могла придумать десятую жизнь (меня и предыдущие-то 9 изрядно напрягли), в итоге написала – художник. А потом она же оказалась на первом, что меня сильно разозлило. Победа ей досталась лишь за свободный график и возможность работать в одиночестве без надзора начальства, но начать её проживать я по уважительным причинам не могла: рисовать не умею, хоть и пыталась не единожды научиться. Да и дело к пенсии…
А тут, ага, жизнь художника…
Но вот годы прошли, а я опять у того же корыта. Снова мне предлагается выбрать жизни, только теперь их количество сократилось вдвое – 5. Как будто я прохожу уровни в игре, и половину уже истратила.
Меня мучали раздражение и апатия одновременно, и в умных книжках я искала выход. Поэтому сказав себе, ну давай, что толку злиться, попробуй, возможно сейчас ты придешь к другому выводу, я взялась за карандаш.
* * *
Я поставила цифру один, и немного подумав, написала – художник. Скорее из вредности (здесь сыграло свою роль раздражение): раз эта жизнь вышла победителем в прошлый раз, вот пусть и участвует в полуфинале. Тем более, она по-прежнему привлекала меня аутентичностью и отсутствием ограничений в виде начальства: сидишь себе в студии и рисуешь, рисуешь… И никто не стоит над душой.
Ладно, поехали дальше. Цифра два. Поэт. Я немного удивилась, но анализировать не стала. Потом разберемся. Дальше… Писатель (но не просто писатель, а тот, кто придумывает крутые миры, то есть фантаст, внес поправку внутренний голос). Ладно, кхм… Кто ещё? Режиссер.
Так, так, так… Что-то эти товарищи подозрительно смахивают друг на друга, словно вышли из одной светской тусовки, продолжая на ходу неоконченный разговор о роли человека в искусстве.
Я их даже определенно видела – этих личностей, проявившихся по очереди из тени, и все они были почему-то мужчинами – в пенсне и во фраке, как с картин 19-го века: немного Грибоедов, немного Крылов.
Только режиссер смахивал на Эльдара Рязанова, и он один сидел, свободно развалившись, а остальные стояли, почтенно склонив голову. Словно ожидая своей участи – кого же из них я выберу.
Но их только четыре. Кто же пятый? И тут из-за портьеры выпорхнула милая кокетка неопределенных лет.
В длинном красном платье с кринолином, затянутая в корсет и с локонами до голых плеч, она игриво прикрывалась веером, и своим утонченно-изысканным обликом показывала, что явилась оттуда же – из позапрошлого столетия.
Ну, здрасьте, приехали… Это ещё кто? Актриса? Я бы не отказалась выглядеть также изысканно, но в таком старомодном виде никуда не пойдешь: действительно, разве что на сцену.
Хочу ли я прожить жизнь актрисы? Я задумалась, погрузившись в себя. Определенно, нет. Это значит, быть всегда на виду, да ещё и под пристальным прицелом: репетиции, съемки, встречи со зрителями, интервью… Необходимо постоянно держать себя в форме, заучивать большие объемы текста и много контактировать с людьми. То есть, жить в вечном напряжении.
Нет, точно нет. Такую жизнь я хочу себе меньше всего. Несмотря на всю привлекательность возникшего образа.
Ну, и нечего тогда мне тут… веером махать. Я прогнала кокетку обратно за портьеру.
Тогда кого взять пятым?
Я оглядела снова весь список:
1. Художник
2. Поэт
3. Писатель
4. Режиссер
5. …
Конечно, я догадывалась, почему выбрала именно этих персонажей: что писатель, что художник, что поэт – творят у себя дома, сидя за письменным столом (мольбертом): максимум уединения, минимум контактов.
Именно этого больше всего сейчас хотелось моей душе: сидеть дома и никуда не выходить.
Что касается режиссера… Он хоть и задействован в съемочном процессе, но все равно в тени. Кроме того, им никто не командует: он снимает СВОЮ историю и делает то, что хочет САМ. (Не зря же в моем видении он появился вольготно развалившимся на стуле).
Именно по этой причине я не выбрала жизнь сценариста (хотя раньше была уверена, что такое занятие устроило бы меня лучше всего) – все равно мой текст порежут, переиначат, придадут другой смысл или вообще отправят в мусорную корзину.
Однако нельзя не заметить, что все профессии в списке – творческие. Включая и изгнанную актрису.
