Мы приблизились к пареньку, чтобы неотрывно наблюдать за его действиями. В глубине души я надеялся, что в двенадцать часов ночи на газетах появится какая-то дополнительная информация, которая даст точные координаты, но на них по-прежнему ничего не было, кроме названия.
— Надо раздать.
Неожиданно паренек перестал говорить и застыл, как вкопанный. Я тут же приложил руку к его шее, проверяя пульс. Мальчишка определенно был жив. В этот момент подал звук мобильник Сергея. Он достал его из кармана и бегло прочитал присланное сообщение. Через секунду и Георгий полез за своим смартфоном.
— Похоже, мы облажались… — сипло проговорил Сергей.
— Эм… В каком смысле?
— Минуту назад в центре Вены прогремел взрыв. И нет никакого центра города больше. — Сергей показал нам сообщение в телефоне с фотографиями.
Да, именно так… Все теракты случались в полночь по времени той страны, где находились газеты. В Вене как раз был поздний вечер, ведь у них с нами поздней осенью два часа разницы.
— А я говорил, что нельзя ничего отбрасывать! — добавляя в голос желчи и плюясь слюной, зашипел Георгий. — У вас была возможность отправиться на Северный полюс, но конкретно вы, Алесь, над этим посмеялись. А вы, Корвус, и вовсе посчитали полученные координаты неважными. Я обязательно отражу эти факты в отчете. Вы у меня еще получите! — Он скрипнул зубами и до хруста сжал кулаки.
— Георгий, я ошарашен не менее твоего, — взял слово Сергей, пытаясь остудить напарника. — Но давай все же посмотрим, в чем была ошибка.
— И была ли она вообще? Я уже сказал, что координаты получил наиглупейшим образом. Потому не придал им никакого значения. Остальное вы видели сами – никаких зацепок и намеков.
— Значит, вы плохо искали! — не желая остывать, прокричал Георгий.
— Надо раздать… — вновь заговорил мальчишка.
Паренек схватил десяток газет и зашагал к лестнице.
— Посмотрим, куда пойдет? — робко спросил Корвус.
— А смысл? Пойдет раздавать недалеко от этого дома, ведь ему нужно будет возвращаться за дополнительными газетами, — заметил я, не удержался и почесал затылок. — Тут что-то не так… Если центр Вены разрушен, то почему паренек все равно идет выполнять свое задание, тем более с пустой газетой? — Какая-то едва уловимая мысль вертелась в голове где-то совсем рядом, и я отчаянно пытался поймать ее.
— То есть вы, Алесь, хотите сказать, что опростоволосились мы и не нашли газету, в которой был намек на разрушение Вены? — Георгий пренебрежительно выплюнул мое имя и начал буравить меня сверкающим от злости взглядом. — Вы готовы повторить свои слова под запись, чтобы я разослал ее в правительства заинтересованных стран?
— Жор, ну, правда, перегибаешь, — заговорил Сергей, положил руку на плечо напарника и сжал пальцы. — Дай Алесю закончить свою мысль. Ситуация ведь непростая.
— Я не хочу быть голословным и говорить о том, что первая газета не была найдена. Допустим, никто не виноват. И допустим, что первой газеты просто не существовало. Взрыв в Вене состоялся бы в любом случае. Он просто отвлекающий маневр для нас, чтобы мы потеряли бдительность, перестали заниматься вот этой пустой газетой и перессорились друг с другом, — на одном дыхании протараторил я.
— Вы хоть понимаете, что говорите? — еще больше вспылил Георгий, сбрасывая руку Сергея с плеча. — Теракты, которые никак не избежать… Тогда зачем нашему обществу путешественники во времени? Какой резонанс будет, если народ узнает вашу версию. Вас и ваших коллег вздернут, едва только найдут. А мы и мешать не будем, раз такое дело…
— Жора, хорош, я тебе говорю! — сквозь зубы процедил Сергей, топнув ногой для усиления эффекта своих слов. — Если случится еще какая-нибудь фигня, я тоже в протоколе все отмечу. Только там и про тебя будет. Не сбивай с мысли Алеся!
Георгий сердито засопел, сделал шаг в сторону и повернулся к нам боком.
