Перейти к содержанию

Дух зверя. Книга вторая. Рожденные из пепла

Автор:

5,0 10+ оценок читателей Рунета
Категория
Русское фэнтези
Год издания
Издательство
Автор
Возрастное ограничение
16+
Обновлено
25.09.2026

Аннотация

Жили были мужчина и женщина. Чужой, бог смерти, что пожрал свой мир, и Великий Змей - дух созидания. Тот, кто одержим вечной жаждой и та, что в силах наполнить любой сосуд. Их встреча не принесла ничего, кроме боли и ненависти, превратившей в пепел человеческие сердца. Из жизни в жизнь связь крепла, из жизни в жизнь все кончалось опустошающим пламенем. И вот настал момент выйти из замкнутого круга. Из пепла встали оба, полные любви. Вторая часть трилогии о духах зверя.

Читать «Дух зверя. Книга вторая. Рожденные из пепла» — Анна Кладова онлайн

Страница 2 из 13

– Госпожа Малиновска, мой визит связан с очень, скажем так, личным аспектом, а не с вашей работой. Я пришёл просить руки вашей племянницы.

Марианна зажала рот ладонью и медленно осела на пол рядом с дверью. Тётка в гостиной охнула, послышался звон разбитой посуды. Её такой поворот шокировал не меньше, чем саму девушку.

– Племянницы?

– Да, госпожа Малиновска, я хочу взять в жёны вашу племянницу, Марианну Вачовски.

Голос его был спокоен и дружелюбен, речь медленной и учтивой, но в глубине, девушка это слышала, звучала какая-то непонятная нота, словно холодный звук ледяного ветра под крылом хищника, словно крик ястреба в прозрачной вышине. От этого становилось жутко, и на глаза Марианны от страха навернулись слёзы. Она быстро утёрла их и подползла к замочной скважине. Граф сидел в кресле вполоборота к двери, и лица его видно не было. Зато хорошо было видно бледное и озадаченное лицо тётки, сидевшей в кресле напротив и утиравшей взмокший лоб салфеткой.

– Я предвидел, что вы будете удивлены и напуганы подобным предложением и, вероятно, решите, что это чья-то шутка. Потому я не стал следовать обычаям, посылая посредника. Мне показалось, что так вы быстрее утвердитесь в искренности моих намерений. К тому же наверняка у вас возникнут вопросы. На некоторые из них я попытаюсь ответить заблаговременно.

Он отпил кофе, покрутил чашку на блюдце, будто в задумчивости, после чего вернул её на столик и провёл рукой по коротко стриженным тёмно-русым волосам.

– Меня не тревожит, что моя будущая жена будет из бедной семьи и без приданого. У меня другие критерии выбора матери для своих детей. И деньги к ним не относятся. Более того, я сам дам откуп вам, госпожа Малиновска, как её опекунше. Поверьте, он будет щедрым. Всё будет официально, Марианна станет графиней Соколовой, венчание в храме, запись в метрической книге. Сразу скажу вам, что я хочу жениться по расчёту. И расчёт мой на то, что ваша племянница станет хорошей женой и матерью. Прошу вас не искать скрытых мотивов в моём поступке, их там нет.

Граф снова помолчал.

– У меня также есть условие. Я хочу получить ответ не позднее чем через неделю. В мои планы не входило жениться, покуда я не увидел Марианну, но я собирался надолго уехать в своё родовое имение на побережье Внутреннего моря и сделал соответствующие приготовления. Моя поездка должна была состояться через полтора месяца, потому я вынужден поторопить вас, чтобы не сорвать мероприятие. Мне бы очень хотелось отбыть на родину с молодой женою.

Наступило молчание. Ходики тикали на стене, отмеряя время. Они одни казались живыми в застывшей мизансцене невероятного спектакля. Они да граф, вновь крутивший на блюдце чашку с остывшим кофе. Видимо, вскоре ему надоело молчаливое оцепенение хозяйки, и он встал.

– Что ж, позвольте откланяться, госпожа Малиновска, – он оправил сюртук и вынул из кармана бархатный футляр. – Чуть было не забыл. Я принёс обручальное кольцо. Ювелир дал мне несколько на выбор. Видите ли, я не знаю размер пальчика девушки. Пусть она выберет сама позже.