— Надо раздать газеты… — Паренек поднялся на самый верх лестницы и безуспешно дергал входную дверь за ручку. Без сигнала ее с той стороны не отпирали.
— А я согласен со своим коллегой, — Корвус встал рядом со мной и захрустел пальцами на руках. — Эм… Отвлекающий теракт от чего-то более глобального – хорошая придумка. Газета в нашем подвале никуда не пропала, мальчишка все еще хочет ее раздавать. Что мы упускаем, Алесь? Может, мне еще поиграть с цифрами? Ну, или Северный полюс посетим… Одна нога здесь, другая – там.
— У нас нет года, в который нужно отправиться. В этом проблема твоих координат. Нас хотят запутать. Завтра во вчера… Стоп! А что, если нам нужно попасть во вчерашний день? Сегодня же ведь то самое завтра, о котором говорит найденная газета?
— Эм… Во вчерашний день? Хорошо. Но куда именно нам нужно попасть? На Северный полюс?
— Нееет… — протянул я и замолчал, задумавшись. — Газета с одним только названием… Завтра во вчера…
Повинуясь внутреннему голосу, я снова взбежал на верхнюю ступеньку лестницы, встав рядом с пареньком.
— Надо раздать газеты…
— Я понял, что мне напоминают эти столбики с газетами! Это дома, план какого-то района, если смотреть на него сверху!
Рядом со мной тут же оказался Сергей. Он прищурился и окинул взглядом газеты, анализируя мою версию.
— Хм, а ведь и правда… Только где нам искать этот район?
— Полагаю, у вас есть доступ к необходимой информации, Сергей. Отправьте картинку своим коллегам, и пусть они запустят поиск. Сверят со спутником и найдут что-нибудь. Надеюсь, сделают быстро. Не думаю, что районов будет очень много, — сказал я и оскалился.
— Слушаю и повинуюсь, — с улыбкой поклонился Сергей.
Глава вторая
Богдана
Просыпаться не хотелось.
На улице было все еще темно. В ноябре светает поздно. Мрачный Петербург все больше напоминает серый, заросший мхом и плесенью склеп.
Под колючим, но теплым одеялом было совсем неуютно, но вставать совершенно не хотелось.
Впрочем, судя по всему, пара часов у нас еще есть. Я осторожно, боясь потревожить Игоря, потянулась к смартфону, лежащему на тумбочке.
Семь тридцать утра.
До встречи с ребятами оставалось еще пара часов.
— Проснулась? — прошептал Игорь и провел колючим подбородком по моему плечу. Кожа мгновенно покрылась мурашками. — Девочка моя, ты почему хмуришься?
— Просто так … — прошептала я и отвернулась. Не хотела, чтобы он видел меня такой.
— Что в этот раз?
— Давай не будем, Игорь!
— Давай, — усмехнулся он и потянул меня на себя.
Но я успела отвернуться и продолжила в подушку:
— Не нужно…
Но он меня не слышал.
Задрав длинную ночную сорочку до самого подбородка, Игорь прижался губами к моему животу. Обвел языком пупок и направился ниже.
Я нетерпеливо заерзала, и он тут же перекинул ногу через мои бедра, прижимая меня к матрасу.
— Богдана, не дергайся! — недовольно рыкнул он.
Я и не собиралась. Бессмысленно.
Это сейчас он здесь. Рядом.
А скоро снова потянутся бестолковые дни ожидания и полные тревог бесконечные одинокие ночи.
— Детка, ты еще со мной? — засмеялся Игорь и лег сверху. Легко провел губами сначала по одной ключице, потом по другой.
Я приняла его с тихим стоном, выбрасывая из головы ненужные мысли.
Игорь, чувствуя мое настроение, замедлил темп и поцеловал требовательно и тягуче. Я ответила на его поцелуй со всей обрушившейся на меня безнадежной яростью. Впиваясь ногтями в широкую спину, я подалась ему навстречу, надеясь, что острое, почти граничащее с болью желание накроет меня с головой. Подарит хотя бы минутную передышку.
И мир взорвался. Низ живота скрутило сладкой истомой, в ушах зашумело, и я откинулась на подушки, подставляя шею и грудь его жадным поцелуям.
— Зачем ты так со мной, детка? — спросил Игорь, легко целуя мой подбородок. — Как я теперь смогу от тебя уйти?