Он поставил футляр на столик рядом с чашкой. И вдруг обернулся. Марианна откатилась прочь от замочной скважины. Ей казалось… нет, она знала, что граф смотрит на неё и видит её сквозь дверь.

– Мне кажется, госпожа Малиновска, ваша племянница сильно испугается, когда услышит о моём предложении. Чтобы развеять её страхи, мне необходимо поговорить с нею с глазу на глаз, причём как можно скорее. Но я не хочу никоим образом компрометировать девушку. Потому буду ждать её в течение двух часов на набережной. Там, на углу, прекрасная людная кофейня с открытой верандой. Я буду там и надеюсь на ваше и её благоразумие. Вы можете сопроводить её до места встречи. Столик для вас я также займу. Постарайтесь уговорить Марианну. Поверьте, этот разговор очень важен.

Конечно, Марианна пошла. А что ей оставалось делать? Как только тётка пришла в себя и наконец-то осознала, о чём говорил граф, она тут же велела племяннице собраться, не обратив ни капли внимания на её робкие попытки отказаться.

– Ты в своём уме, девочка? – удивлённо и холодно наставляла госпожа Малиновска, – если он не шутит, то это невероятная удача для тебя. Тебе больше никогда не придётся работать. Будешь жить в роскоши… Да что с тобой, Марианна?! Это же сказка! Золушка становится королевой, бедная пастушка – женою дворянина. К тому же граф не старик, весьма привлекателен и учтив. Успокойся уже и улыбнись! А то у тебя такое лицо, будто выходишь замуж за чудовище.

Тётка была недалека от истины, но, похоже, она не видела человека-птицу. Для неё всё было однозначно: граф – просто человек, и, если он хочет взять в жёны сиротку Марианну и дать за неё хороший выкуп, она будет этому очень рада.

Был прекрасный весенний день. В лужах мостовой отражалось солнце, на набережной и в кофейнях вдоль неё действительно было людно. Рестораторы выставили уличные столики, и группки молодых людей перелетали от заведения к заведению, встречаясь и перемешиваясь, щебетали и разлетались в разные стороны. Жизнь кипела, присыпанная яблоневым цветом деревьев вдоль тротуара.

Граф читал газету, сидя на террасе маленького ресторанчика. Заметив Марианну, он сделал знак официанту, и тот проводил девушку к столику, а сопровождающую её тётку устроил достаточно далеко, чтобы маленький уличный оркестр, игравший незатейливый вальс прямо за перилами террасы, заглушал их разговор. Марианна молча давилась поданным пирожным, стараясь не смотреть в лицо графа. Тот также молчал, глядя на музыкантов. Лишь руки выдавали его беспокойство – барабанили по столу, вторя мелодии. Марианна на миг снова увидела птичью лапу вместо ладони. Увидела так, будто одна картинка наложилась на другую, нечётко и размыто.

– Ты видишь, что я не человек, – наконец произнёс он тихо, делая упор на слово видишь. Это был не вопрос, скорее утверждение, но Марианна всё равно кивнула. – И что меня выдаёт?

Теперь он смотрел на девушку, она это чувствовала. Пересилив страх, произнесла шёпотом:

– Глаза.

– Тебя пугает мой взгляд?

– Очень, – она вновь взглянула на беспокойную руку-лапу. – Но ещё больше – руки.

Пальцы графа замерли в воздухе.

– А что не так с руками? – в голосе было удивление.

– Простите, ваше сиятельство, но они иногда как птичьи когти.

– Невероятно! – тихо, но восторженно произнёс граф. Чуть помолчав, продолжил спокойным тоном: – Что ж, спешу тебя обрадовать, ты не сходишь с ума. Я действительно не человек, я – дух зверя. Не йок, или, как вы их здесь называете, надзиратель. Я живорождённый сын Змея.

Марианна от удивления забыла страх и наконец подняла взгляд на графа. Жёлтые глаза вызвали спазм ужаса в груди девушки, но в то же время понимание давало сил смотреть на этого нелюдя прямо. Она всё знала о духах зверя. Все сказки и предания, которые только можно было найти, её мать и бабушка хранили и с удовольствием пересказывали девочке. Это была семейная традиция. Отец с охотно перенял её от жены, но вот остальные его родственники считали это увлечение странным и даже опасным. Сказки сказками, но надзиратели были реальностью, с которой можно было столкнуться в любой момент.

– Обычные люди не могут увидеть меня сквозь мои маски. То, что ты видишь, – он опять сделал упор на слово видишь, – означает, что ты не обычный человек. Скажу больше, ты, так же как и я, не человек. В тебе так много крови Изгоя, что ты можешь уловить мою суть даже там, где она не проявлена.

Он помахал в воздухе ладонью.

– Для меня и моей семьи это невероятная удача и… надежда.

Марианна во все глаза смотрела на графа. На вид ему было лет тридцать – тридцать пять. Тёмно-русая непокорная шевелюра топорщилась, словно перья, и на солнце отливала золотом. Аккуратная полоска рыжих усов над тонким ртом. Острый, словно птичий, профиль, характерная горбинка, делающая нос похожим на орлиный клюв, складка у переносицы. Густые чёрные брови и жёлтые глаза, будто обведённые угольным карандашом. Он был высок и широкоплеч, выправку имел офицерскую. Тётка была права – граф имел привлекательную внешность. Дорогой, но неброский костюм говорил о статусе богатого и влиятельного человека и призван был скрыть его обладателя среди сотни таких же богатых и влиятельных.

Граф внимательно разглядывал девушку, слегка улыбаясь, и Марианна опустила глаза, покраснев от внезапного чувства униженности. Как же они непохожи. Он – такой весь благородный и необычный, сказочное существо. И она – бледная, худая, с тенями под глазами от долгой работы и исколотыми пальцами, бедно одетая и не очень красивая. Это предложение слишком похоже на злую шутку.

– Ваше сиятельство…

– Не называй меня так. Моё имя Родимир. Родимир Сокол.

– Господин Родимир, я вижу, вы человек благородный, но… это ваше желание… свадьба… мне кажется… Я не верю вам! К тому же мне страшно…

– Дитя, ты думаешь, я хочу обмануть тебя? – в его голосе зазвучала сталь, и Марианна съёжилась. – Я похож на того, кому интересны подобные развлечения? Я – нелюдь, девочка. Мои намерения вполне серьёзны и однозначны. Только те, в ком течёт кровь Изгоя, только Белые Чайки могут дать потомство от таких, как я.

Граф наклонился к её лицу, ища взгляд девушки, и тихо, но очень холодно заговорил:

– По сути, то, что я тебя нашёл, не оставляет тебе выбора. Так или иначе, но ты будешь моей. Я благоразумен и честен по отношению к обществу, в котором живу, поэтому действую официально. Я добр и учитываю твои желания. Наверняка каждая девушка в твоём положении сироты-бесприданницы мечтает получить предложение от богатого мужчины, имеющего титул, и сыграть пышную свадьбу с белым платьем. Чтобы жить дальше в богатстве и роскоши долго и счастливо. Богатство я тебе гарантирую, а «счастливо» зависит только от тебя. Но…

Его голос стал совсем тихим и очень зловещим, птичьи глаза налились огнём.

– Но если ты решишь отказать мне, я просто уведу тебя силой. С точки зрения мужчины подобный сценарий намного проще, но мне бы этого очень не хотелось. Всё-таки добрая воля – начало хороших отношений.

Граф откинулся на спинку стула и вдруг улыбнулся очень нежно и ласково.

– Марианна, ты прекрасное создание. Твоя невинность и молодость, твои ещё детские черты, наивность твоих взглядов – всё это красиво в своей хрупкой мимолётности. Для меня ты – удивительный цветок, и скоро ты поймёшь это.

Он встал.

– Я буду ждать твоего ответа, милое дитя, – он поклонился девушке и коротко кивнул тётке, после чего вышел из кафетерия. Госпожа Малиновска тут же подсела к племяннице. Подошедший официант любезно заговорил:

– Его сиятельство граф высказал предположение, что дамы захотят заказать что-нибудь ещё, и просил удовлетворить все ваши желания за его счёт.

– Граф весьма щедр, – улыбнулась тётка, – и весьма учтив.

– Весьма… – тихо повторила Марианна.

Всё происходило очень быстро. Тётка не стала откладывать дело в долгий ящик. Граф явился в дом Малиновских спустя всего четыре дня, довольно долго разговаривал с хозяйкой в её кабинете, пока Марианна ждала его в гостиной, одетая в самый свой лучший наряд, который, как считала тётка, был очень ей к лицу. Молчаливая и неподвижная, как статуя, она стояла у окна, и бледность лица лишь добавляла ей сходства со скульптурой.