— Нас ждут, — проговорила я, надеясь, что мой голос звучит безразлично.
Но Игорь не поверил. Отбросил в сторону одеяло. Резко сел и дернул меня за запястье, заставляя подняться. Я почти упала к нему на грудь. Мужчина схватил меня за плечи и встряхнул так, что клацнули зубы.
— Что с тобой, Богдана?
Я не знала. Не знала, откуда взялось это чувство беспросветной тревоги.
Только вот… Я сходила с ума, вздрагивая от любого телефонного звонка, когда его не было рядом.
— Девочка моя, послушай меня! — Игорь прижал меня к груди и осторожно погладил по голове. — Все под контролем. Мы справимся. Все мы…
— Я знаю это, Игорь! — ответила я. — Давай сейчас не будем об этом.
Мужчина усмехнулся мне в макушку, а потом ухватил рукой за подбородок и заставил посмотреть ему в глаза.
Я виновато сморгнула слезы.
— Ну сколько можно, Богдана?
Я шмыгнула носом и опустила глаза.
Игорь тяжело вздохнул и отпустил меня. Я плюхнулась на матрас и свернулась клубком, подтянув колени к груди. Мужчина недовольно фыркнул, но больше с расспросами не полез. Хлопнула дверь ванной. Еле слышно зашумела вода…
Я поднялась, одернула сбившуюся сорочку и раздвинула шторы. За беспокойной Невой стояла беспросветная темнота.
С высоты пятого этажа доходного дома, выходившего окнами на набережную, Петербург казался темным, стылым и безжизненным. Газовые фонари еще не зажглись, на улице было пустынно, грязно и безлико.
Закованная в гранит, еще не спрятавшаяся подо льдом Нева черной полосой отделяла исторический центр от жилого Васильевского острова. За ней из предрассветного сумрака вставала громада Исаакия.
Вязкая беспросветная темень всегда вызывала у меня неприятное чувство близкой опасности. Игорь над моим страхом посмеивался, предполагая, что я беспокоюсь зря. В нашей жизни было столько тайн, что темнота казалась полной ерундой.
Но я боялась темноты. Всю жизнь боялась.
Я не любила тусклый безжизненный электрический свет.
Но темноту я не любила еще больше.
— Детка… — Игорь подошел как всегда неслышно и обнял со спины, тесно прижимая к себе. — О чем задумалась?
— Да так… — ответила я и повела плечами. — Ни о чем.
Он толкнул меня вперед, заставляя опереться руками о подоконник. Я зажмурилась, стараясь не смотреть вниз.
Но Игорь прошептал мне на ухо:
— Открой глаза, солнце мое…
Тонкая сорочка не была для него преградой. Сильные руки по-хозяйски блуждали по груди, наглые губы выцеловывали шею, затылок, позвонки… крепкие мужские бедра вжимались в мои ягодицы…
А я смотрела на темный безжизненный город, раскинувшийся передо мной, и от страха до крови кусала губы…
Мы собрались за четверть часа.
Ледяной душ в холодной тесной ванной комнате. Битый кафель под ногами, ржавая вода из-под крана. Мутное зеркало.
Бледные щеки, красные от невыплаканных слез глаза.
— Девочка моя, ты не уснула? — спросил Игорь и притянул меня к себе. Он всегда входил без стука.
— Хотелось бы, — ответила я, стараясь не смотреть ему в глаза.
Игорь скользнул губами по моей щеке и проговорил раздраженно:
— Богдана, может быть уже хватит нагнетать? Нас ждут. Уже ничего не изменить.
— Я боюсь темноты…
— Я помню, — терпеливо ответил Игорь и снова поцеловал меня. Теперь уже в губы. Собственнически и жадно. — Но ты полетишь со мной…
— И целый день буду сидеть в отеле в Праге…
Он поцеловал меня легко и почти небрежно. Ласково щелкнул по носу, тем самым велев не унывать.
И пошел открывать дверь, за которой давно терпеливо ждали Стас и остальные.
Алесь
Поиск нового объекта затянулся до десяти часов утра. Чтобы не терять времени даром, мы с Корвусом, недолго думая, расстелили куртки и расположились на ночлег прямо на холодном бетонном полу. Пара часов сна никогда не бывает лишней.