Разговор в кофейне произвёл на неё странное действие. Марианна была очень напугана и в то же время заинтригована. С одной стороны, граф и тётка были правы, она, словно Золушка, получила невероятный шанс изменить свою жизнь к лучшему. С другой стороны, перспектива стать женою духа зверя была, мягко скажем, неясной. Девушка понятия не имела, что ждёт её в таком странном союзе. Она всегда думала, что живорождённые духи, да ещё и сыновья Змея, – миф, хотя бабушка и утверждала, что была близко знакома с одним из них. Появление Родимира Сокола разрушило чёткую картину мира в её голове. Она не знала, что ей делать и как вести себя, хотя фраза графа о том, что он будет учитывать её желания, внушала некоторую уверенность в себе.

В конце концов, ведь это я нужна ему, – рассуждала Марианна, — значит, я что-то да значу в его мире.

Девушка была неглупа. Робкая, неуверенная, пугливая – да, но в уме ей нельзя было отказать. Она даже выработала план: говорить правду, отстаивать себя, насколько это будет возможно, держать себя прилично, как подобает хорошей девице. И постараться не поддаваться страху… насколько это будет возможно. Все эти действия позволяли ей не впадать в панику от чувства неизвестности. И от того, что её будущий муж – сказочное чудовище.

И вот, снаряжённая этим скромным оружием, девушка молча стояла у окна, невидящим взором глядя на жизнь, протекавшую за стеклом, но не внутри неё. Раздался звук открываемой двери, граф подошёл и встал рядом.

– Добрый день, Марианна, – голос его звучал буднично и немного устало.

– Добрый день, господин граф, – она слышала себя будто из-под толщи воды. Спокойный и безучастный тон.

– Я вижу, страх до сих пор не отпускает тебя?

– Вы правы, я боюсь, – она повернулась к нему, – меня пугает неизвестность.

– Что ж, это естественно, – он внимательно разглядывал невесту. – Хорошо, что ты понимаешь причину.

– Возможно, – она опустила глаза на футляр с кольцами, который граф вертел в руках.

Почему он нервничает?

– Официальная часть улажена, я обговорил с твоей тётушкой некоторые детали. Теперь я хочу узнать, чего хочешь ты, – он помолчал. – Ведь эти ритуалы нужны тебе, а не мне.

– Господин граф, – её голос стал сиплым, от страха на глаза набежали слёзы, ведь она собиралась высказать очень дерзкую просьбу, – а вы можете сделать мне предложение, как… как в книгах, где рыцарь становится на одно колено и говорит все эти приятные слова…

Родимир задумчиво почесал кончик носа и вдруг улыбнулся. От этой улыбки острые птичьи черты лица смягчились, и облик стал удивительно мягок и даже нежен. Марианна изумилась такой перемене, и краска залила бледные щёки, когда граф опустился перед ней на колено и заговорил вполне серьёзным тоном:

– Достойная госпожа Марианна, станете ли вы моей женою?

Не в силах ответить, она коротко кивнула. Граф открыл футляр и одно за другим надел на правую руку, прямо поверх перчатки, все шесть колец, что у него были.

– Пусть этот подарок порадует тебя хоть немного. Надеюсь, они тебе по нраву, – он поднялся.

– И не стоит прятать свои руки. То, что они работали, нисколько не умаляет их благородства, – он стянул с её левой руки перчатку. И в тот момент, когда её пальцы легли в его ладонь, случилось что-то странное и пугающее.

Марианна перестала быть собою, тело её разрослось до необъятных размеров, в груди открылась ледяная пропасть, лёгкие наполнились холодом. Словно снежная королева, прекрасная и страшная одновременно, она взирала сквозь белый огонь на фигуру напротив. Гигант с золотым лицом и золотыми глазами, он был ей ровня и в то же время он был её антиподом – существо из жара и пламени.

Миг, и наваждение пропало. Граф отпустил руку своей невесты, будто обжёгся о её холодные пальцы. Он видел что-то. Возможно, то же самое. Нескрываемое изумление читалось во всём его облике. Но граф быстро совладал с собою и продолжил разговор:

– Я прошу тебя подумать, как должна выглядеть свадьба. Напиши свои желания и отправь письмом, либо обсудим при встрече. Учти, однако, и моё условие – церемония должна состояться через неделю. Исходи в своих требованиях из малых сроков. Всё, что возможно сделать за неделю, будет для тебя исполнено.

Он поклонился и вышел, оставив ошарашенную Марианну размышлять не столько о скорой свадьбе, сколько о странном видении. Она вновь посмотрела в окно. Спустя некоторое время на тротуаре появился граф. Ему подали авто, водитель в чёрном форменном кителе открыл дверцу. Марианна ждала этого, и Родимир обернулся, подняв голову. Их взгляды встретились. И вновь это обжигающее чувство – лёд и пламень. Граф коротко кивнул и сел в автомобиль.

Свадьба прошла скромно. Со стороны графа было всего двое человек, одним из которых, Марианна узнала его, был дворецкий по имени Никола. Второй оказался поверенным в делах графа и присутствовал только на церемонии в маленькой деревенской церквушке, где венчались отец и мать невесты. Это было единственное, чего Марианна хотела на самом деле. И ещё одно желание – белая карета с белыми лошадьми – единственное, что она смогла придумать. Тётка подшила свадебное платье, доставшееся Марианне в наследство от бабушки. По заказу графа обшила племянницу для «новой жизни» и пригласила всех родственников по линии своего брата – отца Марианны. Последнее было не то чтобы неожиданно, но слегка противоречиво и неприятно, ведь когда старая вдова Вачовски узнала о том, что её старший сын женился на матери Марианны, девушке недостойной и к тому же бедной, был большой скандал с отлучением непослушного отпрыска от дома и лишением его наследства. И когда дочь от неблагословенного союза осталась сиротой, лишь тётка сжалилась над девочкой и взяла её в дом, и то в качестве работницы. Сейчас же некогда отвергнутая, но, как оказалось, весьма удачливая девочка вызвала неподдельный интерес и зависть родичей. Явилось всё семейство с детьми и жёнами, даже бабка на инвалидном кресле в своём неизменном чёрном вдовьем платье с белым кружевным воротом и неизменным же выражением презрения и недовольства на морщинистом лице.

Граф организовал банкет в ресторане, но спустя три часа, когда подвыпившие гости стали вести себя шумно и навязчиво, ища внимания нового именитого родственника, ему всё это стало докучать. Жених поднялся и, сославшись на усталость Марианны, любезно предложил собравшимся продолжить праздник за его счёт, сам же он с молодою женою отбудет домой.

Пока их карета неспешно ехала по вечернему городу, Родимир задумчиво молчал. Марианна также не спешила начать разговор, страх вновь сковал её сердце, ведь с этого момента она совершенно не представляла, что ждет её дальше.

На улицах уже загорались фонари, когда кучер остановил лошадей у крыльца того дома, где началась вся эта история. Швейцары сняли небольшой сундук с задника – приданое девушки и её личные вещи. Граф протянул Марианне руку, помогая ей выйти.

– Ты всё ещё боишься меня, – тихо сказал он, – не стоит. Я не причиню тебе никакого вреда.

И, взяв её под руку, повёл к дверям, продолжая говорить уже в полный голос:

– Этот дом принадлежит моей семье. Тут живут в основном арендаторы, но четвёртый этаж время от времени занимают мои братья или сестра. Да, я не один такой. Нас семеро. Ты со всеми познакомишься в скором времени.

На этот раз Марианна поднималась в лифте. В кабину следом за графом вошёл дворецкий и нажал на рычаг.

– Никола не только мажордом, но и доверенное лицо моей семьи. Он знает правду и добросовестно служит мне уже более сорока лет. Также он является управляющим в этом доме. Если у тебя возникнут вопросы, а меня не окажется рядом, можешь задать их ему. Ты всегда получишь чёткий и правдивый ответ. Он добрый человек, несмотря на некоторую холодность. Профессия обязывает его быть строгим.

Дворецкий учтиво склонил голову и открыл решётку лифта, пропуская хозяина и девушку вперёд.

– Господин граф чрезмерно щедр в похвалах. Но я рад, что мои услуги его устраивают, – обратился к Марианне Никола. – Если вам что-то понадобится, прошу вас без промедления обращаться ко мне.

Он открыл входную дверь.

– Сорок лет? – Марианна недоверчиво смотрела на мужа. – Сколько же вам лет?

Граф улыбнулся и посмотрел поверх головы девушки в зеркало, висевшее на стене прихожей.

– Я могу ошибаться, но, кажется, в этом году должно исполниться двести девяносто пять. Я не шучу, я действительно такой старый. Дело в том, что я почти бессмертен… В том случае, конечно, если никто не попытается меня убить. Но! Сделать это довольно трудно. Родимир как-то странно усмехнулся, и Марианна быстро опустила глаза, чтобы не видеть проступившего сквозь человеческие черты Сокола.

Прошлись по квартире. Граф показал, как устроен быт в его доме.

– Я непритязателен и не очень люблю принимать гостей. Потому живу только в нескольких комнатах. Здесь большая гостиная, она же столовая, она же кабинет, она же библиотека. В конце коридора – зал для тренировок. Я занимаюсь там по утрам до завтрака. Прислуга приходящая, постоянно здесь находится только Никола. Тебе некого стесняться, можешь ходить куда угодно и делать что угодно. Если тебе понадобится горничная… Я знаю, что ты не привыкла, но вдруг…

Граф открыл одну из дверей, приглашая Марианну войти. Строго, но со вкусом обставленная спальня освещалась настольной электрической лампой под абажуром и бра рядом с зеркалом. Вид застеленной белоснежным покрывалом широкой кровати заставил девушку вздрогнуть. Граф стоял у двери, заложив руки за спину, и внимательно наблюдал за молодою женою. Марианна побледнела, неуверенным движением стягивая перчатку.

– Я не собираюсь спать с тобою, пока ты не захочешь этого сама, – тихо проговорил Родимир. Девушка тут же зарделась. Он взял её руку и поцеловал, но не как принято, а в раскрытую ладонь. И снова холод пронзил грудь, и видение, ещё более яркое и длительное, захватило Марианну. На этот раз она увидела, что мужчина из пламени покрыт золотою чешуёй и золотые глаза его имеют змеиный зрачок, узкий и трепещущий.

– Хорошо, что местный ритуал венчания не требует поцелуя, – сдавленно проговорил Родимир, поднимая бледное лицо и проводя свободной рукою по глазам. – Представляю, что бы там было…

– Вы… вы тоже видите… это? – неуверенно спросила Марианна.

– Конечно. Я вижу Изгоя в женском теле, а ты видишь Золотого Дракона в мужском. Да-да, из тех самых легенд. Что ж, поговорим об этом завтра… или когда тебе захочется, но не сейчас. Моя спальня напротив. Буди, если вдруг понадоблюсь… Спокойной ночи.

Марианна осталась одна.

Изгой в женском обличье. Кого он называет Изгоем? Прародителя Белых Чаек? Того самого Чужого из легенд о Драконе?

Бабушка говорила, что у неё был младший брат, который стал потом оракулом. Но прежде чем исчезнуть из её жизни, он говорил о том, что на заре времён было великое пришествие. Открылась дверь, и вошли под наше небо духи и боги чужого мира. Некоторые стали оракулами, теми, которых сейчас называют «истинными». Большая часть сгинула, растворившись в чужеродной стихии. А одного из них спас Первородный Змей. Об этой любви и слагают песни да сказания.

Интересно, как Родимир видит меня в своих видениях? Марианна сняла подвенечный покров с головы, положив его на туалетный столик, вынула шпильку из тугого узла на затылке и подняла глаза к зеркалу. Тяжёлая коса упала на плечо, а из полумрака отражённой комнаты позади девушки проступил белый лик с белыми мерцающими глазами и красными губами. Серебряный венец странной формы покрывал голову с необычайно белыми, почти седыми волосами, такими же, как у Марианны, а на длинной шее мерцали, словно капли крови, рубины в серебряной же оправе, перекрывая чёрную дыру на груди.

Девушка закричала бы, если бы дыхание не перехватило от ужаса. Миг – и видение исчезло, но Марианна ещё некоторое время стояла, не в силах обернуться. Как только оцепенение спало, она быстро высвободилась из платья и юркнула в постель, забравшись под одеяло с головою. Тело била крупная дрожь.

Где я? Кто я? Почему это произошло со мною? И что же всё-таки происходит на самом деле?